Заквашивание солений требует времени: новому рассолу нужно отстояться как минимум полмесяца, чтобы вкус набрал полную силу. Однако то ли дело было в высоком качестве местных продуктов и кристально чистой воде, то ли кротость климата сыграла свою роль, но засоленные Му Цинлином острые перчики дошли до кондиции всего за несколько дней. Настоящей глубины вкуса они, конечно, ещё не набрали, но для нынешних нужд вполне годились.
Поварские помощники уже нашинковали овощи и завершили нарезку свинины изящными, тонкими нитями. Чтобы мясо получилось максимально нежным и сочным, одной лишь разведённой крахмальной суспензии недостаточно — необходим яичный белок. Му Цинлин подливал воду мелкими порциями, заставляя мясные волокна буквально впитывать влагу, пока крахмал и белок не связались в однородную эмульсию. Следом в ход прошёл особый соевый соус: тонкий баланс соли дал легкую подложку вкусу, а цвет мяса приобрёл благородный, аппетитный оттенок. Финальный штрих — капля растительного масла. Обволакивая свинину тончайшей плёнкой, оно запирало сок внутри и гарантировало, что на раскалённой сковороде мясная соломка мгновенно рассыплется, не слипаясь в нелицеприятный ком.
Следующим на очереди стояло рагу из мраморной говядины с китайской капустой.
Ван Цзи, закончив управляться с заготовками для жареной свинины, уже крутился рядом, с готовностью вызвавшись на помощь:
— Учитель, это ведь то самое рагу, что мы готовили у хозяйки Тан? Сегодня всё по той же рецептуре?
— Я слегка переработал соус, — отозвался Му Цинлин, — но базовые шаги остаются прежними.
— Тогда доверите мне? Я попробую!
— Отчего же нет, — улыбнулся Му Цинлин. Ученик одарённый, дело своё схватывает на лету, ему вполне можно довериться. — Если зайдёшь в тупик, зови. А я пока займусь остальным.
Время ещё терпело, но основной фронт подготовки следовало закрыть заранее, чтобы у раскалённых печей не возникло суматохи. Готовить горячее прямо сейчас, разумеется, никто не собирался — к полудню блюда успели бы остыть и потерять весь лоск.
Му Цинлин переключился на холодные закуски. С окрой всё было предельно просто: устно проинструктировав поваров, он доверил им нарезку и бланширование, взяв на себя лишь заправку. С пряной говядиной потребовалось чуть больше внимания. По его просьбе управляющий Цюй закупил сочные говяжьи голяшки: при длительном томлении такое мясо сохраняет приятную упругость, но никогда не становится жёстким. Мешочек со специями Му Цинлин заготовил ещё дома. Не разрезая голяшки, он тщательно вымыл мясо, бланшировал его и отправил прямо в бурлящий пряный бульон. Чтобы ускорить размягчение волокон, бросил туда же пару сушёных долек боярышника — проверенный кулинарный секрет, работающий с любым жёстким мясом.
Пока бульон набирал цвет, пришла пора сладостей. Карамелизированный батат особых хлопот не требовал, так что первичное замешивание и нарезку Му Цинлин сбросил на подмастерьев. Сам же занялся тестом для праздничных паровых булочек и персиков долголетия — шоутао. Вспомнив, что празднество устраивается в честь почтенной Старой госпожи, он выделил отдельную квашню и завел особое тесто для лапши долголетия.
Пока на кухне кипела работа, в парадном зале резиденции начали собираться гости. Игроки, успевшие урвать заветные приглашения или прокравшиеся вслед за влиятельными приятелями, списались в реале ещё накануне. Им хотелось не только вкусить шедевров хозяина Му, но и своими глазами увидеть настоящую экзотику — как выглядит пышный пир в древнем Китае.
Шелест шёлковых одежд, тонкий флёр благовоний... Группа игроков сбилась в кучку у резных колонн, то и дело шёпотом обмениваясь впечатлениями и непрерывно делая снимки системы. Цяньчэн никогда не считался богатым мегаполисом. До появления хозяина Му тамошние застолья — хоть в виртуальном Лянъи, хоть в реальности — сводились к банальной дегустации вин да запеканию туш на открытом огне. Ограниченные куцыми описаниями из учебников, игроки и представить не могли, насколько их представления далеки от реальности. Именно опубликованное Ван Цзи меню заставило всех осознать: исторические пиры в хрониках и то, что они привыкли видеть — две огромные разницы.
Поприветствовав хозяев, геймеры проследовали за служанками к уготовленным местам. Все пребывали в предвкушении, как вдруг среди гостей мелькнула знакомая фигура.
— И этот тут? — нахмурился один из игроков.
— Кто его знает... Впрочем, его семейство в городе на слуху, вытребовать пригласительный для него не проблема.
— Явно припёрся палки в колёса вставлять, — брезгливо фыркнул третий.
Фигурой этой оказался Юань Лян — местный самодур и задира, недавно выславший банду головорезов, чтобы силой прибрать к рукам рецепты Му Цинлина.
Юань Лян и сам мысленно скривился, с презрением игнорируя шепотки. Из-за бана на три дня его недалёкие подручные решили, будто босс слёг в смертельной лихорадке. Этим тупоголовым увальням не хватило ума позвать нормального лекаря — вместо этого они принялись, пользуясь «народными» средствами, врачевать его душу. Поили петушиной кровью — это он ещё кое-как перенёс, но если бы не своевременный разбан, эти идиоты влили бы в него настойку из фекалий!
