Клубы белого тумана выкатились наружу и с головой накрыли Син Яо.
Он нахмурился и на мгновение хотел было перекрыть внешние чувства своей звёздной души, но, бросив взгляд на глупо улыбающегося Вэй Ланя, передумал и сдержался.
«Напиток опьянения души» считался у Звёздного народа ценным питательным средством: он пополнял микроэлементы, ускорял рост и развитие звёздной души и приносил немало пользы. Вот только сам Син Яо терпеть не мог это пойло.
Он никогда к нему не притрагивался. В обществе шептались, будто принцу противна сама мысль о затуманенном разуме, а близкие верили, что виной тому его болезненное стремление всё контролировать. В исторических хрониках так прямо и писали: Син Яо органически не переносит Напиток опьянения души.
Лейтенант Шар, как и подобало верному телохранителю, вызубрил всю подноготную о своём господине, а потому тут же засуетился:
— Ваше Высочество, подождите минутку! Я сейчас же прикажу включить вентиляцию, чтобы всё вытянуло...
— Не надо, — оставил его Син Яо, подняв руку. — Приготовь раствор размягчения духовной энергии.
Запах напитка ему действительно был неприятен, но продукт оставался полезным. Вытянуть его вентиляцией — значит растратить ценные ресурсы впустую.
— Слушаюсь. Потребуется раствор нейтрализации?
— Нет.
Нейтрализатор действовал подобно антипохмелину: он гасил алкогольный хмель, но вместе с тем урезал и весь целебный эффект. Размягчающий же эликсир лишь помогал организму быстрее усвоить питательные вещества.
Шлюз затворился, и Син Яо бесшумно пошёл к Вэй Ланю.
Густая белая дымка волновалась, проникала в самую глубину звёздной души, заставляя сознание блаженно воспарять.
Память подбросила воспоминание: в далеком детстве его окружáл точно такой же запах, а вместе с ним — незримое, въевшееся в воздух чувство беспросветной тоски.
— Хе-хе-хе... Старший малыш такой светленький, — покачивая головой, сбивчиво пробормотал Вэй Лань.
Этот мягкий, детский голос мгновенно выдернул Син Яо из воспоминаний. Вся грусть и отвращение растаяли, стоит только взглянуть на сидящего перед ним юношу.
Син Яо опустился на корточки, равняясь с ним взглядом.
— Почему на полу сидишь?
— Голова... голова закружилась. Посижу... отдохну немножко.
Вэй Лань снова качнул головой и тихонько икнул. Губы его походили на окроплённые росой лепестки, а щеки пылали густым румянцем.
«Неужели растительные гены просочились наружу и кожа превратилась в лепестки?» — подумал Син Яо и осторожно ткнул пальцем в щеку юноши. На ней тут же образовалась аккуратная ямочка. На ощупь она оказалась куда теплее и мягче любого цветка; подушечка пальца будто прилипла, не желая отрываться.
— Ну чего ты меня всё время тычешь? — недовольно буркнул Вэй Лань.
Он попытался увернуться, но хмельная голова слушалась плохо. Вместо того чтобы отстраниться, юноша сам уткнулся щекой в ладонь Син Яо. Поняв, что освободиться не выйдет, он решительно протянул руки и сжал щеки Син Яо в ответ.
— Попался! Я тебя тоже потычу! Хе-хе, о, а тут ямка! Это что, ямочка на щеке?
«У тебя что, ямочки на ноздрях растут?»
Син Яо слегка погладил Вэй Ланя по щеке, перехватил его шаловливую ручонку и поймал себя на нежности, о существовании которой прежде и не подозревал.
— Как же ты так напился?
— Я не пьян! — как и любой заправский пьячужка, Вэй Лань наотрез отказался признавать очевидное. Напротив, сейчас он казался себе разумнее, чем когда-либо. — Вкусно! Сладенько! От этого даже минеральные жилы растут!
