Сантэн и Эртэн сцепились в короткой потасовке.
Закончилось всё вполне предсказуемо: поскольку уровень Сантэна был ниже, Эртэн просто прижал его к земле и оттузил как следует.
К Лу Чанго уже вернулась магия древесной стихии, так что он с первого взгляда определил нынешнюю силу Сантэна. Разняв вьюнов, Сантэн отпихнул хвастливого брата и подошёл к хозяину.
— Хозяин.
Если голос Датэна звучал по-стариковски добродушно, а Эртэн галдел, словно взбалмошный подросток, то Сантэн говорил один в один как Лу Чанго — тем же низким, прохладным, сдержанным тоном.
Сидевший у отца на коленях Туаньцзы, услышав этот голос, удивлённо ойкнул и повернул голову:
— Папа, а Сань-Сань разговаривает совсем как ты...
Лу Чанго молча погладил малыша по мягкой макушке и извлёк из системного пространства две низкоуровневые жемчужины энергии.
— Поглоти их.
— Слушаюсь. Благодарю, хозяин, — ответил Сантэн. Голос его оставался сухим, но в нём всё же проскользнули искорки с трудом сдерживаемого азарта.
Свившись гибкими плетями, он сгреб обе зелёные жемчужины из ладони Лу Чанго, отполз в дальний угол двора, пустил корни и погрузился в медитацию.
Туаньцзы проводил взглядом изумрудные шарики, исчезнувшие в стеблях вьюна, и мечтательно пробормотал:
— Папа, те шарики такие красивые...
Малыш задрал голову. На его левой щёчке так и читалось: «Красивые», а на правой: «Хочу-хочу!».
Заметив этот тоскующий взгляд, Эртэн не стал дожидаться решения хозяина и тут же замахал плетями, зазывая маленького господина к себе:
— Маленький хозяин, а у меня есть штука куда больше и красивее!
С этими словами вьюн выудил из своего пространственного мешка огромную Ночную жемчужину величиной с кулак взрослого мужчины. Эту драгоценность Эртэн прихватил заодно, когда отправлялся на поиски Сантэна и пробирался через императорскую сокровищницу Царства Дунчэнь.
— Вот, посмотри! Правда же прелесть? А ночью она ещё и светиться будет! — Эртэн ловко покачал перед носом малыша сияющим шаром.
— Ух ты-ы! Какая большущая! — ахнул Туаньцзы и, подбежав к вьюну, обеими ручонками обхватил сокровище.
Опасаясь, что кроха не удержит тяжелый шар и уронит его, Эртэн заботливо обвил жемчужину тонкой лозой, оставив сверху удобную петельку.
— Эр-Эр, а как же братик? — Туаньцзы прижал добычу к груди и заботливо посмотрел на растения.
— Э-э... Ладно, сейчас еще поищу, — пообещал Эртэн и принялся рыться в запасах.
Пространственные мешочки появлялись у всех духовных растений, достигших пятого уровня, и расширялись по мере роста их силы. В прежнем мире, на пике девятого уровня, хранилище Эртэна по размерам не уступало добротной усадьбе с высоченными потолками. Нападение и перемещение в этот мир сбросили его развитие до второго уровня, заблокировав доступ к вещам, и лишь недавно, вернув пятый уровень, он снова смог дотянуться до своих сокровищ.
Вьюн долго копался в дальних углах и наконец извлёк на свет божий великолепную розовую жемчужину — размером даже больше кулачка Туаньцзы.
— Ну как тебе эта?
Увидев нежно-розовый переливчатый шар, Туаньцзы застыл с открытым ртом.
— Какая красивая... Эр-Эр, я хочу вот эту! — сообщил малыш, хлопая ресницами.
Ему нравилась и Ночная жемчужина, которую он держал в руках, и эта розовая прелесть.
— Хочешь? Да без проблем! У меня там этого добра целые закрома, пойдём в дом, всё покажу!
