— Асайя, ты что за чертовщину устроил? — почти беззвучно, сжимая зубы, прошипел Цзи Цяо ему на ухо.
Тигрёнок зажал уши лапами и обиженно буркнул:
— Ну а что, я неправильно понял, да? В рекламе же всегда так делают!
Одинокий папочка бежит с ребёнком на руках, а властный красавец-босс отчаянно мчит вдогонку! И пускай сам он появился вовсе не из животика Цяо-Цяо — экая мелочь! Для хорошей истории детали всегда можно додумать.
Цзи Цяо закрыл лицо руками. Он-то рассчитывал притвориться дальним родственником, а этот мелкий с ходу превратил их в семейный союз. Оставалось лишь радоваться, что паршивец не ляпнул, будто он — родной сын того вельможи.
— Ладно, бумага всё стерпит, сделаем вид, что так и надо, — с тяжелым вздохом махнул рукой Цзи Цяо.
Асайя склонил голову набок, искренне не понимая фразы. А что не так-то? На снимке ведь и правда его родной дядюшка!
Цзи Цяо стоял с откровенно загробным видом. Впрочем, со стороны его реакция выглядела весьма однозначно: парень просто впал в отчаяние оттого, что случайно сболтнул лишнего и раскрыл тайну.
Делать нечего — пришлось вернуться к лепёшкам.
В переулке тем временем закипела жизнь: прохожие и местные жители, устав от прогулок, по привычке тянулись сюда в поисках чего-нибудь вкусного. Асайя же, со своим звонким голоском и сладкими речами, так и рассыпался в любезностях, растапливая сердца покупателей: каждому нашлось тёплое «дядюшка» да «тётушка».
— Это ребёнок твоих знакомых? До чего же милый малыш! — со смехом поинтересовался очередной покупатель у Цзи Цяо, который молча колдовал над жаровней.
— Да нет, вовсе не... — начал было Цзи Цяо.
— А-а, да я знаю! — вклинился торговец из палатки напротив. — Это же его племянник!
— Вовсе не...
— Прекратите! — визгливо перебил Асайя, изображая крайний испуг. — Не говорите ничего, а то дядя найдёт Цяо-Цяо и утащит обратно!
— Вовсе не...
Увы, его слабые и бесполезные возражения все пропустили мимо ушей. Напротив, в глазах публики его честные открещивания выглядели как судорожные попытки замять разговор. Цзи Цяо с ужасом чувствовал, как ситуация окончательно выходит из-под контроля.
Покупатель косо взглянул на юношу и понизил голос, обращаясь к тигрёнку:
— Что, сбежал после ссоры?
Асайя округлил глаза:
— Ого! А вы откуда узнали?
— Понимаю-понимаю, — понимающе улыбнулся мужчина. — Сам в молодости горяч был. Бывает, вспылят люди. А кстати... твой дядя, видать, непростой человек? Кто он такой?
— А, да он просто... Ум-м-м!
Цзи Цяо мгновенно сжал ладонью мордочку Асайи, за загривок уволок его себе за спину и всунул в руки покупателю свёрток с горячей лепёшкой.
— Ваш заказ готов! Следующий! — натянуто хмыкнул он.
— Моя очередь, моя! — зашумели в хвосте.
Любопытному покупателю, так и не выведавшему главную интригу, пришлось с досадой уступить место. Впрочем, благодаря «проболтливому» тигрёнку таинственность вокруг продавца только нарастала. Чем усерднее Цзи Цяо пытался скрыть правду, тем буйнее разгорались домыслы среди зевак. Юноша лишь неизменно улыбался, продавая товар: сам не начинал разговор, на вопросы отвечать отказывался, а на расспросы реагировал отрицанием. Сложить из его туманных отговорок хоть сколько-нибудь ясную картину было невозможно.
В конце концов, зеваки переключили всё своё внимание на полосатого малыша.
Вырастить пушистого зверёнка уроженец Планеты Голубая Вода точно не мог. Значит, они и правда дядя с племянником? И раз мальчуган — тигр-зверолюд, да ещё и родственник столь могущественной персоны, чьё имя боятся произносить вслух...
