Сковорода за сковородой, порция за порцией — яичница с томатами сходила с огня без перерыва.
Руки Му Цинлина затекли от непрерывной работы. Ван Тьечжу, не выдержав вида его мучений, решительно шагнул к очагу, чтобы сменить кулинара. Впрочем, будучи абсолютным новичком, он хоть и запомнил последовательность действий, но от волнения суетился и постоянно допускал ошибки.
В конце концов один из клиентов в очереди не выдержал:
— Эй, эта порция ведь моя? А ну отойди, я сам всё сделаю!
Тьечжу беспомощно застыл, переведя взгляд на хозяина заведения.
Му Цинлин лишь с улыбкой пожал плечами:
— Что ж, устраиваем самообслуживание. Все, кто хочет приготовить блюдо своими руками, занимайте очередь!
Наблюдая за процессом столько времени, гости прекрасно поняли, насколько прост рецепт, и каждый горел желанием попробовать. Кое-кто ещё минут десять назад порывался выйти из игры, чтобы приготовить яичницу у себя дома, а уж воспользоваться настоящим очагом и воком Мастера Му желали абсолютно все.
Ван Тьечжу со спокойной душой вернулся к нарезке помидоров.
В тесной закусочной яблоку негде было упасть. Всего за один день древний город Цяньчэн обогатился несколькими сотнями людей, освоивших приготовление яичницы с томатами.
Лишь когда в лавке закончились абсолютно все запасы продуктов, довольные посетители с неохотой начали расходиться.
Те, кто жил в черте города, мгновенно устремились на овощной рынок. Торговец томатами, весь день просидевший без дела и уже собиравшийся сворачивать торговлю, внезапно столкнулся с небывалым наплывом покупателей. Игроки же, обосновавшиеся за пределами городских стен, после выхода из ворот первым делом ринулись на поиски диких трав и овощей.
Казалось, в этот вечер весь Цяньчэн насквозь пропитался аппетитным ароматом яичницы с томатами.
Когда лавка окончательно опустела, внутри остался только Ван Тьечжу. Вообще-то он тоже собирался уходить — у него была назначена встреча с другими игроками, чтобы проучить местного держиморду, — но Му Цинлин окликнул его:
— Мы разве не договаривались насчёт жареной свинины с острым перцем?
Одной этой фразы хватило, чтобы удержать заядлого гурмана на месте.
Сестра Хуан с малышкой Сяо Я заканчивали уборку. Му Цинлин мягко обратился к ним:
— Сестра Хуан, оставайтесь с Сяо Я на ужин. А ты, Тьечжу, иди ко мне в помощники.
Купленное утром мясо всё ещё ждало своего часа. И хотя его опустили в ведерке в колодец, долго хранить свежими такие отборные куски всё равно бы не удалось.
— Хозяин Му, чем мне помочь? — живо спросил Тьечжу.
— Очисти пару зубчиков чеснока, этого хватит.
Пока парень возился с чесноком, Му Цинлин тщательно промыл свинину и аккуратно срезал шкурку. Попутно он пояснил:
— Если готовишь острую жареную свинину, шкурку лучше снимать. Иначе при обжарке масло начинает брызгать во все стороны, а сама кожица становится жесткой и неразжёвываемой. А вот если делать похожее блюдо — свинину «Хуэйгороу», то после удаления щетины мясо сначала слегка отваривают в кипятке, и тогда шкурка выходит мягкой и нежной.
Ван Тьечжу толком не разбирался в тонкостях, полагая, что Хозяин Му таким образом намекает ему на покупку кулинарных рецептов, а потому слушал с особым вниманием.
Отборную свиную грудинку Му Цинлин нарезал тонкими ломтиками, а свежий перец — наискосок, крупными кусочками.
Ещё ему требовалось приготовить перечное масло. Из-за отсутствия острой бобовой пасты «Доубаньцзян» именно юйлацзы должно было придать блюду нужную глубину вкуса.
Пока в ковшике шкворчало ароматное масло с хлопьями перца, кулинар продолжал делиться секретами:
— Эта заправка универсальна. Она хороша и для повседневных блюд, и для холодных закусок, да и вообще пригодится везде, где нужна пикантная острота.
Тьечжу послушно кивал.
Когда юйлацзы было готово, началась основная готовка.
— В свиной грудинке и так достаточно жира, поэтому масло на сковороду можно не лить. Выкладываем мясо прямо в сухой вок и вытапливаем смалец, после чего добавляем имбирь и чеснок.
