С тех пор как Ван Тьечжу перестал воспринимать НПС в «Лянъи» как обычных бессловесных ботов, он по-настоящему почувствовал вкус к игре. И лишь теперь в полной мере осознал, почему разработчики твердили: этот виртуальный мир — вторая жизнь каждого игрока.
Он сидел тихо, слушая, как хозяйка Тан с чувством жалуется хозяину Му на собственного отпрыска — мол, совсем от рук отбился, нигде от него покоя нет, озорничает так, что хоть святых выноси. А хозяин Му лишь мягко улыбался да изредка вставлял пару ласковых слов.
Едва же разговор зашел о том, что хозяину Му пора бы и невесту придыбать, тот моментально сменил тему.
Ван Тьечжу про себя усмехнулся.
Надо признать, проработка социума в «Лянъи» поражала. Ещё на уроках истории им рассказывали, что пять тысяч лет назад — на Древней Голубой Звезде — и мужчин, и женщин по достижении определенного возраста безбожно донимали сватовством. В их веке подобные порядки казались полной дикостью. Вступать ли в брак, заводить ли детей, рожать ли самостоятельно или довериться инкубационной капсуле — всё определялось исключительно личным выбором каждого.
Что ж, в каждую эпоху свои нравы.
Впрочем, взгляды на жизнь у хозяина Му казались вполне прогрессивными. По законам здешнего мира сочетаться браком разрешалось уже с пятнадцати лет. Хозяину Му на вид было не меньше восемнадцати, а он мало того что жил бобылем, так еще и мысль о семье встречал в ножи.
Предаваться размышлениям Ван Тьечжу долго не пришлось: подсобник хозяйки Тан вынес на подносе блюдо со сверкающими разноцветными карамельками.
Глаза Ван Тьечжу мгновенно вспыхнули:
— Ух ты! Какая красота, прямо как драгоценные камни!
И главное — в реальном мире ничего подобного не сыщешь.
Му Цинлин тоже не скрывал приятного изумления. Ну и хватка у хозяйки Тан!
— Выглядит очень аппетитно, — с улыбкой произнёс он. — Если заливать карамель в фигурные формы, покупатели разберут её ещё быстрее.
Хозяйку Тан словно осенило:
— А ведь и правда! С формочками хитрости нет, непременно попробую. Хозяин Му, возьмите штуку-другую, оцените вкус. Может, в рецепте нужно что исправить?
Му Цинлин охотно согласился.
Сладость — первое ощущение, к которому привыкает человек, а хороший сахарок неизменно поднимает настроение. Сам Му Цинлин душой не кривил: сладкое он искренне любил. В детстве семья жила скромно, и лакомства перепадали разве что по праздникам, когда дедушка, хитро прищурившись, доставал из кармана пригоршню дешёвых развесных конфет. С тех пор карамельки ассоциировались у него с редкими, драгоценными мгновениями детского счастья.
Повзрослев и став зарабатывать сам, он всегда держал дома вазочку со сладостями. Но очутившись в этом мире, с удивлением понял, что местный люд использует сахар исключительно как приправу. Он понимал: в древности сахароварение находилось в зачаточном состоянии. Лакомиться сахаром вчистую могли позволить себе разве что знатные да богатые дома, так что среди простолюдинов конфеты были невидалью.
Однако смущала одна деталь. Очищенный белый сахар, который он брал в лавке у той же хозяйки Тан, по качеству ничем не уступал современному. Значит, с технологиями тут как раз всё было в полном порядке.
Впрочем, этот мир сочетал в себе столько странностей, что удивляться еще одной не имело смысла.
Карамельки оказались с фруктовым вкусом — освежающие, без приторности, с ярким ароматом сочной мякоти. Кулинария в этом мире стояла на примитивном уровне, но плоды, продававшиеся у него под боком в прежней жизни, встречались здесь почти повсеместно.
Ван Тьечжу стоял рядом, едва подавляя слюноотделение. Однако без приглашения тянуть руки к блюду не решался.
Хозяйка Тан добродушно усмехнулась:
— Молодчик, угощайся! Ты ведь обещался мне покупателей сосватать? А как хвалить товар, если сам пробы не снял?
