Юнь Чжао был так увлечён огромным крабом, держа его в обеих руках, что совершенно не заметил, как к нему подошёл Ао Юй.
— Ой, какой колючий… — Юнь Чжао поморщился, когда острый шип на панцире больно въелся в ладонь.
Чья-то рука перехватила добычу. Раздалась серия сухих щелчков, и морской краб моментально лишился своих длинных клешней и ног.
Повернув голову, Юнь Чжао мгновенно просиял:
— Ао Юй! Ты как здесь?
— Что, не вовремя? — с легким наигранным раздражением фыркнул Ао Юй.
— Вовсе нет! — Юнь Чжао доверительно толкнул его плечом и, заглянув в лицо, расплылся в улыбке: — Наоборот, идеально угадал. Сейчас зажарю для тебя краба!
Повелитель Драконов уже удалился, поэтому Ао Цин лишь покорно сложил руки перед грудью в поклоне:
— Брат.
Он исподлобья бросил быстрый взгляд на прибывшего, но Ао Юй даже не удостоил его полувзглядом.
Почтительно отступив в сторону, Ао Цин молча наблюдал за братом, непринуждённо беседовавшим с юношей, и не мог поверить своим глазам.
Выражение лица Ао Юя дышало невиданной прежде мягкостью. Он заботливо заправил выбившуюся прядь за ухо Юнь Чжао, засучил широкие рукава и принялся разделывать панцирь.
Вскоре аккуратно разломанный краб очутился на решётке жаровни. Свозь разломы панциря проглядывало сочное, полупрозрачное мясо, которое под жарким углем быстро наливалось молочной белизною.
Подхватив готовую клешню, Юнь Чжао потихоньку подул на неё и протянул Ао Цину:
— На, попробуй.
— Благодарю, — Ао Цин принял угощение обеими руками.
Он смотрел, как Юнь Чжао уже очищает следующую порцию и заботливо подносит белоснежное мясо прямо к губам Ао Юя. Жестом отослав подошедшую служанку, Ао Цин сам разломил твердый панцирь и попробовал.
Мясо оказалось невероятно нежным и насыщенно-сладким — совсем не таким, как при подаче сырым. Расправившись с угощением в пару кусков, Ао Цин бесшумно удалился вместе со слугами.
Когда Юнь Чжао наконец опомнился и огляделся, рядом уже никого не было — только они с Ао Юем.
— А куда все делись? — удивился юноша.
Ао Юю не было дела до прислуги. Он уже намеревался увести Юнь Чжао, как вдруг тот восхищенно произнёс:
— Земли Драконов оказались такими красивыми! Ао Цин сказал, тут неподалёку полно островов. Как освободимся, надо обязательно привезти сюда всех остальных, отдохнём!
— Тебе... здесь нравится? — Ао Юй ослабил хватку на его запястье и пристально вгляделся в лицо юноши.
Юнь Чжао ненадолго задумался:
— Да, тут здорово, очень живописно. — Он указал на огромные жемчужины, мягко сияющие вокруг, и ухмыльнулся: — Только если долго смотреть — глаза устают. Наша гора Юймин всё равно роднее и красивее.
Эта оговорка явно пришлась дракону по душе: Ао Юй тихо, с удовольствием заволновался грудным смехом. В следующее мгновение он обратился в величественного серебристо-белого дракона, бережно подхватил Юнь Чжао хвостом и усадил себе на широкую спину.
Юнь Чжао крепко вцепился в пышный загривок дракона и свесился с его бока:
— Мы возвращаемся домой?
— Нет, — кончик драконьего хвоста подплыл к юноше и ласково потеребил его по щеке, поправляя и не давая соскользнуть. — Хочу показать тебе кое-что.
Белый дракон издал низкий протяжный клич и, мощно взмахнув хвостом, взмыл вверх, пробивая барьер. Патрульные духовные слуги от неожиданности врассыпную отпрянули в стороны и тут же с почтением склонили головы вслед улетающему владыке.
Юнь Чжао, давно не гадавший на драконьей спине, прижался к чешуе. Мимо вереницей проносились мелкие пузырьки воздуха, и он с ребяческим азартом пытался ловить их ладонью.
Благодаря магической силе драконьего нефрита Юнь Чжао дышал на глубине совершенно свободно, не чувствуя никакой давящей толщи океана. Он с любопытством разглядывал проплывающие стайки пестрых рыб. Но вот серебряный дракон огнул гигантский куст пылающих алых кораллов, и свет вокруг начал стремительно угасать.
Юнь Чжао невольно сжался и крепче прижался к холодным чешуйкам. В тот же миг над самым ухом раздался бархатистый, успокаивающий голос:
— Не бойся. Мы почти на месте.
— Угу, — едва слышно отозвался юноша, с головой зарываясь в мягкую шерсть на драконьей холке.
Они взмыли вверх по подводному течению, и едва снаружи оглушительно взревел морской прибой, Юнь Чжао открыл глаза.
Они оказались на небольшом островке. Всё его пространство до самого уреза воды застилал ковер из мелких сине-серебристых цветов. О чёрные прибрежные скалы с грохотом бились волны, а вокруг островка бурлили и сталкивались потоки воды четырёх совершенно разных оттенков.
