* * *
Эксклюзив номера:
Ранним утром неравнодушный горожанин Сяо Чжу набрал номер нашей редакции и сообщил, что у него возникли серьёзные подозрения: сам он человеком не является.
Столкнувшись с подобным, прошу вас прежде всего не паниковать. Подобное «нечеловеческое» состояние — вещь в наших реалиях довольно будничная. Обнаружив у себя признаки нечисти или священного зверя, первым делом выясните, к какому именно виду вы относитесь. Нелишним будет деликатно спросить у родителей, не скрывают ли они от вас семейную тайну. Если же вы сирота или находитесь в положении Сяо Чжу, смело обращайтесь в наш журнал — мы поможем разобраться, что вы за тварь такая.
Не имея человеческой природы, вы можете ненароком оказывать разрушительное воздействие на окружающих людей, вещи и события, что в быту часто путают с аномалиями фэншуй. Особо опасны ситуации, когда естественная аура монстра накладывается на реальные прорехи в энергетике помещения.
Настоящая статья поможет оборотням минимизировать вред, подобрать правильные методы подавления, дабы с гордо поднятой головой, чистой совестью и радостью вернуться в человеческое общество, сохраняя полную уверенность в своей звериной натуре.
—— Спецвыпуск журнала «Вдохновение» № 3: «Фэншуй и энергия Ша в ногу со временем»
* * *
Приняв звонок от Чжу Яня, Чжун Цин поначалу не придал делу особого значения. Больше всего его беспокоило, не принял ли парень всё это всерьёз.
Ещё бы: жил себе славный юноша, больше двадцати лет считал себя нормальным человеком, и тут на тебе — выясняется, что он монстр. От такого у любого крыша поедет.
Чжу Янь же на том конце провода вовсю хихикал:
— До чего потешная штука! Результат выдал, будто я древний священный зверь по имени Чжуянь. Я раньше проходил тесты на тип личности и цветовые психотипы, но всё это и близко не стояло...
— А эта ваша программа прямо-таки засыпала меня всплывающими окнами! Настойчиво так предупреждает, что я не человек, а мифический зверь, велит соблюдать осторожность и не наводить суету. Ну и драматурга вы туда зашили! Я чуть со смеху не помер.
Желая поскорее увидеть Чжу Яня лично, Чжун Цин не стал экономить и вызывать метро, а сразу поймал такси.
Усевшись на заднее сиденье, он набрал сообщение:
«Неужели в коде пролез такой дикий баг? Хотя, признаться, первую версию этой системы разрабатывали так давно...»
Чжу Янь хохотнул в трубку:
— Да нет, какой тут баг! Всё работает строго по алгоритму, я код до ниточки перебрал. Только что взял отпечатки у парней на стройке, прогнал несколько раз — программа летает как шелковая, ни единого сбоя. Если отбросить этот шуточный элемент, то как гадательный софт она работает безупречно!
И тут же прислал пару скриншотов.
— Вот, гляньте! Краткая биография Чжао Сяомао: родился в 2002 году в деревне Хуанчжуан... вступил в строительную бригаду, специализация — укладка кирпича, холост до 21 года, затем завел девушку... Редактор Чжун, да он же аккурат в прошлом году со своей пассией и сошёлся!
— А вот Ван Сяоху: родился в 1996 году в Шахэ... после школы пошёл на стройку мешать цемент, в 2022 году вывихнул правую руку... И ведь всё сходится! Он действительно в прошлом году руку вывихнул!
— Редактор Чжун, ваша игра просто невероятная, бьёт без промаха, — Чжу Янь понизил голос до таинственного шепота. — Может, я и впрямь древний зверь, а? Ха-ха-ха!
— Да шучу я, шучу! Я уже всё понял. Вы же наверняка зашили туда случайную вероятность, чтобы часть пользователей выбивала себе титулы демонов да зверяток? Понимаю, отличный маркетинговый ход для виральности!
Повесив трубку, Чжун Цин молча воззрел на небо. Потосковав секунду, он отправил сообщение Учителю Цзи:
«Учитель Цзи! А в базе данных нашей программки точно нет ошибки?»
