Представитель военного ведомства Юй Са молча наклонил голову и достал из папки документ.
— Это подписка о неразглашении. Полагаю, вы с ней уже знакомы.
Перед началом работы над программированием генерала Чэнъина ключевые разработчики игры уже подписывали похожий документ.
Ведущие специалисты студии смущённо переглянулись. Требования секретности вокруг фигуры генерала Чэнъина все понимали без лишних слов: это нужно было как для безопасности самого генерала, так и для защиты его цифрового образа внутри игры. К тому же Чэнъин оставался кумиром для всей молодёжи их эпохи — поработать на благо такого человека каждый считал за честь.
Но с какой стати подписка о неразглашении потребовалась для какого-то безымянного игрового персонажа?
Неужели всё дело в блюдах, которые готовит Хозяин Му?
Военные пытаются заставить их хранить в тайне древние рецепты?
Бред какой-то.
Армейское руководство ещё в прошлые годы открыто пыталось воссоздать кулинарные традиции Древней Голубой Звезды, чтобы разнообразить рацион бойцов в гарнизонах. Об этом знала вся Межзвёздная сеть. Граждане тогда горячо поддерживали эту инициативу и с нетерпением ждали, когда армейские повара добьются успеха, чтобы и простым людям перепало кусочек той эпохи.
Представители командования тогда охотно делились планами.
Вот только за прошедшие годы особых сдвигов в этом деле так и не случилось.
И если теперь неписи в виртуальном мире смогли воссоздать кулинарные шедевры древности, военным не было абсолютно никакого смысла засекречивать этот факт от разработчиков «Лянъи». Это противоречило бы всей логике Новой Поднебесной.
— Сначала ознакомьтесь, — спокойно произнёс Юй Са. — Данный вопрос имеет тот же уровень секретности, что и дело генерала Чэнъина. Если кто-то из вас не готов взять на себя такую ответственность, вы можете покинуть кабинет прямо сейчас.
Разработчики буквально сгорали от любопытства.
Что за чертовщина происходит, раз вокруг обычного обновления подняли такую бурю?
Переглянувшись ещё раз, они сделали выбор. Мир «Лянъи» они создавали своими руками на протяжении многих лет, шаг за шагом, вкладывая в него душу. И пусть их проект не стал самым популярным на рынке, для них он оставался родным ребёнком.
— Мы прочитаем, — произнёс старший дизайнер.
Юй Са передал им бумаги. Пока члены команды вчитывались в текст, он продолжал:
— Блюда, созданные этим Му Цинлином, уже вызвали огромный ажиотаж в реальном мире. Мы рассчитываем, что ваше руководство найдет разумный способ урегулировать ситуацию.
Среди присутствующих находились и топ-менеджеры компании. Услышав это, они лишь растерянно посмотрели друг на друга.
Юй Са продолжил делиться соображениями:
— У него ведь появился ученик? Возможно, стоит наладить с ними взаимодействие и найти оптимальное решение.
— Хорошо, мы проведем отдельное совещание и согласуем формат сотрудничества с военным ведомством.
Юй Са кивнул и снова перевёл взгляд на разработчиков.
Их лица менялись на глазах: сначала растерянность, затем глубокий шок, сменившийся полной неверующей ошеломленностью. В конце концов они и вовсе замерли с абсолютно отсутствующим видом, словно их поразил гром.
Некоторое время назад в Межзвёздной сети гуляли сплетни, будто обломки, обнаруженные возле ближайшей к Новой Голубой Звезде точки пространственного перехода, принадлежали древнему летательному аппарату. Новелла вызвала бурные обсуждения, хотя большинство посчитало это обычной газетной уткой.
Кто бы мог подумать, что всё это правда?!
Хотя в документе о неразглашении не раскрывались все детали, картинка в их головах сложилась сама собой.
Это казалось невероятным.
Прошло немало времени, прежде чем разработчики начали постепенно приходить в себя.
* * *
О том, что происходило за пределами виртуального мира «Лянъи», Му Цинлин даже не подозревал.
