— Если нет приправ, то даже по рецептам хозяина Му мы не сможем приготовить блюда с тем самым вкусом…
— Неужели хозяин Му собирается научить нас делать ещё и приправы?
Му Цинлин вышел к дверям закусочной:
— Приготовление приправ — процесс довольно сложный. Поэтому я заключил договор с несколькими торговцами в городе. Некоторые виды, вроде основы для хого, придётся немного подождать, но перечное масло с хлопьями «Юйлацзы» можно приобрести уже сегодня.
— Замечательно!
Главное — есть где купить! Жители города вовсе не считали, что хозяин Му скупится на секреты. Такого щедрого человека они сроду не видовали! Приправы — дело тонкое, так что возможность просто их приобрести уже была в радость.
Но то были мысли местных жителей. Игроки же заволновались: купленные в игре специи в реальный мир не унесёшь! А без них в реальности эти блюда всё равно не сготовить. Что же делать?
Все взгляды устремились на Ван Тьечжу — единственную надежду всей деревни.
Ван Тьечжу не мог объяснить им всё вслух. На той стороне, в реальном мире, благодаря технологиям производство приправ давно запустили на полную мощность. Поставляемые партии проходили его личный контроль, так что по вкусу почти не уступали стряпне учителя.
Те несколько поваров, которых он обучал, сегодня тоже притиснулись к толпе, ловя каждое слово. Тьечжу сам отправил их на повышение квалификации. Учитель говорил, что приправ существуют тысячи, а они пока усвоили лишь азы. Раз официальные лица игры не обидят учителя серебром, значит, надо учиться!
Однако Тьечжу никак не ожидал, что учитель вдруг произнесёт загадочную фразу:
— Через своего ученика Тьечжу я передал рецепты приправ купцам из дальних краёв, так что пусть наши иногородние друзья тоже не беспокоятся.
Толпа забурлила. Игроки пришли в небывалый восторг: Ван Тьечжу не подвёл!
Взгляды, обращённые на Тьечжу и Му Цинлина, стали ещё горячее.
Добившись нужного эффекта в продвижении приправ, Му Цинлин передал слово ученику. Он даже не подозревал, какую бурю вызвали его слова в душах иномирян.
Впрочем, формально хозяин Му был прав. Тьечжу действительно сказывал, будто продал рецепты родственникам-торговцам из «дальних краёв». Для постоянных клиентов под «иногородними» логично было бы понимать жителей соседних провинций. Но почему учитель сделал такой особый упор на чужестранцев? В мире Лянъи множество городов, а Му Цинлин упомянул лишь «дальние края», и ни у кого это не вызвало вопросов. Разве это не странно?
Тьечжу объяснял, как добавлять специи в «Юйлацзы», а сам исподтишка наблюдал за учителем.
«И чего это он опять шепчется с этим Большим Чэнцзы?»
Хоть Большой Чэнцзы и хорош собой, но учитель — душа чистая и наивная. Если такой красавец обведёт его вокруг пальца, учитель будет горько плакать!
«Стоп, почему я всё время об этом думаю?» — удивился про себя Тьечжу. Ничего подозрительного они вроде не делали.
— Младший брат Тьечжу! — окликнула его Сяо Я. — Ты же только что посолил! Пересолишь!
— Ой, прости, задумался, — опомнился Тьечжу. — Продолжим…
Чэнъин чуть понизил голос, говоря так, чтобы слышал только Му Цинлин:
— Выразился так намеренно? Не боишься, что они раскусят твою неординарность?
Му Цинлину от этого шёпота стало немного щекотно в ушах. Он едва заметно указал на толпу:
— Почти половина из них — в том же положении, что и вы. Деньги, что Тьечжу платил за рецепты и специи, отправлялись в ваш родной мир, верно?
Му Цинлин не мог попасть в их мир, но ничуть не возражал против такого расклада. Хорошая кухня не должна быть уделом избранных, она принадлежит всем — этот принцип верен для любой вселенной.
Что же до страха быть раскрытым… когда вокруг полно необычных людей, его собственная неординарность уже не кажется чем-то из ряда вон выходящим.
