На душе стало спокойно, словно вся суета улеглась и всё наконец встало на свои места. Му Цинлин, Чэнъин и доктор Бай Бай ещё долго разговаривали в больничной палате.
В основном обсуждали дальнейшее наблюдение за генералом. Понятно, что требовалось проверить, не погрузится ли Чэнъин снова в глубокий сон, но сколько времени для этого понадобится? Три дня, пять, десять или больше? Точно сказать не мог никто.
В этот период Чэнъин должен был вести обычную жизнь: вовремя есть, вовремя спать. Если за отведенный срок рецидива не случится, можно будет считать его окончательно выздоровевшим.
Сам Чэнъин чувствовал себя отлично, к нему полностью вернулась память. Однако врачебные предписания следовало соблюдать неукоснительно — выписаться он сможет лишь тогда, когда лекари дадут добро.
Зато сегодня он потихоньку провернул одно дело: устроил так, чтобы выделенную государством квартиру для Линлина перенесли в дом по соседству с его собственным. Всё равно там раньше никто не жил. Чэнъин надеялся, что после выписки сможет забрать Линлина к себе и помочь тому обустроиться на новом месте. Сейчас юноше больше не требовалось помогать ему восстанавливаться, генетическая модификация подходила к концу — настанет ли пора возвращаться домой? Линлин ведь ещё никогда не жил один в этом незнакомом мире. Справится ли он? Будет ли ему уютно?
Чэнъин заглядывал далеко в будущее, однако доктор Бай Бай непреклонно настоял: хотя бы десять дней пробыть под наблюдением в госпитале.
Му Цинлин улыбнулся:
— Так даже лучше.
Затем, словно угадав мысли Чэнъина, добавил:
— Я пока тоже останусь здесь. Если вдруг что-то случится, смогу помочь.
Бай Бай одобрительно кивнул:
— Дельно. Дополнительная подстраховка не помешает.
В дверь постучали.
— Мастер Му, пора.
После целого дня суматохи в виртуальном мире наступало утро. Пора возвращаться к делам и торговле.
Перед уходом Му Цинлин отправил сообщение Ван Тьечжу. Первая фаза торговли мучными изделиями требовала навыка, а у Тьечжу уже имелась некоторая база. Сегодня в меню значились паровые булочки маньтоу и рулетики хуажуань. Тесто Ван Тьечжу заставили замесить заранее, а пароварки стояли в готовности.
— В ближайшее время я не смогу заходить в игру, — обратился Чэнъин к Сяо Е. — Присмотри за Цинлином.
— Есть! — Сяо Е отдал военное приветствие.
Чэнъин ответил тем же:
— Это не приказ, а просьба друга.
— Понял, — с улыбкой ответил Сяо Е, окинув взглядом заставленную розами палату. Кто бы мог подумать, что несгибаемый Бог Войны способен на такую нежность? Было в этом что-то совершенно новое. Хе-хе, надо будет скорее вернуться в игру и сплетничать об этом вместе с Цзян Юем и Цзян Чжоу.
Му Цинлин беспомощно качнул головой:
— А что с твоим интеллектуальным помощником? Настроили?
Чэнъин отличался от обычных игроков: раньше после выхода из игры у него не было бота-ассистента. Теперь же он не мог зайти в игру сам, но не оставлять же его виртуальное тело лежать пластом по полмесяца? Свои-то поймут, а если кто-то чужой случайно увидит? Особенно Сяо Хуанъин, которая часто вертится поблизости. Как ей потом объяснять? Пришлось запросить официальный «чит» у разработчиков.
К счастью, задача оказалась несложной, и администрация уже прислала подтверждение.
— Не волнуйся, Линлин, всё устроено, — Чэнъин ласково посмотрел ему в глаза. — Линлин, не забудь, что ты мне обещал.
Му Цинлин приложил ладонь к лбу:
— Да помню я, помню! Всё, отдыхай, а я пойду к себе.
«Всего-то и просил — не сближаться слишком с его ботом-помощником!»
Сдерживая смех, Сяо Е вышел вслед за Хозяином Му в соседнюю палату.
— Мастер Му, есть ещё одно дело, — начал Сяо Е.
— Слушаю, — Му Цинлин уже умывался.
Для входа в игру нужно было лечь в постель, а у него с детства осталась привычка отправляться в кровать только после душа.
Сяо Е продолжил:
— Помните, на поэтическом вечере господин Цинь приглашал вас в столицу приготовить блюда для императорского пира по случаю дня рождения Его Величества?