— Все пьяницы твердят, что трезвы, — Син Яо смутно заподозрил, что и сам опьянел от одного лишь пара. Иначе отчего его собственный голос звучал так необычно мягко? Он попытался говорить громче, чтобы сбросить эту мягкость, но вышло только слаще: — Так что же лучше: то, что сладенько, или то, что от элементов минеральные жилы растут?
— Не пьян я, говорю же, — проворчал Вэй Лань. Глаза его живо бегали, но движения оставались неторопливыми, а мысли — заторможенными. Он принялся поочерёдно загибать пальцы Син Яо, глубоко задумавшись.
Так что же всё-таки лучше? Сладость или жилы?
Син Яо повернул голову и заметил закатившуюся в угол пустую бутылку.
Взгляд его был острым, так что он без труда разглядел и этикетку, и дату выдержки.
Внутреннее пространственное заклятье вмещало целую сотню литров, но дело было даже не в объёме. Это выдержанное пойло выпустили ещё до его исчезновения!
Коллекционный напиток давностью в несколько эпох когда-то поставлялся исключительно к императорскому столу, на открытом рынке его было не достать. Подарок поистине роскошный, вот только... чем старее Напиток опьянения души, тем сильнее его эффект и тем он ядрёнее.
— Мин Вэй, чертов никчёмыш! — сквозь зубы процедил Син Яо.
Маршал прекрасно знал, что сам Син Яо эту дрянь не пьёт, но всё равно притащил её в подарок Вэй Ланю. Явный умысел!
— Мин Вэй — друг, малышам нельзя ругаться, — Вэй Лань тут же протянул руку и ладошкой запечатал Син Яо рот.
— Он для тебя важнее меня? — Син Яо поддался искушению слегка прикусить пальцы, уткнувшиеся ему в губы.
— Малыш должен быть воспитанным и не говорить плохих слов, — проявляя удивительное упрямство, заявил Вэй Лань. — Всё равно нельзя ругаться.
— Я не ругался, я констатировал факт, — ничуть не растерялся Син Яо. Увидев, как Вэй Лань округлил глаза, он сбавил тон и принялся умасливать юношу: — На его планете нет никакой жизни, так что он простая железка. А ещё у Мин Вэя не хватает соображалки и контроля над силовым слоем. «Никчёмыш» — это не брань, это точное описание.
Вэй Лань склонил голову, раздумывая. Похоже, Син Яо и впрямь никому не желал зла. Удовлетворённо кивнув, он подался вперёд и звонко чмокнул Син Яо прямо в лоб.
— Молодец, держи награду!
Син Яо замер. Прикосновение влажных, тёплых губ отозвалось в нём с силой вспыхнувшей сверхновой. Электрический разряд прошил его звёздную душу до самого основания.
— Кхм...
Из его горла вырвался сдавленный, хриплый звук. Но ещё сильнее хрустнуло его звёздное ядро: осколки, словно брошенные в центрифугу, закружились, рассыпаясь и снова сливаясь воедино.
— Контакт звёздных душ требует защиты. Больше так делать нельзя.
Син Яо шептал еле слышно, словно боясь, что Вэй Лань его разоблачит. Однако привитые с детства правила напоминали: пользоваться чужой слабостью недопустимо, нужно наставлять на путь истинный.
— Старший малыш — самая яркая звезда в ночном небе! Как такого не целовать?
Вэй Лань надул губы, обхватил его голову руками и принялся щедро зацеловывать.
Син Яо зажмурился. На словах он возражал, но руки сами крепко обвили талию юноши, не позволяя отстраниться. Он даже чуть приподнял подбородок, подставляя самое уязвимое место своей звёздной души под прикосновения этих нежных лепестков.
Вэй Лань ничего не понимал. Он не ведал, что означает открытый контакт душ. Но сердце Син Яо всё равно улетало в небеса.
— Назови меня по имени, — тихо попросил Син Яо. — Вэй Лань, назови меня по имени.
— Малыш, малыш, малыш! Луна — это мой старший малыш! — Вэй Лань, будто опомнившись, принялся тормошить его за голову. — Ну-ка быстро зови меня папой! Зови папой!
