Император пришёл в неописуемый восторг. Прежде он подумывал задержать Му Цинлина во дворце ещё ненадолго, чтобы тот получше обучил кулинаров Императорской кухни. Но с появлением кулинарной книги подобная необходимость отпала сама собой.
Если уж повара Императорской кухни, получив такой ценный труд, не сумеют ничего усвоить, им лучше без лишних слов собирать пожитки и проваливать.
Помимо указа о снятии оттисков и издании книги рецептов Му Цинлина, Его Величество пожаловал ему сотню лянов золота и императорскую вывеску. До государя уже дошли слухи, что местный префект в своё время тоже преподнёс повару скромную табличку.
Императрица поинтересовалась дальнейшими планами юноши. Му Цинлин ответил, что когда простая домашняя кухня получит достаточное распространение, он собирается открыть большой ресторан и готовить более изысканные блюда — вроде тех, что подавались на сегодняшнем пиру.
Услышав это, Император одобрительно кивнул: отличная идея! А вывеску от монарха можно сразу украсить надписью «Первый под Небесами».
Му Цинлин не помнил себя от радости. Теперь у него имелось более чем достаточно средств на открытие ресторана, причём куда более размашистого, чем планировалось изначально. А уж с высочайше пожалованной вывеской в Цяньчэне он сможет вести себя абсолютно свободно: ни у одного мелкого пакостника не хватит дерзости чинить ему козни.
Несколько внутренних слуг подхватили сундуки и сопроводили Му Цинлина обратно на дворцовую кухню. Что касается императорской вывески, её доставят в город Цяньчэн специальные гонцы — самим тащить такую тяжесть в дорогу не придётся.
К тому моменту кулинары Императорской кухни уже закончили работу и готовились к собственному обеду. По дворцовому уставу недоеденные блюда венценосных особ не выкидывали: слуги могли разделить их между собой. Разумеется, под «недоеденным» подразумевались вовсе не обводки с господских столов, а запасные порции, оставшиеся на кухне.
Каждое кушанье выходило с печей с запасом. Делалось это на случай, если вельможи захотят добавки — готовка некоторых изысканных яств требовала много времени, поэтому резерв держали наготове. Сейчас же знатные гости вкушали сладости под горячий чай да наслаждались пением и плясками. Дополнительных заготовок им явно больше не потребовалось бы.
Едва Му Цинлин переступил порог, шеф-повар Лю тут же окликнул его. Высочайшие награды для кухни доставили даже раньше юноши. Личные дары принадлежали одному Му Цинлину, а вот пожалованное Императорской кухне делилось на всех, и щедрость монарха на сей раз превзошла прошлые годы.
Служащие дворцовой кухни умели помнить добро: все прекрасно понимали, что этой милостью они обязаны Хозяину Му. Шеф Лю до этого слегка переживал — с кулинарным талантом Му Цинлина Его Величество вполне мог оставить его во дворце... И дело тут не в мелочности или зависти. Однако Хозяин Му проявил мудрость и благоразумие, даже не помышляя о службе в столице. От этой мысли у повара Лю сразу отлегло от сердца.
— Садись скорее за стол, — засуетился шеф-повар Лю. — Поедим и отдохнём как следует.
— И то правда, — подхватили остальные повара. — Нам выпала редкая удача — снова вкусить кушаний Хозяина Му.
Хоть оставшимся блюдам и не придавали изысканной подачи, вкус их ничуть не пострадал.
— Спасибо всем за заботу в эти дни, — с улыбкой ответил Му Цинлин. — Давайте же приступать.
После душевной трапезы все разошлись по своим комнатам на покой. Вскоре повара и кухонные подмастерья пришли к Му Цинлину с узлами и свёртками в руках.
— Хозяин Му, примите эти скромные подношения в знак благодарности за ваше обучение.
За обедом уже обсуждалось, что завтра юноша со своей спутницей покинет дворец, проведёт пару дней в столице и отправится в родные края. Повара получили столько наставлений и щедрых наград, а их собственное мастерство возросло невероятно — как тут не проявить признательность? Подарки выбирали лёгкие и компактные, чтобы не обременять гостей тяжестями в дороге.
Шеф Лю преподнёс Сестре Хуан и Гу Ли по комплекту изысканных шпилек и украшений, а для малышки Сяо Я приготовил отдельный нарядный набор и ворох красивых лент с искусственными цветами — именно таких, от которых обычно без ума девчонки. Щёки Сяо Я вспыхнули румянцем от восторга.
— Дядюшка Лю, это правда всё мне?
— Всё-всё твоё, — добродушно усмехнулся тот.