Ван Тьечжу только этого и ждал. Он тут же цапнул леденец, похожий на гранёный аметист:
— Ого! Настоящий виноград!
Следом он сгреб еще несколько цветных камушков и отправил их в рот. Взрыв фруктовых вкусов накрыл его волной: кислинка сменялась сладостью, сочные оттенки сплетались воедино. Ощущение было просто фантастическим.
В реальной жизни они периодически давили сок: то фрукты попадались кислыми, и сахар лишь портил естественный вкус, то, наоборот, чересчур приторными, так что от одного стакана сводило зубы. Но эти карамельки балансировали на идеальной грани, где фруктовая кислинка и сладость дополняли друг друга.
«Разработчики "Лянъи" — просто гении!» — про себя восхитился парень. Где ещё среди симуляторов с эффектом полного погружения встретишь подобную достоверность вкусовых рецепторов?
— Ручаюсь! — пробормотал он с набитым ртом. — Завтра у вас в лавке будет настоящий аншлаг!
Доброе пожелание приятно любому торговцу. Хозяйка Тан весело расхохоталась:
— Даже если с утра выставлю лотки, пройдёт немало времени, пока молва разойдётся от покупателя к покупателю. Откуда ж толпе взяться за один день?
Му Цинлин едва сдерживал улыбку: выраженьице «аншлаг» звучало из уст здешнего жителя весьма комично.
Ван Тьечжу лишь хмыкнул про себя. Понятное дело: в древности новости ползли со скоростью черепахи, отсюда и её сомнения.
Но он-то был представителем совершенно иной эпохи!
Несколько ловких пассов виртуальным интерфейсом — и скриншоты сочных карамелек вместе с коротким видеороликом уже отправились в сеть.
— У меня приятелей пруд пруди, — между делом заметил он. — Когда хозяин Му приготовил яичницу с томатами, я к нему целую ораву привёл, забыли?
Хозяйка Тан снова всплеснула руками от смеха:
— Ладно-ладно! Коли заманишь народ, заходи за сладостями в любое время — угощу за счёт заведения!
Ван Тьечжу просиял еще сильнее. Глядя на изысканный вид карамели, нетрудно было догадаться, что стоить она будет немало — по меркам мира Лянъи, разумеется. А ведь уровень цен здесь отражал средний заработок местных жителей.
В реальном же мире почти всю физическую и рутинную работу давно взвалили на себя роботы и автоматоны. Как жить, если нет возможности заработать? Государство позаботится: каждому гражданину от рождения до самой смерти выплачивается солидный базовый доход. Словом, если не гоняться за роскошью, безбедное существование обеспечено. Желающие повысить уровень жизни всегда могли найти себе занятие: технический прогресс хоть и уничтожил устаревшие профессии, но создал сотни новых.
Или, к примеру, податься в бизнес. Его родители как раз держали небольшое дело, так что коммерческую жилку он унаследовал с детства.
Поначалу Ван Тьечжу воспринимал все происходящее исключительно как забаву: исследовал локации, подрабатывал на мелких квестах, а медяки тратил на местный экзотический антураж да на стряпню хозяина Му. Никаких дальних планов он не строил.
Но теперь в его голове созрел любопытный замысел.
Тем временем хозяйка Тан и Му Цинлин вернулись к обсуждению тонкостей кондитерского дела. Му Цинлин делился соображениями щедро, без утайки. Честно говоря, он и сам не ожидал, что женщина столь быстро освоит рецептуру фруктовой карамели. Ассортимент сладостей пока казался ему скудноватым, но задел был сделан отличный.
Местные жители вообще поражали его сметливостью и грамотностью, полностью разрушая стереотипы о дремучем средневековье. Стоило ему обронить пару намеков, как хозяйка Тан не просто сварила конфеты, но и надумала расширить линейку.
«А ведь разного рода специи и соусы, которых мне так не хватает, тоже можно поручить здешним умельцам?»
Эту мысль стоило выносить и обдумать как следует.