Спустившись на землю, Юнь Чжао в изумлении поднял взор к тёмно-синему куполу неба.
Небосвод был высыпан миллиардами ярких звёзд, а чуть отдалеке разливалось призрачное фиолетовое сияние. Оно, подобно северному авроральному сполоху, рассекало созвездия и плавно пульсировало на всё небо.
Глядя на таинственные искорки, вспыхивающие в фиолетовых тучах, Юнь Чжао ощутил, как его сердце больно сжалось. В духовном сознании на мгновение мелькнуло непонятное, чужое видение.
[Это Врата Бездны. Не смотри туда.]
Голос Системы заставил его очнуться. Юнь Чжао отвёл взгляд, но всё же не удержался и украдкой бросил еще один быстрый взор в ту сторону.
Заметив, что Ао Юй снова принял человеческий облик и подошёл к нему, Юнь Чжао спросил:
— Что это за место?
— Земли Слияния Четырех Морей, — ответил дракон.
Он взял Юнь Чжао за руку, переплёл свои прохладные пальцы с его и потянул за собой, неслышно шагая к вершине острова.
— Это самый центр всех океанов, место, где небеса смыкаются с водами. Клан Драконов из поколения в поколение несёт здесь стражу, уничтожая тварей, рвущихся из Бездны.
Голос Ао Юя звучал так же ровно и бесстрастно, будто он пересказывал чужую далекую историю.
Пробравшись сквозь густые заросли, они вышли на самую высокую точку острова, утопавшую в цветах. Юнь Чжао раскинул ладони, на ходу касаясь мягких бутонов, доходивших ему до колен.
Почувствовав пристальный взгляд дракона, юноша повернулся:
— Почему ты привёл меня именно сюда?
Не выпуская его руки, Ао Юй едва ощутимо поглаживал тыльную сторону ладони Юнь Чжао. Взор его был устремлён на пурпурные тучи на самом краю небосвода.
— Здесь совсем рядом Врата Бездны. Опасно, но запредельно красиво... Мне хотелось показать тебе это место до того, как мы покинем Земли Драконов.
Юнь Чжао посмотрел туда же. Тёмно-синяя бездна неба напоминала пролившийся Млечный Путь, а таинственные фиолетовые языки света продолжали медленно струиться сквозь облака.
Игра ярких бликов отражалась в глазах юноши. Он заворожённо наблюдал за этим зрелищем, когда над ухом снова прозвучал голос Ао Юя:
— Именно оттуда, из Бездны, я когда-то рухнул в море.
— Что? — Юнь Чжао смутился и обернулся к нему.
Ао Юй ласково коснулся его щеки и сделал ещё пару шагов вперёд.
Юнь Чжао устремился следом и увидел, как в ладони дракона соткались золотистые нити света. Они плавно вились вокруг, точно шелковые ленты, дыша теплом весеннего солнца.
Эти переливающиеся струи света походили на игривые перья. Едва Юнь Чжао протянул руку, желая прикоснуться к ним, как свет резко рванулся вниз, раздвигая бутоны, и ушел прямо в землю.
— Ой! — ахнул юноша, ощутив, как под ногами прошла лёгкая дрожь.
Раздвигая почву, из земли медленно поднялся нефритовый светильник, излучающий мягкое золотое сияние. Вспыхнувшие кругом искорки заставили глаза Юнь Чжао отливать изысканным золотом.
Ночной бриз шевелил полы чёрного одеяния Ао Юя, а его белоснежные волосы в свете лампы казались отлитыми из золота. Нефритовые подвески, небрежно вплетённые в его пряди — те самые, что своими руками завязывал Юнь Чжао, — издали тихий чистый звон.
Дракон опустил взор и положил ладонь на вершину светильника. От его руки во все стороны волнами разошлись невидимые импульсы света, а золотые зрачки за густыми ресницами блеснули, словно жидкое золото.
— Врата Бездны прямо над этими облаками. Когда я изнемогал от усталости, то приходил на этот остров отдохнуть...
Ао Юй молча смотрел на светильник. Золотые отблески ласкали его ресницы, но затаённая в облике печаль отозвалась в сердце Юнь Чжао щемящей болью.
Бесконечные битвы принесли дракону поклонение всех четырёх морей. Но стоя в одиночестве перед покоящимися на дне скелетами древних сородичей, Ао Юй невольно испытывал горькую тоску.
Раньше он полагал, что однажды примет бремя Повелителя Драконов и продолжит хранить славу рода или же навечно останется стражем Бездны. Каков бы ни был конец, он не пожалел бы ни о чём.
Он лишь не ожидал, что сгинет так рано, повторив участь предков и сгинув с божественного пьедестала.
И когда, израненный, он вернулся во Дворец Дракона, в ответ услышал лишь скупую, фальшивую жалость. В то мгновение он словно воочию полетел в бездну, с горечью осознав: тысячелетие преданной защиты оказалось лишь глупой шуткой.
