Снаряды сыпались градом, со свистом рассекая густой белый туман. Перекинув через плечо аптечку, Сяо Са во весь опор мчался по изрытой горной тропе.
— Сяо Са, лови!
Красный флажок описал в воздухе высокую дугу. Самоед сработал на инстинктах — подпрыгнул и цапнул его на лету. В ту же секунду топот преследователей за спиной стал вдвое оглушительнее.
В темных блестящих глазах парня уже блестели слезы. Сжимая флаг, точно раскаленный уголь, он вопил на весь лес, не разбирая дороги:
— Брат Щит! Энцо! Спасите, помогите! Убивают!
— Сейчас!
Симона с Энцо мертвой хваткой сцепили противники. Выгадав мгновение, Энцо ударил врага прямо в нагрудный кристалл, отпихнул сапогом и крикнул через плечо:
— Еще десять секунд!
— Десять?! Да я и секунды не протяну!
Сяо Са отчаянно стенал. Гора содрогалась от его воплей, однако сам он уворачивался от атак настолько ловко, что на нем не осталось ни царапины. Преследователи уже доходили до белого каления.
— Братцы, спасите... Папа, приди!
Он уже сам не понимал, кого зовет. Внезапно тропу перегородил завал из валунов. «Ну всё, пришел мой час», — промелькнуло в голове. Но тут над самыми ушами щелкнул стальной механизм: тяжелый силовой щит рухнул прямо перед ним, приняв на себя град световых зарядов.
В то же мгновение за спинами нападавших промелькнули две тени. Сверкающие парные клинки бесшумно и точно разнесли их кристаллы в дребезги.
Противники даже не успели сообразить, что произошло. Энцо не любил затягивать ближний бой: его атаки — стремительные и беспощадные, словно бросок тигра — не оставили врагам ни единого шанса.
С глухим стуком сбитые с ног бойцы повалились в грязь и прелые листья.
Заплаканный Сяо Са, обвешанный командным снаряжением, высунулся из-за силового щита. Окинув взглядом стенающих на земле врагов, он с ревом вцепился в пояс добермана Брата Щита:
— О-о-о-а-а-а! Спасибо, отцы родные, спасли мою собачью жизнь!
Его измазанная мордашка отпечаталась на главном трансляционном экране. В зрительном зале раздались добрые смешки, а настоящий отец парня, сидя среди зрителей, густо покраснел и стыдливо закрыл лицо ладонью.
Под руководством Симона отряд продвигался вперед с боями. Запасы их были настолько богаты, что со стороны они казались невероятно лакомой добычей. По мере сужения безопасной зоны стычки становились все жестче. Из остававшихся семи или восьми команд уцелеть в полном составе удалось лишь трем, включая группу Энцо.
Зона сократилась вновь.
— Смотри! И правда у водопада! Цяо-Цяо был прав! — Асайя от радости задергал Мэйфилда за рукав.
Как и предсказывал Цзи Цяо, финал разворачивался у старинного павильона, прижатого к горному утесу. На вершине его резной крыши развевался золотой флаг. Очков за него давали достаточно, чтобы вырваться в лидеры... или кардинально изменить ход игры.
Мэйфилд слегка прищурился. Как и остальные зрители, он не сводил глаз с золотого полотнища.
— Энцо и остальные должны его забрать, верно? — Цзи Цяо с тревогой взглянул на турнирную таблицу. Сейчас они занимали первое место, но команда Налуня шла нога в ногу, готовая в любой момент обойти их.
— Угу, — Мэйфилд перекинул ногу за ногу и провел подушечкой пальца по перстню на руке. Посмотрев на экран, он сжал губы, словно взвешивая шансы, а затем с легким сожалением цыкнул: — Если он действительно решит брать флаг сам...
Грохот канонады на арене заглушил его слова, и граф так и не закончил мысль.