Чэнъин лишь вздохнул от его беспечности.
Му Цинлин улыбнулся:
— Ничего страшного. На самом деле никому не хочется быть «самым» особенным во всём мире.
Кулинарное мастерство — это одно. А вот его происхождение? Му Цинлин пока не встретил ни одного земляка из своего собственного мира. Парадокс: будь здесь его земляк, его стряпня уже не была бы единственной в своём роде.
Но переселенцы вроде Ван Тьечжу, по его догадкам, пришли из мира, очень похожего на его родной после его ухода. Почти земляки. Встретить их в чужом мире — пусть не до слёз, но всё равно приятно. По крайней мере, у них одна культура и наследие.
Он не станет кричать на каждом углу, что сам попал сюда из другого мира, но подать тонкий сигнал близким — почему бы и нет? Он ждал. Ждал того, кто сам решится перед ним открыться.
Ну, Большой Чэнцзы не в счёт. Этот дылда слишком уж простодушен.
Ван Тьечжу закончил с закуской из говядины и потрохов «Фуци фэйпянь» и отварной свининой с чесночным соусом. Он не стал заправлять блюда соусом сразу, а подозвал к себе нескольких покупателей из толпы, предложив им добавить заправку самим. Сначала маленькую ложку — попробуйте, оцените. Потом большую ложку…
— Сегодня вы учитесь по моему образцу, — пояснял Тьечжу, — но когда освоите базовый рецепт, добавляйте специи по своему вкусу. Самое вкусное блюдо — то, что подходит именно вам.
Один из гостей заметил:
— Мне трёх ложек хватило за глаза. С полной порцией соуса получилось слишком солёно и остро.
— А по мне — в самый раз, когда всё вылито! — возразил другой.
— Ну вы и любители ядрёного, — фыркнул третий. — На мой вкус, первой ложки было достаточно.
Тьечжу усмехнулся:
— Вот в чём прелесть приправ! Как мы одеваемся по погоде, так и в кулинарии: главное — подобрать вкус под себя.
Му Цинлин не ожидал от Тьечжу такой мудрости. А ведь как точно сказано!
Тьечжу подсмотрел эту мысль в Межзвёздной сети, где новички мерили соль на аптекарских весах с точностью до грамма. Не нужно так! Учитель всегда твердил одно слово: «по вкусу».
— С закуской «Фуци фэйпянь» и свининой в чесночном соусе разобрались? — спросил Тьечжу. — Сейчас учитель покажет, как приготовить кое-что, что хорошая закуска сама по себе, да ещё и как приправа сгодится.
Публика заинтригована. Еда, которая может быть и основным блюдом, и приправой? Что же это за чудо?
Му Цинлин изначально планировал показать лишь свиной фарш с маринованной фасолью, но тут его осенило:
— Цзян Юй, сбегай на рынок! Купи пару свиных почек и свиную печень размером с ладонь. Да поскорее!
— Ладно! — Цзян Юй умчался даже без денег, проявляя невероятное рвение. Хозяин Му снова готовит что-то божественное!
Все замерли в предвкушении.
Му Цинлин засучил рукава, а ученики тут же с превеликой заботой накинули на него фартук и маску. Му Цинлин сдвинул маску на подбородок:
— Сегодня мы займёмся квашеными овощами — паоцай. Для этого нам понадобится глиняный кувшин.
Тьечжу продемонстрировал обычный глиняный горшок с водяным затвором.
Му Цинлин достал из заготовок пучок маринованной стручковой фасоли, чашку маринованного перца и имбиря, а также кусочек квашеной редьки.
— Заквасить можно почти любой овощ, главное — рассчитать время. К примеру, обычная капуста требовательна: передержишь — внешние листья сгниют, недодержишь — сердцевина останется сырой.
Му Цинлин велел Тьечжу нарезать редьку и фасоль кубиками и раздать толпе.
Кто-то поморщился от резкого кисло-солёного вкуса, а кто-то мгновенно проникся.
