В непроглядном сумраке ночи и тумана вспыхнула яркая золотая полоса. Разрезав небесную высь, она рассыпалась от эпицентра грандиозным салютом — ослепительным снопом искр, которому, казалось, не суждено было угаснуть.
В сполохах этого пламени юноша выглядел бледным и суровым. Повинуясь древней памяти, въевшейся в саму его суть, он сложил пальцы в мистический жест, прошептал заклинание и с громовым выдохом толкающим ударом ладоней направил силу прямо в бурлящий вихрь над районом Чаоян!
Грохот на востоке мгновенно утих, и вихревой смерч со свистом устремился на запад, зависнув над кварталом Ванфуцзин.
В то же мгновение Чжун Цин почувствовал, как вокруг него затеплились мерцающие точки — небожители из Группы «Б». Богам из прошлого ни в коем случае нельзя было сражаться с Хундунем в полную силу: падение любого из них могло исказить и разрушить всю его временную линию.
Это касалось и Бо Ханя.
Сгинь Бо Хань без следа — и в будущем не появится Бай Ци. Но Бай Ци сегодня сам вступил в этот бой, поставив весь мир на грань временного коллапса!
— А-Вэнь! Я прикрою тебя!
— А-Вэнь, это и впрямь ты!
— Какое счастье, А-Вэнь!
— Я ждал тебя больше двадцати лет!
Среди штормового гула один за другим раздавались приветственные возгласы.
«Какой ещё А-Вэнь? — растерялся юноша. — Я же Чжун Цин!»
Не успел он осмыслить происходящее, как семь или восемь световых сгустков без лишних слов устремились к нему со всех сторон. Чжун Цин ощутил невесомость: его изящный силуэт мгновенно окутала развевающаяся на ветру даосская мантия.
Краем глаза Чжун Цин заметил, как по светло-зеленой ткани шелка побежали мягкие переливы, а из-под кончиков пальцев пробился едва уловимый свет.
Это состояние... Удивительно похоже на то, как Бай Ци открывает свой истинный богоподобный облик!
Впрочем, предаваться размышлениям было некогда. Будь он хоть А-Вэнь, хоть А-Чжун — Хундунь уже осознал, где находится эпицентр битвы. Чудовище стремительно развернулось и с оглушительным ревом распахнуло смрадную пасть.
Чжун Цин инстинктивно вскинул руки для блока. И тут случилось невероятное: бешеная атака Хундуня в его глазах вдруг распалась на отдельные кадры, будто раскадровка к киносценарию. А прямо в воздухе поплыли... субтитры?!
Текст появился мгновенно — четкий, ровный, набранный аккуратным шрифтом. Чжун Цин от изумления прочел:
[Сценарий боя с Хундунем]
[Кадр 1: Ближний план]
[Хундунь обнаруживает, что Звёздный Владыка Вэньцюй пробудился именно сейчас. Вне себя от ярости, монстр широко раззевает пасть, собираясь издать сокрушительный рык. Напряжение исходит от всей его фигуры.]
[Озвучка: «Р-р-ра-а-а!» Длительность: 2 секунды]
[Кадр 2: Крупный план]
[Хундунь непрерывным потоком изрыгает из пасти ядовитую скверну. Глаза его плотно зажмурены, поскольку они не способны вынести воздействия собственной ядовитой ауры.]
[Озвучка: «Р-р-ра-а-а!» Длительность: 5 секунд]
«Это ещё что за чертовщина?!»
Размышлять было некогда. Не дав твари опомниться, Чжун Цин рванулся вперед и резким движением ладоней ударил по зажмуренным глазам Хундуня!
Монстр не ожидал нападения. Едва успев выдохнуть первую порцию скверны, он планировал сомкнуть веки, но порыв священного ветра насильно распахнул его глаза! Завыв от жгучей боли, Хундунь покатился по тучам.
Сработало!
— Отлично сработано, А-Вэнь! — закричали вокруг.
Хундунь застыл в полном недоумении.
Субтитры перед глазами Чжун Цина обновились:
[Кадр 3: Общий план]
[Стенающий Хундунь поднимается с облаков. Столь незначительный урон лишь распаляет его пренебрежение. Чудовище снова раззевает пасть, на сей раз намереваясь втянуть в себя всю грязь и злобу в округе, чтобы набраться сокрушительной мощи.]
[Озвучка: «Вжу-у-ух!» Длительность: 2 секунды]
— Гуаньинь! — выкрикнул Чжун Цин. — Сладкая роса ивовой ветви!
— Уже несу! — отозвалась Гуаньинь из Группы «Б».
Её фарфоровый сосуд в этой временной линии был еще цел. Ранее она уже пыталась залить Хундуня целебной росой, но каждый раз попадала на его выдох, без толку тратя волшебную воду.
На этот раз Хундунь начал глубокий вдох и не мог остановиться.