— Ао Юй... — тихо позвал Юнь Чжао. Ночной ветер мгновенно подхватил этот шепот и унёс прочь.
Однако дракон услышал. Он подхватил ладонь юноши с трепетом скитальца, наконец обретшего своего единственного бога, и благоговейно припал губами к его тыльной стороне.
— Упав оттуда, я проклял всю ту боль и позор, что принесла мне Бездна, — в золотистых глазах Ао Юя отражался лишь Юнь Чжао, а в голосе прозвучали нежные, теплые нотки. — Но едва подумаю, что именно это падение привело меня к тебе, как всё перестаёт казаться ошибкой.
В поднебесье метались пурпурные сполохи, осыпая всё вокруг звёздной пылью. Золотистые глаза дракона казались бездонным омутом, увлекающим за собой, и Юнь Чжао невольно подался вперёд.
— Я хочу быть с тобой всегда, — юноша приподнялся на цыпочки и прикоснулся губами к прохладным губам дракона.
Взгляд Ао Юя мгновенно вспыхнул ярко-золотым светом, подобно тысячам светлячков, взмывших над цветами. Волна всеобъемлющей, горячей любви без остатка захлестнула обоих.
Услышав тихий, счастливый смешок, Юнь Чжао ощутил, как сильные руки крепко прижали его к груди.
Спустя долгое мгновение Ао Юй бережно смахнул выступившую у Юнь Чжао слезу и, уткнувшись подбородком в его макушку, прошептал:
— Ты пообещал. Смотри, не забудь.
— Не забуду!
Юнь Чжао вскинул голову. В его глазах отразился весь звёздный купол, и Ао Юй, не удержавшись, ласково поцеловал его прямо в трепещущие веки.
Сияние вокруг светильника понемногу угасло. Юнь Чжао обернулся и заметил, как из самого центра нефритовой лампы поднялась крошечная перламутровая раковина.
— А это что?
Ао Юй лёгким щелчком пальца коснулся створки, и раковина со скрежетом раскрылась, отбрасывая мягкие белые лучи.
— Я нашёл её на дне океана, когда достиг совершеннолетия, — кончики ушей дракона вспыхнули румянцем, и он смущённо отвёл взгляд, доставая из раковины идеальную, круглую жемчужину. — По древнему обычаю её следует преподнести будущему спутнику жизни.
— Значит, это мне? — Юнь Чжао с улыбкой пытался заглянуть смущённому дракону в лицо, но тот упорно отворачивался.
Сняв с пояса юноши драконий нефрит, Ао Юй начал ловко совмещать его с жемчужиной:
— У каждого дракона есть своя священная гора. По-хорошему, дары следует искать именно там, однако на горе Юймин пока не найти столь редких сокровищ, как в глубинах океана...
Слушая его негромкие объяснения, Юнь Чжао живо представил юного белого дракончика, упорно рыщущего по морскому дну в поисках самой красивой раковины, и невольно расплылся в ласковой улыбке.
Ао Юй умело вправил жемчужину прямо в раскрытую пасть дракона на нефритовой подвеске и снова привязал украшение к поясу Юнь Чжао.
Юноша осторожно погладил гладкую поверхность; от прикосновения к пальцам прилипли мягкие искорки света.
— Спасибо! Мне очень нравится, — Юнь Чжао игриво потянул Ао Юя за рукав.
Только сейчас до него дошло значение слов дракона: выходит, гора Юймин была родовой обителью Ао Юя! Неудивительно, что их судьбы оказались переплетены столь неразрывно: процветает один — расцветает и другая, гибнет гора — чахнет и её хозяин.
Они ещё немного побродили по острову, пока с волн не начал подниматься студёный морской туман.
— Пойдём домой, — проговорил Ао Юй.
Юнь Чжао кивнул, но тут же добавил:
— Давай перед уходом попрощаемся с Ао Цином? Пока мы жили во Дворце Дракона, он был ко мне очень добр.
Ао Юй хотел было возразить, что тот лишь исполнял свой долг, но, глядя на сияющее лицо юноши, так и не смог отказать.
— Как скажешь.
Ао Юй мгновенно перенёс их обратно в Земли Драконов. Юнь Чжао увлёк дракона к знакомым покоям, как вдруг до них донесся знакомый гвалт и шум:
— У-у-у... Где брат? Хочу к брату-у...
— Чи-чи!
— Да и палаты тут так себе! По сравнению с нашей горой Алых Пещер — тоска смертная!
— Ло Сюэ, да не реви ты! Бай Цзэ, ты вообще соображаешь?! Опять не туда нас привёл!
— Да не ревите вы, ищу я, ищу! Тут этих дворцов сотни!
Бай Цзэ, окружённый гурьбой мелких божественных зверей, в полном отчаянии взъерошил волосы. Покрутив головой, он внезапно встретился взглядом с застывшими неподалёку Юнь Чжао и Ао Юем.
Его глаза тут же вспыхнули:
— Юнь Чжао!
Юнь Чжао неловко улыбнулся и переглянулся с Ао Юем: похоже, прощаться ни с кем уже не придётся — вся компания в полном составе была в сборе...