Му Цинлин улыбнулся:
— Паоцай — вещь крайняя. Кто-то от одного запаха воротит нос, а кто-то дня прожить не может.
— Паоцай здорово идёт с жидкой рисовой кашей, — добавил Тьечжу. — Утром на работу спешите, готовить некогда, а каша варится мигом. Мелко нарезал квашеных овощей — и аппетит есть, и сытно!
Покупатели закивали:
— И правда! К такой редьке бы пиалу горячей каши — идеал!
Раньше все ели зерновую болтушку, а когда в обиход вошёл рис, от жидкой каши тоже не отказались.
Му Цинлин продолжил:
— Сначала научу вас простому блюду: свиной фарш с маринованной фасолью. Можно брать и свежую фасоль, но с квашеной получается настоящий шедевр.
Для фарша Му Цинлин выбрал грудинку — три части жира на семь частей мяса. Мелко порубить, чтобы не было жил, иначе они испортят всё ощущение от блюда. Обжарить на сухой сковороде с капелькой масла, пока мясо не пустит жир и не подсохнет. Затем добавить специи (соль не нужна, фасоль и так солёная!) и саму квашеную фасоль. Быстро обжарить на сильном огне и снять.
— И всё так просто? — удивились из толпы.
— Просто, но безумно вкусно!
Тьечжу пустил блюдо по рукам.
— Ого! Всухомятку фасоль казалась слишком кислой, а с мясом — пальчики оближешь!
— Сюда бы пиалу белого риса! Пара ложек такой заправки — и я бы три пиалы умял!
Увидев, что вкус оценили по достоинству, Му Цинлин улыбнулся:
— Что ж, теперь перейдём к закваске. Процесс требует времени, но сами шаги нехитрые.
Му Цинлин велел Тьечжу вымыть новый кувшин и обдать его кипятком.
— Займёмся овощами. Вы наверняка ощутили остроту, хоть я и не добавлял свежий перец. Всё дело в маринованном перце! В кувшин лучше класть острые стручки вроде стручкового перца или дикого горного перца.
Овощи нужно вымыть, но плодоножки у перцев срезать нельзя, иначе внутрь набьётся вода и они размякнут. Стручковую фасоль тоже мыли целиком, не разрезая. Крупную редьку резали большими кусками.
— Чтобы рассол приобрёл красивый рубиновый оттенок, бросьте внутрь пару красных редисок.
В последнюю очередь добавляли молодой имбирь. Овощи укладывали слоями, пересыпая солью.
— А теперь — самое главное! — строго предупредил Му Цинлин. — Ни в кувшине, ни на овощах не должно быть ни капли жира! Иначе весь засол сгниёт.
Залив овощи водой так, чтобы она полностью их покрыла, Му Цинлин бросил внутрь несколько горошин бадьяна и сычуаньского перца для аромата, влил около двухсот миллилитров крепкой водки — байцзю — и присыпал сверху ещё одним слоем соли.
Запечатав кувшин и налив воду в желоб затвора, он убрал его в прохладное тёмное место.
— На готовку уйдёт время, но если услышите тихое бульканье из желоба — значит, процесс идёт как надо.
— На вид и впрямь ничего сложного!
Му Цинлин снова напомнил:
— Главное — никакой олеиновой пленки или жирных ложек, когда будете доставать готовые овощи!
— Запомнили!
— Хозяин Му, вы показали нам фасоль с фаршем, а про остальное не рассказали!
Му Цинлин усмехнулся:
— Не всё сразу. Квашеная редька, к примеру, хороша в обжарке со свиной соломкой, а если сварить с ней бульон из старой утки — пальчики оближешь. На следующем уроке как раз заведём речь о супах.
— Благодарим, хозяин Му!
— Хозяин Му — благородный человек!
Из толпы даже донеслись выкрики: «Хозяин Му самый красивый!», «Хозяин Му — гений!».
Му Цинлин лишь качнул головой. Раньше он списал бы подобные фразы на условности игрового мира, но теперь понимал: во всём этом скрывался куда более глубокий смысл.
В этот момент прибежал запыхавшийся Цзян Юй.
