Му Цинлин рассчитывал навестить биржу недвижимости в ближайшие выходные, но Ван Тьечжу опередил его, проявив неожиданную заботу:
— Мастер, с новой лавкой к чему спешка? Вы лучше сперва собственным жильём обзаведитесь! А уж ученик, набравшись дерзости, осмелится попросить уголок и для себя. Случится залежаться за работой допоздна — хоть будет где перекантоваться часок-другой.
Сказано это было не просто так. Ежедневные мотания из деревни в город и обратно набивали оскомину. В реальной жизни ему не довелось познать всех "прелестей" долгих поездок на работу, зато в древнем мире этот опыт накрыл с головой.
Прежде он и не помышлял о переезде в город. Во-первых, скопленных грошей на покупку дома не хватало, а снимать... Какой смысл арендовать углы в виртуальной игре? К тому же требовалось собирать по деревне яйца и везти на продажу, выгадывая скромную медь.
Даже став учеником Мастера, он продолжал скупать яйца для заведения у деревенских. Впрочем, дело это было не завязано исключительно на нём — при желании легко находился любой другой посыльный.
Главное крылось в ином: живя под одной крышей с Мастером, рискуешь оказаться слишком близко. Случись Му Цинлину внезапно поискать его, когда Тьечжу разлогинился, — и снова здорово, выкручивайся из неловкой ситуации. Прошлые его отговорки и без того выглядели донельзя глупо.
Но теперь всё менялось. Разработчики обещали обновить настройки. Даже если случится аврал и придётся срочно выйти из сети, Интеллектуальный помощник заменит персонажа и спасёт от лишних подозрений.
Му Цинлин не сдержал доброй улыбки:
— Купим. И каждому по комнате выделим.
Возможно, сказывалось детство, проведённое сиротой под крылом дедушки. Когда деда не стало, Му Цинлин остался совсем один. Оказавшись в этом мире и пробыв бок о бок с этими людьми, он почувствовал, будто снова обрёл семью.
Странное дело: скромная крошечная закусочная укрывала под своей крышей выходцев из трёх совершенно разных миров. Каждый преследовал свои цели, у каждого хватало забот, но все искренне старались жить и трудиться на совесть.
Му Цинлин на мгновение задумался и обратился к сестре Хуан:
— Госпожа Хуан, я присмотрел дом побольше. Перебирайтесь ко мне вместе с Сяо Хуанъин. Так вас точно никто больше не потревожит.
— Что вы, хозяин, никак нельзя! — тут же возразила та.
Вчерашнее происшествие и впрямь заставило её пережить немало страха, но остаться переночевать у хозяина один раз — уже нарушение приличий. Как они могут принять предложение и занять отдельные комнаты в его новой усадьбе?
К тому же она лишь на пару лет старше хозяина Му, да ещё и вдова...
Одинокая вдова всегда привлекает пересуды. И пусть она относится к Му Цинлину как к младшему брату, а он к ней — как к родной сестре, языки в городе быстро наплетут небылиц. Нужно знать честь: хозяин Му и без того сделал для них слишком много.
Му Цинлину уже исполнилось достаточно лет, он статен, умел и богат. Стоит ему приобрести усадьбу — свахи все пороги обьют. А если внутри расположится вдова с дочкой, что подумают люди?
Му Цинлин понимал: из всех присутствующих только сестра Хуан и малышка Сяо Я были коренными жительницами этого древнего мира. Их представления упирались в строгие устои, и прямыми уговорами ничего не добиться.
Тогда он зашёл с другой стороны:
— Сяо Хуанъин — моя ученица. А я человек одинокий... Случись мне заболеть, даже некому будет подать чашку горячего чая.
Маленькая Сяо Хуанъин тут же звонко отозвалась:
— Ученица позаботится об Учителе!
Му Цинлин снова улыбнулся:
— Вот и получается, что выделить комнату для Сяо Хуанъин — самое естественное дело.