Цзи Чан ответил мгновенно:
«У кого угодно может быть ошибка, только не в ней. База, которую оцифровал А-Вэнь, — это сканы отпечатков пальцев всех усопших за пять тысяч лет истории, сверенные с Книгой Жизни и Смерти. Эксперты душу положили на создание этой модели. Скажу так: введи туда любой случайный отпечаток, и точность совпадения будет 99,99%. А что стряслось? Чжу Янь починил код? Высчитал себе несчастливую судьбу? Пусть наденет оберег и носит при себе, делов-то.»
Чжун Цин: «Чжу Янь говорит, система распознала в нём священного зверя.»
Цзи Чан: «........................»
Не успел Цзи Чан прислать следующий ответ, как на экран телефона выскочило срочное новостное уведомление:
* «Охранник Запретного города Чжао Бао выложил аудиозапись, заявив, что прошлой ночью на территории музея слышались странные шумы, а от площади у Дворца Небесной Чистоты доносились взрывы хохота. Ночная проверка аномалий не выявила. Эксперты полагают, что акустический эффект связан с температурным расширением стен под влиянием феномена Эль-Ниньо...»*
Какое ещё Эль-Ниньо! Это Бай Ци возил его показывать древних тварей! Сколько вообще в этом мире мифических зверей?!
* * *
Прибыв в больницу, Чжун Цин толкнул дверь экранированной палаты. Чжу Янь один сидел на койке и с увлечением тыкал пальцем в экран телефона; Лу Баня рядом не было.
Завидев гостя, юноша сияя проговорил:
— Идите скорее сюда! Вы только взгляните, какая комедия!
На экране смартфона чернел текст системного сообщения:
[Чжу Янь July: Ты родился в первобытную эпоху. Как древний священный зверь Чжуянь, ты наделён высоким происхождением и свирепой, вредоносной эманацией. Куда бы ты ни ступил, повсюду вспыхивают войны. Знаменитая битва при Муе произошла по твоей вине, да и к Второй мировой войне ты приложил руку.]
[В мирные времена ты таился в глубоких горах, погрузившись в спячку и вбирая духовную энергию неба и земли. В 2000 году тебя пробудил скоростной поезд, пронесшийся через горный кряж. Из зверя, чей облик предвещает кровопролитие, ты превратился в невинного человеческого младенца.]
[Тебе не скрыть свою разрушительную ауру: где бы ты ни появился, вспыхивают ссоры. Пока ты спокоен — всё в порядке, но стоит твоим эмоциям колыхнуться, как всё живое вокруг погрузится в хаос.]
[Обычные усмиряющие талисманы против тебя бессильны. Внимание! Внимание! Внимание! Следи за своим воздействием на окружающих, соблюдай безопасность и дыши ровно...]
Чжу Янь почесал руку под больничной пижамой и белозубо улыбнулся:
— Здорово вы всё придумали! После того как я вбил данные отпечатков ног, расклад для меня и парней получился абсолютно разным. Ха-ха! А много у вас вообще заготовлено вариантов со священными зверями? Жаль, в админке мне этого не видать.
Чжун Цин перечитал текст несколько раз, затем опустил взгляд на диалог с Цзи Чаном.
Экран компьютера мерцал тусклым светом, Чжу Янь с любопытством разглядывал визитёра. От стоявшего на столе чана с горячим лекарственным вином поднимался густой пар, размывая черты лица редактора.
Чжун Цин глубоко вздохнул и медленно проговорил:
— Чжу Янь. Ты отличный парень, прекрасно справился с багом, и я вполне понимаю твои чувства. Но скажи... ты никогда не задумывался, почему вокруг тебя постоянно вспыхивают ссоры? И в начальной школе, и в средней, и в университете, и даже на стройке?
— Я не стану от тебя ничего скрывать, ты имеешь право знать правду. В этой программе нет никаких случайных вероятностей. Неужели ты ни разу не допускал мысли... что ты и вправду священный зверь?
Чжу Янь опешил:
— Вы же шутите, да?
Он перевёл взгляд с экрана на абсолютно серьёзное лицо Чжун Цина.
— Вовсе нет, — вздохнул Чжун Цин. — Ты ведь сам сказал, что результаты твоих коллег совпали до мелочей.