Завершив долгую беседу с господином Цюем, он наконец вернулся на кухню, чтобы обедать. У поваров работа такая: пока все гости не наедятся и не отбудут, на обед рассчитывать не приходится.
К счастью, Ван Тьечжу взял на себя часть хлопот.
И хотя Му Цинлин намеревался ещё какое-то время присматриваться к парню, прежде чем принимать официальные подношения и нарекать его учеником, Тьечжу за эти дни проявил себя с лучшей стороны.
Во внутреннем дворике перед кухней уже расставили столы и скамьи. На них дымились блюда, оставшиеся после подачи.
— Хозяин Му, скорее к нам! Только вас и ждём! — радостно замахали повара.
Не вернись Му Цинлин сейчас, они б залили слюной весь двор.
Юноша не стал жеманиться:
— Вы сегодня отлично потрудились, давайте садиться. Мало ли, вдруг господа изволят заказать ещё что-нибудь.
Повара понимающе кивнули. При обычных обстоятельствах дополнительных заказов на банкетных обедах не бывало, но против стряпни Хозяина Му устоять не мог никто. Служанки, возвращавшиеся из главного зала, в один голос твердили, что даже самые спесивые чиновники уплетали угощение за обе щеки.
Му Цинлин опустился на скамью и взял палочки. Стоило ему отправить в рот первый кусок, как остальные без лишних церемоний набросились на еду.
Если знатные господа ещё пытались держать лицо и соблюдать приличия, то слугам-поварам глупые условности были ни к чему. Набивали рты так, что щеки трещали.
Одна из кухарок, женщина средних лет, отродясь не выносила острого. Сегодня она и не думала прикасаться к жареной свинине с острым перцем, но, глядя, с каким наслаждением уминают блюдо остальные, все же не удержалась и зачерпнула кусочек.
Подрумяненный ломтик жирной свинины попал в рот вместе с кусочком зелёного перца. В первую секунду обожгло так, что язык занемел, а на носу мгновенно выступили капельки пота.
Она уже хотела выплюнуть кусок, но зубы сами собой сделали движение — и рот наполнился сочным, пряным ароматом.
Острота оказалась вовсе не жгуче-выжигающей, а дразнящей, невероятно аппетитной.
Язык слегка пощипывало, пот катился градом, но во всем теле образовалась удивительная лёгкость. Чем больше она жевала, тем вкуснее казалось блюдо. А уж когда этот пряный перец с румяным мясом попадал на ложку горячего риса — удержаться было просто невозможно.
Соседка, приметив её усердие, подмигнула:
— А говорила, вовсе острого не ешь!
Женщина смущённо улыбнулась:
— Прежде мне казалось, что от перца только животу беда да во рту пожар. А эта свинина с перцем... Язык хоть и горит малость, а вкусно так, что не оторваться!
— И то правда, — подхватил стоящий рядом повар. — Попробовал я сегодня эти кушанья — и понял: не зря землю коптил!
Слушая их искренние похвалы, Му Цинлин мягко улыбнулся.
Ни один повар не откажется от доброго слова в адрес своей стряпни. В прежней жизни, когда он был кулинарным блогером, его работа заключалась в основном в съёмке обучающих роликов. Лишь изредка он устраивал розыгрыши и угощал подписчиков. Каждая их похвала дарила ему глубокое, ни с чем не сравнимое удовлетворение.
И сейчас он чувствовал то же самое.
Только теперь его стряпней наслаждалось куда больше людей.
Обед прошёл в атмосфере полного восторга. Кажется, каждый из присутствующих почувствовал себя на верхушке блаженства.
Ван Тьечжу, наевшись до отвала, с трудом поглаживал округлившийся живот и наклонился к уху Му Цинлина:
— Учитель, а эти блюда вы меня научите готовить?
— Разумеется, — отозвался юноша. — Вот вернемся, и надо будет подумать, как перестроить работу нашей лавки. Нельзя же вечно торговать одной-двумя позициями.
