Ян Хэ искренне недоумевала: артистка давно канула в небытие, зачем ей этот камбэк? Деньги кончились? Да вроде у журнала «Вдохновение» с финансами полный порядок. К тому же редакция сейчас на слуху — на кой черт им наживаться на реанимации забытых звезд?
Посовещавшись, сотрудники журнала решили открыть ей правду. Все равно, когда дело дойдет до продвижения, придется раскрыть настоящее имя, иначе вера и энергия молящихся просто не дойдут до адресата.
— Мы хотим вернуть былую популярность Гуаньинь...
Ян Хэ опешила.
Впрочем, после дикой истории с Тан Гэгэ продюсер привыкла принимать любые откровения «Вдохновения» как непреложную истину. Сама Гэгэ благодаря съемкам в ленте «Мой парень — не человек» здорово набрала популярности и теперь питала к журналу благоговейный трепет, направо и налево рекламируя его коллегам по цеху. Узнав, что редакции требуется помощь, она умолила Ян Хэ взять ее с собой.
Встречу назначили на следующий день.
На следующий день Чжун Цин прибыл прямо из штаб-квартиры. Накануне, когда Сюй Лянчэн изложил ему задумку, главред пришел в полный восторг. Какая идея! Если все сработает, смертные получат по году к жизни, а усопшие при перерождении — лишний год земного срока! В офисе поднялся такой ликующий гвалт, что чуть крышу не сорвало.
Оттянув главреда в сторону, Сюй Лянчэн прищурился:
— Ты чего такой вареный? Поругались?
Чжун Цин тяжко, безнадежно вздохнул:
— Да нет... Просто не выспался. Слушай, среди фармы от «Дияо» есть хоть какой-то бодрящий препарат? Я прямо на ходу отключаюсь.
— И во сколько ты лег? — сочувственно втянул воздух Сюй Лянчэн. — В два? В три? В пять?
Чжун Цин лишь качнул головой.
— Мать твоя... — пробормотал Сюй Лянчэн. — Ты что, вообще не смыкал глаз?!
«С самого утра эти парочки жизни не дают», — мысленно скрежетал зубами коллега.
Опасаясь, как бы главред не отдал концы от переутомления, совещание сдвинули на вторую половину дня, отправив начальство отсыпаться.
Когда Чжэнь Юй заглянула по какому-то делу и обнаружила главреда, сладко сопящего в уголке, она поинтересовалась причиной. Сюй Лянчэн смерил ее взглядом, полным праведного возмущения. Чжэнь Юй мгновенно все поняла — на ее лице расплылась блаженная улыбка заядлой шипперши, и она испарилась, светясь от счастья.
* * *
После полудня Ян Хэ и Тан Гэгэ встретились с командой «Вдохновения» в закрытом клубе, оформленном в традиционном китайском стиле. Место отличалось безупречной конфиденциальностью — Ян Хэ не раз собирала здесь продюсеров и инвесторов. В уютном отдельном кабинете витал тонкий аромат сандала; официант в изящном ханьфу разлил по пиалам свежезаваренный чай, наполняя воздух терпким травяным благоуханием.
Напротив восседали четверо сотрудников редакции. Несмотря на богатый опыт общения с самыми разными людьми, Ян Хэ против воли нервничала.
— Не переживайте, здесь все свои, — мягко улыбнулся Чжун Цин, успокаивая ее. — К тому же в вопросах раскрутки и работы с медийными лицами вы эксперты. Так что нам с коллегами есть чему у вас поучиться, госпожа Ян, госпожа Тан.
Его слова подействовали: продюсер заметно расслабилась и перешла к делу, обрисовав текущую ситуацию на рынке медиаконтента.
Рынок развлечений сейчас забит под завязку: в топах сплошь «красавчики» и «милашки», а за ними фалангой стоят тысячи стажеров и танцоров, из кожи вон лезущих ради минуты славы.
Но чтобы пробиться на самый олимп, как это сделала Тан Гэгэ, нужен яркий, цепляющий ярлык — уникальный образ.
На заре карьеры Гэгэ пытались продвигать как «серьезную драматическую актрису», что совершенно ей не подходило. Позже Ян Хэ вместе с имиджмейкерами сменила курс, доведя до абсолюта концепт «чистоты и непорочности». В итоге при слове «невинность» у публики перед глазами тут же вставал образ Тан Гэгэ.