Сяо Хуанъин озадаченно почесала затылок, не зная, что ответить. Ей-то хотелось жить с Учителем — он относился к ней куда лучше прежнего отца. Люди говорят, Учитель — всё равно что родитель, и проявлять к нему сыновний долг вполне разумно.
Но матушка явно сомневалась, а Сяо Хуанъин пока не умела распутывать такие сложные житейские узлы.
Сяо Хуанъин ещё не ответила, как Большой Чэнцзы перебил:
— Я присмотрю за тобой.
Сестра Хуан беспомощно и одновременно с улыбкой качнула головой:
— Хозяин Му, если случится что-то срочное, просто пришлите за нами кого-нибудь. Я знаю, вы желаете нам добра, но это и впрямь не по правилам.
«Если уж хозяину так нужен уход, с его-то достатком не составит труда купить пару слуг», — подумала она.
Му Цинлину оставалось лишь вздохнуть: что ж, вернёмся к этому позже.
Он повернулся к Тьечжу.
— Не переживайте, — уверил тот. — Проблема с родственниками Сяо той решена. Гарантирую, они больше не посмеют показаться на глаза.
Записи о них стёрты из базы данных, так что в глазах клана эти двое просто исчезли. Встретят на улице — пройдут мимо как мимо посторонних.
Му Цинлин понятия не имел, каким образом ученику удалось подобное, но Ван Тьечжу всегда отличался надежностью.
Сестра Хуан и Сяо Хуанъин думали так же. Они не стали допытываться об истине, лишь посветлели лицами: отныне можно не жить в постоянном страхе.
Му Цинлин развеял нахлынувшую грусть:
— Ладно, пора открывать лавку.
Вчерашний ароматический шлейф от хого окутал весь город, и Му Цинлин обещал приготовить нечто похожее по вкусу.
Сычуаньское рагу «Маосюэван».
Блюдо это сытное, объёмное, сочетающее мясо и овощи, поэтому привычный формат комплексных обедов пришлось подкорректировать.
Сделай порцию сычуаньского рагу «Маосюэван» маленькой — и гость успеет съесть лишь по кусочку каждого ингредиента, только раздразнив аппетит. Какой смысл? Посетители точно останутся недовольны.
Если уж есть — так вволю!
Поэтому сегодня обед за двадцать вен представлял собой щедрую пиалу сычуаньского рагу «Маосюэван», а за тридцать вен к нему прилагалась тарелочка с ассорти из ароматных гастрономических нарезок.
Му Цинлин вышел в зал и кратко объяснил новшество первой волне гостей.
Посетители встретили новость с пониманием и легко согласились на изменения. Выбора не оставалось: вчерашнее хого пахло настолько соблазнительно, что отказываться от аналога никто не собирался.
Среди игроков уже ходили слухи, будто сеть ресторанов хого вот-вот откроется в реальном мире. Но это ничуть не мешало им предвкушать блюдо, которое сам Мастер Му назвал близким по духу.
Игроки из дальних регионов снова исходили слюной в Межзвёздной сети, в тысячный раз проклиная разработчиков за то, что те до сих пор не дали права на публикацию пользовательских видеороликов с эффектом полного погружения.
Если уж не удаётся поесть по-настоящему, дали бы хотя бы попробовать вкус через виртуальную симуляцию!
В штаб-квартире игры знали о недовольстве. Изначально открывать доступ к пользовательским нарезкам не планировалось, но теперь обстоятельства изменились.
Совет директоров сделал ставку на популяризацию национальной кухни.
Если иногородние игроки не смогут попробовать стряпню Му Цинлина, они так и не поймут, в чём заключается магия настоящей еды.
Пока что им приходилось готовить по обучающим роликам самостоятельно. Но кулинария — дело тонкое. У новичков редкое блюдо получается идеальным с первой попытки: нужно чутье к огню, точность в специях, навык.
Некоторые, сгоряча приготовив нечто невнятное, принимались с досадой заявлять, будто жители Цяньчэн попросту всё преувеличивают.