Раньше Лю недоумевал, зачем Хозяину Му брать в ученицы эдакую кроху. Но проработав с ней плечом к плечу несколько дней, он убедился: у девочки подлинный талант, и она куда смышлёнее его собственных подмастерьев. Взор Хозяина Му оказался поистине проницательным!
Остальные кулинары и слуги тоже вручили свои приношения — всё исключительно негромоздкое и удобное в пути. Сколько Му Цинлин ни отказывался, гости настояли на своём, и подарки пришлось принять.
— Ну полно, отдыхайте, — проговорил шеф Лю. — Завтра с утра вас проводят из дворца. Даст Бог, ещё свидимся.
Му Цинлин сложил руки в приветственном жесте:
— До встречи, почтенные.
Завершив все дела в столице, ранним утром Му Цинлин с товарищами покинул императорские покои. Экипаж доставил их прямиком в поместье Цинь, где гостей уже с нетерпением поджидал господин Цинь. Лицо его сияло радостью — очевидно, торжественный пир принёс немало выгоды и ему самому.
— Слыхал я, вы планируете задержаться в столице на пару дней перед отбытием, — промолвил чиновник. — Я оставлю с вами Шуаньцзы: он и прислужит, и город покажет. А как надумаете возвращаться домой, только шепните — я тотчас распоряжусь насчёт экипажей.
— Премного благодарен, господин Цинь.
— К чему эти церемонии! — отмахнулся хозяин дома.
В душе господин Цинь лишь диву давался: Хозяин Му совершенно не походил на простолюдина. Да и окружение его сплошь состояло из непростых людей — видимо, рыба рыбака видит издалека.
— Кстати, Хозяин Му, в столице выбор товаров куда богаче, чем у нас в Цяньчэне. Если что приглянется — покупайте смело, о доставке не беспокойтесь.
— Хорошо.
Разместив вещи, Му Цинлин с компанией отправился на прогулку. Главный город империи и без того кипел жизнью, а в преддверии Нового года праздничное оживление и вовсе достигло предела.
— Учитель, здесь куда шумнее, чем в Цяньчэне! Столько всего интересного и красивого!
— Тебе нравится столица, Сяо Я?
Девочка задумчиво склонила головку:
— Нравится-то нравится... Но наш Цяньчэн ничуть не хуже!
Му Цинлин тепло улыбнулся:
— Когда вырастешь, сможешь приехать сюда и открыть собственный ресторан.
— Ну уж нет! — тут же выпалила Сяо Я. — Я буду шеф-поваром в заведении учителя!
Юноша весело расхохотался:
— Договорились! Но если со временем мы расширимся и откроем филиал в столице, ты станешь там главным кулинаром. Идёт?
Малышка радостно закивала:
— Учитель, а когда мы откроем наш ресторан?
— Как вернёмся домой, так сразу и приступим к приготовлениям, — ответил Му Цинлин.
Кулинарная книга в скором времени разлетится по всей стране, так что распространение простых рецептов больше не требовало его личного участия.
— Тогда давайте вернёмся поскорее, праздник ведь на носу! — запрыгала Сяо Я.
Она явно сгорала от нетерпения — то ли рвалась в родные края, то ли не могла дождаться открытия ресторана.
По правде говоря, путешествие в столицу было скорее возможностью развеяться да поглазеть по сторонам. Спустя пару дней прогулок новизна примеркла. Закупившись местными диковинками — утварью, украшениями и безделушками, недоступными в Цяньчэне, — они удовлетворили своё любопытство. Сам Му Цинлин набрал немало покупок. Что и говорить, сказывалось огромное число игроков, наводнивших столицу!
Столица находилась у самого подножия императорского трона. Многие бессмертные, оказавшись в провинциальных городках, при первой возможности устремлялись в мегаполис. Неудивительно, что столица буквально кишела игроками. Даже на недавнем императорском пиру мелькали знакомые лица. Впрочем, записи с блюдами с того банкета уже несколько дней вовсю висели в Межзвёздной сети.
Прежде пользователи полагали, будто юбилейный пир, устроенный Му Цинлином ранее, стал пределом кулинарного искусства. Как же они заблуждались! От одних только резных украшений и подачи на дворцовом банкете захватывало дух, не говоря уже о невероятном вкусе редчайших яств. Теперь многие знали, что Хозяин Му возвращается в родные края ради открытия большого ресторана, и предвкушали это событие с огромным азартом. Что же до игроков из отдалённых регионов — пусть они и досадовали, но понимали: стоит ресторану открыться, как столичные геймеры нанесут туда визит и выложат эффекты в сеть, а значит, и остальным удастся «вкусить» кушаний, пусть и виртуально.