— Ну, с чистой невинностью покончено, теперь я «бесстрашная дерзкая штучка» — спасибо призрачному ухажеру, — усмехнулась Тан Гэгэ. — Подумываю замахнуться на мистические хорроры, так что очень рассчитываю на консультации «Вдохновения»!
Чжун Цин задумчиво кивнул и попросил маркерную доску.
Посередине он вывел: [Прежний образ Гуаньинь].
Начался брейншторм.
«Милосердие», «Путешествие на Запад», «Чистый сосуд с ивовой ветвью», «Спасение от страданий», «Материнская любовь»...
Покачав головой, Чжун Цин заметил:
— Если мы целимся в полноценный камбэк, старые клише придется переосмыслить. Нужен тотальный ребрендинг.
— Вот именно, — согласилась Ян Хэ. — Молодежь на такое не клюнет, слишком архаично. А как у нашей... э-э... Бодхисаттвы с восприятием нового?
— Вполне нормально, она дама современная, — за всех ответил Сюй Лянчэн.
Чжун Цин косо глянул в пространство рядом с собой:
— Уверяет, что согласна на все, лишь бы собрать максимум любви и почитания в кратчайшие сроки.
С этими словами он протянул Ян Хэ снимки.
Продюсер с дрожащими руками принялась разглядывать фотографии вместе с Тан Гэгэ.
— Черты лица прекрасные... но вот эта прическа «тетушка из соцобеспечения» вообще никуда не годится! Нынче такое в тренды не залетает.
— А что сейчас в трендах? — поинтересовался Чжун Цин.
Ян Хэ поднялась, взяла маркер и размашисто вывела на доске:
[Актуальные тренды: Андрогинность, Дерзкая милота, "Полный безумец/Фрик", Песни и танцы, Властная роковая красотка, Богатая наследница, Суперспособности, Феминизм...]
— Суперспособности отпадают, — зачеркнул пункт Чжун Цин. — Это прямое нарушение небесных законов. В мире смертных придется побеждать за счет харизмы и легенд. В крайнем случае скажем, что блогерша под ником «Гуаньинь» использует крутые спецэффекты.
— Все остальное ясно, но что за «полный безумец»? — донесся тихий голос из угла комнаты.
Тан Гэгэ взялась пояснить:
— Народу сейчас тяжело, стресс кругом. Вот и вошли в моду сумасбродные персонажи, безумные тексты, абсолютный пофигизм и бескомпромиссный "сверх-экстраверт". Главное — расслабиться и забить на стандарты.
— Хм, истинного почтения таким поведением вряд ли добьешься, — зачеркнул слово Чжун Цин.
— А по-моему, сочетание роковой красотки, танцев и легкой безуминки — то, что надо! — снова подал голос собеседник из угла. — Эпатаж отлично привлекает внимание. Народец сначала подумает: «Что за дичь творит эта Гуаньинь?», а потом рассмотрит ее душу, проникнется и обеспечит оглушительный взлет!
Ян Хэ запротестовала:
— Побойтесь бога! Это же сама Бодхисаттва Гуаньинь! Как великое, священное божество может вести себя как умалишенная?!
— А толку от величия? — парировала фигура в углу. — Пахота на ниве святости сейчас уступает живому трафику. Я тут глянула Вэйбо — у топового айдола почти десять миллионов фолловеров! Такая масса искренней веры превосходит паству половины Небесного чертога.
Ян Хэ застыла ни жива ни мертва:
— Нет, хайп — это, конечно, мощно... Но неужели сама почтенная Гуаньинь дала бы добро на подобное мракобесие?
Сидевшая в тени женщина грациозно сдернула с головы вуаль. Ян Хэ и Тан Гэгэ обомлели: за сияющим мягким ореолом угадывалась та самая классическая прическа «высокого ула» с покровами.
Божество кротко улыбнулось:
— Отчего же? Я полностью согласна! Я ведь и есть Гуаньинь. Ох, милые, не пугайтесь вы так. Просто решила лично присутствовать на обсуждении — дело-то касается меня. Спасение мира требует жертв! Что мне то безумие?
С этими словами она смахнула традиционный убор, и шелковистый вал черных волос рассыпался по плечам. Бодхисаттва небрежно взъерошила локоны:
— Вот видите, ничего сложного!
Ян Хэ лишилась дара речи, не зная, то ли падать ниц, то ли самой сходить с ума от увиденного:
— Гу-гу-гу...
Тан Гэгэ от шока захлебнулась чаем и закашлялась так, что едва не свалилась с кресла. Лю Пинчжи мгновенно подоспел к дамам, выстукивая ритм по их спинам, чтобы вернуть им способность дышать.