Чжу Янь ткнул пальцем себе в грудь:
— Я? Спровоцировал битву при Муе? И к Второй мировой причастен?!
— Ну... судя по всему, так и есть.
— Пф-ха-ха-ха-ха! Ой, не могу, уморили! — Чжу Янь зашелся хохотом. — Вы обождите секунду, я сначала винцо приму, а то остынет. Редактор Чжун, ну и весельчаки у вас в журнале! Да вы и сам тот ещё артист!
Чжун Цин подошёл к окну и поглядел вниз. Во дворе больницы прогуливались люди: кто-то катил инвалидную коляску, кто-то баюкал ребёнка. А прямо над ними, на третьем этаже, человек только что получил диагноз «мифическое чудовище».
Редактор уже собирался обернуться, чтобы продолжить разговор.
В этот миг за окном сумасшедшим вихрем взвился осенний ураган. Подхваченная ветром сухая листва с оглушительным треском забилась в стёкла, а тучи жёлтой пыли мгновенно застлали небо, скрыв из виду весь город.
Снизу донёсся дикий, пронзительный вопль.
Чжун Цин резко повернулся, опустил взгляд и онемел. На полу палаты сидела белоснежная... обезьяна. В больничной пижаме, с криво наложенным гипсом на лапе.
В лапах обезьяна всё ещё сжимала пиалу с лекарственным вином:
— И-и-и?!
* * *
В это же время в Подземном царстве...
На Чжэн Мими внезапно накатила волна лютой, неконтролируемой злобы:
— Проклятье, как же хочется кого-нибудь отхлестать по матушке!
Цзи Чан, сидевший рядом за составлением отчёта, нахмурился:
— Отчего-то и я едва сдерживаю гнев.
Чжэн Мими решительно закатала длинные рукава своего ханьфу:
— Учитель Цзи, может, сойдёмся в рукопашной?!
В агентстве «Цзиньмин»...
Цзян Минчжун проводил совещание по теме «Продвижение скидочных купонов "1000 от 300" для рекламной компании Пекина». Вдруг его накрыла волна неистовой ярости. Он с размаху грохнул ладонью по столу:
— Цены и так взлетели до небес, люди едва концы с концами сводят! Какая ещё скидка в триста юаней?! Пусть делают скидку девятьсот девяносто девять от тысячи!
Го Чжао взревел:
— Довели народ! Пусть выдадут каждому гражданину по бесплатной квартире!
На типографии Люличан...
Ли Иньчжи отложил эскизы:
— Сегодня печатаем свежий номер... Погодите, да с какого черта я так взбешён?! К чёрту печать! Пойдёмте лучше на улицу, соберем народ и разом пойдём войной на островитян! Сколько можно терпеть эти рожи?!
Спустя три минуты прохожие на улице Люличан скандировали:
— Вперёд! Начинаем Третью мировую!
В даосском храме Цзэюнь...
Даос Фу, читавший заклинание Очищения Сердца, внезапно захаркал кровью. Пошатываясь, он подбежал к двери и трясущимися пальцами отправил сообщение в общий чат учеников: «Сердце больше не очищается! Ребята... не сходить ли нам в клуб, не потусить?!»
И снова в Подземном царстве...
— Учитель Цзи, дело плохо, драку отставляем, — Чжэн Мими уставилась в телефон. — Вы только гляньте на новости! Что за ахинея там творится?!
Цзи Чан бегло глянул на экран, и у него волосы встали дыбом:
— Чжуянь?! Неужто Чжун Цин случайно пробудил Чжуяня?! А где Император? Где директор Бай?!
* * *
Чжун Цин бережно сжимал белоснежную обезьяну в объятиях, баюкал ее и тихо пришептывал, пытаясь успокоить.
В «Книге гор и морей» сказано: * «Чжуянь обличьем подобен обезьяне, имеет белую голову и красные лапы. Появление Чжуяня предвещает великую смуту в Поднебесной»*. Чжуянь, переродившись в человеческом облике, до сегодняшнего дня искренне считал себя обычным сиротой по имени Чжу Янь. С самого детства он поневоле провоцировал ссоры вокруг себя, из-за чего сменил кучу работ и в конце концов подался в каменщики, пока рабочий не сбросил его со строительных лесов. А во время недавнего дебоша в больнице он, не жалея себя, бросился на защиту врача, за что благодарный доктор Сунь поднёс ему чашу с тёплым лекарственным вином на соке традиционных трав.