Древний павильон превратился в арену финального побоища. Участники не жалели сил и оружия: уцелевшие отряды разбивались, выжившие одиночки отчаянно пробивали себе путь к победе. Град световых зарядов и стрел застелил небо; в воздухе гремели крики и скрежет стали, а позиции в рейтинге менялись каждую секунду.
Вооружение было ограниченным, и к концу турнира израсходовавшим боезапас бойцам оставалось полагаться лишь на холодное оружие и рукопашный бой.
Симон вывел отряд на самую открытую площадку у подножия башни. Положение складывалось непросто: Энцо превратился в главную мишень для всех остальных команд, да и отряд Налуня вот-вот должен был подтянуться.
— Черт! У них слишком плотный огонь! — Лао Яо попытался обойти башню с тыла, но заградительный залп заставил его отскочить и спрятаться за каменной статуей. — Слева Налунь во весь состав, хотя их защитник почти спекся. У водопада три полуразбитых отряда грызутся между собой, а в лесу справа затаились еще двое...
Время играло против них. Энцо выглядел слишком яркой мишенью, и каждый соперник считал своим долгом выбить именно его.
— Не теряем времени. Симон, лезь за флагом, — бросил Энцо, скидывая товарищам тяжелый ящик с оружием.
Он выскочил из-за укрытия и рванул по каменистому склону, отвлекая на себя львиную долю отряда Налуня.
— Он что... — Лао Яо замер в изумлении, глядя ему вслед. — Он отказывается от золотого флага?
Захватить главное полотнище — самый триумфальный момент всей игры. Энцо с легкостью мог сделать это сам, если бы команда обеспечила ему прикрытие. В богатых дворянских отрядах, где всё строилось по схеме «четверо работают на одного господина», это считалось само собой разумеющимся.
Но Энцо просто уступил эту честь.
Как только расстояние между ним и отрядом Налуня сократилось, правила запретили использование дальнего боя.
Оказавшись в меньшинстве, Энцо все равно был неудержим. Его ярко-алые волосы мелькали в белесой дымке, а клинок со свистом резал воздух, встречая оружие врагов со стальным звоном.
— Задержите его! Защитникам — отступить на вершину склона! — гаркнул Налунь, встретившись взглядом с янтарными глазами Энцо. Жилы на его руках вздулись, а нервы натянулись до предела.
Два световых заряда прошлись в сантиметре от его наплечного кристалла, подняв тучу пыли. Налунь со своими людьми уже сжимал кольцо, как вдруг прямо в центр схватки влетела массивная черно-золотая машина — силовой щит. Вспыхнул холодный блеск клинков, и парные мечи Симона сокрушили вражеский арбалет.
— Вы чего тут забыли? — спросил Энцо, прижавшись спиной к Симону и тяжело дыша. — А остальные где?
Симон следил за движениями соперников. Едва действие щита истекло, он отбил клинком атаку противника и небрежно бросил:
— Голову подними.
— А?
Энцо нырнул за заросший травой валун, смахнув пыль с защитных очков.
— Приве-е-ет! — широко улыбнулся Сяо Са. Рядом с ним стоял Лао Яо, буквально увешанный пушками.
Все арсенальное богатство из ящика Энцо было пущено в ход. Нападавшие на мгновение опешили от такого изобилия.
Симон схватил Энцо за загривок и потащил к прежнему укрытию, хохоча:
— Сейчас мы вдарим по ним залпом, а потом вместе рванем наверх!
— Тебе что, снарядов не жалко? — поразился Энцо.
— Не вредничай! Все равно с собой не унесешь, так что гуляем!
Когда Лао Яо и Сяо Са с довольными физиономиями выкатили тяжелые орудия, все присутствующие поняли: дело плохо.
Столь сокрушительной штормовой атаки под занавес турнира не видел никто. Канонада грохотала, подобно обвалу в горах. Мгновение — и в лесу у водопада заплясали зеленые огни спасательных капсул, эвакуирующих выбывших участников.
— Да еб...