Подобное унижение смывается только кровью. Раз уж администрация игры строго запретила силовые захваты, поставив условием хитрый расчёт и действенность через интеллект — что ж, он покажет этому поварёшке, чей мозг работает лучше.
Тем временем господин Цюй непринуждённо беседовал с роднёй в главном зале:
— Изначально я не планировал размаха, — полушутя заметил префект, — но кто же знал, что городские знатные дома проявят такую прыть? Каждый из кожи вон лез, лишь бы раздобыть приглашение.
— Господин префект славится своей безупречной честностью, — подхватил кто-то из чиновников. — Служебными делами вы загружены сверх меры, а в быту скромны. Когда ещё представится случай засвидетельствовать вам почтение?
— К тому же шестидесятилетний юбилей Старой госпожи — событие грандиозное! Все хотят приобщиться к празднику.
Второй господин Цюй, супруг хозяйки Тан, мягко улыбнулся:
— Полно вам. Сдаётся мне, половина гостей собралась исключительно ради стряпни хозяина Му.
Зал взорвался дружным хохотом. Скрывать очевидное не было смысла: даже близкие родичи префекта, не испытывавшие нужды в изысках, с замиранием сердца ждали подачи блюд от молодого кулинара.
Стоявший неподалёку управляющий Цюй поддержал общий настрой:
— Господин, заглядывал я только что на кухню... Аромат стоит такой, что голова кругом! Ожидания гостей будут оправданы с лихвой.
Господин Цюй удовлетворенно кивнул:
— О закусочной семьи Му я слышал немало. Хозяин Му надёлён редким талантом — превращать простую пищу в истинное искусство. Это заслуживает уважения.
Второй господин Цюй облегчённо перевёл дух. Похвала префекта дорогого стоила. Покровительство префекта обеспечит Му Цинлину надёжную защиту от посягательств мелких завистников.
Продажа фруктовых сладостей уже принесла семейному делу доход, втрое превышающий прежнюю выручку за три месяца. Хотя как человек образованный Второй господин Цюй избегал торгашества, расходы на книги, тушь и подготовку к государственным экзаменам требовали немалых средств. А Му Цинлин, скромный и талантливый, был уязвим — всё равно что ребёнок с куском золота посреди шумного рынка.
Сегодняшняя оценка префекта заставит любого злоумышленника дважды подумать, прежде чем устраивать козни. А если гости останутся в восторге от банкета, перед мастером Му откроются двери лучших домов города, что позволит ему обзавестись собственной сетью влиятельных связей.
Не успел Второй господин Цюй додумать эту мысль, как к нему поспешно подошел младший управляющий Цюй и шепнул на ухо пару фраз. Управляющий Цюй мгновенно изменился в лице.
Не смея таить происшествие, управляющий Цюй тут же доложил обо всём префекту.
Лицо господина Цюя потемнело от гнева:
— Разберитесь! Выясните досконально, кто дерзнул устроить смуту на юбилее моей матери!
Управляющий Цюй немедля отправил людей на поиски.
А началось всё за десять минут до этого.
Пока Му Цинлин и Ван Тьечжу трудились у печей, а повара выполняли поручения, на заднем дворе внезапно раздался звонкий пронзительный крик Сяо Я.
Выскочив из кухни, Му Цинлин и Ван Цзи застали картину: один из чернорабочих, нанятых для растопки, с подозрительным мешочком склонился над огромным котлом с кипящим куриным бульоном. Место для котлов отвели прямо во внутреннем дворике — на кухне элементарно не хватало жара. Не окажись Сяо Я рядом, вредитель успел бы довести задуманное до конца.
Му Цинлин и Тьечжу скрутили негодяя в мгновение ока. Подоспевший младший управляющий Цюй пришёл в исступление и велел слугам немедленно связать парня.
Слуги принялись допрашивать лазутчика, пытаясь выбить признание, что за дрянь он намерен был подсыпать в котел. Не дай бог яд — тогда весь приготовленный банкет придется выбросить, ведь неизвестно, куда ещё он успел запустить свои руки.
Связанный истопник сперва отмалчивался с упрямством быка, играя роль невинно пострадавшего.
Му Цинлин поднял выроненный из рук пакостника тряпичный мешочек, принюкнулся и пригубил щепотку:
— Это соль.
Только тогда рабочий процедил сквозь зубы:
— Соль и есть! Я помню, мастер Му сам говорил, что бульон надо посолить. Время подошло, вот я и решил помочь! За что меня вяжут?! Разве есть разница, когда класть соль — раньше или позже?!
Теперь он изображал полнейшее неведение, искренне не понимая, за что подвергся экзекуции.
Му Цинлин не поддался на уловку:
— Ты всего лишь истопник. И даже если пришёл час приправ, солить блюдо обязан шеф-повар, а не тот, кто кидает дрова в печь.
Повернувшись к младшему управляющему, Му Цинлин произнёс:
— Зовите управляющего Цюя. Делу надо дать ход, но так, чтобы не сорвать банкет.
Замысел отравителя был изощрён: соль — не яд, от неё не умирают. Но пересоленный бульон не просто теряет вкус — он начинает горчить, напрочь уничтожая труды целого дня. Вся работа пошла бы насмарку.
Кто за этим стоял? Завистники, метившие в Му Цинлина, или враги самого префекта?
Прибывший управляющий Цюй мрачно выслушал пояснения. Му Цинлин подытожил:
— Не волнуйтесь, управляющий Цюй. Каждое блюдо перед подачей я проверю лично. Банкет пройдёт безупречно.