В отличие от рассудительного Датэна, запасавшего еду и припасы, Эртэн в том мире стаскивал к себе исключительно блестящие безделушки: драгоценные камни, огромные бриллианты и редкий жемчуг.
— Пойдём! — обрадовался Туаньцзы.
Ребёнок и вьюн в обнимку со своими жемчужинами шустро утекли в комнату.
Поскольку парочка сбежала, а Сантэн пустил корни и поглощал энергию, отчитываться за последние полмесяца пришлось Датэну.
Лу Чанго сидел во дворе и молча слушал. Обо всех этих делах он особых иллюзий не питал, но картину происходящего знать был обязан.
Завершив основной рассказ, Датэн ненадолго задумался и добавил:
— Хозяин, младший дядя Цзиньбао сейчас находится в военном лагере.
— Угу, — отозвался Лу Чанго.
Судя по всему, через пару дней они смогут отправиться в путь.
В этот момент Сантэн закончил поглощение. Две низкоуровневые жемчужины исчерпали свой ресурс, а его сила взлетела со второго уровня до пика пятого — до шестого оставался совсем крошечный шаг.
— Сантэн, как успехи? — спросил Лу Чанго.
— Восстановился до пятого уровня, — отчеканил тот.
* * *
Пока снаружи Лу Чанго беседовал с вьюнами, в доме развернулась настоящая ярмарка роскоши. Эртэн вытряхнул из закромов свои сокровища, вывалив их прямо на кровать.
Требования к предметам у него были строгие: мелкий жемчуг он за добро не считал — брал только идеальные гладкие шары размером не меньше кулачка Эрбао. Бриллианты и самоцветы Туаньцзы посчитал обычными разноцветными камушками, а вот от горы идеального жемчуга пришёл в полный восторг.
Даже маленький Эрбао не остался равнодушным. Приползя к сверкающей куче, малыш усадился поджав ножки и сгреб ближайшие шарики под себя.
— Па-па... и-я! — ахнул Эрбао, обеими ручонками подняв темно-синюю жемчужину, что была куда больше его ладошек, и с гордостью показал её мфу.
— Надо же, какая красота, — Су Циньюнь улыбнулся малышу, хотя в его взгляде читалась лёгкая растерянность.
— На... дай! — сияя глазами, Эрбао протянул свой трофей родителю.
— Спасибо, — Су Циньюнь аккуратно принял тяжелый шар.
Туаньцзы, увидав это, тут же подскочил с огромной розовой жемчужиной:
— Мфу, смотри! Эта ещё красивее!
— Да, очень красивая, — Су Циньюнь забрал и её, совсем растерявшись.
Пока дети резвились на постели, Эртэн начал выгребать золото. Но не банальные слитки, а изящные фигурки: золотые арахисовые стручки, арбузные семечки, чеканные монетки и целый комплект статуэток в виде животных восточного гороскопа.
— Зайчик! — Туаньцзы мгновенно сцапал золотого кролика. — Ой, и овечка! И лошадка!
Он принялся сгребать к себе всех знакомых зверушек.
— Ну как, много у меня добра? — самодовольно прострекотал Эртэн. — Маленький хозяин, бери всё, что душе угодно!
И он широким жестом пододвинул гору богатств.
— Правда-правда?! — глазки Туаньцзы вспыхнули от счастья.
— Конечно!
— Ура-а! Мне всё-всё нравится! — завел свою обычную песенку малыш и принялся сгребать всё золото к себе под животик.
— И-я, и-я! — поддакнул Эрбао, повалившись прямо на жемчужины, и, недолго думая, попытался засунуть одну из них в рот. Слюни тут же потекли по блестящему перламутру.
К счастью, все вещи из хранилища вьюна проходили автоочистку и были абсолютно стерильны. Заметив, что младший пробует драгоценность на зуб, Су Циньюнь поспешно подхватил карапуза на руки.
А вот Эртэн, услышав, что маленькому хозяину нравится «абсолютно всё», мгновенно окаменел.
— Всё-всё?.. — заикаясь, переспросил вьюн, прощаясь со своей любимой коллекцией.