Разве можно с этим мириться?
И администрация выпустила официальный анонс: ровно через пять дней права на публикацию виртуального контента будут открыты для всех пользователей.
Это означало, что любые записи, сделанные игроками Цяньчэн, можно будет загружать в Межзвёздную сеть, даруя каждому желающему возможность испробовать кушанья Мастера Му.
По сути, разницы никакой: что играть в режиме погружения, что пробовать еду через чужие записи в сети.
После анонса Межзвёздная сеть буквально взорвалась.
В последние дни новости о мире Лянъи не сходили с первых полос, и за каждым громким инфоповодом так или иначе стояло имя хозяина Му.
Помимо прав на трансляцию вкуса, разработчики под шумок выкатили ещё две важнейшие новости.
Чтобы не ломать игровой опыт, через пять дней сутки в игре развернут на сто восемьдесят градусов. Скорость времени останется прежней, но день и ночь поменяются местами.
Во время этого технического сдвига игроки не смогут ни зайти в систему, ни выйти из неё без экстренных внешних причин.
Это значило, что в мире игры пройдёт две ночи подряд, прежде чем взойдёт солнце. НИП ничего не заметят, но игроки ощутят сдвиг во всей полноте.
Вторым новшеством стали Интеллектуальные помощники.
Прежде глубокий сон персонажей при выходе игроков из сети провоцировал немало проблем. В местах массового скопления игроков НИП начинали паниковать, решая, будто город накрыла неизвестная спячка или эпидемия.
Теперь же оставленный персонаж под управлением ИИ сохранял привычки, речь и манеру поведения игрока, продолжая органично жить в виртуальном мире.
Эти новости окончательно всколыхнули сеть. Игроки ликовали.
Шум из реального мира докатился и до виртуального пространства — находившиеся в сети игроки свободно получали уведомления извне.
Му Цинлин тем временем хлопотал у печи, заправляя процесс с помощью Тьечжу и Сяо Я.
— Название сычуаньского рагу «Маосюэван» говорит само за себя. «Мао» указывает на маоду — рубленый говяжий рубец, а «сюэ» — на свежую кровь.
В традиционном рецепте предпочтительнее утиная кровь: при варке она не крошится и отлично впитывает соус. Но в этих краях утиную кровь отдельно не заготавливали, зато свиной на рынках имелось в избытке. Её охотно покупали, так что Му Цинлин без труда раздобыл несколько глубоких чаш.
— Если хочется упростить задачу, за основу сычуаньского рагу «Маосюэван» вполне можно взять вчерашнюю заправку для хого, — объяснял Му Цинлин, демонстрируя движения у котла. — Подготовленные овощи отправляем в кипящий бульон по степени их развариваемости.
Сегодня в распоряжении были сочные соевые проростки, хрустящий стеблевой салат, грибы эноки и тонкие ломтики картофеля.
Сначала бланшировались овощи. Едва они доходили до нужной кондиции, их вынимали, уступая место мясным ингредиентам.
За неимением полного набора продуктов Му Цинлин готовил упрощённую версию: свиная кровь, свиная аорта — «жёлтое горло», — и рубец.
Принцип оставался прежним: кровь и аорта требовали больше времени, поэтому отправлялись в котел первыми. Едва они доходили до готовности, к ним на пару мгновений опускался нежный рубец.
— Мастер, да ведь это то же хого! Только варить за столом не надо, всё готово заранее, — заметил Тьечжу.
Му Цинлин улыбнулся:
— Я же говорил, что блюда похожи. Но разница всё же есть. Нам остался последний, самый важный штрих.
Ван Тьечжу, уже собиравшийся подзвать братьев Цзян за готовыми пиалами, замер.
Му Цинлин поставил на соседнюю конфорку ковшик с маслом. Пока оно накаливалось, он аккуратно выложил в самый центр готового блюда смесь из молотого перца чили, молотого сычуаньского перца, сушёных стручков и цельных горошин сычуаньского перца.