Му Цинлин сделал небольшую паузу и добавил:
— Имбирь — незаменимое средство, чтобы убрать специфический сырой запах мяса. Почти любой вид мяса имеет свой естественный душок. Кое-что перед готовкой нужно замариновать с имбирной крошкой, а при обычной обжарке достаточно просто бросить его в масло вместе с чесноком.
Ван Тьечжу осенившая догадка буквально поразила в самое сердце. Он-то всегда думал, что не любит мясо именно из-за этого тяжелого, неприятного душка! Но стоит долго пожить без белка, как организм начинает требовать своего, и приходилось через силу глотать безвкусную мясную жижу. Только сейчас он понял: оказывается, прежняя стряпня просто не проходила правильную обработку!
Тем временем ломтики грудинки пустили прозрачный сок и пухлый жир, чеснок с имбирём отдали свой аромат, следом в сковороду отправилась капля соевого соуса, ложка юйлацзы и, наконец, нарезанный перец. Несколько быстрых взмахов воком — и как только перец слегка размяк, готовое блюдо отправилось на тарелку.
Тьечжу не удержался от вопроса:
— Получается, все эти кулинарные приемы не такие уж и сложные?
— Именно так, — улыбнулся Му Цинлин. — По сути, одни и те же базовые техники подходят для десятков самых разных блюд.
Игрок погрузился в размышления.
Затем Му Цинлин быстро обжарил сезонные овощи и сварил легкий яичный суп. Из-за ограниченного набора продуктов стол получился скромным, но порции вышли сытными — как раз чтобы наесться вчетвером.
Ван Тьечжу с величайшей готовностью расставил пиалы, разложил палочки и насухо протёр стол. Наблюдая за его усердием, Му Цинлин решил, что момент для разговора об ученичестве самый подходящий.
— Что-о?! Вы... вы правда хотите взять меня в ученики? — Тьечжу уставился на него круглыми от изумления глазами.
Для человека из древней эпохи подобное мастерство было главным средством к существованию! С какой стати отдавать его чужаку с другой фамилией?
Му Цинлин кивнул:
— Только не торопись радоваться. Тебе придется отработать у меня бесплатно три месяца. Если выдержишь проверку, тогда и проведем официальную церемонию.
Тьечжу окончательно обомлел. Он никак не ожидал, что события принимают столь невероятный оборот.
Его изначальный план был прост: вкусно поесть, купить пару рецептов и вернуться в реальный мир, чтобы наладить бизнес с официальными структурами. И тут Хозяин Му предлагает стать его личным преемником?!
Впрочем, трехмесячная бесплатная отработка его нисколько не пугала. Это же игра! Семья от него заработка не требовала, свободного времени хватало с избытком, и выходить в сеть он мог хоть каждый день.
— Можешь пойти домой, всё хорошенько обдумать и только потом дать ответ, — спокойно продолжил Му Цинлин. — Сейчас тебе кажется, что готовить легко. Но если учиться всерьёз, первым делом придётся постановкой руки нарабатывать навык владения ножом. Каждая соломка должна получаться идеально одинаковой по толщине, а ломтики — ровными, как на подбор. Это долгий и очень тяжелый труд.
— Я не боюсь трудностей! Я всё решил и хочу стать вашим учеником, — выпалил Ван Тьечжу. — Я знаю правила. На днях принесу подарки для наставника и подам вам чай как полагается!
— Идет, — Му Цинлин не любил понапрасну сотрясать воздух. — Садись за стол, а то всё остынет.
На самом деле трехмесячный срок нужен был лишь для того, чтобы проверить серьёзность намерений парня.
Отправив в рот сочный, обжигающий кусочек острой свинины и заев его пышным белым рисом, Ван Тьечжу окончательно пришёл в себя.
Он действительно становится учеником Хозяина Му! Значит ли это, что со временем он освоит кулинарию на том же невероятном уровне? Если перенести все эти знания в реальность и открыть там ресторан... да он же станет невероятно богат!
При этой мысли в нем проснулась совесть, воспитанная современным образованием:
— Учитель... э-э... в общем, за каждое изученное блюдо я буду платить вам отдельную плату за обучение!
Му Цинлин не удержался от смешка — парень уже вовсю величал его Учителем!
— В этом нет нужды.
Му Цинлин догадывался, что Тьечжу, скорее всего, передаст рецепты своим родичам или друзьям в других краях, чтобы те открыли своё дело. Но в этом древнем мире с его неторопливым транспортом далекие провинции никак не могли помешать его собственной закусочной. Даже если гипотетический родственник решит вести бизнес прямо здесь, в Цяньчэне, сам Му Цинлин к тому моменту уже намертво пустит корни. Посетители сами поймут, где готовят лучше. К тому же простые домашние кушанья — лишь капля в море его кулинарного арсенала.