Му Цинлин на мгновение задумался:
— Чуть совсем не забыл об этом.
Сяо Е едва сдержал улыбку:
— Я доложил руководству, и сверху поступило пожелание: вам стоит принять приглашение. Нам бы пригодилась ваша помощь в одном деле.
— Рассказывай подробнее, — Му Цинлин и сам был не прочь отправиться в путь, чтобы повидать мир.
— Руководство уже систематизировало и записало все кулинарные способы и рецепты, которым вы обучали. Их можно прямо сейчас переплести в книгу.
Глаза Му Цинлина блеснули:
— А ведь я сам собирался этим заняться!
Вот только времени вечно не хватало. Казалось, что впереди его ещё полно, успеется — всё равно методы ушли в народ и многие им обучились.
— Генерал Чэнъин попросил меня передать это начальству, — добавил Сяо Е. — Ваше мастерство действительно достойно того, чтобы сохраниться в веках.
— Но как это связано с поездкой в столицу?
— Чтобы исключить любой риск культурного разрыва в будущем, руководство хочет подстраховаться: отпечатать ваши кулинарные методы в виде книги и сохранить один экземпляр прямо внутри игры.
Му Цинлин всё понял. На этот раз он отправляется в столицу, чтобы готовить для императорского банкета. Пусть самого Императора он может и не увидеть, но уж с влиятельными вельможами — вроде того же господина Циня — пересечётся наверняка. В древности выпустить книгу было куда сложнее, чем сейчас. Если всё пройдёт гладко, высокопоставленные господа щедро одарят его, и тогда можно попросить их пустить его кулинарное руководство в печать и раздать в народ по доступной цене. Так методы жарки, тушения, варки и запекания постепенно разойдутся по всему миру Лянъи, а одна копия сохранится в базе данных игры.
Даже если человечество снова постигнет катастрофа и все оптические мозги превратятся в труху, цифровой след останется. Спустя невероятные эпохи кто-нибудь да сможет его расшифровать и восстановить. Это лучше, чем потерять наследие Древней Голубой Звезды полностью, когда из-за утраты данных элементарные кулинарные приёмы оказались погребены под пылью веков. Руководство явно вынесло урок из прошлых бед. Дополнительная подстраховка лишней не бывает.
К тому же, раз книга появится в игре, игроки смогут покупать её за виртуальную валюту и переносить знания в реальный мир. Задумка была отличная.
Му Цинлин кивнул:
— Хорошо. Пора в игру.
Он открыл глаза — за окном снова стоял разгар дня. Му Цинлину уже казалось, будто он вечность не видел ночного неба. Рядом на краю кровати, припав к матрасу, спал Чэнъин.
Му Цинлин сел. Человек рядом тут же разомкнул веки:
— С добрым утром, Линлин.
— Доброе утро, — Му Цинлин пристально всмотрелся в него.
Не считая мимолётной растерянности в первые секунды, юноша теперь чётко сознавал: перед ним не настоящий Чэнъин. Ощущение было странное.
«Буду называть его Чэнцзы».
Чэнцзы вёл себя строго в рамках эпохи и правил:
— Линлин, вот твоя чистая одежда.
— Спасибо, — ответил Му Цинлин.
А ведь и впрямь заботливый.
Стоило ему переступить порог, как навстречу выскочил Ван Тьечжу, ничего не подозревающий:
— Учитель, вы проснулись? Я уже приготовил завтрак!
— Проснулся, — отозвался Му Цинлин.
Позади него вышел Чэнцзы.
— Доброе утро, генерал, — кивнул Тьечжу.
Чэнцзы лишь слегка наклонил голову в ответ.
Му Цинлин невольно промолчал. Держится дерзко, совсем как оригинал.
Вскоре подошли Цзян Юй, Цзян Чжоу и Сяо Е. Все трое знали, что перед ними всего лишь оболочка, и смотрели на Чэнцзы с весьма недвусмысленным любопытством.
Чэнцзы слегка нахмурился:
— У меня что-то на лице?
— Нет-нет, ничего! — трио дружно замахало руками, а про себя переглянулось: «Ничего себе помощничек! До чего же натурально сработан!»
У Ван Тьечжу на лбу вспухли вопросы:
— А вы чего это?