Раньше у него просто не доходили руки, да и деньги требовались срочно, вот и пришлось выезжать на том заведении, что досталось от прежнего хозяина. Он лишь убрал из меню унылую яичницу да варёные яйца.
Но по сути он день за днём крутился у огромного казана, выполняя монотонную работу. Для Тьечжу, который только постигал азы, это ещё казалось в новинку, а самому Цинлину уже до смерти наскучило.
— Учитель хочет поменять формат? И как же? — с любопытством спросил Тьечжу.
Впрочем, с нынешним потоком в лавке он и сам уже неплохо справлялся. Учитель говорил, что устраивает ему проверку, но парень отлично понимал: Му Цинлин уже признал его. А значит, нужно брать на себя как можно больше забот.
Му Цинлин задумчиво произнёс:
— Кое-какие мысли есть. Вернёмся — обсудим. Главная проблема в том, что у нас катастрофически не хватает рук.
— Учитель, а почему бы вам не открыть заведение закрытого типа? Делать авторскую кухню на заказ!
— Авторскую кухню? — Му Цинлин замер. Какое одновременно чужое и до боли знакомое словосочетание.
Он испытующе посмотрел на ученика и наугад произнёс:
— Императорское нефритовое вино?
— Читать про такое? — Тьечжу хлопал глазами с абсолютно чистым лицом.
Видя, что парень не притворяется, Му Цинлин вздохнул про себя. А он уж было подумал, что встретил земляка-попаданца.
— Да нет, ничего. Ты имеешь в виду дорогой ресторан с обслуживанием по записи?
Тьечжу закивал:
— Мне родня из дальних краёв рассказывала. Есть такие заведения, где подают редкие кушанья. Они берут всего по два-три стола в день, и только по предзаказу. А что именно подадут на стол — зависит от того, добыл ли хозяин свежие продукты к утру.
«Вот оно что», — догадался Му Цинлин.
Если этот мир создан по законам виртуальной реальности или литературы, писали его явно наши современники. Неудивительно, что здесь проскальзывают понятные термины. Да и время тут меряют не «чашками чая» или «палочками благовоний», а вполне привычными минутами и часами.
Наверное, у автора просто не хватило фантазии прописать глубокий исторический антураж.
— А ведь ты мыслишь в правильном направлении, — похвалил Му Цинлин. — Если перейдём на заказы, работать станет легче, да и ты сможешь освоить куда больше сложных блюд.
Тьечжу действительно обладал редким кулинарным чутьём, и Му Цинлин был более чем доволен своим учеником.
— Ладно, дома все тщательно взвесим, — подвёл итог юноша.
Едва повара закончили обедать, а подсобные рабочие принялись убирать со столов, как из передней снова прибежал слуга:
— Хозяин просит приготовить ещё жареного мяса! Гости изволят слагать стихи и вести беседы за вином, требуется закуска.
Дело нехитрое — здешние кухари к такому привыкли.
— Хозяин Му, отдыхайте, мы сами всё сделаем!
Му Цинлин, однако, подниматься не спешил: ему давно хотелось посмотреть, как в этом мире готовят мясо на углях. В гостях у хозяйки Тан на столе тоже стояло жареное мясо — похоже, без него здесь не обходилось ни одно застолье. Правда, в тот раз Цинлину было не до холодных закусок: мясо успело остыть и сделалось совершенно безвкусным.
А ведь такое кушанье хорошо только с пылу с жару.
— Не возражаете, если я посмотрю?
— Ну что вы, Хозяин Му! — со смешком откликнулся самый старший из поваров, старик Чжан. — Вы нас сегодня так выручили, научили стольким вещам, а мы вам даже спасибо толком не успели сказать!
Му Цинлин тепло улыбнулся:
— Мы же ремесленники одного дела. Надо помогать друг другу и учиться новому.
В этом мире кулинарное искусство находилось на довольно примитивном уровне, зато утварь оказалась вполне достойной — если не считать довольно странных на вид ножей. Чтобы приготовить сегодняшний обед, Му Цинлин принёс с собой целый набор кухонных ножей, откованных по его собственному чертежу местным кузнецом Ван Даню.