Чжун Цин сохранял хладнокровие:
— Наставница Гуань, эпатаж — это хорошая заправка для старта. Но чтобы завоевать искреннюю любовь и глубокое почитание, новый медийный образ должен базироваться на вашей истинной сути. Народная любовь к вам копилась веками, утилизировать этот фундамент глупо. Мы обязаны провести глубокий ребрендинг вашего классического IP.
— Точно, — поддержал Сюй Лянчэн. — Тогда образ станет уникальным, и никакой левый косарь под вас закосить не сможет.
Гуаньинь сочувственно кивнула:
— Молодежь мыслит здраво... Давайте проработаем концепцию «Гуаньинь нового века» вместе с редакцией.
Массируя точку под носом, чтобы не потерять сознание, Ян Хэ тяжело прохрипела:
— Мы с Гэгэ тоже набросаем план продвижения... Сделаем все, чтобы обеспечить максимальный медийный ресурс...
* * *
Обратно Чжун Цин возвращался, изучая свежие отчеты. Лепить из Гуаньинь главного инфлюенсера было первостепенной задачей, но без поддержки самой базы — качественного контента журнала — далеко не уедешь. Лишь удерживая высокую планку «Вдохновения», они смогут продвинуть свой ключевой бренд.
Как и ожидалось, спецвыпуск о медицине бьет все рекорды. Личка у Учителя Бяня трещит по швам, а показатели годовой подписки взлетели до небес, вплотную приблизившись к лучшим временам издания «Банкрот».
Сеть пестрит скриншотами консультаций с Царем Лекарств. Подписчики задают вопросы обо всем: от дерматологии и офтальмологии до эндокринологии. Бянь Цяо демонстрирует абсолютную эрудицию.
Раньше подобной дичью промывали мозги шарлатаны из подпольных клиник, но явление Дедушки Бяня показало народу, как выглядит настоящий божественный онлайн-врач.
В комментариях, конечно, хватало скептиков:
[ «Да ладно, вы серьезно? Врач-универсал, выдающий диагнозы за секунду? Не ведитесь на развод, как бы хуже не стало!»]
В ответ висел топовый комментарий:
[ «Мучился головокружением. Учитель Бянь выслушал симптомы, заподозрил повышенное внутричерепное давление и сбросил комплекс гимнастики. Я сделал: голова прошла, зато в глазах поплыло... Оказалось, оправы перестали подходить! Побежал в оптику, а там офтальмолог челюсть с пола подбирал — миопия в полторы диоптрии бесследно испарилась! Звоню в техподдержку «Вдохновения», а мне со смешком говорят: "Видать, Царь Лекарств оценил вашу исполнительность и благословил походя"».]
Сеть выпала в осадок:
[ «????»]
Другой пользователь добавил:
[ «А я консультировался по поводу судорог. Дедушка Бянь прописал кальций. Попил я фарму от "Дияо", проспал до полудня — судорог нет, так еще и очаг очаговой алопеции зарос! А я с этой плешью три года мучился! В поддержке опять ответили, что это приятный бонус от божества».]
Реакция публики:
[ «?!?!?!»]
Впрочем, исцелять мимоходом Бянь Цяо мог лишь легкие недуги. С тяжелыми патологиями — вроде той, что была у Чжэнь Юй — божественный эскулап отправлял строго в стационар. Да и близорукость свыше полутора диоптрий божественной благодатью уже не перешибалась — лимит чудотворства.
Тем не менее сервис принес колоссальный трафик и заоблачную конверсию. На совете директоров было решено привлечь к онлайн-приему Сунь Сымяо и других легендарных лекарей. Наплыв пациентов ожидался гигантский, так что назревал вопрос об увеличении стоимости подписки.
— Хе-хе, хе-хе... — вдруг замяукал от смеха Сюй Лянчэн.
Чжун Цин вопросительно вскинул бровь.
— Да вот, с Чжэнь Юй переписываюсь, — пояснил коллега. — Спрашивает, не пришел ли с тобой Бай Ци, а то ей, видите ли, романтики захотелось почитать. Смешная девчонка. Я у нее поинтересовался, мол, чего сама личной жизнью не занимаешься, раз так чужой интересуешься? Знаешь, что ответила?
— Не везет?