Цзян Юй отвёл его в сторону и в двух словах ввёл в курс дела. Тьечжу уже был своим человеком, да к тому же учеником Мастера Му. Парень изумился, а затем искренне обрадовался за учителя и генерала. Раньше он переживал: учитель любит генерала, но тот всё не мог оправиться, и Му Цинлину приходилось безвылазно сидеть в госпитале. Тьечжу даже хотел позвать учителя развеяться — разница в возрасте в реале у них составляла всего пару лет, так что помимо отношений «учитель-ученик» они вполне могли стать добрыми друзьями. Но из-за госпиталя вырваться было нельзя. А теперь генерал шёл на поправку, модификация учителя завершилась, и можно было наконец вместе отправиться в путешествие!
Позавтракав, вся компания отправилась в ресторан.
Сяо Хуанъин и Сестра Хуан уже вымыли и подготовили всю утварь, а Ван Тьечжу заранее замесил тесто для маньтоу и хуажуаней. Одной партии явно не хватит на всех желающих, но как только первач распродадут, можно сразу заряжать следующую — дело нехитрое.
Чэнцзы по природе своей был неразговорчив, поэтому, молча со всеми поздоровавшись, отправился на кухню разжигать очаг.
Му Цинлина не покидало чувство лёгкого диссонанса. Бот делал всё то же самое, что делал Чэнъин, двигался и говорил точь-в-точь как он, но юноша точно знал: это не он. Впрочем, ни Сяо Хуанъин, ни Сестра Хуан подвоха не заметили.
Все дружно принялись лепить маньтоу и крутить фигурные рулетики хуажуань.
— Кстати, — спохватился Му Цинлин. Он ведь ещё не успел рассказать остальным о предстоящей поездке в столицу.
Раз уж его звали готовить для императорского банкета, а рук в заведении и так не хватало, он рассчитывал взять с собой всех. За время совместной работы они отлично сыгрались, понимали друг друга с полуслова, так что в столице будет куда проще.
Он кратко изложил суть и плюсы поездки.
Путь по воде до столицы, по словам господина Циня, займёт дней пять или шесть. По прибытии нужно будет ещё подготовиться — одно только меню согласовывать придётся не один день. Благо до празднования дня рождения Императора оставалось полмесяца: кроме дороги и меню, время как раз уйдёт на закупку и подготовку ингредиентов. А когда банкет закончится, можно будет пару дней прогуляться по столице перед возвращением. Не каждый день выпадает случай побывать в Императорском городе, да ещё и за государственный счёт!
Правда, из-за этого ресторанчик Му придётся закрыть примерно на месяц. Но поскольку базовые кулинарные техники уже ушли в народ, закрытие лавки ради готовки для самого Государя люди встретят с пониманием.
Му Цинлин планировал после возвращения из столицы заняться открытием полноценного ресторана. Он действительно воспринимал этот мир как свою вторую жизнь. Если всё пройдёт удачно, к его возвращению книги рецептов распространятся по стране, и появится идеальный момент для расширения дела.
Глазки Сяо Хуанъин засияли:
— Мы едем в столицу? Все-все?
Му Цинлин ласково погладил ученицу по голове:
— Конечно, все.
Сестра Хуан от неожиданности оробела. Столица! Самое сердце Поднебесной, о котором она раньше и помыслить не смела. Поговаривали, сбрось там с городской стены кирпич — из десяти прохожих девять окажутся чиновниками, а десятый — императорским родственником. Что делать простым людям в таком месте? Тем более Му Цинлину предстоит готовить в самом Дворце!
Однако, глядя на сияющую дочку, Сестра Хуан не решилась испортить ей праздник. Раз Хозяин Му берёт их с собой, значит, надо ехать. Заодно и сама свет увидит. Му Цинлин и раньше говорил ей: ей всего двадцать с небольшим, вся жизнь впереди, надо дерзать и пробовать новое. Дочка у неё смышлёная, забот не доставляет. Раньше Сестра Хуан думала: у дочки есть такой замечательный учитель, будущее обеспечено, главное — не путаться под ногами. Но теперь понимала, что подобное мышление ошибочно. Ей самой нужно встать на ноги, заработать капитал и обеспечить дочери достойную жизнь. Когда девочка вырастет, у неё за спиной будет опора — выйдет ли она замуж или возьмёт мужа в дом, мать поддержит любой выбор. К тому же дочке в будущем ещё предстоит заботиться о Мастере Му на старости лет, а без достатка тут не обойтись.
— Раз ни у кого нет возражений, я напишу ответ Чжан Чжэ, — подвёл итог Му Цинлин. — Выезжаем аккурат после следующих выходных.
— Едем! — улыбнулась Сестра Хуан. — Благодаря Хозяину Му и дочке и я мир повидаю.