Впрочем, здешние повара предпочитали работать своими привычными секачами. Посмотрев, как они пластуют мясо, юноша лишь тихо вздохнул.
Ну что ж, инструмент — дело привычки. Гораздо больше Му Цинлина удивило другое:
— Вы берете чистую вырезку? А мариновать её перед обжаркой не будете?
Старик Чжан искренне удивился:
— Так любое мясо жарить можно! Просто вкус разный выходит. Господа знают, что на кухне к концу дня мало что осталось, так что насадим, что есть, и подадим.
Му Цинлин застыл с открытым ртом.
Тот же постный филе-миньон или постная свинина без предварительного вымачивания и маринования после обжарки станет сухой как подошва, да ещё и с характерным тяжелым запахом.
Он в очередной раз почувствовал глубокую жалость к местным гурманам. И вот это подают на банкетах знатным людям...
Взгляд Цинлина упал на крупный кусок сочной свиной грудинки.
— Тьечжу, пластуй грудинку. Режь как можно тоньше, прямо до прозрачности.
Ван Тьечжу лишних вопросов задавать не стал: раз учитель велел — надо делать. Он налег на нож, стараясь выгнать из-под лезвия идеальные, просвечивающие на свету ломтики.
Тем временем Му Цинлин быстро смешал в пиале пряный, остро-сладкий соус. Нарезанное мясо отправилось мариноваться.
Жарили мясо здесь не на открытых углях, а на больших плоских жаровнях. Му Цинлин попросил разжечь одну такую плиту. Едва замаринованная грудинка опустилась на раскалённый металл, как по кухне поплыл сумасшедший аромат, а жир весело зашкворчал.
Повара тут же бросили свою работу и плотным кольцом обступили жаровню Цинлина.
Да что ж это такое?! Ладно сложные блюда, но почему даже обычное жареное мясо у Хозяина Му выходит в сто раз аппетитнее, чем у них?
— А что это за соус? — выдохнул кто-то.
Такой заправки они в жизни не видали. И снова Му Цинлин составил её сам!
Не снимая мяса с жаровни, Цинлин окликнул Сестру Хуан:
— Сестра Хуан, вымойте корзину свежих листьев салата. Выбирайте самые нежные.
— Сейчас сделаю!
Сяо Я, которой больше не нужно было дежурить в коридорах, с радостью помогала матери.
— Учитель, а зачем нам салат? Его тоже жарить будем?
— Нет, — улыбнулся юноша. — Жирная свинина сама по себе довольно тяжелая, от неё быстро наступает пресыщение. А свежий, хрустящий салатный лист отлично сбивает жирность. Его едят сырым.
Тьечжу, как истинный ценитель вкусной еды, мгновенно схватил суть:
— О! То есть мясо нужно заворачивать в лист, как мы сегодня делали с утиной грудкой?
— Именно, — похвалил его Му Цинлин.
Тьечжу сокрушенно вздохнул:
— Эх, знал бы я — не набивал бы так брюхо за обедом! Теперь вот смотрю на ваше мясо и локти кусаю.
Запас прочности у игроков в этой реальности имел свои пределы: если переесть сверх нормы, игра честно выдаст недомогание, прямо как в жизни.
Му Цинлин лишь качнул головой:
— Тебе ли жалеть? Станешь настоящим поваром — кулинарных изысков на твой век хватит.
— Не-е-ет, — с улыбкой возразил Тьечжу. — Я хочу есть только то, что приготовили вы! Спросите хоть Сяо Я!
Девочка серьезно кивнула:
— Дядя Тьечжу прав. Учитель готовит лучше всех на свете!
— Учитесь как следует, — с мягким упрёком произнёс Цинлин. — Вот открою большой ресторан, сделаю вас шеф-поварами.
Мясо на жаровне подрумянилось, источая всё более густой, соблазнительный запах. У поваров снова потекли слюнки.
