Голос из динамика оптического компьютера продолжал что-то вещать, и Асайя несколько раз порывался прислонить ухо ближе, но Цзи Цяо каждый раз мягко отпихивал его кудрявую макушку. В конце концов Цзи Цяо просто встал из-за стола и вышел на балкон. Спустя пару минут он вернулся с самым невозмутимым видом и спокойно продолжил ужинать.
Асайя тут же встрепенулся:
— Цяо-Цяо, что-то с ларьком? Цены поднять хотят?
Вместо ответа Цзи Цяо положил ему в пиалу сочное свиное ребрышко:
— Пустяки. Ешь давай.
Асайя буркнул «о-о», но продолжал хлопать круглыми глазищами, не сводя с него взгляда. Цзи Цяо молча жевал, явно не намереваясь больше ничего объяснять. Малыш надул губы и с обиженным видом принялся ковырять ложкой ребро.
Расправившись с ужином, Цзи Цяо ушел мыть посуду. Выйдя из кухни, он застал Асайю распластавшимся на кровати: тот отвалился назад, выставив кверху круглый животик, и время от времени дергался от икоты.
Цзи Цяо не удержался, подошел и тыкнул пальцем в этот натянутый, как барабан, пузик.
— Не тыкай, не тыкай... кхм, ик! — заверещал Асайя, одновременно зажимая и рот, и живот, и страдальчески застонал: — Оно уже к самому горлу подступило! Сейчас назад пойдет...
Цзи Цяо, глядя на его мучения, сочувственно предложил:
— Ну так сходи, выплюнь немного.
— Нельзя! — Асайя вздохнул, обеими руками защищая пузо. — Жалко... Еда же вкусная!
Цзи Цяо лишь безмолвно покачал головой.
Делать нечего — он прилег рядом. Впрочем, долго улежать спокойно Асайя не смог: повернулся, превратился в маленького тигренка, выкатился из свободной пижамы и уткнулся носом Цзи Цяо прямо в шею, щекотно пофыркивая.
— Ты чего? — Цзи Цяо вжал голову в плечи от щекотки и перевернулся на живот.
— Массаж тебе делать буду!
Сегодняшний ужин был настолько хорош, что «массажист Асайя» просто обязан был отработать угощение.
Не дожидаясь согласия, тигренок взобрался ему на спину и принялся хаотично топтаться четырьмя мягкими лапками. На массаж это походило мало — скорее на безудержные пляски. Впрочем, Цзи Цяо давно привык: положил голову на сложенные руки и позволил малышу вытворять что вздумается.
— Цяо-Цяо! — Тигренок вдруг перевалился ему на затылок, уткнулся мордочкой. Две головы соприкоснулись, распространяя мягкое, уютное тепло.
— Угу... — пробормотал Цзи Цяо, прищурившись.
— Цяо-Цяо-о-о.
— Угу...
— Цяо-Цяо, Цяо-Цяо...
— М-м...
Асайя, словно испорченная пластинка, без конца повторял его имя. Дыхание юноши постепенно выровнялось, ответы становились все ленивее и реже.
И вдруг жесткие тигриные усики щекотно задели ушную раковину. Сквозь дрему Цзи Цяо услышал совсем тихий, таинственный шепот:
— Цяо-Цяо, только никому не говори... Я тебя так сильно люблю-у...
Цзи Цяо едва заметно улыбнулся и мысленно ответил:
«Я знаю, малыш. Я знаю».
* * *
То ли от переедания, то ли от избытка чувств, но Асайя проворочался едва ли не до самого рассвета. Когда пришло время вставать, он наотрез отказался вылезать из-под одеяла и, прикрыв лапками мордочку, жалобно заканючил:
— Цяо-Цяо, ну я еще капельку посплю-у-у...
— Спи, ладно. В холодильнике лежат роуцзямо. Если проголодаешься... А, впрочем, не надо, я попрошу служебного робота из управляющей компании зайти и разогреть. Главное — дверь ему открой, понял?
Цзи Цяо долго и беспокойно давал указания, и только когда Асайя напомнил, что он опоздает к утреннему часу пик, юноша наконец спешно собрался и выскочил за дверь.
Сезон проливных дождей подходил к концу, и очереди у лотка росли с каждым днем. Слух о том, что на улице Китовой Реки открылась палатка с изумительными соусными лепёшками, разнесся по всем окрестным кварталам. Похоже, покупка порции горячего хрустящего коржа стала для местных жителей обязательным ритуалом по дороге на работу или учебу.
— Босс Цяо, а где твой суровый помощник? — спросил один из постоянных покупателей, не увидав рядом привычного круглолицего мальчугана.
— Дома досыпает, — улыбнулся Цзи Цяо.
Сегодня без Асайи пришлось крутиться вдвое быстрее. На счастье, покупатели уже привыкли к скромному оснащению его передвижного лотка и терпеливо ждали своей очереди, не выказывая ни малейшего недовольства.