Она за всю жизнь ни разу не выезжала за пределы Цяньчэна.
Му Цинлин кивнул и написал ответное письмо, в котором перечислил всех участников поездки. Отправлялся весь персонал заведения: сам Му Цинлин, Чэнъин (пусть пока и в виде пустой оболочки), двое учеников, Сестра Хуан, трое стражников-телохранителей и Гу Ли в качестве внештатного помощника. Итого девять человек.
За десять дней наблюдения за Чэнъином в реальном мире они как раз доберутся до столицы, так что оставлять его оболочку в Цяньчэне не имело смысла.
— Чэнцзы, можешь относить письмо? — спросил Му Цинлин.
— Давайте лучше я, — перебил Сяо Е.
В глазах посторонних он числился слугой Хозяина Му, так что подобное поручение вполне входило в его обязанности. К тому же, хотя Чэнцзы сейчас был лишь искусственным ассистентом, внешне он оставался названым братом Хозяина Му.
Му Цинлин опомнился: выходить Чэнцзы одному не следовало, к нему пришлось бы приставлять охранника.
— Сходи, — согласился Му Цинлин. — И разузнай заодно, нет ли ответных вестей и не нужно ли нам приготовить что-то из вещей.
— Сделаю.
Ресторан семьи Му распахнул двери.
Снаружи, как и всегда, дожидалась толпа восторженных гостей. Му Цинлин заметил, что теперь среди посетителей преобладали местные жители — НПС, а доля игроков заметно снизилась. Вполне объяснимо: у игроков хватало других способов познакомиться с его кухней, они могли вкусить все прелести кулинарии через фан-видео в режиме полного погружения. Что в лавке, что в виртуальном ролике — в желудке всё равно ничего не оставалось, ощущался лишь вкус. Зачем же тогда выстаивать в очереди по часу-два каждый день?
Для Му Цинлина это стало приятным облегчением.
— Уважаемые гости! Сегодня у нас в меню паровые булочки маньтоу и рулетики хуажуань. Маньтоу слегка сладковатые, по две монеты за штуку. Хуажуани есть сладкие и солёные, по три монеты. Можно брать с собой. Ограничение — не более пяти штук в одни руки.
Кто-то из гостей пошутил:
— Хозяин Му, что это у вас блюда с каждым разом всё дешевле и дешевле?
В прошлый раз крахмальная лапша шла по десять-пятнадцать монет за порцию, а тут — за пару медяков!
Му Цинлин рассмеялся:
— Сегодняшние маньтоу и хуажуани — сытная основа обеда. Их можно унести домой и съесть вместе с домашними блюдами. Впрочем, хороши они и сами по себе, разве что вкус не столь ярок.
Посетители давно уже слепо верили каждому слову Мастера Му.
Один из завсегдатаев с улыбкой заметил:
— Моя благоверная вечно ворчит, что я разбазариваю деньги на еду вне дома. Сегодня как раз принесу угощение семейству!
— А эти маньтоу — не те самые свадебные симомо, что подавали на свадьбе молодого господина Чжана?
— Коли такие же, так это замечательно! Сладковатые, пышные — одно удовольствие!
Му Цинлин пояснил:
— Суть та же, всё из пшеничной муки. Кстати, рецепт тоже продаётся! Желающие обучиться могут подойти после закрытия, цена прежняя.
Первая партия маньтоу и хуажуаней подоспела.
Ван Тьечжу проявил предусмотрительность и заранее закупил промасленную бумагу. Бамбуковые пароварки вынесли прямо на столы в зале, и гости выстроились в аккуратную очередь. Желающим поесть на месте за две монеты подавали тарелочку пикантных солений.
Продажу и расчёт взяли на себя Сестра Хуан, Цзян Юй и Цзян Чжоу, а Ван Тьечжу с остальными продолжал лепить и парить новые партии на кухне.
Ближе к полудню вернулся Сяо Е.
— Что ты так долго? — удивился Му Цинлин. Записку относить недолго, сноровка у Сяо Е отличная, переживать за него не приходилось, но время затянулось.
Сяо Е достал письмо:
— Сперва я встретился с молодым господином Чжаном, а тот отвёл меня к господину Циню. Господин Цинь расспросил меня о готовке и продуктах — видать, хотел перестраховаться.
