Тусклый свет освещал коридор одиннадцатого этажа здания «Жунцзе», что в районе Ичжуан.
Чжун Цин настороженно замер перед сгустком зловещей энергии Ша. Между офисами 1107 и 1109 возвышался размытый, грузный темный силуэт. Под порывами ледяного сквозняка распахнулась огромная, усеченная клыками пасть. Тёмно-серые когти с отвратительным скрежетом вонзились в штукатурку, оставив глубокие борозды.
Чжу Цюэ, прижавшийся к противоположной стене, дрожал так, что едва держался на ногах. По его лбу градом катился пот.
— Ч-что это такое?!
— Вы ведь вынесли с собой монеты Пяти Императоров, верно? — отозвался Чжун Цин. — Сегодня ночью Ковш Большой Медведицы указывает на Созвездие Пяти Звёзд, час пиковой энергии Инь. Вся накопившаяся скверна встретилась с локальной структурой Ша разрушения мозга, породив Летящую Ша Пяти Желтых.
Чжу Цюэ в ужасе сполз по стене на пол.
Он был самым обычным мелким предпринимателем! Ну купил связку древних монет, ну сталкивался максимум с бытовой проклятой энергетикой вроде Ша разрушения мозга... Откуда, черт возьми, стоит выйти в туалет, берется целая Летящая Ша Пяти Желтых?!
Согласно фэншуй, на дежурстве сменяются девять звезд: Единица Белого Гребнистого Волка, Двойка Черных Врат Болезни, Тройка Нефритового Накопления, Четверка Зеленой Созидательной Словесности и Пятерка Желтой Звезды Разорения... Звезда Ляньчжэнь вовсе не проста. Когда образуется её Ша, смертный мир накрывают бедствия, с которыми почти невозможно совладать. Там, где проходит Летящая Ша Пяти Желтых, выгорает всякая жизнь, а воздух пропитывается кровью.
— Подождите здесь, я принесу артефакт, — спокойно произнёс Чжун Цин.
Он ушёл в кабинет. Чжу Цюэ во все глаза наблюдал, как редактор торжественно выносит... обычный напольный вентилятор.
Чжун Цин мысленно сверился с изученным материалом.
«Книга Перемен, 349-я редакция», раздел «Си цы чжуань», часть вторая:
* «Небо и Земля соединяются в гармонии, и все вещи достигают своей зрелости.*
Ци порождает движение воздушных потоков.
Сила электрического вентилятора — сокровище мира смертных, способное подчинять себе движение воздуха. Силой вентилятора можно развеять обычную скверну».
*Формула расчета объема воздуха: V = s * n * p / 60. Как правило, четвертой скорости вполне достаточно.*
Чжун Цин изучал фэншуй без устали последние несколько дней. Древние защищались статуэтками писюев да зеркалами багуа лишь потому, что у них не было вентиляторов и они не понимали законов аэродинамики.
Чжу Цюэ смотрел, как Чжун Цин со всей серьезностью выкрутил тумблер на четверку:
—?
Темный силуэт в конце коридора ощутимо замедлился! Метод сработал безукоризненно.
Чжу Цюэ лишился речи от изумления. Чжун Цин же отряхнул ладони и абсолютно буднично добавил:
— Подождите, принесу следующий артефакт.
Он снова скрылся в кабинете и вынес... индукционную плиту с кастрюлей, после чего принялся кипятить воду.
«Книга Перемен, 349-я редакция», раздел «Си цы чжуань», часть вторая:
* «Водяной пар есть концентрированная эссенция воды, рождающая мощный восходящий поток.*
Давление пара способно выталкивать и рассеивать скверну Ша.
Формула давления водяного пара: P = RT/V. При кипении на индукционной плите давление пара достигает примерно 3423 Па, чего достаточно для нейтрализации стандартной Ша».
Древние не знали индукционных плиток и физической структуры пара, оттого и не догадывались применять их в ритуалах.
Чжу Цюэ:
—???
Сгусток Ша застрял между офисами 1101 и 1104, будто увяз в густом киселе. Впрочем, Летящая Ша Пяти Желтых — сущность серьезная, за пару минут ее не уничтожить.
Чжу Цюэ совершенно не понимал, что делать, и уставился на Чжун Цина умоляющим взглядом. А тот, будто перед сложнейшим экзаменом или во время мучительного творческого кризиса, медленно прикрыл глаза и выдохнул...
Есть! Его озарило, словно он нащупал верный алгоритм решения задачи.