Отгуляло вино внутри — и парень обратился обратно в зверя.
Под оглушительный гул урагана в палате возник силуэт Бай Ци.
Полы его длинного халата взмыли от порывов ветра. Чжун Цин поднял глаза и встретил взгляд этих невероятных, завораживающих глаз, мимо которых невозможно было пройти равнодушно.
Протянув ладонь, Бай Ци мягко проговорил:
— Отдай его мне. С этим тебе не сладить.
— И что ты намереваешься сделать? — спросил Чжун Цин.
Бай Ци молча повернул к нему экран смартфона, показывая, какими беспорядками уже охвачен город.
— Ему дорога в Ад Адской Бездны.
Чжун Цин крепче прижал к себе белую обезьяну:
— В бездну? Но он же просто белый обезьяныш! Да, ему суждена такая участь, но он ведь не специально! Неужели совсем нет иного выхода?
— А если прочесть «Канон Трёх Чиновников»? — предложил Чжун Цин.
Канон Трёх Чиновников восхвалял Небесного Чиновника Верхнего первочала, дарующего благословение, Земного Чиновника Среднего первочала, прощающего грехи, и Водного Чиновника Нижнего первочала, избавляющего от бед. Служение Трём Владыкам — древнейший пласт даосизма, несущий исцеление через раскаяние, отпущение вины и изгнание скверны.
— Ты знаешь «Канон Трёх Чиновников»? — удивился Бай Ци. — Наше ведомство действительно иногда прибегает к помощи смежных служб и читает эти молитвы.
Даосские Трое Владычеств почитались ещё с конца эпохи Восточная Хань. Их божественная сила древнее и могущественнее многих подземных духов — к ним не дозовёшься по простому телефонному звонку, как к обычным сотрудникам преисподней.
— Я немного касался этой темы, когда готовил прошлый номер журнала, но глубоко не вникал, — признался Чжун Цин.
В динамике гарнитуры Бай Ци раздался отчаянный голос подземного служителя:
— Директор Бай, не давайте Чжун Цину читать! Он не учился ритуальному чтению, а этот канон невероятно сложен!
— Ничего, пусть попытается, — отрезал Бай Ци.
Чжун Цин разблокировал телефон.
Бай Ци вопросительно поднял бровь.
— Мне нужно забайтдуить текст... — смущённо пробормотал Чжун Цин. — Так, секунду, тут столько версий... О, вот эта вроде надёжная. * «Звезда Небесного Помоста, изменчивая без устали, изгони скверну и плени злых духов, сохрани жизнь и защити плоть...»* — громко зачитал он.
Бай Ци смущенно качнул головой:
— Это «Восемь Великих Мантр». Их читают перед началом молитвы, нам они без надобности.
— Оу... — Чжун Цин смахнул пот со лба. — Сейчас другую найду.
Гарнитура Бай Ци вновь завопила:
— Директор Бай, ничего у него не выйдет! Забирайте Чжуяня и возвращайтесь! Мы уже разогрели огненную геенну!
— Ждать, я сказал, — ровным тоном произнес Бай Ци.
— * «В обители Высшего Предела, в Пурпурном Дворце, во главе тридцати шести чинов и девяноста миллионов воинств...»* — продолжил Чжун Цин.
Бай Ци вздохнул:
— Это хвалебный гимн, Баогао. Опять не то.
— Да что же это такое! — возопил Чжун Цин. — Сколько у вас тут правил?!
В мире смертных ритуал чтения канонов требовал строгого соблюдения обрядов: очистить плоть, зачитать открывающие запевы, сотворить Восемь Мантр, произнести гимн-Баогао, и только потом переходить к сути. Но сейчас перед ними находился древний зверь Чжуянь, ситуация была критической — следовало сразу брать быка за рога.