Улетевшее было в небеса сердце Син Яо с треском рухнуло на землю.
— Ладно, — со вздохом уступил он. — Лишь бы ты был доволен. Давай поднимемся и вернемся на Землю, там спокойно всё усвоишь.
— А-а-а! — вдруг подскочил Вэй Лань.
Он закружился на месте, спотыкаясь и заливаясь слезами:
— Ы-ы-ы, люди... Люди не могут без света! Я забыл крутиться! Они там все помрут, хнык...
Он шатался из стороны в сторону и пытался увлечь Син Яо за собой.
— Луна, давай крутись! Ты же их приливы, ты их календарь... Без тебя они тоже помрут!
Пьян-то он был пьян, и голос его прерывался от рыданий, но гравитационный контроль держал железно. Вэй Лань втянул Син Яо в своё силовое поле и закружил вместе с собой. Если бы не хаотичные движения, Син Яо решил бы, что тот просто притворяется.
— Наша система моделирования экологической среды ещё работает. Даже если мы оба встанем, с людьми ничего не случится.
— В «Мастерах научной фантастики» писали, что искусственному разуму верить нельзя, он всех людей перебьёт!
— Ты уже сюжеты из книжек пересказываешь? — Син Яо вгляделся в его глаза. — Мыслишь так бойко... Ты точно пьян?
— Не пьян я! — рявкнул Вэй Лань и тут же оступился, рискуя зарыться носом в пол.
Син Яо успел подхватить его, уткнув себе в грудь.
Вэй Лань лежал пластом, в глазах у него кружились цветные круги, но голова всё равно упорно продолжала описывать восьмерки.
— Ради человечества... Крутиться нельзя останавливаться.
— Хорошо-хорошо, крутись на здоровье.
Син Яо замотал Вэй Ланя в плащ вместе с головой, подхватил на руки и взмыл в воздух.
— Ничего не видно, — послышалось из-под ткани.
— Это потому, что я тоже кручусь. Ты в моей тени, вот солнца и не видать, — успокаивал его Син Яо, наказывая Шар по ментальной связи приготовить катер.
Вэй Лань продолжал мотать головой под плащом, сбивчиво бормоча:
— Я уже столько оборотов сделал, почему лунное затмение всё не кончается...
Син Яо с трудом доставил его на Землю, опустившись на безымянный необитаемый островок, и только тогда распахнул плащ.
Вэй Лань продолжал крутить головой и выписывать руками кренделя.
Скорость вращения Земли то возрастала, то падала, но человечество, видавшее и не такое, даже не подумало поддаваться панике. Трусливые забились в подземные убежища, а храбрецы высыпали на улицы с телефонами — снимать видео.
Син Яо опустил Вэй Ланя на землю и слегка подтолкнул.
— Иди крутись в ядро.
— Угу.
Вэй Лань схватил Син Яо за руку и потащил за собой под землю.
— Нельзя! — воспротивился Син Яо. — Ты должен идти один.
Но Вэй Лань вцепился в него обеими руками, обвил ногами и, качая головой, увлёк за собой вниз с удвоенной скоростью.
— А вот и не нельзя! Мы пойдём вместе! На моей территории всё по моим правилам!
— Погоди, посторонние звёздные сущности не должны приближаться к чужому ядру...
Для Земли Вэй Лань был всемогущим божеством. Син Яо не смел применять силу, а потому не успел и глазом моргнуть, как оказался в ядре Земли. Ему оставалось лишь поспешно возвести вокруг себя изолирующий барьер, чтобы аура его звёздной души не повредила ядро Вэй Ланя.
Температура магмы в земном ядре казалась Звёздному народу весьма приятной.
— Хе-хе-хе, теперь ты от меня не сбежишь!
Вэй Лань совершенно не осознавал, что натворил. Он упёрся руками в бока и продолжал вращать головой, выдувая из магмы пузыри.