Поток целебной росы вместе с клубами черного смога устремился прямо в нутро монстра. В его чреве таились лишь застарелая злоба и скверна, и стоит ли удивляться, что от соприкосновения с живительной добротой росы там всё забурлило и затрещало, словно раскаленное масло, в которое плеснули холодной воды!
Хундунь со стоном рухнул на колени, издавая зубовный скрежет. И снова удар достиг цели!
— Вся слава А-Вэню! — Гуаньинь на радостях даже пританцовывала.
[Кадр 4: Средний план]
[Хундунь наконец чует неладное. Набравший силу Звёздный Владыка Вэньцюй после долгой спячки не только не ослаб, но каким-то чудесным образом стал стократ могущественнее, чем столетие назад.]
[Озвучка: «А ты силен...» Длительность: 0,5 секунды]
— А ты силен... — прохрипел Хундунь.
Чжун Цин потерял дар речи. Выходит, этот сценарий и его самого величает Звёздным Владыкой Вэньцюем?!
[Кадр 5: Крупный план]
[Хундунь осознает: чтобы выжить, придется выложиться на все сто. Поразмыслив, он решает сойтись в ближнем бою. Сначала левый хук, затем правый хук, а напоследок — бросок через плечо. Хилый книжник гарантированно будет повержен.]
[Озвучка: «Свист-свист-свист!» Длительность: 50 секунд]
Чжун Цина охватила паника. В физическом плане он действительно был довольно слаб. Даже зная сценарий наперед, как избежать жестокой трепки?
Когда мохнатая лапа Хундуня устремилась к нему...
Картинка перед глазами рассыпалась на замедленные кадры.
Чжун Цин быстро сориентировался. При левом хуке — уклониться вправо, при правом — отшагнуть назад, а при броске через плечо — просто пригнуться!
Все удары Хундуня пришлись по пустому воздуху. Чудовище застыло в глухом недоумении.
— Невероятно, А-Вэнь! — восторженно закричали обессиленные боги. — Наш А-Вэнь просто непревзойден!
Чжун Цин размял затекшее запястье.
Вдруг из воздуха выскочил пушистый ком и выдохнул в Хундуня сноп священного пламени. Чудовище с воплем закрутилось по земле. Чжун Цин пригляделся: Горный дьявол?!
Неужели Саньхуангу захватила с собой и Горного дьявола?
Расспрашивать времени не было. Чжун Цин замер, ожидая следующих строк.
[Кадр 6: Крупный план]
[Хундунь вне себя от бешенства! Как жалкий Вэньцюй умудряется так искусно вести рукопашный бой?! Ярость затмевает его разум. Через две минуты он решает извергнуть Внутреннее Ядро и устроить грандиозный взрыв! С текущим уровнем сил Вэньцюю не сдобровать. Это верная смерть для обоих, но Хундуня это больше не волнует!]
[Озвучка: «Б-Б-БУМ!» Длительность: 60 секунд]
— Плохо дело! — вырвалось у Чжун Цина. Но, боясь выдать себя, он тут же перешел на английский: — We will have an explosion!!
— What? — ахнула Гуаньинь.
— A boom? — переспросил Даомо.
Небожители в растерянности переглянулись.
Чжун Цин стремительно взмыл ввысь, не давая остальным последователям устремиться за ним.
— Его цель — я! Держитесь подальше! — решительно крикнул он.
Единственной мыслью в его голове было увести угрозу от остальных. Он и подумать не мог, что развязка наступит так скоро. Он ведь так и не понял, почему его зовут Вэньцюем... И даже не успел напоследок обнять Бай Ци...
«Знать бы заранее, надо было еще раз навестить родителей...» — подумал он.
Чжун Цин мысленно отсчитывал секунды, вглядываясь в бескрайнее ночное небо. Что ж, жизнь в человеческом обличье вычлась весьма захватывающей.
Клик.
В переднем кармане его мантии сместился какой-то твердый продолговатый предмет. Чжун Цин инстинктивно запустил туда руку.
Это была Кисть Даомо! И она ощутимо грела пальцы!
Раньше она никогда не нагревалась. Но чем она может помочь прямо сейчас?
Чжун Цин достал кисть и ткнул ею в пустую строчку перед глазами.
[Кадр 7: __]
«Он что, ждет, пока я сам напишу?!» — осененный догадкой, Чжун Цин быстро застрочил Кистью Даомо прямо по воздуху:
[Кадр 7: Средний план]
[Однако человек предполагает, а небо располагает: Внутреннее Ядро оказывается совершенно бесполезным. Выплюнув его, Хундунь с ужасом осознает, что ядро хрупкое, как дешевый фарфор, и уступает по прочности даже тритану. Нечего было пренебрегать развитием магических искусств! Взрыв? Ха! Всего лишь звук разбитой чашки.]
[Ядро Хундуня рассыпается в прах, а сам он превращается в крошечного пушистого питомца — шоколадного той-пуделя!]