Фантазия толпы разыгралась не на шутку. Переулок зашептался, обмениваясь полунамёками и инициалами вельмож.
— Цяо-Цяо, я хорошо справился?
— Замечательно...
«Замечательно» — мягко сказано. От такого «успеха» у Цзи Цяо замирало сердце.
— Слушай, а мы не переборщили?.. — неуверенно пробормотал он.
Он-то намеревался лишь намекнуть на наличие заступника, а вышло нечто совершенно неконтролируемое.
— Переборщили? Да вроде нормально! — Асайя почесал лапой ухо. Вдруг край взгляда зацепил вчерашнего Жёлтоволосого, и хвост тигрёнка мгновенно вздыбился пушистым ершом: — Цяо-Цяо! Они идут!
Цзи Цяо тут же прижал малыша к себе:
— Не паникуй. Повторяй наши правила!
— Ага!
Асайя быстро скороговоркой пробормотал про себя пару фразочек и с готовностью дал юноше «пять» мягкой подушечкой лапы.
Местные уличные заводилы вывалились в переулок с помпой, словно шумная орава дикарей. Жёлтоволосый наглухо сжимал железный прут; его шестёрки на ходу пинали жестяные банки и задевали лотки торговцев, поднимая вокруг невообразимый гвалт.
— Вэнь И, ты чего там застрял, а? — гаркнул Жёлтоволосый назад. — Совсем оглох? Иди деньги собирай!
— Понял, — глухо отозвался парень.
Из толпы вынырнул юноша с полотняным мешком в руках. Цзи Цяо с удивлением узнал вчерашнего подростка.
Его взгляд казался совершенно пустым, а лицо — безжизненной маской, будто перед ними стоял совершенно другой человек. Сделав пару шагов к лотку Цзи Цяо, он неуклюже развернулся и подошёл к соседней палатке.
— Тьфу, идиот, — сплюнул Жёлтоволосый ему вслед.
Большинству торговцев на этой улице приходилось смиренно платить дань. Они заранее приготовили наличные и теперь с отвращением бросали купюры в протянутый мешок.
Жёлтоволосый же направился прямо к Цзи Цяо. Упёршись железным прутом в землю, он свысока бросил:
— А твоя доля где?
Асайя повел носом, уловив тонкий, едва заметный запах крови, вырвался из рук Цзи Цяо и с грозным видом уселся прямо перед бандитом.
Вид тигрёнка мгновенно взбесил Жёлтоволосого. Он уже протянул руку, чтобы сцапать дерзкого зверёныша, но соседний торговец тут же замахал руками:
— Постойте, не надо!
— Чего не надо? Я что, какого-то щенка тронуть не могу? — Жёлтоволосый грубо отпихнул локтем торговца.
— Да вы не поняли... — заискивающе зашептал мужчина, подбираясь к самому его уху и активно строя мины.
Выслушивая шепоток, Жёлтоволосый всё сильнее менялся в лице, нахмурившись и с подозрением скалясь на Цзи Цяо.
— Ты серьезно? — переспросил он недоверчиво.
— Да святая правда...
Бум!
Цзи Цяо резким взмахом вонзил жирный кухонный нож прямо в центр разделочной доски, обрывая шепотки на полуслове.
Все вокруг, включая молчаливого Вэнь И, мгновенно уставились на него.
Жёлтоволосый инстинктивно сжал арматуру:
— Ты... ты чего это вытворяешь?!
— Деньги отдаю! — Цзи Цяо вытер руки о фартук с логотипом супермаркета «Хороший сосед» и с напускным раздражением полез в карман за купюрами, всем видом изображая крайнюю степень кипящего гнева.
«Платит за крышу, а ведёт себя дерзко!» — закипел Жёлтоволосый, но шестёрка сбоку вовремя вцепилась ему в рукав:
— Брат, тебе не кажется это подозрительным?
— Чем подозрительным?
— Да как только завели речь про его происхождение, он сразу за кошелёк взялся. А вдруг люди правду болтают?..