Вобрав в себя надежды тысяч поклонников, Му Цинлин со спутниками отправился в обратный путь. Господин Цинь снова устроил их на речное судно, но на сей раз условия оказались куда роскошнее — для гостей выкупили весь верхний парусный ярус. Плавание прошло без сучка и задоринки. На пристани их дожидались экипажи, и погрузка многочисленных сундуков придавала возвращению истинно триумфальный вид — не иначе как возвращение героя в родные пенаты!
Соседи и постоянные посетители встретили их с ликованием.
— Хозяин Му! Вас не было почти месяц, мы уж изнемогли от тоски!
— Ха-ха-ха! Сказывай больше! Скажи прямо: животы от голода подвело!
— А кто бы не соскучился? Кабы Хозяин Му не обучил нас простой стряпне, выли бы сейчас на луну от голода!
В Цяньчэне и впрямь больше не встретишь семьи, перебивающейся пресной жидкой кашей: горожане вовсю лакомились полноценной едой, и всё это благодаря Му Цинлину.
— Хозяин Му, а когда ваша лавка снова распахнёт двери?
Му Цинлин переглянулся с Чэнъином.
— Новый год на носу, так что пока открываться не будем. А вот после праздников мы планируем запустить большой ресторан.
— Ресторан?.. Но ведь простому люду такое не по карману! — ахнули горожане.
Прежняя лавка Му Цинлина, пусть там и приходилось выстаивать бесконечные очереди, радовала доступными ценами. За каких-то пятнадцать-двадцать монет можно было наесться довала. А уж рисовая лапша, пышные маньтоу да баоцзы и вовсе стоили копейки. В заведении же высокого уровня простым людям делать нечего, отчего на душе у всех посмурнело.
Му Цинлин мягко улыбнулся:
— Вы ведь и сами прекрасно освоили большинство домашних рецептов. К тому же в городе открылось немало новых съестных лавок, и готовят там весьма недурно. Вовсе не обязательно каждый день приходить ко мне.
В его словах кроилась сугубая правда. Рецепты, выкупленные предприимчивыми горожанами, уже приносили плоды по всему Цяньчэну. Купить вкусную еду теперь можно было на каждом углу, причём некоторые подмастерья превзошли учителя, придавая блюдам особый шик. И всё же на душе у жителей оставался лёгкий осадок: ах, как шумно и весело бывало в ресторане семьи Му! Тем не менее все искренне желали хозяину успеха.
— Идите отдыхайте, Хозяин Му! А как откроется ваш ресторан, мы сбросимся всем миром да обязательно придём поздравить!
Коли скинуться всей округой, выйдет не так уж и накладно.
— Благодарю вас, друзья!
Час стоял поздний, и Му Цинлин не стал отпускать Сестру Хуан с Сяо Я в старое заведение, уложив их спать в своём доме — благо комнаты для них были приготовлены заранее. Выспавшись на славу, наутро никто не спешил: поднялись лишь ближе к полудню. Однако едва юноша успел умыться, как из переднего двора прибежал Сяо Е:
— Хозяин Му! Прибыли чиновники! Господин Цюй пожаловал лично!
Му Цинлин обомлел: неужто стряслась беда? Но ведь он только вернулся! Впрочем, тут же осенённый догадкой, юноша хлопнул себя по лбу — Император ведь пожаловал ему вывеску!
— Живее приведите себя в порядок, выходим встречать гостя!
Префект Цюй переступил порог с расплывшейся до ушей улыбкой. За ним шествовала внушительная свита.
— Хозяин Му!
— Господин Цюй, — Му Цинлин поспешно склонился в почтенном поклоне. — К чему такие хлопоты, зачем вы прибыли лично?
— Ха-ха! Нынче вести о том, как Хозяин Му стряпал на императорском юбилее, докатились и до нашего Цяньчэна! Для всего города это величайшая честь!
— Лишь благодаря вашей поддержке мне выпала дарованная свыше возможность ступить в императорские чертоги, — скромно улыбнулся Му Цинлин.
Префект Цюй и прежде ценил юношу за умище и сметливость.
— Вот высочайше пожалованная вывеска! На ней начертано собственной рукой Его Величества: «Первый под Небесами». Хозяин Му, вам надлежит как можно скорее открыть заведение!
— Сегодня же отправлюсь присматривать подходящее место, дабы распахнуть двери сразу после праздников, — кивнул юноша.