— Откуда у них столько барахла?! Почему у них еще осталось оружие?!
— Это же доминирование чистого разума! Откуда у них во главе сплошной зачистки вообще взялась тяжелая пушка?!
— Да вы сквозь экран просто не разглядели! Пока они бежали, их тыловики подбирали детали с выбитых врагов и сгружали Энцо.
— Точно! Это же запчасти от той команды из деревянной избушки! Он пересобрал их прямо на ходу, чтобы повысить скорострельность!
— Матерь божья, ну и инженерные навыки у парня...
Мэйфилд расслабленно откинулся на спинку кресла и с гордостью задрал подбородок, следя за безумием на экране.
— Брат Щит, прикрывай! Лао Яо, Сяо Са — отходим с боем!
Симон и Энцо гибкими тенями взлетели на крышу первого яруса павильона, устремившись наверх с противоположных сторон.
Тяжелый залп орудия отозвался гулким эхом в груди. Энцо оглянулся, скинул на полпути пару обойм и крикнул Лао Яо:
— Отступайте! Пополните боезапас на ходу!
— Понял!
Прижатые к земле враги не могли поднять головы, но все понимали: рано или поздно канонада утихнет, когда кончатся снаряды. Отступающий дуэт начал подъем, следуя маршруту Энцо.
На ярусах павильона укрытий почти не осталось — бойцы превратились в открытые мишени. Брат Щит поднял тяжелый силовой щит, его накачанные руки недрогнувши принимали на себя мощную отдачу от влетающих зарядов.
Сяо Са с завистью воззрился на его бицепсы:
— Братан, ты такой надежный!
— Эй, хватит его хвалить, а то он весь щит на тебя переставит! — крикнул Лао Яо. У него самого один из кристаллов уже раскололся, но он, извернувшись, зацепился ногой за выпирающую балку и подтянулся выше.
— Не отставать!
Защитник из отряда Налуня уже выбыл, а целитель лишь тормозил движение. Захватив двоих оставшихся бойцов, Налунь устремился в погоню за лидерами.
Золотой флаг промок под брызгами водопада. Покрывая расстояние под прикрытием соратников, Налунь нагнал Симона и хлестнул длинной плетью, разбивая кристалл на его предплечье.
Симон уклонился, маневрируя между барельефами и деревянными перилами, однако на высоте в узком пространстве он уступал Налуню в ловкости. Под перекрестным огнем его движения оказались скованы.
— Черт!
Свистящая плеть снова рассекла воздух, целя в последний кристалл на спине Симона. Внезапно поднялся порыв ветра, и прямо между ними грохнул световой заряд!
— Что за?!
Налунь обернулся. На противоположном карнизе павильона стоял Энцо: одной рукой он цеплялся за балку, а в другой сжимал механический арбалет, брошенный ему Лао Яо.
— Механический арбалет Холодного Сияния...
Снова оказавшись под огнем, Налунь уворачивался, но паники не испытывал. Эта штука требовала перезарядки каждые двенадцать выстрелов — в такой момент менять магазин было чистым безумием. Он прыгал всё выше, мысленно считая выстрелы Энцо.
Энцо был хорош в ближнем бою, но в стрельбе на дальние дистанции особо не блистал.
«Девять, десять, одиннадцать...»
— БАМ!
На двенадцатом выстреле Налунь, выгадав момент, рванулся к Симону, уже заносившему руку над флагом, и выхватил кинжал...
— БУМ!
Кристалл Налуня разлетелся в пыль от мощнейшего удара. Сбитый с ног точечным попаданием, он с немым изумлением покатился по черепичной крыше, в последний момент успев зацепиться за конек.
— Да как ты...
В десятке метров от него Энцо покрутил в руках арбалет. Порыв ветра растрепал его ярко-алые волосы, а на губах играла дерзкая усмешка:
— Я перебрал его прямо на коленке, глупая пантера!