Беседа текла легко и непринужденно. Под конец растроганная хозяйка Тан пригласила Му Цинлина и Ван Тьечжу к себе на семейный обед.
Му Цинлину и самому хотелось узнать, чем питаются обычные горожане. За целый день он насчитал в округе считаные харчевни и не встретил ни одной уличной лавки с едой. Учитывая, что прежний владелец тела ухитрялся торговать банальной яичницей да вареными яйцами, общепит в этом городке находился в удручающем состоянии. Прежде Му Цинлин собирался прогуляться по местным заведениям и оценить мастерство здешних поваров, но навестить приятельницу казалось куда более разумным шагом. В гостеприимном доме для званых гостей всегда выставят лучшее угощение, дабы не ударить в грязь лицом.
Потому Му Цинлин охотно принял приглашение. Ну а Ван Тьечжу, само собой, упустить такой шанс не мог.
До закрытия лавки оставалось еще немного времени, и Му Цинлин решил соскочить домой, чтобы приготовить скромный гостинец: наносить первый визит с пустыми руками не полагалось.
Выбор пал на яичные бисквиты. В скромных условиях здешней кухни соорудить утонченные пирожные не представлялось возможным. Однако стряпню его любили все, к тому же в доме хозяйки Тан росли дети — пышный, ароматный бисквит приходился как нельзя кстати.
Ван Тьечжу остался ждать в Закусочной Му. Выпечка ещё не успела подрумяниться, а он уже пьянел от густого, сливочно-яичного духа, заполнившего кухню. Свежее молоко, к слову, он сам только что принес по просьбе хозяина Му.
— Хозяин Му, а что это у вас? Пахнет просто невероятно!
Му Цинлин сверился с жаром в печи, дождался нужной кондиции и вынул пышный корж. Отрезав щедрый кусок, он протянул его парню:
— Угощайся. Это яичный бисквит — из молока, яиц и муки.
Разумеется, готовое лакомство лишь отдаленно напоминало настоящую пышную выпечку из его прошлого мира, но в здешних реалиях лучшего добиться было трудно.
Ван Тьечжу, недолго думая, сгреб горячий кусок голыми пальцами и тут же отправил в рот. Зашипев и запричитав от обжигающего пара, он, однако, и не думал выплевывать угощение.
— Эх, надо было болевой порог в настройках скрутить!.. — вырвалось у него сквозь слезы.
Му Цинлин, отошедший налить ему студеной воды, бредней парня не услышал.
Кое-как справившись с обжигающим куском, Ван Тьечжу наконец проглотил бисквит:
— Пресвятые угодники... Это же объедение! В жизни ничего вкуснее не пробовал!
Глаза его горели таким диким восторгом, что Му Цинлин качнул головой:
— Ну кто же ест так наспех, едва с пылу с жару?
Ван Тьечжу смущенно почесал затылок:
— Да уж больно дух заманчивый, удержаться сил не было!
Отныне яичный бисквит официально занял первое место в списке его любимых блюд.
Небольшой ломоть исчез буквально за три укуса.
Ван Тьечжу охватила нешуточная кручина.
«Ну почему, почему такую вкуснотищу можно попробовать только в игре?!»
Сколько бы он ни уплетал виртуальных деликатесов, стоит выйти из сети — и реальный желудок останется пустым.
Му Цинлин, видя его страдания, великодушно заметил:
— Нравится — возьми тарелку, отложи себе пару штучек.
Выпечки вышло с запасом, так что пары бисквитов ему самому вполне хватит на завтрак.
Ради даровой вкуснятины Ван Тьечжу окончательно утратил стыд и тенью прошмыгнул за хозяином Му на кухню:
— Хозяин Му, о, вы и свининку прикупили? А это жгучий перец, да? Ух, от него во рту всё огнем горит, аж язык щиплет, а остановиться невозможно! Дома мне его есть запрещают... Неужто вы и из перца умеете сотворить нечто эдакое?
Му Цинлин аккуратно укладывал бисквиты в узелок и ответил как нечто само собой разумеющееся:
— Сделаю жареную свинину с острым перцем. Сочно, пряно, с дымком — с варёным рисом за обе щеки уплетается.