— Отлично! — процвёл чиновник. — Как открытие состоится, я первым приду выразить почтение!
— Премного благодарен, господин префект.
— И ещё: насчёт твоей книги кулинарных рецептов. Сверху поступил указ — продажу разрешено начать с нашего Цяньчэна! Вновь мы греемся в лучах твоей славы!
— Это всё благодаря вашему мудрому правлению, господин Цюй. Высшие чины помнят о Цяньчэне благодаря вам.
Кому из чиновников не усладят слух подобные речи? Префект расплылся в довольной ухмылке:
— Ну что ж, вывеску я доставил. Отдыхай, Хозяин Му, дорога была неблизкой.
— Спасибо за вашу заботу.
Господин Цюй добродушно взмахнул рукавом и удалился. Кулинарный триумф Му Цинлина при дворе стал неоспоримой заслугой градоначальника. Служба префекта Цюя истекала через год, и подобное достижение вполне могло послужить трамплином для продвижения по служебной лестнице в столице.
Домочадцы обступили императорскую вывеску, разглядывая её со всех сторон.
— Учитель, а иероглифы правда из чистого золота? — сгорала от любопытства Сяо Я.
Му Цинлин погладил гладкое дерево:
— Похоже на то. Всё-таки государев подарок, сусальным золотом тут не отделаешься.
Малышка обеспокоенно нахмурилась: золотые вещицы невероятно дороги, простым людям о таком и помышлять нечего.
— А когда мы повесим её над входом, не придут ли воры ночами отламывать золото?
Му Цинлин заливисто расхохотался и указал на императорскую печать в углу:
— Видишь этот оттиск? Это личная печать государя. Если только вор не полный идиот, он ни за что не дерзнёт коснуться императорского знака!
Девочка мгновенно просияла.
Ван Цзи тщательно отснял вывеску со всех ракурсов для Межзвёздной сети и лишь затем высказался:
— Учитель, возьму подбор здания и отделку на себя. Отдохните пару дней! Если возникнут сомнения, я приду посоветоваться.
— Идёт, — согласился Му Цинлин.
Он и сам подумывал, что пора покидать госпиталь в реальном мире. Там тоже предстоит куча хлопот — нужно пригласить друзей на новоселье. Поручив дела Ван Цзи, юноша выкроит время для реальности.
— Заведение пока закрыто, так что объявлю каникулы. Сяо Я, Сестра Хуан, помогите Ван Цзи с выбором места и обустройством.
— Поможем! — в один голос воскликнули мать и дочь.
Особенно воодушевилась Сестра Хуан. Поездка в столицу с Хозяином Му открыла ей глаза: тамошние женщины держались уверенно и бойко, многие вовсю заправляли торговлей. Ей тоже хотелось стать такой, благо окружение неустанно поддерживало её начинания.
Ван Цзи не привык сидеть сложа руки — плотно пообедав, он немедленно устремился на улицы города, а Сестра Хуан с дочкой поспешили следом. В доме остались лишь Му Цинлин, Чэнъин и трое телохранителей. Что до Гу Ли, числившейся вне штата, Му Цинлин распустил её на каникулы до окончания праздников.
Гу Ли оставалась игроком, и вечно держать её на мытье посуды было нелепо.
— Когда откроем ресторан, сделаем Гу Ли заведующей тыловым снабжением кухни, — предложил юноша.
Гу Ли выполняла официальное задание генералитета. И пусть она не знала подоплёки, свои обязанности отрабатывала сполна. Кулинарные ролики в Межзвёздной сети, включая нарезки со столичного банкета, являлись плодом её труда. Вспыхнувший в обществе гастрономический ажиотаж — во многом её заслуга.
Позиция завхоза кухни давала ей законное право беспрепятственно вести съёмку. К тому же контроль поставок продуктов через «своего» человека избавлял Му Цинлина от лишней головной боли. Чэнъин находил этот замысел вполне разумным.
— А как же твои дела в реальности, Линлин? Продолжишь проводить трансляции и учить людей десертам?
Му Цинлин на мгновение задумался:
— Чёткого плана пока нет, пусть остаётся как есть. Кулинарные стримы тоже приносят пользу людям.
На первый взгляд десерты казались мелочью, но подготовка ингредиентов и баланс специй требовали тончайшей точности. Со временем зрители научатся мыслить самостоятельно и на основе полученных знаний создадут собственные кулинарные шедевры. Му Цинлин не считал себя всеведущим и просто делился тем, чем владел сам. Что же до масштабных свершений в реальном мире, о них он всерьёз пока не размышлял.