Всё-таки повар с улицы. Пусть господин Цинь и обещался взять ответственность на себя в случае чего, ему следовало лично убедиться в безопасности. Сяо Е честно ответил на все вопросы о гигиене и способах обработки ингредиентов. А когда зашла речь о том, что едет весь состав лавки, чиновник расспросил о каждом, проверяя, нет ли скрытой угрозы. Это вполне понятно: игровые личности игроков были чисты перед законом, а уж про Сестру Хуан и говорить нечего. После долгих расспросов господин Цинь наконец передал ответное письмо.
Му Цинлин бегло пробежал его глазами:
— Всё в порядке. Собираемся, выезжаем через четыре дня.
Как раз к началу следующих выходных.
Кто-то из гостей подслушал разговор:
— Хозяин Му, вы куда-то уезжаете?
Му Цинлин улыбнулся:
— Знать из столицы пригласила нас приготовить праздничный пир. Отлучимся где-то на месяц.
Он не стал уточнять, что готовить предстоит для самого Императора, дабы избежать ненужной молвы и лишних неприятностей.
Посетители одновременно и обрадовались за Хозяина Му, и опечалились. Маленькую скромную лавочку с бесценными яствами по народным ценам наконец оценили по достоинству! Настоящее признание — звать повара в саму столицу! Но с другой стороны — целый месяц жить без стряпни Мастера Му!
Благо за прошедшее время многие научились готовить по его рецептам простые блюда дома. А уж с появлением основы для хого жизнь вовсе преобразилась: даже если не устраивать полноценный котёл, паста хого превращала обычную тушёную зелень в королевское кушанье.
И тут у кого-то возникла тревожная мысль: а ну как столица очарует Хозяина Му и он не вернётся?
Кто-то несмело спросил:
— Мастер Му, а вы... вернётесь?
Му Цинлин тепло ответил:
— Обязательно вернусь.
Он попал в этот мир именно в Городе Цянь, так что считал его своим родным домом. К тому же этот город был ему искренне по душе.
Гости перевели дух.
Даже сегодняшние маньтоу — вроде белые, простые с виду, а на вкус пышные, мягкие, с приятной сладчинкой. Их приятно было есть даже без всяких закусок. Сытно и дёшево! Не будь ограничения в пять штук, каждый унёс бы по целой пароварке.
Все четыре дня до отъезда Му Цинлин готовил мучные изделия.
В первый день — маньтоу и хуажуани. Во второй — баоцзы с мясными и овощными начинками. На третий день подавали шаомай, жареные лепёшки цзяньбин и запечённые шаобины. На четвёртый — хворост юйтяо, спринг-роллы и кунжутные шарики матуань.
Каждый день после закрытия приходили желающие купить рецепты. Готовить их было не так сложно, но требовалась сноровка. Му Цинлин объяснял досконально. Уже через пару дней в городе появились уличные торговцы маньтоу — юноша бесплатно приложил к рецепту способ приготовления паровых булочек с тростниковым сахаром, и торговля у горожан пошла бойко.
В день финального обучения Му Цинлин, взвесив все за и против, решил научить всех лепить пельмени цзяоцзы. Такое кушанье лучше делать дома всей семьей, чем покупать на стороне. Начиная с замеса теста и раскатки сочней, каждый мог подобрать начинку по своему вкусу.
Юноша показал самый простой вариант — пельмени со свининой и зелёным луком. Накатал побольше сочней и вызвал нескольких учеников попробовать силы. Способов лепки существовало множество, но самым простым оставалось плотно защипнуть край, чтобы начинка не вывалилась при варке. А для тех, у кого раскатка не задалась, Сестра Хуан продавала готовые сочни у дверей.
Со временем способ распространится по всему краю.
Кто-то в толпе вздохнул с восхищением:
— Наш Цяньчэн в глазах чужаков скоро станет настоящей столицей вкуса!
Му Цинлин улыбнулся.
Затворяя двери, он вывесил на воротах объявление о том, что лавка временно закрывается на месяц. Горожане уже знали о его поездке в столицу.
Вещи были собраны, оставалось дождаться завтрашнего утра и выступить в путь вместе с господином Цинем.
Вечером Му Цинлин вышел из игры и направился в соседнюю палату поговорить с Чэнъином. Последние дни Чэнцзы спал у себя и не ложился с Му Цинлином. Признаться, юноше было немного непривычно. Но если подумать, спать в одной постели с искусственным помощником действительно странно — настоящий Чэнъин потом весь изойдёт ревностью.
За прошедшие дни состояние Чэнъина оставалось стабильным. Он вёл обычную жизнь, и признаки приступного сна больше не проявлялись.