— Говорит, в студенчестве пошла с компанией в храм. Долго вымаливала у статуи денежную работу и высокую зарплату, а на выходе обнаружила, что это святилище Юэлао — Бога Бракосочетаний... Раньше-то думала — да и бог с ним, кто вообще верит в эти сказки? А устроилась к нам, прозрела и обомлела! Теперь свято уверена, что дедушка Юэлао на нее осерчал и порвал красную нить. Вот и сублимирует, глядя на вас с Бай Ци.
Сюй Лянчэн мечтательно вздохнул:
— Главред, я ведь тоже хочу вторую половинку! Может, наберем в штат побольше девчонок? Только чур живых, роман с привидением я не сношу...
— Так сходи на интервью к Юэлао, — небрежно бросил Чжун Цин. — На кой черт штат раздувать? Заодно замолвишь слово за Чжэнь Юй, пусть сменит гнев на милость. Старик-то взрослый, а обижается как ребенок.
Сюй Лянчэн застыл с открытым ртом:
— Ё-моё... А мне такая мысль и в голову не пришла!
— Обычное рабочее интервью, — пожал плечами главред. — Юэлао свой парень, мы с ним не раз пересекались. Насколько знаю, он сейчас корпит над Z-осью траектории Звезды Любви... Звякни ему часа в три-четыре, должен быть свободен. Номер 455677... А лучше смотайся лично.
Сюй Лянчэн едва не разрыдался от умиления:
— Сделаю, главный! Сделаю!
Бедолага мечтал о романтике с начальных классов, но всегда был прилежным мальчиком и не отвлекался на учебу, а на работе времени на личную жизнь вовсе не осталось. Потолковать с самим Богом Брака о собственной суженой — да это же за гранью фантастики!
— И передай ему, пусть ускорится с исследованиями прочности нитей, — добавил Чжун Цин, уходя к рабочему столу. — А то сетует, что у современных людей нити связей тонкие, как четырехжильная пряжа. Вот и рушатся браки на пустом месте. Пусть разработает стандарты прочности хотя бы уровня арматуры!
Сюй Лянчэн шутливо замахнулся, но Чжун Цин уже погрузился в мысли о Хундуне и Гуаньинь.
* * *
Спустя несколько дней.
Осень вступала в свои права, дыша прохладой. В столице наступил день фан-встречи юной певицы Тины.
Тина числилась стажером в продюсерской компании «Лэлэ». Девушка отлично пела и танцевала, а ее хит «Танцуй как следует» гремел из каждого второго короткого видео.
Однако сил не оставалось совсем.
В статусе стажера она крутилась как белка в колесе с утра до ночи: съемки, эфиры, мероприятия, хронический недосып, а теперь еще и этот концерт. Девушка выглядела совершенно выжатой.
Площадкой для встречи выбрали небольшой открытый бар. По дороге Тина уныло смотрела в окно на оседающий туман.
— Странно, правда? — заметила ассистентка Фэйфэй. — Куда ни приедем с фан-встречей, везде туман. Фанаты шутят, будто это боги сходят с небес на облаках, чтобы послушать твой вокал.
— Если бы сходили боги, все заливало бы ослепительным светом, — кисло пробормотала Тина. — А ко мне если кто и притащится, то разве что нечисть какая-нибудь.
Фэйфэй сокрушенно вздохнула:
— Да что же ты увядаешь на глазах! Встряхнись, добавь огня, ты же молодая! Смотри лучше, — она ткнула экраном смартфона девушке в лицо. — Шоу «Сестрицы, рассекающие волны». Какая экспрессия! А ведь эти артистки когда-то были на вершине, потом ушли в тень, а теперь снова зажигают на сцене!
Тина отстраненно взглянула на экран. Несколько исполнительниц ей действительно нравились: харизматичные, ироничные, талантливые. «Интересно, станет ли она когда-нибудь известной? А если потеряет популярность, сможет ли совершить камбэк?»
Камбэк... да это же неподъемная задача.
От этих мыслей Тина увяла еще сильнее. Фанаты давно подмечали ее фирменный меланхоличный вайб, шутя в комментариях: «Ребята, у Тины опять потух взгляд».
Скривив губы, Тина смахнула ленту вверх. На экране появилось новое видео со странным визуалом. Посмотрев секунд десять, певица сдернула солнцезащитные очки и чуть не уткнулась носом в дисплей.
На видео эффектная красотка энергично размахивала ивовой ветвью, подражая легендарному «танцу с луком-пореем».
Заголовок гласил: [Сестрица Гуаньинь, рассекающая волны].
Тина обомлела:
«????»