Гарнитура Бай Ци надрывалась:
— Директор Бай, честно, ничего не выйдет! Наш отдел пробовал читать канон по всем правилам, но на современных священных зверей он почти не действует! У нас тут котёл уже до восьми тысяч градусов раскалился, только вас и ждём!
— Ждать! — отрезал Бай Ци.
Чжун Цин накопал наконец нужный фрагмент:
— * «В то время Великий Бессмертный, Спасающий от Страданий, восседая в Пурпурном Дворце, воззвал к Дао-цзюню и Трём Чиновникам... Бедствия пали на нас, спасения нет, и тогда Бессмертный, воздев бамбуковые дощечки, обратился к Трём Владыкам...»*
— Вот это уже текст канона, — подтвердил Бай Ци, не сводя глаз с Чжун Цина, держащего на руках белого обезьяныша.
— Бесполезно, директор! — вопил голос в гарнитуре. — Посмотрите новости! В Люличане народ уже миллиард юаней собрал на войну, а даосы толпой валят в ночные клубы!
— Жди!
Дочитав до середины, Чжун Цин заметил, что Чжуянь на его руках никак не реагирует. Редактор тяжко вздохнул:
— Написано уж больно мудрено. Наука не стоит на месте, прогресс идёт вперед, разговорному языку уже больше ста лет — неужели священные тексты не могут адаптироваться?
— Чжуянь ведь современный монстр. Вдруг святые слова на понятном, простом языке подействуют куда лучше?
— К тому же слог ужасно громоздкий, его явно можно доработать!
Бай Ци молчал. Он пристально смотрел на Чжун Цина.
На редактора.
На современного редактора.
На доброго и искреннего человека, всеми силами пытающегося спасти Чжу Яня.
Под тихую даосскую музыку, льющуюся из динамика телефона, Чжун Цин заговорил вновь:
— В те далекие времена Великий Бессмертный, Спасающий от Страданий, восседал в своём Пурпурном Дворце. Созвал он Трёх Чиновников — Неба, Земли и Вод... "Ох и тяжело же нам живётся, бедствия одолели, сил нет терпёжных!" И тогда Великий Бессмертный взял свой лист формата А4 и подал заявление Трём Владыкам...
Затихший было Чжуянь на груди Чжун Цина встрепенулся и заслушался:
— И-и-и? А почему А4?
— В оригинале были бамбуковые дощечки, — терпеливо пояснил Чжун Цин, — но кто сейчас пишет на бамбуке? Великий Бессмертный точно пошёл к Владыкам с нормальным распечатанным заявлением на листе А4!
Что есть священный канон? Это текст, передаваемый из уст в уста.
Древний слог красив и велик, но для современного человека он слишком сложен и непонятен. Он теряет слушателя.
На дворе 2023 год. Текст можно и нужно адаптировать, сделать его доступным и понятным каждому!
Для Чжун Цина сейчас было важно одно: чтобы этот современный, пропитавшийся духом эпохи зверь прочувствовал и понял суть канона. И это было куда важнее слепого следования древнекитайской архаике.
После вычурных даосских мотивов телефон автоматически переключил трек, и в палате раздался «Хорошо темперированный клавир» Баха. Чистые, прозрачные, как лесной ручей, звуки классической музыки растворили остатки ненастья, слившись со светлеющим за окном небом.
Чжун Цин произнёс финальные строки:
— Небесный Чиновник дарует благословение, Земной — прощает грехи, Водный — избавляет от бед!
В гарнитуре Бай Ци раздался ошеломлённый голос:
— Они там закончили? Директор Бай... а ведь адаптация на простой язык реально работает лучше! Хотя... кажется, всё же не на все сто.
Бай Ци продолжал молча наблюдать.
Чжун Цин закрыл страницу на телефоне и, вспомнив стихи Хай Цзы, вдохновенно произнёс от себя:
— Радость и счастье — вот высшая любовь в этом мире.
Постигать радость, рубить дрова, встречать весеннее цветение.
Мир и покой — вот главная магия времени.
Меня должны заботить лишь зерно да овощи.
Счастье и мир — вот то будущее, что нужно Чжуяню.
О Трое Владычеств, повелеваю вам свыше...! Ой, то есть... дело не терпит отлагательств, давайте решим всё без промедления!