— Я — Земля! Паньгу! Хунцзюнь! Суйжэнь! Нюйва! Фуси! Шэньнун! Нефритовый император! Зевс! Господь! Бог! Иисус... Вэй Лань! Я делаю всё, что захочу, и возражения не принимаются!
Внезапно возомнивший себя властным властелином мира Вэй Лань звонко икнул.
Син Яо оставалось только укрепить свой барьер. Его собственное дыхание не проникало наружу, но аура Вэй Ланя накрыла его с головой, подвергая сдержанность жестокому испытанию.
Ядро каждой звезды уникально и покоится в самых недрах.
Ядро Син Яо представляло собой монолитный металлический шар из прочнейшего материала во Вселенной. И всё же оно раскололось, расплавилось и испарилось. За те триста миллионов лет, что Вэй Лань кружил с ним в пространстве, в его опустевшем сердце снова начали завязываться крошечные песчинки — и они тоже были из металла.
А вот ядро Вэй Ланя являло собой удивительный чертог, сложенный из скоплений чистейших, прозрачных кристаллов всех форм и размеров.
Красные кристаллы полнились бурлящей жизнью, точно она вызревала прямо в раскалённой магме.
Син Яо заворожённо протянул руку к ближайшему огненному кристаллу, но замер на полпути, лишь очертив его контур в воздухе.
«Так вот каково ядро у жизненных звёзд? До чего красиво...»
— Ы-ы-ы... — уткнувшись лбом в кристаллическую друзу, вдруг всхлипнул Вэй Лань. — Люди такие злые!
Син Яо достал из закромов духовный камень и вложил ему в ладонь.
Вэй Лань обнял камень и продолжил шмыгать носом:
— Я им и за отца был, и за мать. Учил огонь добывать, еду жарить, шалаши строить, пятизлаковые культуры сеять да скот разводить... Даже духовным практикам их учил! Сил не жалел, растил их, а они заявили, будто от обезьян произошли! Да какие из них обезьяны, они же неженки! Это же я из тебя жизненную субстанцию выделил и их создал!
— Да-да, люди злые, не плачь, — погладил его по голове Син Яо.
То-то люди с Земли так похожи на человеческую расу из Звёздного Моря. Оказывается, Вэй Лань взял генетический материал из его собственных осколков.
Чтобы уберечь расы от вымирания, каждый представитель Звёздного народа носил в себе генофонд всех ста рас Империи. Это позволяло воссоздавать жизнь и собирать силу веры, даже если судьба забросит в чужое измерение.
Син Яо не проходил курсов по взращиванию жизни и носил этот генофонд лишь как ходячий банк данных.
— Да не плачу я! — шмыгнул носом Вэй Лань и ткнул ладошкой Син Яо в лицо. — Плачут — это когда слёзы текут. Смотри, нет у меня слёз!
— Хорошо-хорошо, не плачешь, — покорно согласился Син Яо.
— Я не плачу, а то слёзы в жемчуг превратятся, их потом толчь придётся, чтобы людям на лица мазать или самому есть.
Вэй Лань рассуждал логично, опираясь, судя по всему, на личный опыт.
Син Яо решил, что юноша начинает трезветь, и уже собрался побудить его к усвоению энергии, как Вэй Лань снова завел своё:
— Растить детей так тяжело... Сколько среди них мерзавцев нашлось! Приколотили меня к кресту и сожгли! Орали, что я дьявол, и тут же кричали, что я их Господь, а потом моим именем резали себе подобных! Я просто одежду сменил, лицо даже не трогал, а они меня не узнали!
— Вот в Поднебесной хорошо. Пусть и не верят, зато кострами не жгут... Воевать они, конечно, тоже любят, но снарядами кидаться не привыкли. А от снарядов так больно, шрамы потом веками затягиваются... Хотя даже это не сравнится с тем, как из меня уголь да нефть качали...
Каждая фраза, полная боли и обиды, заставляла сердце Син Яо сжиматься. Он растерялся и не знал, как успокоить юношу:
— Всё уже прошло. Больше не будем выращивать людей. Они неслушные. Давай лучше разводить милые растения, а?