«Книга Перемен, 349-я редакция»:
«Взирая вверх, созерцаем образы на небесах; устремляя взор вниз, созерцаем законы земли. Наблюдаем узоры птиц и зверей и свойства почв. Ближнее берём с себя, дальнее — с окружающих вещей».
Чжун Цин вынес из кабинета зеркальце, подаренное Чжэн Мими, и устремил его прямо к россыпи звезд на ночном небе...
Чжу Цюэ окончательно вытаращился:
—???
Учитель Цзи призывал исследовать астрономию и искать решения в окружающем мире! Ша Пяти Желтых рождается от звезды Ляньчжэнь. А раз есть звезда — есть и звездный свет. Зеркало же создано для того, чтобы отражать свет!
Стоило Чжун Цину подставить зеркало, как сфокусированный отраженный свет звезд устремился обратно...
Раздался жалобный писк. Под совместным натиском вентилятора, паровой завесы и отражённого звездного света Летящая Ша Пяти Желтых в коридоре наконец рассеялась. Чжу Цюэ, непрерывно дрожа, пополз к своим монетам Пяти Императоров, намереваясь выбросить их подальше от эпицентра Ша разрушения мозга.
— Стой! — окликнул его Чжун Цин.
— Что опять?! — выдохнул обессилевший бизнесмен.
Молодой человек посмотрел на него с непреклонной серьезностью:
— На них осталась темная злоба. Тебе жизнь не дорога?
— И что делать?! — Чжу Цюэ мгновенно вспомнил: — Точно, голой рукой нельзя! Завтра позвать Мастера Ван Хуайкуна? Тут нужно как минимум двоим знающим знатокам фэншуй встать по бокам, читать заклинания и проводить обряд, чтобы вытравить злую ауру Пяти Желтых!
— Сходи к моему столу, там лежит одноразовая перчатка — осталась после того, как я ел курицу. Надень её, затяни на запястье канцелярской резинкой и спокойно бери, — сказал Чжун Цин.
Чжу Цюэ дрожащей рукой натянул перчатку, взял монеты и под руководством Чжун Цина упаковал их в плотный полиэтиленовый пакет из-под доставки, завязав крепким узлом. Ничего страшного действительно не произошло.
— В древности условия были скудными, надежных изолирующих материалов не существовало, оттого и ритуалы требовались громоздкие, — пояснил Чжун Цин. — В наши дни есть пластик. Он не пропускает ни воду, ни воздух, являясь идеальным материалом для нейтрализации Ша.
Слушая это, Чжу Цюэ чуть не зарыдал от ментального крушения:
— Чжун Цин... Ты вообще кто такой?!
— Я же говорил, я редактор! Просто мы, редакторы, очень трепетно относимся к профессионализму. Позже занесу тебе сигнальный экземпляр журнала.
Чжу Цюэ оставалось лишь признать: да, подход и впрямь профессиональный.
* * *
Угроза миновала. Пережив такой ужас, Чжу Цюэ едва держался на ногах. Пожаловавшись на судьбу, он поплёлся к себе в офис — отсыпаться.
Чжун Цин вернулся в свой кабинет с пакетом монет. Едва он вошел, офисное кресло крутанулось, и ему навстречу выскочил худой сгорбленный старичок.
Старик восторженно захлопал в ладоши:
— Отлично, просто замечательно! Чжун Цин, ты первый живой человек в мире живых, который защитился от скверны с помощью моей книги!
— Учитель... Цзи Чан?
Хоть Учитель Цзи и был крайне худощав, его кожа отливала благородной белизною из-за многовековой жизни в Подземном царстве. Длинные седые волосы были скручены в аккуратный пучок, а белоснежная борода забавно подрагивала в такт речи.
— Мой труд вышел чересчур мудреным, даже в Подземном царстве его никто читать не захотел. Но я тогда еще вычесывал по гаданию, что в две тысячи двадцать третьем году появится юноша, который отнесется к моей книге со всей серьезностью.
Чжун Цин на мгновение умолк, после чего сознался:
— Но я слаб в математике... Многое так и не сумел разобрать...
— Ничего страшного, — благодушно махнул рукой Цзи Чан. — Я и сам не до конца понимаю...
Чжун Цин замер.
— Особенно производные N-го порядка в формуле Тейлора, — с искренней досадой вздохнул Цзи Чан. — Я пытался применить их к триграмме Огня и Грома «Ши Хэ», но система отказалась сходиться. Эх, не сравняться мне в расчетах с этим пройдохой Лу Банем.
Погруженный в науку Учитель Цзи выглядел истинным перфекционистом, готовым терзать себя из-за малейшей неточности. Заметив замешательство Чжун Цина, он мягко проговорил:
— Ладно, я просчитал, что в ученики ты ко мне идти пока не горяч. Однако в нынешние времена тебе и впрямь стоит налечь на фэншуй.