Деньгами он обделён не был: помимо правительственных премий ему полагались регулярные выплаты и процент от совместных с властями ресторанов. Жизнь длинная, успеется. Чэнъин полностью разделял его точку зрения — незачем выматывать себя. В игровом мире Му Цинлин и так трудился не покладая рук, поэтому реальность должна оставаться зоной отдыха.
Выполнив намеченное, вечером Му Цинлин и Чэнъин вышли из игры. Наступил долгожданный день переезда. После прохождения генетической трансформации Му Цинлин задержался в клинике лишь из-за состояния генерала Чэнъина. Нынче же генерал окончательно восстановился: периода погружений в летаргический сон больше не наблюдалось, и они вместе свободно входили в виртуальную сеть и покидали её. Даже без особых ритуалов проявления близости вроде поцелуев Чэнъин чувствовал себя великолепно.
Оценив показатели, Бай Бай вынес официальное заключение: Генерал Чэнъин абсолютно здоров. Настал момент покинуть больничные стены.
— Знаешь, прожив здесь столько времени, даже жаль уезжать, — вздохнул Му Цинлин, вспомнив оборудованную специально для него кухню.
Чэнъин мягко улыбнулся:
— Не переживай, дома тебя ждёт персональная кухня. Тебе точно понравится.
— А ведь я и забыл! — всплеснул руками юноша. Обстановку и технику он полностью доверил генералу. — Всё готово?
— Всё до единого мебельного гарнитура, — кивнул Чэнъин. — Пойдём, я отвезу тебя домой.
Фраза прозвучала как-то... двусмысленно?
Доктор Бай Бай и медицинский персонал провожали их у выхода.
— Навещайте нас иногда, — умилённо проговорил Бай Бай.
Му Цинлин не удержался от смешка:
— Как обустроюсь, обязательно приглашу всех на новоселье! К тому же, доктор Бай, вы ведь не заперты в клинике навечно. Встретиться можем в любой момент.
Бай Бай расхохотался:
— Все грустят оттого, что теперь останутся без твоих обеденных десертов!
— Столовая военного госпиталя скоро откроется, и десерты войдут в постоянное меню, — подхватил Чэнъин.
Врачи и медсёстры ликовали. Они были искренне рады за Хозяина Му и генерала Чэнъина.
На площади перед зданием военного госпиталя их дожидался роскошный аэромобиль. Он отличался от машины Ван Тьечжу: если у того авто лучилось молодёжным азартом и дерзостью, то эта машина выглядела строго и сдержанно, наводя на мысли о покоящемся в ножнах клинке.
— Линлин, садись, — Чэнъин уложил багаж и распахнул перед юношей дверцу.
Му Цинлин удивился, хотя втайне ожидал чего-то подобного:
— Твоя машина?
— Мой личный аэромобиль, — кивнул генерал. — По правде говоря, я им почти не пользовался.
Внутри салон поражал роскошью и обилием непонятных приборов. Однако всё выглядело невероятно стильно. Достаточно было задать конечную точку, и автопилот без малейшего вмешательства водителя доставит их к дому. Для Му Цинлина этот мир всё ещё полнился чудесами.
— Помнится, в древних хрониках упоминалось, что в твою эпоху уже существовал автопилот, — заметил Чэнъин.
— Существовать-то существовал, но до ваших технологий ему далеко, — кивнул юноша. — Слушай, а для управления аэромобилем тоже нужны права?
Ему безумно захотелось обзавестись собственной машиной — это не только выглядело эффектно, но и облегчало передвижение.
— Нужны, но сдать на них несложно, — ответил Чэнъин. — Как обустроимся, я сам тебя научу, а потом сразу сдашь экзамен.
— Отлично! — засиял Му Цинлин.
— Домой сразу или прокатимся по городу?
— Давай прокатимся!
Му Цинлин до сих пор безвылазно сидел в больнице, выбираясь лишь в столовую военного округа с Ван Цзи, и ещё ни разу не бывал в жилых кварталах.
Аэромобиль плавно тронулся с места.
— Линлин, ты не боишься? Нам нужно покинуть территорию военного городка, а на трассе до центра скорость будет высокой.
— Чего мне бояться?
Му Цинлин совершенно не испытывал страха: ему уже довелось прокатиться с Ван Цзи, а тот гонял весьма лихо.
Но едва слова сорвались с его губ, как аэромобиль, подобно спущенной с тетивы стреле, резво рванул вперёд. Скорость оказалась столь головокружительной, что мелькающий за окном пейзаж мгновенно слился в единую размытую полосу. Это был подлинный ураган. Му Цинлин замер в немом изумлении.