Едва масло раскалилось добела, он зачерпнул его поварёшкой и с шипением выплеснул прямо на горку специй.
Ш-ш-ша-а-а!
Кухню озарил сноп аромата.
У посетителей в зале, ожидавших своих заказов, едва слюнки не потекли.
Ещё при варке бульона по помещению плыл соблазнительный дух, до боли напоминавший вчерашнее хого, но этот финальный всплеск горячего масла словно лишил всех разума.
Один из игроков пошутил:
— Чувствую себя подсолнухом. А Мастер Му — моё солнце.
— Скорее уж кухня — солнце.
— Нет-нет, именно стряпня Мастера Му!
Ван Тьечжу застыл, захмелев от одного лишь запаха:
— Так вот в чём суть... Раскалённое масло — вот главный секрет сычуаньского рагу «Маосюэван»!
Обучаясь у Му Цинлина уже некоторое время, он всё равно не уставал поражаться.
«Неужели Мастер... и впрямь обычный НИП?»
— Готово, уноси, — Му Цинлин вывел ученика из оцепенения и добавил с улыбкой: — Похожим образом готовятся и другие блюда, например, «Шуйчжужоупянь» — острые мясные ломтики в масле, или «Шуйчжуюйпянь» — нежная рыба.
— В следующий раз я сам попробую! — спохватился Ван Тьечжу и кликнул братьев Цзян.
Большие пиалы с Маосюэваном поплыли в зал одна за другой. Гости, взявшие обед за тридцать вен, получили ещё и по блюдцу с аккуратно нарезанной тушёной гастрономией. С ходу разобрать, из чего приготовлена нарезка, было непросто.
На вид мясо казалось непримечательным, и большинство поначалу тянулись палочками к изобильному Маосюэвану.
Свежесть, пряный аромат, жгучая острота, онемение на кончике языка, хруст рубца и аорты, шелковистая нежность кровяных кубиков и сочность овощной подушки... Разве может одно блюдо сочетать в себе столько оттенков и текстур?
В зале установилась тишина — посетители ели, не поднимая голов.
Прежняя стряпня хозяина Му казалась верхом совершенства, но это кушанье превзошло все ожидания!
Неужели это предел кулинарного мастерства Мастера Му?
Нет, конечно же нет! Мастер Му способен на ещё большие чудеса!
Порция Маосюэвана быстро насыщала.
Один из клиентов, взявших вариант за тридцать вен, покрутил блюдце с нарезкой и шутливо предложил соседям по столу:
— Что-то я переел. Давайте разделю на всех, по паре кусочков съедим, чтобы не пропадало.
Стряпня хозяина Му, пусть и выглядящая просто, плохой быть не могла — репутация говорила сама за себя.
Соседи скромничать не стали. Взяли по кусочку сочной, с прослойками жирка свиной щековины...
И замерли.
Это... это что за чудо?!
Внешне совершенно неприглядное мясо буквально таяло во рту, взрываясь каскадом богатых оттенков!
Один из гостей, часто имевший дело с разделкой туш, удивлённо прищурился, узнав специфическую текстуру субпродуктов:
— Постойте... Неужто потроха?
Изумлению его не было предела. Разве можно приготовить потроха так вкусно? Ни малейшего намёка на привычный тяжелый запах!
Или ему показалось? Просто похоже по форме?
Посетитель подозвал убирающего соседний стол Цзян Юя:
— Парень, а в этом наборе... есть потроха?
Цзян Юй буднично отозвался:
— Конечно. Впрочем, и в Маосюэване рубец — тоже потроха. Вы только сейчас заметили?
Гость сидел с открытым ртом, чувствуя, как рушатся его прежние представления о мире.
Да какая, к черту, разница, потроха это или нет, если это НАСТОЛЬКО вкусно?!
Он немедленно отправил в рот ещё два кусочка.