— Скотские потроха пахнут несильно, а вот свиные почки и печень требуют тщательной обработки.
Печень нарезали тонкими ломтиками и замочили в воде с толчёным имбирём и зелёным луком, чтобы выгнать остатки крови и запах.
Затем Му Цинлин взялся за почки, разрезав их вдоль:
— Видите эти беловато-жёлтые жилки? Это источник неприятного запаха. Их нужно полностью срезать острым ножом. Никаких мембран и желез остаться не должно, иначе блюдо будет испорчено.
После чистки он продемонстрировал технику нарезки «почковых цветов»: лезвие входило под углом сорок пять градусов, оставляя глубокие надрезы, но не прорезая ткань насквозь. Затеняющие насечки крест-накрест — и почка распадалась на изящные узорчатые кусочки.
— Учитель, можно я попробую? — вызвался Тьечжу. — Я ещё никогда не резал почки узором!
— Пробуй, — Му Цинлин передал ему нож и повернулся к публике. — Если узор не даётся, можно просто нарезать тонкими ломтиками.
Тьечжу орудовал ножом с изумительной ловкостью.
Почки смешали с печенью, промыли в нескольких водах до чистой прозрачности и отжали через сухую хлопковую ткань.
— А теперь — заправка. Готовить будем всё разом, так что специи добавляем сразу.
Сладковатый крахмал из маниока — для нежности, по ложке острой соевой пасты «Доубаньцзян» и перечного масла «Юйлацзы», мелко нарезанный маринованный перец, маринованный имбирь, порубленный свежий острый перец и зелёный лук.
— Это блюдо готовится мгновенно: всё перемешивается заранее и вываливается на раскалённую сковороду!
Огонь раскочегарили до предела. Сковороду раскалили до дыма, влили обильное количество масла, и когда оно вспыхнуло от жара, высыпали всю массу. Жареная свиная печень с почками требует максимального жара и молниеносной обжарки — не дольше тридцати секунд!
По улице мгновенно разнёсся сшибающий с ног аромат жареного острого перца и пряностей.
— Готово!
Му Цинлин велел Тьечжу раздать блюдо, но тот не удержался и сам смахнул пару ломтиков. Гу Ли тоже сцапала кусочек.
— Горячо! Вкусно! Боже мой, какая прелесть!
Братья Цзян подскочили:
— Нам оставьте!
Сяо Я прыгала рядом:
— Младший брат, ты про старшую сестру не забыл?!
Толпа завопила:
— Хозяин Му это для нас готовил, а вы всё сами съедите!
Му Цинлин покачал головой:
— Быстро раздайте людям! Если не наелись, потом ещё пожарим.
Пустой поднос вернулся мгновенно — даже гарнир съели до последней крошки.
— Хозяин Му, а это блюдо будет в меню?
— Даже если я скуплю почки и печень со всего города Цяньчэн, мне всё равно не хватит на всех гостей, — рассмеялся Му Цинлин.
Почки и печень в этом мире были дефицитом, ведь на одну тушу приходятся всего одна печень и две почки.
Толпа начала стремительно расходиться — большинство рвануло на рынок, пока не разобрали потроха.
Когда улица опустела, Цзян Юй с хитрой ухмылкой вытащил из-за пазухи свёрток:
— Я знал, что так будет, и заскочил на рынок второй раз! Купил ещё шесть почек и целую печень!
— Ну ты и жук! — рассмеялся Тьечжу.
Му Цинлин улыбнулся:
— Тьечжу, забирай потроха и готовь обед. А я пройдусь, отдохну.
Он планировал зайти к маклерам и присмотреть усадьбу. Скоро зима, хотелось бы перебраться в новый дом до холодов.
Тьечжу тут же предложил:
— Учитель, я тут на днях узнал: на соседней улице продаётся отличное поместье из двух дворов! Совсем рядом с заведением. Если хотите, можете сразу взглянуть.
Му Цинлин странно посмотрел на него: когда это Тьечжу успел разузнать про дом, если с утра до ночи торчит в заведении? Неужели опять через свой мир?
Похоже, только так это и можно было объяснить.