Слова прислужника заставили Жёлтоволосого помешкать. Его взгляд забегал между Цзи Цяо и мелким тигром; он почесал затылок, пытаясь сообразить, не разводят ли его.
— Не давай ему ничего! — внезапно зарычал звонкоголосый тигрёнок. С размаху лягнув лапой железяку в руках хулигана, он взвился: — Ты кто вообще такой, чтобы размахивать этой железякой перед моим носом?!
Толпа ахнула. Жёлтоволосый за столько лет рэкета отродясь не сносил подобной дерзости от какого-то сосунка, поэтому мгновенно вспыхнул и с бранью потянулся сцапать дерзкого зверя.
Асайя даже не шелохнулся. Однако чья-то ладонь вовремя перехватила запястье Жёлтоволосого, крепко сжав его.
— Только тронь его, — ледяным тоном произнес Цзи Цяо.
— Я...
Главарь опешил. Асайя же распахнул огромные глаза, в которых блеснули капельки слез — словно его смертельно обидели. Вскинув мордочку, он с вызовом подался вперед:
— Ну давай! Давай, заделай хоть волосок! Завтра же дядины звёздные крейсеры и наёмники разнесут твоё логово в щепки!
Чего-чего?
Крейсеры? Наёмники?
У Цзи Цяо аж дыхание перехватило: «Твою ж мать! Какими словами заговорил!»
Он незаметно ткнул тигрёнка в хвост, намекая, что тот явно перегибает палку.
Однако Асайя уже вошёл во вкус и напрочь вжился в роль. Своим пушистым хвостом он ловко обвил палец юноши и со всей искренностью воскликнул:
— Цяо-Цяо, не бойся! Дядя тебя обожает! Даже если вы поссорились и ты знать его не хочешь, никто не смеет тебя обижать!
Цзи Цяо залился краской, мысленно проклиная мелкого импровизатора за лишнюю отсебятину, но сцепил зубы и через силу выдавил сдержанное:
— Угу.
— О-о-о! — у толпы зевак от восторга глаза вспыхнули не хуже прожекторов.
Жёлтоволосый, разрываясь между страхом и сомнением, вытянул шею:
— Заврался, щенок!
— Кто заврался?! — Асайя гордо задрал нос и фыркнул. — Пока наши импульсные пушки выжигают тебе мозги, ты так и будешь своей дурацкой железякой в воздухе махать?! Деньги за крышу нужны? На, подавись! Купи пару патронов, засунь в рот да пали на разборках — всяко веселéе, чем тут предводителя обезьян из себя корчить!
С этими словами он ловко поддел лапой две купюры и с презрением швырнул их к ногам Жёлтоволосого. Надменный, высокомерный вид тигрёнка, смотрящего на собеседника как на последнюю дворнягу, один в один копировал замашки настоящих аристократов.
Толпа ахнула, невольно подавшись назад. Сомнения в высоком происхождении этой парочки окончательно улетучились.
— Ты... я... твою же мать... — забормотал Жёлтоволосый, растерянно глядя на валяющиеся деньги. Голова у него шла кругом, и он уже совершенно не понимал, кто тут кого крышует.
Размахивать понятиями вроде звёздных крейсеров и боевых наёмников мог либо родовитый аристократ, либо полный псих. Но глядя на этакую наглую морду, приходилось признать: мелкий не врёт!
Любопытные взгляды снова устремились на Цзи Цяо, и на лицах зевак просияло прозрение.
Одинокий уроженец Планеты Голубая Вода, без связей и родни, торгует на улице с ребёнком, дерзит бандитам да швыряется кухонными ножами...
Вот они, вкусы высшего общества! Знатной знати подавай именно такой строптивый характер!
Подручный Жёлтоволосого мысленно похвалил себя за невероятную проницательность: каков молодец, вовремя чухнул лажу! Не вмешайся он, они бы стали первыми жертвами в разборках между беглым возлюбленным и его всемогущим покровителем!