А щедрый купец, раздавший нарезку соседям, уже кусал локти от досады.
Мать честная! До чего же хороша тушёночка!
Желудок забит Маосюэваном под завязку, но для такой вкуснятины уголок всегда найдётся!
В порции-то и было всего ничего!
Едва он потянулся забрать тарелку обратно, как на ней остался последний одинокий ломтик.
Он быстро пригреб блюдце к себе:
— Всё-всё, хватит! Хотите — берите себе отдельную порцию!
Соседи с улыбкой цокнули языками:
— А ещё изображал из себя благодетеля!
— Да кто же знал, что эта скромная нарезка по вкусу ничуть не уступит самому Маосюэвану!
— Ладно, доедаем и освобождаем места. На улице народ уже глазами нас поедает, очереди конца-края не видать.
* * *
Посетители сменяли друг друга непрерывным потоком.
Сегодня на кухне требовалось лишь подваривать свежие порции Маосюэвана, а тушёную гастрономию заготовили с вечера в огромном котле. С учётом скромных порций её должно было хватить до самого закрытия.
Процесс приготовления Маосюэвана был прост, и Му Цинлин со спокойной душой перепоручил котел Тьечжу.
У него оставалось ещё одно важное дело — свадебный пир Чжан Чжэ. Нужно было срочно составить и передать меню и список необходимых заготовок.
Раз заказчик просил свинину «Дунпо» и наваристый куриный бульон, следовало добавить ещё двенадцать позиций.
Четыре холодных закуски: две мясные, две овощные. Ассорти из тушёной гастрономии, курица в остром соусе «Коушуйцзи», холодная крахмальная лапша-лянпи и свежие сезонные овощи с заправкой.
Четыре основных горячих блюда. «Дунпо» — первое.
Прежняя пекинская утка прошла на ура, добавляем ее. Сегодняшний Маосюэван наверняка наделает шума в городе — тоже в список.
Какой же праздничный стол без рыбы? Добавим парового морского окуня: готовится быстро, костей мало, гостям не придётся выуживать мелкие иголочки.
Четыре домашние классики. Свинина с ананасами «Гулоуроу» — кисло-сладкая, нравится всем без исключения, Ван Тьечжу справится с ней без труда.
Далее — остро-сладкая свинина с ароматом рыбы «Юйсян», она составит отличную пару «Гулоуроу».
Раз есть кисло-сладкие вкусы, нужны и более насыщенные, солёно-пряные: чесночные свиные ребрышки и нежная свинина с рисовой мукой на пару «Фэньчжэнжоу». Они не требуют много времени у плиты.
Осталось четыре позиции. Два супа: куриный, заказанный женихом, и один лёгкий, овощной. Суп с пекинской капустой и тофу подошёл бы идеально.
Тяжёлый праздничный стол требует лёгкой разрядки.
Стоп... Тофу-то в городе нет!
Му Цинлин досадно качнул головой: неужели придётся самому вставать к жерновам и крутить соевую массу?
Ну уж нет, готовить тофу с нуля — слишком много хлопот, суп придётся вычеркнуть.
Впрочем... А не продать ли пару рецептов переработки сои на сторону? Тофу, коняку-моэни, крахмальная лапша... В обработанном виде это замечательные продукты.
Продавая специи, он не завышал цены, не желая отступать от идеи популяризации простой домашней кухни, но доход всё равно выходил приличным.
На покупку усадьбы средств уже хватало. А если продать ещё несколько технологических секретов, наберётся капитал и на открытие полноценного ресторана.
Но это дело будущего. Раз суп с тофу отпадает, заменим его сладким вариантом — супом из древесных грибов с лилиями и семенами лотоса.
И освежает, и за десерт сойдёт.
Остались два овощных блюда: быстрообжаренные зелёные овощи и картофельная соломка с острым перцем.
И, наконец, свадебные паровые булочки «Симомо» с алой печатью «Двойное счастье» — и нарядно, и традицию соблюдает, и сытно.