Только что убивавшийся Вэй Лань мгновенно округлил глаза:
— Это ещё почему люди неслушные?! С чего это ты мне запрещаешь их выращивать?!
Увидев, как в его лучистых глазах вспыхнул гнев, Син Яо снова погладил его по голове:
— Никто не запрещает... Расти кого хочешь, хоть кого.
— Не смей трогать мои волосы! — огрызнулся Вэй Лань и попытался вцепиться Син Яо в шевелюру.
Син Яо уклонился и, заметив на кристаллической стене набросок из простых линий, поспешил отвлечь юношу:
— А это что такое?
Вэй Лань, хоть его и перехватили за руки, всё ещё дулся. Но, взглянув на указанный динозавр, опечалился и опустил веки.
— Это твои бедные младшие братья. Я их так долго растил, они уже разум обрели, а потом прилетел метеоритный дождь — и всё, нету никого, хнык...
Син Яо знал о динозаврах. Это была первая цивилизация, которую пытался взрастить Вэй Лань, но она вымерла, так и не успев толком развиться.
— А это?
Син Яо переместил палец выше, где был нарисован круг, внутри которого ютилась фигурка в платье, а рядом красовались надписи: «Возрождение духовной энергии», «Вторжение пришельцев», «Духовные камни».
— Это Земля?
— Это ты! — гордо ткнул пальцем в человечка Вэй Лань. — Смотри, как похож! Ты как раз в таком платье и ходишь!
— Нет, — категорически отказался признавать Син Яо. — Это парадное одеяние правителя, а не платье.
— Одно и то же, — махнул рукой Вэй Лань и вдруг подскочил: — Ой, беда-беда! Я опять забыл крутиться! Люди ведь такие хрупкие, не то что динозавры...
Син Яо едва успел подхватить неугомонного юношу.
— У твоей планеты есть инерция, тебе не нужно контролировать каждый оборот. Не веришь — открой сознание и послушай людей.
Вэй Лань сомневался, но всё же ослабил контроль — и тут же поморщился от нахлынувшего гвалта, хватаясь за голову:
— Больно!
Син Яо мгновенно достал изолирующую капсулу и накрыл ею Вэй Ланя.
— У тебя такой великолепный контроль над силовым полем, почему же ты не умеешь базово фильтровать ментальный шум? Вернёмся — обязательно запишу тебя на курсы духовной гигиены.
Капсула превратилась в прозрачный пузырь, отсекая все посторонние мысли.
Вэй Лань ткнул пальцем в оболочку, но та быстро сжалась, пока не слилась с его кожей. Посторонний шум исчез. Открыв сознание снова, юноша увидал перед собой проекцию Земли. Теперь ему достаточно было мысленно приблизить нужный уголок, чтобы услышать голоса конкретных людей.
— Ой, как здорово! Совсем не шумно! — Вэй Лань радостно подпрыгнул, повалив Син Яо на камни, и надул губы: — Старший малыш самый послушный! Чмок!
— Дело не в послушании. Я дарю это, потому что люблю тебя, — Син Яо бережно удерживал его, не пытаясь уклониться. — Назови меня по имени.
Вэй Лань уселся на нем верхом и лукаво прищурился:
— Зови меня папой!
Син Яо тяжело вздохнул.
Пьян он всё-таки или притворяется?
Вэй Лань вцепился ему в плечи и принялся раскачиваться, будто на лошадке:
— Ну же, давай! Зови меня папой! Папой Вэй Ланем!
«Если назовёт папой — значит, мы семья. А семья никогда не расстаётся! Земля ведь не может без Луны!»
Вэй Лань, будучи во хмелю, закусил губу. Он не произнёс эти мысли вслух, а лишь упорно требовал назвать его папой.
— Перестань, — Син Яо придержал его за талию, боясь, что тот чебурахнется на камни. — Я старше тебя на десяток эпох. Времени прошло столько, что можно было бы выпестовать не одно поколение цивилизаций.