— А что не так с нынешними временами? — поинтересовался Чжун Цин.
— Разве в столице в последнее время не разнеслось слишком много призраков? Наш отдел провел исследование: все упирается в аномальные сдвиги фэншуй. Твой журнал ведь недавно спас девушку по имени Сюй Дундун? Она упоминала, что на проспекте Пиньань замечено множество катафалков. Это абсолютно аномально.
— Катафалки? Разве они не могут ездить где угодно? — удивился Чжун Цин.
— Конечно нет! Согласно гексаграммам, северо-восток — это позиция Гэнь, Врата Призраков, наиболее благоприятные для перерождения. Помост Перерождения нашей Корпорации «Вдохновение» построен именно там. Проспект Пиньань тянется с запада на восток, неупокоенным душам нет никакого смысла двигаться в ту сторону.
Учитель Цзи достал круглый прибор и принялся пояснять расклады багуа. Чжун Цин думал, что это древний компас-лопань, но прибор оказался самым обыкновенным современным компасом.
— Понятно. И что же нам делать? — Чжун Цин нахмурился, понимая: если даже Цзи Чан затрудняется просчитать причины сдвига, дело серьезное.
— Ты ведь издаешь журнал? — мягко продолжил Цзи Чан. — Нам нужно, чтобы живые люди прониклись фэншуй, постигли его суть и научились применять современные знания для защиты от бед. Не хочешь помочь мне опубликовать «Книгу Перемен»?
Чжун Цин задумчиво ответил:
— Ваш труд слишком сложен для прямого издания. Лучше выпускать его частями, в виде серии публикаций. А я буду писать подробные комментарии к каждой главе.
Цзи Чан охотно согласился.
— Кстати, у твоих соседей напротив наставлено полно защитных артефактов, а толку — ноль. Я сегодня пригляделся к твоему кабинету и на досуге тоже подготовлю пару полезных вещей.
Чжун Цин кивнул.
Под конец Цзи Чан подошел к книжному шкафу и поставил на полку изящную статуэтку:
— Держи пока фигурку Императора Фэнду.
Чжун Цин подошел ближе и обомлел: статуэтка один в один повторяла черты Бай Ци. Его начальник обладал невероятно утонченной, пленительной красотой.
— Свежая, только слепил, еще теплая, — заметив его взгляд, ухмыльнулся Учитель Цзи. — Пока он здесь, ни один призрак и близко не подступит. Ну, бывай! Не забудь укрыться одеялом, а то простудишься. И когда будешь укрываться, высунь ноги наружу — это к удаче.
Чжун Цин:
—?
* * *
На следующее утро Чжун Цин первым делом открыл ноутбук и принялся составлять план следующего номера:
* * *
Спецвыпуск журнала «Вдохновение» №3: Фэншуй и энергия Ша в ногу со временем
Слово редактора:
И сказал Бог: да будет ветер, — и появились у нас легкий ветерок, сильный ветер, бриз и ураган.
И сказал Бог: да будет вода, — и появились у нас гидродинамика, гидростатика, механика жидкостей и неньютоновские среды.
И сказал Бог: купи этот журнал! И пусть он недорог, зато принесет вам знания о фэншуй новой эры и призовет удачу.
* * *
Он еще не успел допечатать подробности, как из коридора донесся скрежещущий голос Мастера Ван Хуайкуна.
Чжу Цюэ и Ван Хуайкун на повышенных тонах спорили возле дверей. Мастер отказывался верить в ночные происшествия и требовал отдать монеты Пяти Императоров на экспертизу.
— Нечего там проверять, они реально ядовитые! — доказывал Чжу Цюэ. — И вообще, у меня весь вчерашний день голова раскалывалась! Это точно пагубное влияние Ша разрушения мозга!
Чжун Цин толкнул дверь и спокойно произнес:
— Директор Чжу, в вашем офисе больше нет никакой Ша. Сделайте замер на формальдегид. Вполне возможно, вы просто отравились токсичной мебелью.
Ван Хуайкун, углядев юношу, взвился:
— Опять ты со своей чушью!
—... А? — Чжу Цюэ замер, а потом хлопнул себя по лбу: — А ведь логично! Сейчас же вызову лабораторию! А где наша связка монет?
Чжун Цин, уже давно нашедший с Чжу Цюэ общий язык, невозмутимо ответил:
— Я отправил их коллегам... на анализ. Выделим накопившуюся скверну, очистим, вырастим штамм и посмотрим, можно ли использовать её для академических исследований.