Вдобавок Му Цинлин обещал личный подарок для Чжан Чжэ.
Заказчик щедр, экономить не стоит. Пышный торт со свежими фруктами и взбитыми сливками станет отличным сюрпризом.
Местные жители ничего подобного в глаза не видели, выглядеть такой подарок будет эффектно и изысканно.
Решено.
Му Цинлин вывел аккуратным почерком меню и приложил перечень требуемой утвари.
— Тьечжу, за печью я присмотрю. Сбегай на посылках, отнеси бумагу в усадьбу учёного Чжана.
— Есть, Мастер! Всё исполню в лучшем виде!
— Лучше я пойду, — подал голос Чэнъин. — На кухне тесно. Тебе трудно одному, а он поможет с готовкой.
— Ого, Дылда, да ты никак хитришь? — хмыкнул Тьечжу. — Что-то ты молчал, когда я один над Маосюэваном пот проливал!
— Я дрова подбрасывал.
— Так это твоя прямая обязанность!
— Я не беру за это медяков.
Му Цинлин с улыбкой наблюдал за их перепалкой. Дылде и впрямь полезно развивать самостоятельность.
Теперь, когда Чэнъин научился связно говорить, дойти до усадьбы и передать письмо для него не составит труда.
— Пусть идёт Чэнцзы. Дом учёного Чжана недалеко, спросишь дорогу, если заблудишься.
Чэнъин кивнул:
— Обязательно доставлю.
— Будь осторожен. Вернёшься аккурат к обеду.
— Понял, — Чэнъин тепло улыбнулся.
Едва он шагнул за порог, как один из гостей, доселе с аппетитом уминавший обед, бегло отложил палочки и выскользнул следом.
Это был новый незаметный страж — Своевременный Сяо Е.
Перед уходом он бросил на братьев Цзян искренне укоризненный взгляд.
Вот уж точно — разница в условиях!
Братья Цзян лишь беспомощно развели руками. Кто же знал, что Му Цинлин решит отправить самого генерала в роли курьера?
Хотя... генерал сам вызвался помочь.
Состояние генерала заметно улучшалось.
Нынешним утром пришла весть из реального мира: прошлые сутки генерал снова приходил в сознание, и на этот раз продержался больше минуты!
При такой динамике полное выздоровление — лишь вопрос времени.
Отчего-то на душе у братьев стало немного тоскливо.
Когда генерал окончательно очнётся, он едва ли продолжит проводить дни в виртуальной игре. А значит, и их миссия завершится, придётся возвращаться к обычной службе.
И тогда... прощай, невероятная стряпня хозяина Му.
Впрочем, Цзян Юй тихо шепнул брату:
— В реале скоро откроют рестораны хого. Хозяин Му каждые четыре дня учит новым рецептам, так что эти блюда скоро появятся и у нас.
Цзян Чжоу вздохнул:
— Я не о еде пекусь. Вот развернут время, будем днём жить своей жизнью, а по ночам приходить сюда на подработку. Если не случится экстренных военных сборов... хотя после победы генерала мир обеспечен на век вперёд.
— О чём же ты тогда?
Цзян Чжоу качнул головой:
— Не замечал? Хозяин Му очень одинок. У него нет семьи, только лавка, клиенты да мы.
Они работали у Му Цинлина не так долго, но его искреннее, теплое отношение успело растопить их суровые солдатские сердца.
Му Цинлин казался удивительно живым человеком. Куда более "живым", чем многие их знакомые из реала.
Если генерал выздоровеет и исчезнет, хозяин Му даже не поймёт причин.
И пусть останется Игровой помощник — станет ли Му Цинлин с его умом верить искусственному двойнику?
— Не загадывай наперед, — вздохнул Цзян Юй. — Генерал — человек благородный. Даже восстановившись, он найдёт способ уладить всё по-человечески.
— Эх, вот бы хозяин Му тоже был живым человеком...
