Заварив чай, Лю Пинчжи усаживался рядом и на полном серьёзе обращался к пустоте:
— Скажите же, вкусно? Слышал, в ваше время тоже подавали податной чай? Наверняка лучше этого был. А, хотя да — тут всё от чина зависит, нормы разные. Всё-таки в наше время хорошо: ни в чём нужды нет, на Таобао что угодно купить можно, согласны?
— Вы ведь читали «Вдохновение»? Ну да, методичка Подземного царства! Последние выпуски вообще нарасхват. Читаете? У нас тут ещё куча экземпляров осталась, могу пару штучек вам сжечь.
— Мы здесь о духах заботимся будь здоров. Пожалуй, наша компания вообще самая заботливая в мире, ха-ха!
Выдав всю эту длинную тираду, Лю Пинчжи вдруг заметил, что живые сотрудники редакционной коллегии сидят в звенящей тишине. Обернувшись, он наткнулся на перепуганный взгляд Гу Фэна:
— А?! Вы что… неужто их не видите?! Я-то думал, вы всю эту орду душ с собой привели! Думал, вы в курсе!
Гу Фэн зашёлся тяжёлым кашлем. Сюй Лянчэн тихонько хихикал в кулак, да и Чжун Цин еле сдерживал улыбку:
— Наставник Гу, в общем… вы всё поняли, — проговорил Чжун Цин. — Всё это правда, мы тут все до единого видим призраков. Ха-ха-ха! Лю Пинчжи, завари-ка нам всем «Тайпин Хоукуй».
Гу Фэну и в голову не могло прийти, что он заявился в редакцию в сопровождении целой свиты неупокоенных духов, и теперь он просто упёрся лбом в стол, тяжело дыша.
Чжун Цин подумал, что пугать человека, конечно, нехорошо, но раз уж они собираются сотрудничать, скрывать правду нельзя. Тем более Гу Фэн сам говорил, что морально подготовился… пусть и не рассчитывал, что проверка на прочность наступит так быстро.
В Запретном городе, разумеется, обитало далеко не одно привидение — их там были тысячи, самых разных династий и эпох. И практически каждый из них оказался фанатом «Вдохновения». Прослышав сегодня, что Гу Фэн направляется в редакцию обсуждать дела, духи сгрудились в компанию и увязались следом — поглазеть.
Каждый из явившихся призраков прожил в Запретном городе куда дольше, чем сам Гу Фэн там проработал. Наперебой перебивая друг друга, они мгновенно утвердили тему для исторического любовного романа в спецвыпуск «Поговорим о мире, полном любви». По их словам, реальная история из прошлых веков выходила настолько трогательной и драматичной, что на любой литературной платформе вроде «Люйцзян» мгновенно взлетела бы на вершину топа.
Лю Пинчжи к тому же рассказал Гу Фэну, что среди их потусторонней братии имеются эксперты, уже сотрудничавшие с «Вдохновением». К примеру, авторы громких колонок — «Наложница Сяосяо, которая после двадцати выкидышей наконец-то узнала, как сохранить беременность» и «Главная Императрица: Уж я-то знаю толк в уходе за собой, а эта Сяосяо мне и в подмётки не годится». После выхода того номера из-за колоритных псевдонимов читатели даже окрестили их «Дуэтом Императрицы и Наложницы».
Слушая их оживлённую беседу, Чжун Цин ощутил вспышку вдохновения:
— Гу Фэн, а что если нам устроить ночную костюмированную экскурсию?
Гу Фэн выпрямился:
— Это как?
— Выделим один вечер для ночной прогулки. Обучим персонал, нарядим их настоящими императорами, императрицами, наложницами, придворными дамами и сановниками. Пусть они сопровождают гостей по Запретному городу, погружают в историю и заодно рекламируют наш журнал! А в комплект к этому номеру мы добавим путеводитель по ночному Запретному городу с иллюстрированными схемами.
Сюй Лянчэн тоже подхватил идею:
— Слушайте, отлично! Мы можем заставить сотрудников разыграть сюжет исторического романа из журнала. Что-то вроде безумно популярных сейчас… интерактивных иммерсивных спектаклей!
У Гу Фэна аж глаза засияли:
— Замечательно! Задумка просто блестящая. Вернусь к себе, обговорю всё с коллегами, а потом вместе проработаем детальный сценарий.
* * *
Рабочий чат бывших коллег.
«Ого! Бедная Тина, вы только гляньте!»