— Зови папой, зови папой! — упрямился Вэй Лань. — Я всё равно больше тебя! Люди посчитали, сейчас скажу...
На другом конце планеты Цяо Вэньшань проводил срочное совещание, пытаясь понять причины аномального вращения Земли, как вдруг в его голове раздался голос Вэй Ланя.
— Председатель? Председатель Цяо? — Линь Мяо поторгал зависшего начальника за рукав.
— Земля ведь младше Луны примерно на миллиард триста миллионов лет, так? — невпопад спросил Цяо Вэньшань. — А как сделать так, чтобы она оказалась больше?
Линь Мяо уставился на него как на сумасшедшего:
— По диаметру смерить! У нас любой школьник знает, что Земля больше Луны в три и семь десятых раза.
В самом сердце планеты Вэй Лань с торжеством объявил:
— Я больше тебя в три и семь десятых раза! А ну зови папой!
— Величина Звёздного народа определяется не внешними размерами, — у Син Яо аж выступил пот на лбу.
— А мне всё равно! Я всё равно больше тебя, во всех отношениях больше!
Вэй Лань задрал кофту и уже вознамерился спустить штаны, чтобы перемерить всё наглядно, перед этим хитровесело увеличив с помощью силы звёздной души нужное место.
Син Яо ослеп от белоснежной кожи, показавшейся из-под одежды. Напрягши всю волю, чтобы удержать разум в узде, он судорожно попытался запахнуть на юноше вещи.
Вэй Лань сучил ногами и упорно рвался доказательство предъявить, попутно пытаясь растормошить одежду на самом Син Яо.
— Ладно-ладно, ты больше, ты! — сдался Син Яо, не в силах с ним совладать.
Вэй Лань гордо задрал подбородок:
— Зови папой!
【Ба-а-а-ба, Вэй Лань ба-а-а-ба】, — сменил диалект Син Яо и спросил: — Доволен?
Вэй Лань накренил голову, хлопая хмельными глазами:
— Слышится как-то не так, как «папа».
«Ишь ты, пьяный-пьяный, а каков слух!»
Син Яо с улыбкой застёгивал на нем одежду, мягко повторяя на древнем наречии: 【Ба-а-а-ба】.
Первый слог тянулся ровно, с лёгким подкрутом языка, а второй звучал отрывисто. Со стороны казалось, будто он сбивчиво повторяет «папа», хотя на деле это слово переводилось как «любимый» или «сокровище».
Вэй Лань даже общеимперский язык усвоил только с помощью Цяо Вэньшаня, отчего в инопланетных диалектах не смыслил ни ухом ни рылом. Подвоха он не заметил и, наконец умиротворённый, успокоился.
Син Яо восполнил момент и помог Вэй Ланю направить энергию напитка в нужное русло. Когда тот зажмурился и погрузился в медитацию, Син Яо обложил его духовными камнями, заполнив ими всё свободное место в пещере.
«Обычно такой тихий да кроткий, а как выпьет — удержу нет».
Син Яо и сам не знал, радоваться ему или вздыхать.
То, с каким упрямством Вэй Лань требовал назвать его папой, явно говорило об отсутствии у юноши романтических чувств. Похоже, лейтенант Шар был прав: подход изначально вы выбрали неверный. Надобно было сразу показывать слабость, как тогда в машине перед банкетом.
Син Яо уселся рядом, скрестив ноги, и погрузился в медитацию.
Чужое ядро — не место для прогулок, и Син Яо не собирался переступать границы.
Однако живительная сила в ядре Вэй Ланя оказалась настолько плотной, что не просто исцеляла его звёздную душу, но и заставила ожить его собственную пустую внутреннюю пустоту. Крошечные осколки ядра закружились в вихре, впитывая неизвестную энергию и постепенно укрупняясь. При столкновении они сливались, точно капли масла.
* * *
На поверхности Земли уровень духовной энергии начал стремительно расти.