— Вы о чём тут шепчетесь? — неожиданно вырас за их спинами Му Цинлин. — Посуда сегодня жирная, идите по очереди помогать сестре Хуан на мойке.
— Слушаемся, хозяин! — братья мгновенно испарились.
Надо завязывать с разговорами в рабочее время. Хорошо хоть хозяин Му ничего не услышал.
Му Цинлин и впрямь не разобрал сути, услышав лишь обрывок последней фразы: «...тоже был живым человеком».
«Это ещё что за новости? Я что, по-ихнему, мертвец?»
Хотя... Вряд ли. Скорее всего, Цзян Чжоу имел в виду: «вот бы хозяин Му тоже был попаданцем».
Му Цинлин вернулся к печи, всё ещё прокручивая эту мысль в голове, отчего едва не перепутал очерёдность закладки аорты и рубца.
Ван Тьечжу вовремя подхватил шумовку:
— Мастер, о чём вы задумались? Чуть продукты не испортили!
Му Цинлин перевёл на него задумчивый взгляд.
Тьечжу аж поджал плечи:
— М-мастер... Что-то не так?
Му Цинлин мягко улыбнулся:
— Ничего, просто вспомнил кое-что.
Даже если Цзян Чжоу желал, чтобы он оказался попаданцем — Му Цинлин И БЫЛ попаданцем!
Вот только... из совсем другого мира.
Его прежняя Земля осталась недосягаема, а эти парни в любой момент могли выключить игру и вернуться в свою реальность.
Му Цинлин тихо вздохнул.
Порой его посещала мысль открыться Тьечжу и Дылде. Не кричать на весь свет, но хотя бы с ними поделиться правдой.
Они заслуживали доверия. И, возможно, общаться стало бы проще, не приходилось бы вечно следить за каждым словом и жестом.
Но ситуация выглядела слишком фантастично.
Мир, наводнённый иномирцами, где они узнавали друг друга без труда, и он — странный одинокий пришелец из совершенно иной Вселенной.
Как это объяснишь?
Му Цинлин предпочёл промолчать.
Едва спал полуденный наплыв гостей, пришло время обедать и самим работникам.
— Что-то Чэнцзы задерживается, — Му Цинлин обеспокоенно высунулся на улицу. — Не заблудился бы... Тьечжу, сообрази обед на всех, а я сбегаю поищу его.
Не успел он договорить, как во двор ступил Дылда.
Сегодня весь персонал облачился в новенькие голубые фартуки, сшитые сестрой Хуан, но на фартуке Чэнъина красовалось несколько грязных детских ладошек.
А на лбу алела свежая ссадина.
Му Цинлин мгновенно вспыхнул:
— Опять эти уличные сорванцы приставали?!
Братья Цзян тут же подскочили ближе. Ссадина казалась пустяковой, но их армейская жилка заставила напрячься.
Эх, не стоит судить Сяо Е — без крайней нужды охране запрещалось вмешиваться, дабы не спугнуть процесс реабилитации генерала.
Чэнъин безобидно улыбнулся:
— Никто меня не обижал. Мальчишка залез на дерево и побоялся спускаться. Я его снял, вот и измазал фартук. А лоб о ветку зацепил.
Заступился за ребёнка? Что ж, дело благое.
Му Цинлин сменил гнев на милость, похвалил его, но тут же добавил строгим тоном:
— Пообедаешь — марш стирать. Мы работаем с едой, масляные пятна на фартуке допустимы, но светить перед гостями грязными отпечатками — никуда не годится!
— Понял, — покорно басом отозвался Дылда.
— Все за стол!
Тьечжу приготовил огромную бадью Маосюэвана.
Хоть вчера все и наелись хого до отвала, но, глядя, с каким аппетитом уплетали заказ клиенты, у самих слюнки текли весь день.
Цзян Юй с братом пошутили:
— С таким аппетитом мы хозяина скоро по миру пустим!