Чего нельзя было сказать о соседних торговцах: те стояли, скрестив руки на груди, и с желчной завистью наблюдали за ажиотажем. Их собственные лотки пустовали.
— Дерьмо... И что они нашли в его стряпне?
— Да дешевый трюк это! Народишко просто на новенькое клюнул. Посмотрю я, на сколько его хватит.
— Точно! Растянули тут очередь, весь проход мне перегородили! Ежели такой популярный, шел бы себе полноценный магазин арендовать!
— Вот-вот, встал тут, глаз мозолит...
Торговцы злобно шипели сквозь зубы. Цзи Цяо из-за шума ничего не слышал, зато стоявшие в очереди Кайн и его коллега-хаски прекрасно всё разобрали и наградили завистников тяжелыми, обещающими неприятности взглядами.
— О чем задумались? Вот ваша покупка, — Цзи Цяо протянул им пухлый бумажный пакет.
Кайн, все еще кипя от возмущения, спросил:
— Босс Цяо, эти типы вечно у тебя за спиной гадости болтают. Они тебе жизни не дают, да?
— Да ну, с чего бы, — Цзи Цяо лишь отмахнулся. В его ушах уже звенели приятные сигналы входящих платежей, так что на косые взгляды неудачников ему было плевать с высокой колокольни.
Однако радовался он рановато. Стоило утреннему потоку спасть, как проблемы не заставили себя ждать.
Распродав большую часть заготовленного теста, Цзи Цяо принялся протирать разделочную доску. Подняв глаза, он увидал управляющего торговой улицей — тот шел к нему с елейной ухмылкой на лице.
— Цзи Цяо, освободился?
— Угу, — сухо откликнулся юноша.
Управляющий не обратил внимания на прохладный тон и непринужденно завел беседу:
— Эх, скажу я тебе, во всем квартале у тебя торговля бойче всех идет! Утром словечком перекинуться хотел — да куда там, к лотку не пробиться.
— Сейчас я свободен. Слушаю вас, — Цзи Цяо вытер руки полотенцем и вопросительно воззрился на собеседника.
Мужчина слегка замялся. Вчера ведь по телефону всё обговорили, к чему эта мина глубокого изумления?
Изобразив фальшивую досаду, он усмехнулся:
— Ну-у, я же вчера предупреждал: со следующего месяца арендная плата за место немного вырастет.
Цзи Цяо понимающе кивнул:
— А-а, вы об этом... С чего вдруг такая спешка с повышением?
— Так ты ж заезжал аккурат перед сезоном ливней! Я тебе скидку сделал, уступил по дешевке. Сам посуди: разве в таком бойком месте точка может стоить смешную тысячу монет «Белый орхидей»? — Управляющий скорчил печальную мину. — А нынче дожди кончаются, так что и цена...
Цзи Цяо улыбнулся:
— Раз так, то повышение вполне обоснованно. И сколько же придется платить?
— Три с половиной тысячи, — управляющий растопырил пальцы.
— Ого, — протянул Цзи Цяо. — А аппетиты у вас, сударь, немаленькие.
Чиновник уже потянулся за картой квартала, намереваясь пуститься в пространные разъяснения, как юноша вдруг спросил:
— А плата поднимается только для меня или для всех торговцев на улице?
Мужчина елейно улыбнулся:
— Ну разумеется, для всех!
— Вот как? — Цзи Цяо хлопал ресницами с самым невинным видом, делая шаг в сторону. — Пойду-ка я поспрашиваю у соседей...
— Эй-эй, постой! Зачем спрашивать-то? — Управляющий грудью перегородил ему дорогу. — Я сам позже всех обдам этой новостью.
— Да я ведь новичок в торговле, — сокрушенно вздохнул Цзи Цяо. — Хотел посоветоваться со знающими людьми, стоит ли место таких денег.
Управляющий пристально вгляделся в лицо юноши, и вся его доброжелательность вмиг улетучилась. Взгляд стал холодным и жестким.
— Цзи Цяо, скажу прямо. Точка у тебя козырная, народ ты прикормил. Кое-кто из солидных людей заприметил это место и готов выложить кругленькую сумму. Если согласен платить три с половиной тысячи — оставайся. Не согласен — освобождай площадку и переезжай на другую. Но сам понимаешь, свободных мест на улице Китовой Реки почти не осталось, да и те — сущая дрянь.
Управляющий прекрасно знал: для уличного торговца смена нажитого места смерти подобна. А те глухие задворки, что оставались в резерве, окончательно отрезали бы Цзи Цяо от основной массы покупателей — студентов и школьников.
«Ну точно, так я и думал», — мысленно ухмыльнулся Цзи Цяо. Вчерашний звонок не оставил иллюзий, однако слушать этот откровенный шантаж вживую было тошнотворно.