* * *
Единственный полный отряд благополучно выбрался на вершину. Когда струхнувшего Сяо Са, зажмурившегося от страха высоты, Брат Щит взвалил на плечо и вытащил на площадку, Симон наконец выдернул золотой флаг.
Их итоговый счет мгновенно побил четырехлетний рекорд Университета Кагано. Остальным уцелевшим командам оставалось лишь смириться: времени на то, чтобы подняться и выбить победителей, уже не оставалось.
— Симон — гениальный командир! Он специально дождался всех, чтобы взять флаг вместе!
— Наш Лао Яо просто красавец! Так четко карту нарисовать!
— Брат Щит дает такое чувство безопасности, я сейчас расплачусь!
— Сяо Са, перестань реветь, у тебя уши наизнанку вывернулись!
А что до Энцо... Его имя сейчас гремело на весь стадион!
Купол арены снова потемнел. Цзи Цяо тяжело дышал, а его глаза сияли от восторга.
Он и Мэйфилд поднялись со своих мест, присоединившись к буре оваций в честь новых обладателей Кубка Золотого Грифона.
— Это мой дядюшка! Дядюшка Энцо самый лучший! — Асайя прыгал на месте, радостно вопя на весь сектор. Заметив, что вокруг все скандируют имя Энцо, малыш гордо выпятил грудку и задорно упер руки в бока: — Видели?! Энцо — настоящая звезда! Вышел на поле — и победа в кармане!
Среди оглушительного шквала аплодисментов Цзи Цяо посмотрел на пятерку победителей, направлявшихся к судейской трибуне, и слегка толкнул графа локтем.
— Что ты хотел спросить? — уточнил Мэйфилд.
— Ты ведь хотел сказать, что если бы Энцо пошел за флагом сам, они бы не смогли победить в полном составе?
Мэйфилд кивнул:
— Именно.
Цзи Цяо задумался, охваченный любопытством:
— А сам ты какому исходу отдал бы предпочтение?
Мэйфилд не ответил. Вместо этого он с интересом переспросил:
— А ты как думаешь?
— Ну... — Цзи Цяо на мгновение ушел в себя, а затем тихо произнес: — То, как он поступил — это именно то, чего ты от него ждал больше всего.
Мэйфилд удивленно вскинул бровь и бросил короткий взгляд на юношу.
— Из-за его происхождения и характера в академии на него навесили слишком много ярлыков, — пробормотал Цзи Цяо, следя за тем, как пятеро парней вместе поднимают кубок. — Наверное, главный смысл твоего прихода сюда заключался в том, чтобы дать всем возможность увидеть настоящего Энцо.
— Хм... — Граф ненадолго задумался, а затем с искренним восхищением произнес: — Кажется, теперь я понимаю, почему умные дети вызывают больше симпатии.
Цзи Цяо хмыкнул:
— Спасибо за комплимент?
— Однако есть одна деталь, в которой ты ошибся, — с улыбкой добавил Мэйфилд.
— В чем же?
— Даже если бы Энцо не завоевал кубок, мое присутствие здесь всё равно имело бы огромный смысл, — неторопливо проговорил Мэйфилд, поворачивая голову и встречаясь взглядом с юношей.
Цзи Цяо замер на полуслове, его руки застыли в воздухе, так и не завершив хлопок...
— А мы уже пойдем за золотым кроликом?
Между ними неожиданно вынырнула пушистая кудрявая головка с двумя полукруглыми ушками. Асайя забрался с ногами на кресло и счастливый уставился на взрослых:
— Это ведь главный смысл моего прихода сюда!
Вспомнив о своем блистательном дядюшке, он тут же спешно добавил:
— Ну... один из главных!
Мэйфилд: «...»
Цзи Цяо: «...»
* * *
— Дядюшка, смотри!
Сжимая в руках золотого плюшевого кролика, Асайя радостным снарядом влетел в объятия Энцо, поджидавшего их у выхода с арены.