Впрочем, дочиста Туаньцзы его обдирать не стал. Наигравшись с блестящими камушками и фигурками, малыш отставил большую часть обратно, оставив себе лишь Ночную жемчужину и нежно-розовый шар.
— Маленький хозяин, ты только эти две штучки заберёшь? — удивлённо пискнул Эртэн.
— Ну да! Они же самые-самые красивые! — честно ответил Туаньцзы, с любовью обнимая Ночную жемчужину.
— Хм... Может, возьмёшь ещё парочку? — испуганно-радостно предложил вьюн.
Ура! Его сокровища остаются при нём!
В итоге Туаньцзы забрал себе два шара, Эрбао вручили золотистую жемчужину с кулак взрослого мужчины, а Су Циньюню, который лишь качал головой и отказывался что-либо брать, Эртэн насильно сунул в руки изящный подвес в виде виноградной грозди из тридцати идеально подобранных перламутровых горошин.
Одарив семейство, вьюн с довольным урчанием спрятал остатки коллекции обратно в пространственный мешок.
Выносить подобные вещи наружу, разумеется, было нельзя. Заметив, что Туаньцзы собирается с гордым видом тащить сияющую Ночную жемчужину во двор, Су Циньюнь мягко остановил его:
— Туаньцзы, постой.
— Мфу?
— Эту жемчужину нельзя уносить из комнаты. Если хочешь поиграть — играй на кровати, а соберёшься гулять — оставь сокровище здесь.
— А почему? — опешил малыш, сжимая в руках драгоценность.
— Потому что плохие люди увидят её и заберут у нашего Туаньцзы.
Услышав слово «заберут», малыш мгновенно насупился и крепче прижал шар к груди:
— Моё! Нельзя забирать!
— Вот именно. А если спрячешь в доме, никто не найдёт, — улыбнулся Су Циньюнь.
Туаньцзы тут же скинул башмачки, залез на кровать и попытался запихнуть оба своих сокровища под маленькую подушку. Ночная жемчужина оказалась слишком велика, и подушка на ней сидела кривобокой шапкой. Малыш подумал, со вздохом потянул одеяльце и заботливо укрыл свой клад с головой.
Заметив, что брат что-то спрятал, Эрбао шустро подполз ближе и потянул ручонку к одеялу.
— Братик, нельзя! — ахнул Туаньцзы и, опасаясь, что непоседа вытащит драгоценности, позвал на помощь вьюна: — Эр-Эр, унеси его!
— И-я-а-а! — запротестовал Эрбао, отчаянно заболтав пухлыми ножками, когда плети Эртэна безжалостно подхватили его под мышки и вытащили из комнаты.
* * *
С возвращением Сантэна и завершением войны между Царством Фэнлай и Царством Дунчэнь ситуацией владело полное затишье.
Лу Чанго позвал Систему:
— Система, проверь статус задания по спасению от бедствия.
Однако ответа не последовало.
— Система? — Лу Чанго нахмурился.
Неужели после выполнения задачи эта штука тихо отвязалась от него?
— А? Ой... Погоди секундочку! — наконец раздался писклявый голос.
— Чем ты там занималась, что даже вызова не слышишь? — подозрительно спросил Лу Чанго.
— Да так... ничем! — виновато буркнул системный Голос.
Ей никак нельзя было признаваться, что во время рабочей смены она безбожно бездельничала и болтала в сети!
— Всё с тобой понятно, — сдержанно резюмировал Лу Чанго.
— Хозяин, да что тебе понятно-то?! Я же ничего не сказала!
— Не отвлекайся. Проверяй.
— Ну ладно... — Система послушно открыла шкалу энергии.
И обомлела. Шкала была заполнена до отказа!
— А-а-а-а! Хозяин! Задание выполнено! — пушистый системный шарик от радости метался по пространству как укушенный. — Оно готово! Я могу повысить уровень!
— Замечательно, — кивнул Лу Чанго. — Подними тогда уровень моей суперспособности.
— Чё-ё-ё?!