— Рецепт тут нехитрый, — Му Цинлин попутно решил провести небольшой урок. — Вся суть — в маринаде.
Он коротко перечислил базовые ингредиенты для вымачивания мяса, пояснив, что главная задача — убрать тяжелый запах и насытить волокна соком.
— Вы можете сами поэкспериментировать с этой основой. Добавить других специй, поменять пропорции, подстроить под свой вкус.
Поварам нужно развивать воображение. Если все начнут слепо копировать его рецепты, во всем мире еда станет одинаковой на вкус. А Му Цинлину этого совсем не хотелось.
Повара тут же отложили свои сухие заготовки и принялись мариновать мясо по новому методу.
Заказ из передней простаивать не мог, так что Му Цинлин передал первую порцию подрумяненной грудинки служанкам. К мясу он приготовил два вида соусов — кисло-сладкий и остро-пряный, а также велел Тьечжу нарезать тончайшими ломтиками свежий чеснок.
Как говорят в народе: «Мясо без чеснока — деньги на ветер». А добавлять его или нет — пусть гости решают сами.
Служанки, уже усвоившие правила подачи, подхватили подносы и поспешили в зал.
Тем временем на кухне закипела творческая работа. Повара наперебой предлагали Му Цинлину оценить их варианты маринада.
— Очень неплохо! А вот в этот соус добавить немного фруктового сока было отличной идеей, — похвалил юноша кухарку.
Женщина расцвела от похвалы:
— Спасибо за науку, Хозяин Му!
Пока на кухне царило полное согласие, в переднем зале гости с восторгом осваивали новый способ поедания жареного мяса. Едва служанки показали, как заворачивать сочные, обжигающие ломтики в прохладный салатный лист с чесноком и соусом, как господа тут же отобрали у них щипцы и принялись стряпать свертки самостоятельно.
Пиршество удалось на славу. За исключением небольшого происшествия в середине дня, праздник прошёл идеально.
Когда гости начали разъезжаться, к Му Цинлину подошёл Управляющий Цюй. В руках он держал лаковую шкатулку и поднос с аккуратными серебряными сливателями по два ляна каждый.
Всего на подносе лежало около двадцати слитков — вдвое больше, чем оговаривалось изначально.
— Хозяин Му, вы сегодня превзошли сами себя. Господин и Старая госпожа весьма довольны и велели щедро наградить вас за труды.
Му Цинлин не стал жеманиться и принял плату:
— Благодарю Старую госпожу и господина Цюя за щедрость.
После чего с уважением поклонился управляющему:
— И вам, дядя Цюй, огромное спасибо. Без вашей помощи и подготовки мы бы вчетвером застряли тут до ночи.
Управляющий Цюй расплылся в улыбке. Поведение этого юноши вызывало у него глубокое уважение. Ни грамма заносчивости, идеальные манеры — и не скажешь, что перед тобой простой владелец скромной лавки.
Уж не из обедневших ли дворян этот парень?
Впрочем, обедневшие благородные господа скорее пошли бы в учителя или переписчики книг, но уж точно не стали бы марать руки у кухонного чада.
Провожая гостей до ворот, Управляющий Цюй тихо произнёс:
— Те двое подсобников, которых поймали днём, кое-что рассказали на допросе. Похоже, они действительно метили в вас, Хозяин Му. Правда, имени заказчика они не знают — общались через посредника, знают только, что это был мужчина.
Он вздохнул:
— Вы теперь человек заметный в Цяньчэне. Будьте осторожны, не давайте врагам повода. Как только мы узнаем больше, я сразу дам вам знать.
Му Цинлин задумчиво молчал. Кто мог желать ему зла?
Те же люди, что пытались силой выкупить его рецепты?
Идущий сзади Ван Тьечжу хмурился с тем же выражением лица, что и учитель. Он был почти уверен, что за всем этим стоит тот самый Юань Лян.
Официальным путём получить рецепт не вышло, так этот гад решил действовать исподтишка?!
Тьечжу сжал кулаки. Вот вернётся он из игры в реальность — и так распишет действия этого персонажа на форумах Межзвёздной сети, что у того уши завянут!