[Озвучка: «Хрусь! Тяф-тяф!» Длительность: 15 секунд]
[Кадр 8: Крупный план]
[Пудель-Хундунь хлопает бусинками черных глаз и, виновато потявкивая, усаживается у ног Звёздного Владыки Вэньцюя, словно нашкодивший пес перед хозяином. Отныне и до конца своих дней ему суждено пребывать в обличье собачонки.]
[Озвучка: «Тяф-тяф!» Длительность: до конца дней]
Выводя буквы чудо-кистью, Чжун Цин мысленно восхитился инструментом: пишет гладко, мягко, чернила не сохнут и не прерываются. Счастье, что он не истратил ресурс ранее, иначе остался бы без чернил в самый ответственный момент!
А тем временем Хундунь, глядя на беспечный вид Чжун Цина, даже не подозревал, какая участь ему уготована. Задетое такой халатностью, чудовище свирепо разинуло пасть, собираясь обрушить всю свою ярость...
— Назад! — закричали внизу небожители, не успевавшие к развязке.
— Он сейчас взорвется!
— А-Вэнь, что же делать?!
— Они погибнут вместе!
И тут из ночной тьмы рассекающим сполохом взмыл Бай Ци! Его черные одежды развевались на ветру, а вокруг тела бушевал темный пламенный вихрь. Он явил свой Боевой облик дхармы!
Именно этого исхода они так отчаянно пытались избежать. Гуаньинь предупреждала: чтобы спасти Вэньцюя, Бай Ци пожертвует собой и получит смертельные раны!
В его взоре мешались боль, тоска, нежность и безграничная любовь.
Он заслонил Чжун Цина собой...
Дзинь!
Хундунь выплюнул крошечную фарфоровую бусину, которая с тихим треском тут же рассыпалась в пыль.
Бай Ци замер:
—???
Все боги замерли:
—???
Хундунь застыл в крайнем изумлении:
—???
Чжун Цин с улыбкой повел кистью:
— Ко мне, песик!
И на глазах у изумленной публики грозный древний демон мгновенно обратился в пушистого шоколадного той-пуделя и, семеня лапками, с радостным визгом бросился к ногам Чжун Цина!
Бусинки его глаз блестели, розовый язычок высунулся, а кудрявая шерсть выглядела невероятно мило. Песик виновато потявкивал, будто прося прощения за все учиненные разрушения.
— Ну вот и все, — улыбнулся Чжун Цин.
Задорное тявканье пуделя разительно отличалось от недавнего рева чудовища. Кто мог подумать, что древнее зло превратится в собаку под действием магии Чжун Цина? Никто не понимал, что произошло, и никто не смел спросить.
Гуаньинь от радости пустилась в пляс.
Коллеги из Ведомства Грома начали выбивать победные залпы.
А союзные силы на небесах затянули хором торжественную мантру.
Бешеный шторм улегся, уступив место тихой зимней ночи. Лишь разруха на земле напоминала о битве, но и она скоро изгладится. Ведь снег в конце концов тает, пожары угасают, а любящие сердца обязательно находят друг друга.
Чжун Цин наклонился, подхватил пуделя на руки и сжал ладонь Бай Ци. Его рука была сухой и теплой.
Всё обошлось. Благодаря задержке, созданной Группой «Б», Хундунь не успел набрать полную силу.
А что до сценария... Чжун Цин не знал, как объяснить это чудо. Но Бай Ци приложил указательный палец к его губам, призывая хранить молчание: вокруг было слишком много любопытных ушей.
Оба небожителя устремились вниз, их мантии слились в едином полете. Чжун Цин чувствовал на себе глубокий, полный затаенной страсти взгляд Бай Ци.
Чувствуя неловкость, Чжун Цин тихо спросил:
— Тебе разве не пора уходить? Бо Хань там, внизу... вам нельзя пересекаться.
Голос Бай Ци слегка дрогнул:
— Группа «Б» уже вернулась в свое время.
Заклинание Гуаньинь не могло длиться вечно. К тому же долгое пребывание в прошлом могло разрушить исходную временную линию.
Бай Ци трепетно опустил длинные ресницы, не сводя с Чжун Цина глаз, точно с драгоценнейшего сокровища. Затем осторожно опустил в его карман письмо:
— Это написал Бо Хань. Прочтешь завтра.
— Хм? — Чжун Цин удивился, о чем тот мог написать, но письмо припрятал.
— Кстати, Бай Ци! Я понял, почему у меня две линии любовной судьбы. Одна — это ты, а вторая — Бо Хань... — Чжун Цин хотел сказать еще что-то, но осекся, увидав свое отражение в витражном кресте церкви Ванфуцзин.
— Это еще что?..
В стекле отражался статный юноша в развевающейся мантии, испускающий мягкое священное сияние. Его черты лица были исполнены благородства и кротости — в такого невозможно было не влюбиться с первого взгляда.
Чжун Цин присмотрелся внимательнее...
— Это же Облик Владыки Эпидемий... облик А-Вэня!
Едва узнав свое истинное лицо, Чжун Цин почувствовал дикую, разрывающую голову боль. Силы мгновенно оставили его, и он без чувств рухнул в объятия Бай Ци.