— Откуда добро?
— Это сувенир! Дядюшка купил!
Энцо поднял глаза. К нему неспешно приближались двое взрослых. Заметив, что рядом с ними нет никаких посторонних раздражителей, он невольно улыбнулся.
— Поздравляю, — с мягкой улыбкой произнес Мэйфилд.
— Спасибо. Даже странно, что ты не выдал какую-нибудь колкость, от которой давление зашкаливает.
Энцо по очереди обнялся с Цзи Цяо и графом, вернувшись к привычной развязной манере.
— О, не волнуйся, — Мэйфилд всё так же мило улыбался, хотя голос его звучал прохладно. — Все замечания я приберег для разбора полетов. Зайдешь ко мне в кабинет завтра вечером.
—... Ну блин.
Энцо досадно взъерошил красные волосы и перевел взгляд на Цзи Цяо и Асайю, смотревших на него с откровенным сочувствием.
Энцо: «...»
Они неспешно болтали до самых ворот академии, где неожиданно столкнулись с военными чинами.
Молодой командующий с волчьими ушами как раз о чем-то беседовал с Симоном. Мельком окинув взглядом прибывших, он заметил Асайю, обнимающего сувенирного кролика.
И ровно такого же кролика он сам держал в руках.
Повисла пауза.
Альберт встретился с ироничным взглядом Мэйфилда, с каменным лицом кивнул компании и, сжав под мышкой золотую игрушку, сел в летательный аппарат.
Цзи Цяо держал Асайю за руку, когда случайно заметил через прозрачное стекло челнока, как командующий поднял кролика за уши и помахал им перед экраном оптического компьютера.
— Погнали! Я заказал сладкий суп из Павильона Цзяннюэ, нам его прямо в лавку доставят! — крикнул Энцо. За его спиной уже собралась вся его команда — парни шумно обнимались и подшучивали друг над другом.
— Идем!
Услышав про угощение, Асайя тут же прибавил ход.
Когда они подошли к заведению, Вэнь И как раз забирал у курьера внушительный пакет с едой.
— Только привезли, — Вэнь И достал баночку со сладким десертом и поставил перед малышом. Асайя мгновенно уселся на стул и без лишних церемоний принялся уплетать сладкое за обе щеки.
— Ты потише, тебя что, совсем не кормят? — Энцо с шутливым пренебрежением качнул головой и вместе с Симоном уселся за стол, разбирая угощения.
— Детям надо расти, поэтому им можно есть побольше! — Асайя зажмурился от удовольствия и забавно покрутил плечами.
— Оно-то конечно, вот только детям предстоит не только расти...
В лавку неспешно вошел Мэйфилд. В его глазах плясали лукавые чертики:
—... Им еще предстоит сдавать экзамены.
Асайя с ложкой во рту мгновенно окаменел:
— Бе-е-е?
Мэйфилд безжалостно зачитал приговор:
— Только что пришло уведомление из твоего детского сада. На следующей неделе у вас проверочная работа по механике.
— Ха! — вырвался смешок у Энцо.
Стол, за которым сидели студенты, дружно завыл от хохота, разглядывая расстроившегося малыша, у которого ушки печально повисли, а из глаз чуть не потекли комичные слезы-лапша.
Цзи Цяо сделал глоток сладкого супа и с подозрением посмотрел на компанию злорадствующих студентов:
— И чему вы радуетесь? Вам разве курсовые писать не надо?
Лица пятерки мгновенно скисли, а улыбки как не бывало.
* * *
Тем временем оптический компьютер Мэйфилда непрерывно вибрировал от входящих сообщений.
Бросив взгляд на рыжеволосого юношу, спорившего о чем-то с Цзи Цяо за столом, граф вышел на улицу и наконец принял вызов от своего отца-герцога, который тот пытался сделать уже с десятый раз за день:
— Вы должны предоставить мне объяснения по поводу участия Энцо в турнире, господин Мэйфилд.