Мужчина тем временем продолжал сочиться ядом:
— При твоих-то выручках три с половиной тысячи — капля в море! Нечего тут губы дуть. Я тебе выбор даю, а то, что другой человек готов платить больше — так таков рынок, парень.
Разговаривал он развязно, ни гроша не ставя какого-то пришельца с планетки Голубая Вода. Будь у этого заморыша хоть какая-то крыша или связи, разве пошел бы он толкать лепёшки с тележки?
— Ну так что, надумал? — Управляющий уже вытаскивал из планшета бланк нового договора, как вдруг услышал сухой презрительный ответ:
— Я отказываюсь.
— Что-о-о?! — Мужчина аж рот раскрыл от изумления. — Ты не будешь продлевать аренду?
— Именно. Три с половиной тысячи я бы, может, и потянул, да вот беда — не люблю, когда из меня делают идиота и стригут как овцу. — Цзи Цяо насмешливо фыркнул и добавил громче, чтобы слышали соседи: — Раз уж нашелся такой щедрый благодетель на мое место — милости просим! Пусть забирает. Посмотрю я, как у него торговля пойдет!
Управляющий сквозь зубы процедил:
— Ты хорошо подумал, парень?
— Прекрасно подумал, — беззаботно бросил Цзи Цяо. — За такие деньги я спокойно сниму отличный лоток в другом районе. Зато избавлюсь от общения с подобными вам «управляющими». Так что моё счастье еще впереди!
Он-то рассчитывал, что зеленый юнец сдуется и покорно пойдет на попятную, а наткнулся на кресало. Лицо управляющего пошло багровыми пятнами от злости. Не вымолвив больше ни слова, он круто развернулся и пошагал прочь.
— Скатертью дорожка, провожать не стану! — крикнул ему вслед Цзи Цяо.
Как только фигура чинуши скрылась за углом, улыбка с лица юноши сошла. Он тяжело, устало вздохнул.
Черт бы побрал этих рвачей...
До конца оплаченного месяца оставалось дней десять. На словах-то Цзи Цяо отрезал лихо, но на деле найти новое доходное местечко за такой срок — задача не из легких. Впрочем, в торговле без ухабов не бывает. Кое-как утешив себя этой мыслью, Цзи Цяо вернулся к прилавку.
Однако обида все еще клокотала в груди. Схватив кусок кулинарного картона, он принялся усиленно махать им, нагоняя аппетитный аромат свежей выпечки прямо в сторону завистливых соседей, и тихонько бубнил себе под нос:
— Нате, дышите... Чтоб вы этой вкуснотищей захлебнулись, гады...
Торговые войны уличных лоточников — вещь суровая и бесхитростная.
Приняв еще несколько волн покупателей, Цзи Цяо распродал остатки теста подчистую. Собрав вещички, он оседлал свой трехколесный электробайк и покатил домой.
Без неугомонного Асайи под боком было непривычно тихо. Юноша даже поймал себя на мысли, что скучает по этой болтовне. Интересно, чем там занимается малыш? Не разнес ли квартиру?
Беспокоясь за тигренка, Цзи Цяо припарковал байк и взлетел по лестнице. Однако привычной картины — радостно несущегося навстречу малого — не было. В квартире царила звенящая тишина.
— Асайя?
Квартирка маленькая, просматривается насквозь. Решив, что сорванец опять затеял игру в прятки, Цзи Цяо заглянул в ванную, вышел на балкон, даже на колени встал, чтобы проверить пространство под диваном и кроватью. Пусто.
Заглянул в холодильник — роуцзямо пропали.
Да куда же он делся?!
Не теряя ни минуты, Цзи Цяо бросился вниз, к коменданту жилого комплекса, требовать записи с камер наблюдения.
— Малец пропал? — удивился комендант. Он щелкнул тумблером, выводя картинку на экран, и пробормотал: — Да не может быть, я ж тут сижу, не видел, чтоб он выходил...
Не успел он договорить, как на экране появился Асайя. За плечами у него болтался ярко-оранжевый рюкзачок, в руке он тащил увесистый мешковинный кулек для сбора утиля, а хвост весело помахивал из стороны в сторону. Тигренок совершенно не таясь маршировал аккурат под окном комендантской будки.
Комендант: «...»
Цзи Цяо медленно повернул голову и строго уставился на мужчину.
Тот виновато кашлянул в кулак:
— М-да... Метр с кепкой в прыжке. У меня там, знаете ли, слепая зона...
Цзи Цяо мысленно схватился за голову: «Уминает за троих, а в рост вообще не идет!»
Судя по снаряжению, мелкий ушел на свои «промыслы» — собирать утиль. Цзи Цяо развернулся и припустил к их прежнему «рыбному месту» у мусорных контейнеров...