Бывший коллега А: [Родители популярной стажёрки Тины растянули транспарант у здания агентства с требованием вернуть долги и заявили прессе, что Тина принимает наркотики]
Чжун Цин открыл новость.
Девушке по имени Тина едва исполнилось двадцать, она была популярным молодым айдолом. Поющая и танцующая отлично, она со своим последним треком «Танцуй как следует» заняла верхние строчки стримингов, хотя раньше её вечно критиковали за мрачный и унылый вид.
Впрочем, на недавней фан-встрече она выглядела великолепно. Поклонники даже отмечали, что в её глазах снова загорелся огонёк. Большинство красивых фото и нарезок с Тиной в сети появились именно после той встречи.
В лучах заходящего солнца Тина излучала энергию, её юный профиль озарял яркий свет, а каждое движение казалось точным и выверенным.
— А она ничего, талантом не обделена, — пробормотали подсевшие рядом сотрудники-призраки.
И кто бы мог подумать, что прямо сегодня её семейка заявится в столицу! Родители растянули перед офисом агентства транспарант, требуя денег, и потрясали семейным фото, доказывая родство. Они кричали, что Тина, загребя кучу денег, открестилась от родни, отказывается содержать престарелых родителей и брата, да ещё и сидит на наркотиках!
Бывший коллега Б: «Тина и вправду на игле?»
Бывший коллега А: «Кто их разберёт, где правда, а где ложь? Тина божится, что нет, а родители твердят обратно. Родные родители, на минуточку! Раз уж они пошли на крайности, видать, и дочка не без грешка. Но как бы там ни было, после такого скандала её репутации конец. Жаль девчонку!»
Бывший коллега В: «Оказывается, настоящее имя Тины — Ван Чжаоди. Вот уж действительно, патологическая помешанность на сыновьях!»
Шёл обеденный перерыв. Чжэнь Юй, прочтя новости, подошла к Чжун Цину:
— Главред, мы с Тиной из одного городка! Я её знаю, она замечательная девчонка, какие ещё наркотики?! Её отец — конченый игрок, а брат — конченый дармоед!.. Бесит ужасно! Давайте выложим разоблачение!
Все ахнули и сгрудились вокруг, сгорая от любопытства.
Чжэнь Юй возмущённо рассказала, что жила неподалёку от семьи Тины. Девочка с самого детства почти не видела новой одежды — донашивала старые обноски за родственниками. Карманных денег у родителей никогда не просила, лишь с завистью смотрела, как младший брат трескает сладости пачками. Брат, не доев, раздавал остатки одноклассникам, но ей не доставалось даже жвачки.
«Чжаоди всё равно замуж выйдет, она не наша, не из рода Ван», — постоянно твердила её мать.
Они учились в одной школе. Все одноклассники знали: перед выпускными экзаменами, когда учитель попросил купить методички, родители отказались давать деньги, заявив, что школа занимается поборами и дочке хватит обычных учебников.
Зато у её брата стоял целый шкаф с мангой.
В старшую школу Тина так и не поступила.
Она пошла работать на местную кожевенную фабрику, каждый месяц отсылая семье по триста-четыреста юаней, а сама питалась сухими булками с соленьями. А потом её заметил скаут агентства…
— Весь наш городок радовался! — горячилась Чжэнь Юй. — Все думали, что судьба смилостивилась над ней!
— Да откуда у стажёрок деньги? — вздохнул Сюй Лянчэн. — Почти весь доход с выступлений забирает компания. Наверняка семейка раскатала губу и потребовала неподъёмную сумму. Тина не смогла заплатить, вот они и припёрлись с плакатами. Теперь карьере девчонки точно конец.
— Вот же твари! — не выдержал Шан Сяобань. — Главред, а нельзя их утащить в ад и как следует поджарить?
Чжун Цин невольно нахмурился:
— Они пока живы, под юрисдикцию Подземного царства не подпадают… Хотя…
Зазвонил телефон.
Звонила Гуаньинь.
— Видели новости? Про Тину.
Чжун Цин подтвердил, что они в курсе.
— Среди поступающих мне молитв есть весточки и от этой Тины, — произнесла Гуаньинь. — Проверьте, подписана ли она на аккаунт «Вдохновения».
Сотрудники тут же открыли аналитику канала. Число подписчиков росло с каждым днём, среди них хватало мелких блогеров, но аккаунта с именем Tina они не нашли — видимо, использовала твинк.
Технический отдел фэншуй Подземного царства немедленно задействовал свои ресурсы. По IP и идентификаторам быстро вычислили аккаунт под ником Wander — это и была Тина. За последние два дня она пересмотрела два ролика с Гуаньинь раз семьдесят или восемьдесят, да ещё и оставила комментарий, что в полном восторге.