Шестёрки дружно вцепились в главаря:
— Брат, пойдём отсюда, а? От греха подальше!
— Но... как же...
Жёлтоволосый хоть и сомневался, но рисковать шкурой не отважился, позволив утащить себя прочь.
Следом за ними, даже не собрав дань до конца, развернулся и Вэнь И. Проходя мимо Цзи Цяо, юноша едва заметно кивнул и мимолетно улыбнулся, после чего тут же скрепил шаг и поплёлся вслед за шайкой.
Нелепая стычка улеглась без последствий. Цзи Цяо как ни в чём не бывало вытер доску и вернулся к лепёшкам.
А вот окружающие ещё долго переглядывались, обмениваясь столь красноречивыми взглядами, словно отстукивали морзянку.
В переулке воцарилась странная, почти благоговейная тишина. Она сохранялась до тех пор, пока Цзи Цяо с тигрёнком не погрузились на свой грузовой трицикл и не скрылись за поворотом. Лишь тогда над торговцами и покупателями с грохотом взорвался коллективный вопль изумления.
* * *
— Они даже денег не взяли... Свалили просто так...
— И не говори...
Вернувшись в съемную квартиру, Асайя в полном восторге прыгал по кровати.
Цзи Цяо пробормотал эти слова вслух, вспоминая вытянутые физиономии бандитов, и чувствовал, как внутри разливается злорадное удовлетворение.
Впрочем, радость быстро сменилась тревогой.
Хотя Янтароград находился далеко от Сектора A, Цзи Цяо всё равно не находил себе места:
— Послушай... А ведь они теперь могут запросто догадаться, о каком именно графе идёт речь?
Изначально он планировал лишь смутно намекнуть на дальних родственников, а теперь из-за фантазий малыша всё выглядело слишком конкретно. Что, если слухи дойдут до самого вельможи?..
— Да и пусть узнаёт! — Асайя растянулся у юноши на коленях, подставив животик, и вальяжно подёргал задними лапами. — Мэйфилд вообще-то и есть мой родной дядя!
— В смысле — «родной»?!
— В прямом!
Только было расслабившийся Цзи Цяо мгновенно вытянулся в струнку. Он взвил тигрёнка в воздух и, уставившись ему прямо в глаза, строго переспросил:
— Асайя... Какая у тебя фамилия?!
— Пуланьцзинь!
Асайя с удовольствием задрал хвост и издал странный, похожий на кряканье смешок:
— Цяо-Цяо что, думал, моя фамилия — А?
— Я... — Цзи Цяо мученически зажмурился. — Я же не знал твоего полного имени...
Тигрёнок мягко прикоснулся подушечкой лапы к его щеке:
— Ну вот теперь знаешь!
— Дела-а... Выходит, мы не соврали, — тяжко вздохнул Цзи Цяо. — Но если граф узнает, какие пикантные подробности мы приплели к его имени...
— Да ладно тебе! Случится — тогда и подумаем! В крайнем случае опять сбежим! — с бывалым видом оравы беглецов подбил его Асайя. — Зато видел, как эти уродцы сваливали?
— До чего же приятно! — в один голос воскликнули они.
— Эх, ладно.
Цзи Цяо, охваченный злорадным ликованием от удавшейся аферы, махнул рукой:
— Будем решать проблемы по мере их поступления. Улица Морской Луны — глушь глушью, вряд ли мелкие сплетни выберутся за её пределы... Правда?
— Конечно-конечно, спи спокойно!
* * *
Три дня спустя
Дама в вечернем туалете, только что с жадностью доевшая на борту аэроджипа пакет соусных лепёшек, выскочила в банкетный зал. Чеканя шаг высокими каблуками, она стремительно рассекла толпу гостей и нагнала близкую подругу.
— Подружка! У меня для тебя просто крышесносная сплетня!
— Ого! Точно не фейк?
— Чуткая инфа, из первых рук!
— Выкладывай скорее!
— Погоди... Ты должна поклясться, что никому-никому не расскажешь!
— Да ты что, обижаешь! Я могила!
— Точно?
— Зуб даю!