Совещание высшего руководства ещё не успело завершиться, когда со всех концов света стали поступать аномальные сводки. Повестку дня пришлось менять прямо на ходу.
Связной номер Вэй Ланя указывал, что тот находится в медитации. Неужели всплеск духовной энергии вызван его уединением? Чем это грозит? Как отвечать свите принца Луны, если те предложат помощь? И стоит ли вылетать в столицу Империи, как планировалось ранее...
Вопросов у людей накопилось столько, что в них можно было утопить любого.
Члены Альянса защиты Земли сбивались с ног: им требовалось срочно отправляться в пустыни на посадку лесов. При всплеске духовной энергии жизненная сила растений возрастала в разы — даже капризные саженцы после пары дождей за считанные дни махали в человеческий рост.
Но ещё больше суетилась охрана Син Яо. Едва зафиксировав духовный всплеск, они тут же оцепили весь сектор, отдали приказ флоту в порту Вечерней Зари оставаться на месте, а боевым кораблям — выстроиться вокруг упаковочного бокса с запитанными орудиями.
Вэй Лань напился! И не принял нейтрализатор!
А стимуляторы усвоения лишь усиливают действие хмельного напитка на звёздную душу! Вэй Лань может в любой момент начать крушить всё вокруг!
Но самое страшное — Его Высочество находился прямо в ядре Вэй Ланя!
Ядро — самое уязвимое и одновременно самое могущественное место звезды. Принц так бережёт Вэй Ланя, что ни за что не причинит ему вреда. А значит, стоит Вэй Ланю только пожелать — и Его Высочество превратится в беспомощную жертву!
Лейтенант Шар, получив свежие данные с Земли, облегчённо перевёл дух.
Отлично. Вэй Лань не буйствует, а послушно усваивает напиток. И хотя уровень духовной энергии подскочил выше нормы, у Его Высочества хватит ресурсов, чтобы покрыть расходы!
Вскоре Шар заметил, что показатели на приборах наблюдения за Луной тоже поползли вверх. И хотя линия всё ещё оставалась в красной, опасной зоне, от радости у него едва не потекли слёзы.
Шар знал о Син Яо куда больше, чем можно было вычитать в сети или книгах. Начать с того, что его предок служил личному стражнику принца, так что дома хранилась целая коллекция реликвий, а в саду даже стояла статуя Бога Солнца.
Воспитанный на этих преданиях, Шар боготворил Син Яо. Поэтому, когда принц призвал его, он не колеблясь принёс присягу, отказавшись от звания генерала, выслуженного за долгие годы в армии, и с гордостью перешёл в личную охрану, пусть злопыхатели и клевали его «высокопоставленным холуем».
Служить принцу преданно было непросто.
Но Син Яо доверял ему настолько, что открыл правду о своём состоянии.
Ядро Его Высочества было разрушено! Он больше никогда не сможет превращаться в боевую крепость и сражаться на передовой!
Для Боевого звёздного народа гибель в бою считалась высшим предначертанием.
Как и для старого маршала, само выживание его звёздной души уже казалось чудом.
Но как такая печальная судьба могла постичь Его Высочество? Самого могучего Бога Солнца во всей Империи?!
Утратить способность становиться боевой крепостью, превратиться в неполноценного воина... Шару от одной мысли об этом становилось дурно — словно его самого лишили ментальной силы. А уж каково было принцу, который был в тысячу раз гордее его?
Шар хранил эту тайну как зеницу ока, боясь даже заговорить во сне.
Он представлял, что случится, если правда выплывет наружу.
Жалость, сочувствие, скорбь... А кое-кто из Звёздного народа наверняка станет тайком злорадствовать.
Этот день, возможно, настанет, но Шар молил судьбу, чтобы он оттянулся как можно дольше.
Шар припал к мониторам и утёр слезы. Красная линия, обозначающая опасность, ползла вверх со скоростью черепахи, но она неуклонно поднималась!
— Получилось! Получилось! — зашептал он.