Они доложили об этом Гуаньинь, заодно пересказав историю, услышанную от Чжэнь Юй. На том конце провода спокойный голос ответил, что всё понятно — она и сама видела всё Духовным Оком.
Гуаньинь способна взирать на прошлое и будущее, а значит, прекрасно понимала, что произойдёт с Тиной, если не вмешаться.
Повесив трубку, Чжун Цин ощутил странное смутное предчувствие:
— Что это она задумала?.. Голос у неё какой-то не такой, как обычно.
* * *
Перед зданием компании растерянная Тина оказалась в плотном кольце журналистов.
Её родители, уперев руки в бока, осыпали её отборной бранью.
Репортёры наперебой засыпали её вопросами:
— Госпожа Ван Чжаоди, скажите, вы действительно принимаете наркотики?
— Госпожа Ван Чжаоди, почему вы молчите? За что вы так поступаете со своими родными родителями?
— Госпожа Ван Чжаоди, вашему брату срочно требуются деньги, откуда такая чёрствость?
Сколько она себя помнила, она никогда не плакала — слёзы не помогали, некому было их вытереть.
Поэтому она выработала в себе угрюмую безучастность. Мрачность лучше слёз, она хотя бы не выглядит беспомощной слабостью.
В свой самый первый день в столице она поклялась себе, что никогда не прольёт ни слезинки. Тогда она взяла себе новое имя — Тина, что означало «пнуть прочь эту семейку идиотов».
Кто же мог подумать, что идиоты притащатся следом, намереваясь растоптать последний огонёк надежды в её жизни, лишив любых иллюзий о семье и будущем.
И в этот жуткий миг Тина вспомнила видеозаписи из телефона — ту самую Сестрицу Гуаньинь, рассекающую волны.
Эта богиня была столь уверенной, светлой! Существует ли Будда на самом деле? Раньше Тина думала: если Будда и правда есть, он должен быть именно таким, как Сестрица Гуаньинь. Спасать от страданий, карать зло, завораживать мир улыбкой, покорять своей красотой… а если нужно — отвесить сочную пощёчину зажравшейся дряни.
Под оглушительный гул вопросов Тина молчала. В душе царила лишь глухая тоска. Ей безумно хотелось сбежать из этого мира… Она понимала, что знаменитой ей уже не стать. Она снова превратилась в ту самую несчастную девчонку из глухой провинции.
— Ого-го! Вы только гляньте на небо! — внезапно выкрикнул кто-то из толпы.
— Что там такое? Спецэффекты? 3D-лазеры? На тросах кого-то подняли?
— Обалдеть, до чего реалистично! Гуаньинь явилась!
Услышав имя «Гуаньинь», Тина резко распахнула глаза. К её величайшему изумлению, небесный свод озарила ослепительная белоснежная вспышка, и прямо по облакам к ним спустилась Сестрица Гуаньинь, рассекающая волны.
— Мамочки мои!! Гуаньинь явилась!! — родители Тины отродясь не видали никаких городских лазеров, тросов и спецэффектов. Увидев богиню, ступающую по настоящему облаку, они бухнулись на колени и принялись истово бить челом.
— Это точно Гуаньинь! Увидала, какая Чжаоди непутёвая да нечестивая, рассердилась и сошла на землю восстановить справедливость!
Тина: «…»
Бодхисаттва Гуаньинь плавно опустилась перед людьми. Слегка улыбнувшись, она сложила ладони у груди в приветственном жесте. Её кроткий, исполненный милосердия облик обдал Тину таким теплом, что той захотелось рыдать. Золотое сияние струилось от божества, каждое движение было исполнено священной грации. Над землёй разлился величественный, необъятный глас, произносящий священные строки:
— Бодхисаттва Гуань Цзидзай, глубоко практикуя Махапраджняпарамиту, узрела, что все пять скандх пусты, и избавилась от всех страданий и бедствий…
Это была «Сутра Сердца».
Священный канон, провозглашённый самой Бодхисаттвой Гуаньинь.
Каждый, кто слышал эти святые слова и созерцал этот лик, не мог помыслить ни о чём кощунственном — лишь священный трепет и благоговение поднимались из самых глубин души.
И под этот величавый, чистый божественный глас Гуаньинь нежно взяла Тину за руку, занесла рукав… и через расстояние прописала её родителям знатнейшего, сокрушительного леща.