Му Цинлин рассмеялся:
— Ешьте, сколько влезет! Где это видано, чтобы в заведении общепита работники голодали?
Фраза «свои люди» отозвалась в душе каждого по-своему тёплым чувством.
А Маосюэван и впрямь удался на славу!
Пусть вкус перекликался со вчерашним хого, подача и ощущения разнились разительно.
В лавке рис не подавали, но для себя они сварили целый котел сочного белоснежного зерна. Острая подлива, впитавшаяся в рис, превращала каждую ложку в истинное блаженство.
Две пиалы на брата улетали мгновенно.
Для повара нет высшей награды, чем видеть, как приготовленная им еда исчезает за обе щёки.
Ван Тьечжу впервые ощутил это чистейшее профессиональное счастье.
* * *
После обеденного перерыва лавка вновь закипела работой.
— Сестра Хуан, побудьте пока на раздаче, а мы с братьями Цзян перемоем поднос с посудой, — предложили парни, быстро ориентируясь в задачах.
Му Цинлин тем временем с досадой оглядел грязные пятна на фартуке Дылды:
— Дрова за тебя Сяо Я подкинет. Иди стирай фартук, да и прежнюю одежду заодно приведи в порядок.
— Ладно, — Чэнъин и сам любил чистоту.
Даже бродяжничая, он при первой возможности отмывал лицо и руки дочиста.
— Ах да, вот ответное письмо от молодого господина Чжана, — Чэнъин виновато улыбнулся. — За обедом едва не забыл.
Му Цинлин лишь качнул головой:
— Иди стирай, потом посмотрю.
— Мастер, вы тоже отдохните, — подал голос Тьечжу. — Сегодня в меню только Маосюэван, я и один справлюсь.
— Хорошо. Сяо Я пусть режет нарезку, а я пока сяду за ответ.
Му Цинлин вскрыл послание Чжан Чжэ.
Тот не скрывал восторга и с нетерпением ждал свадебного пира, но просил заменить одну позицию.
Простое овощное рагу казалось ему слишком обыденным — хотелось удивить гостей чем-то невиданным и невероятно нежным по текстуре.
Задача не из сложных.
Му Цинлин поразмыслил: тофу подошёл бы идеально!
Но готового тофу в городе не найти...
Значит, придётся обязать усадьбу Чжана заготовить соевую основу заранее. Рецепт стоит денег, дарить его задарма нельзя, но дать инструкции на заготовку сырья — вполне.
— Тьечжу, у вас в деревнях пьют соевое молоко?
— А? Соевое молоко? Да нет вроде... А что это?
— Отвар из жёлтых соевых бобов.
— Не-а, — Тьечжу запнулся. — То есть пробовали делать, да вкус у него так себе, травой отдаёт.
Му Цинлин кивнул: стало быть, технология перетирания бобов с водой им знакома.
Уже хлеб! Нужно лишь велеть слугам Чжана намолоть соевой массы.
Из неё Му Цинлин прямо на месте приготовит острый тофу-пудинг «Красное масло Доухуа», а если хватит времени — отжмёт полноценный тофу для «Мапо Доухуа».
— Тьечжу, покарауль огонь, я в отхожее место и напишу ответ.
— Ступайте, Мастер, тут всё под контролем!
Му Цинлин вышел на задний двор и невольно услышал вкрадчивый шепот братьев Цзян, мывших посуду под навесом:
— Эх, сюда бы посудомойку промышленную... или робота-уборщика. Мыть жирные миски вручную — то ещё удовольствие, все руки в масле.
Цзян Юй ухмыльнулся:
— Может, тебе ещё и сиделку-андроида выписать, чтобы одежду за тебя стирала? Вон, глянь на генерала — сидит, руками орудует, и ничего!
Му Цинлин замер у дверей, не зная, как реагировать на услышанное.
Разговор за стеной продолжался, и до Му Цинлина долетела финальная фраза Цзян Чжоу:
«... Эх, если бы хозяин Му тоже был живым человеком...»