— Спасибо за предупреждение, дядя Цюй. Мы будем осторожны.
— Вот и ладно. Поезжайте с богом, — Управляющий Цюй дружески похлопал юношу по плечу.
У ворот их ждала та же роскошная карета. Но если утром они ехали полные сил, то теперь усталость давала о себе знать. Работа на чужой кухне под постоянным присмотром отнимала куда больше сил, чем привычная суета в собственной лавке.
Му Цинлин обернулся к спутникам:
— Сестра Хуан, вы с Сяо Я сегодня отправляйтесь прямо домой, отдыхайте.
— А как же лавка? Сегодня не открываемся?
— Нет, — качнул головой Цинлин. — Отдыхайте. Завтра жду вас с утра.
— Хорошо, — Сестра Хуан, хоть и устала, была в приподнятом настроении. Нынче она увидела много нового и теперь размышляла, какой — подарок в честь обряда ученичества — приготовить для дочери.
Заметив, что карета въехала на торговую улицу, она попросила:
— Тормозите здесь, мы сойдём. Заодно купим кое-что для дома.
Му Цинлин не стал возражать, достал из кошеля один из серебряных слитков и протянул женщине:
— Деньги мы сегодня заработали хорошие, так что держите премиальные. Особенно Сяо Я — она сегодня настоящая героиня!
Сестра Хуан всплеснула руками, отказываясь:
— Хозяин! Вы нам и так платите щедро, да и заботитесь больше, чем следует. Не возьму я этих денег!
Му Цинлин, не слушая возражений, опустил серебро прямо в кармашек платьица маленькой Сяо Я:
— Это от учителя. Бери и не спорь.
А затем повернулся к Сестре Хуан:
— На улице холодает. Купите девочке пару хороших, тёплых отрезков на зимнюю одежду.
Эти слова попали в самое сердце женщины.
Они с дочерью думали подарить Му Цинлину традиционный набор ученика, но её средства были скромны, а мастерство Хозяина Му — уникально. Обычный подарок казался слишком бедным.
Зато теперь она знала, чем отблагодарить мастера!
У Хозяина Му нет ни жены, ни старших родичей, которые могли бы позаботиться о его гардеробе. Он уже сколько времени ходит в одних и тех же нескольких кафтанах. Раз уж наступают холода, она сама сьет ему несколько добрых, тёплых вещей!
Для постороннего мужчины шить одежду не годится, но Му Цинлин — учитель её дочери. Если подарок поднесёт сама Сяо Я, никто и слова худого не скажет.
Мать с дочерью сошли с кареты, а Му Цинлин вытащил ещё один серебряный слиток и всунул его в руку Ван Тьечжу:
— Держи. Чтобы потом не говорил, будто я кого-то выделяю.
Тьечжу опешил и даже смутился:
— Учитель... мы же уговаривались, что я работаю даром!
В реальном мире за бесплатный труд любого начальника мгновенно затаскали бы по судам. Но здесь был древний мир! Тьечжу слышал от одного непися-плотника, что тот пошёл в ученики в двенадцать лет: три года носил учителю подарки по праздникам, стирал и убирал за ним, и лишь потом мастер стал показывать ему простые основы ремесла.
По сравнению с этим его учитель Му был просто святым!
Му Цинлин хотел было подшутить над учеником, но в этот момент с улицы донёсся громкий шум.
Юноша отдёрнул шторку кареты и обомлел.
Посреди дороги здоровяк Дылда мёртвой хваткой вцепился в ноги двоих дюжих мужиков, не давая им шагнуть!
Что за наглость?!
Му Цинлин рябкнул кучеру остановить экипаж. Едва карета замерла, как из подворотни выскочили двое крестьянских парней и помогли Дылде прижать нападавших к земле.
Тьечжу выскочил вслед за учителем и сразу узнал пленников.
Да ведь это же те самые головорезы, которых прошлый раз подослал Юань Лян!
Опять вылезли, сволочи?!