— В том, чтобы эти рецепты разошлись по свету, нет ничего дурного, — произнёс Му Цинлин. — Всё, что ты пробовал до сих пор, — обычная домашняя кухня. А смысл домашних блюд в том и состоит, чтобы каждый мог приготовить их у себя на очаге. Пусть люди хотя бы поедят нормальной еды.
Каждый раз, когда он вспоминал, что даже в богатых домах вроде резиденции хозяйки Тан люди давятся темной, лишенной вкуса и вида жижей, его сердце сжималось от жалости к местным жителям.
"Неужели даже император в этом мире питается подобным месивом?"
"Это вообще веб-роман для парней или для девушек?"
Отмахнувшись от посторонних мыслей, Му Цинлин немного подумал и добавил:
— Впредь я буду раз или два в месяц устраивать показательную готовку прямо у дверей лавки. Кто захочет научиться — пусть приходит и смотрит.
— Учитель, вы невероятно щедры! — восхищенно воскликнул Ван Тьечжу.
Сестра Хуан и малышка Сяо Я, молча уплетавшие ужин, тоже ошеломленно подняли головы.
— Хозяин... а... нам с дочкой тоже можно учиться? — несмело спросила женщина.
Честно говоря, когда Сестра Хуан с дочерью впервые попробовали стряпню Хозяина Му, они не ощутили ничего особенного — просто эта еда показалась им немного вкуснее привычного пойла. И только. Но поев её несколько раз, они почувствовали, как оживают их вкусовые рецепторы. Нет, казалось, будто ожили они сами, а вся прежняя жизнь была лишь беспросветным, серым сном.
Му Цинлин тепло улыбнулся и погладил Сяо Я по голове:
— Разумеется.
Затем он взглянул на парня с лукавинкой:
— Кстати, Тьечжу, имей в виду: раз ты поступаешь ко мне в обучение, то будешь младшим учеником. А Сяо Я — твоя старшая сестра-наставница.
Девочка застенчиво улыбнулась.
Тьечжу заметил добродушное озорство в глазах хозяина, но ничуть не обиделся. Сяо Я была лишь бедным сиротой-NPC с непростой судьбой, но при этом оставалась послушной и милой девочкой. Если относиться к персонажам как к живым людям, то и мир, в котором они живут, становится настоящим. Он и сам искренне желал им счастья.
Закончив с едой и выскребнув пиалу с рисом до последней капли подливы, Ван Тьечжу помог вымыть посуду, наносил полный водоносный ушат воды из колодца и только после этого попрощался.
Умывшись, Му Цинлин лёг на кровать. События прошедшего дня всё ещё казались ему странными и немного сюрреалистичными.
"Неужели я упустил какую-то важную деталь?"
Он никак не мог понять причин происходящего, однако твердо знал: с местным задирой нужно разобраться раз и навсегда. Сегодня он обучил кучу народа готовить яичницу с томатами, и заправилы с той стороны явно так просто этого не оставят. И даже если они проглотят обиду сейчас, подобная угроза будет висеть над ним постоянно.
"Пообещав Тьечжу учить людей готовке пару раз в месяц, я рассчитывал привлечь на свою сторону простых горожан, чтобы в случае беды хоть кто-то заступился за лавку. Но это лишь временная мера, она не решит проблему коренным образом..."
"Если бы получилось сойтись с кем-то из местных влиятельных людей и заслуживать их благосклонность, у меня появился бы надежный покровитель. Тогда вероятность новых нападок стала бы куда меньше..."
Перебирая в голове эти мысли, он постепенно погрузился в глубокий сон.
Он и представить не мог, что уже на следующее утро все его тревоги разрешатся сами собой.
* * *
Выйдя из игры и вернувшись в реальный мир, Ван Тьечжу первым делом отправился в Сеть на поиски соратников.
Игроки единодушно сошлись во мнении, что попытка того наглеца силой отобрать у Хозяина Му кулинарные рецепты переходит все границы. В интернете поднялась настоящая буря: поступок агрессора осуждали сотни пользователей, и к дискуссии охотно подключались игроки из других регионов. Пусть те и не могли лично отведать блюд Хозяина Му, сам факт подобного произвола вызывал у них глубокое отвращение. Нападать на беззащитного NPC-торговца — глупейшее и бесстыдное самоуправство!
Впрочем, сам виновник скандала оказался человеком безрассудным и толоконным. Он лишь нагло отмахивался в комментариях, твердя, что это «всего лишь цифровой бот», и обвинял Ван Тьечжу с компанией в том, что они раздувают из мухи слона.