Специалисты твердили, что повреждения ядра необратимы, но то было до открытия элемента чжу. Шар верил: принц идёт на поправку именно благодаря той партии порошка чжу.
«Нужно ускорить добычу и очистку порошка чжу... В секторе Облачной Реки скоро пройдёт турнир по космическому летающему шару? Как раз по пути, надо заказать билеты. У Вэй Ланя скоро день рождения, вот Его Высочество и съездит с ним на матч...»
Шар переживал и за здоровье принца, и за его личную жизнь. Сам он только-только расстался с пятой пассией и оставался холостяком, но уже вел себя как заботливая наседка.
Едва он заказал билеты и перевёл дух, как пришло новое сообщение.
— Запрос от Ассоциации управления играми?
Шар вспомнил про проект «Папа Вэй Лань», недавно переданный землянами, и велел соединить его с заявителем.
В Ассоциации проявили к игре землян нешуточный интерес.
И дело было не только в самой игре, но и в том, что Вэй Лань принадлежал к Звёздному народу и недавно прогремел на всю галактику как супруг принца.
Земляне, будучи низшей расой, могли вести дела лишь в качестве вассалов Вэй Ланя. А сам Вэй Лань, как спутник бывше наследника престола, вынуждал Ассоциацию относиться к делу со всей серьёзностью. Заявка Земли прошла все инстанции и легла прямо на стол председателю.
Концепт «Папы Вэй Ланя» был прост до примитива — такую игру мог сваять любой школьник. Механика казалась смехотворной, а вот способов вытягивания денег предусмотрели немало, пусть и без принудиловки. Достаточно было слегка поднять возрастной ценз для игроков.
Смущало Ассоциацию лишь одно: у игры был реальный прототип.
Пусть сам Вэй Лань дал добро, но что думает Его Высочество Син Яо? Как отнесётся королевская семья? И что скажет Ассоциация защиты Звёздного народа?
Совет Ассоциации провёл с десяток совещаний, не зная, давать ли зелёный свет.
Когда сроки рассмотрения поджали, председатель решил рискнуть и связался с адъютантом принца.
Адъютант тоже не решился брать ответственность на себя и переправил запрос Шару.
— Его Высочество в курсе, — отрезал Шар. — Сначала игра была в 3D, но принц лично приказал переделать её под многомерные терминалы. С королевской семьёй и Ассоциацией защиты он уладит всё сам. Делайте всё по закону.
Слова Шара заставили председателя Чжанъюя расплыться в счастливой улыбке. Восьминогий инопланетянин замахал всеми осьмью щупальцами: двумя утирал пот, двумя махал флажками, а оставшимися четырьмя свернул три сердечка.
У «Папы Вэй Ланя» есть все шансы стать главным хитом года!
Звёздный народ отличался гордыней. Кое-кто, конечно, снисходил до народа, но максимум сняться в блокбастере или нарезке военных хроник.
Но чтобы представитель Звёздного народа стал прототипом для симулятора и миллионы игроков пестовали его на ладони — такого в истории ещё не бывало!
Даже те, кто не любил симуляторы, клюнут на возможность вырастить собственного представителя Звёздного народа. А уж учитывая статус Вэй Ланя... Вырастить супруга принца — это всё равно что самому стать принцем!
— Ну и повезло же землянам, — качнул головой председатель.
Он уже представлял, какой шквал трафика обрушится на Землю.
— Нужно заранее забросить мощности у Главного ИИ и подготовить почву для выходя на рынки других вселенных... Земляне не умеют в маркетинг, но это не должно помешать раскрутке!
Председатель перевёл взгляд на аквариум неподалёку. На краю сидел маленький упитанный туантуан, свесив ножки, и обнимал крошечную Землю. Он переводил большие круглые глаза то в одну сторону, то в другую и тайком трогал щупальце, которое нарочно подставил заместитель. Заметив, что за ним наблюдают, малыш тут же спрятал ручки за спину, делая вид, будто ничего не было.
У председателя от умиления щупальца связались в узел.
В официальных хрониках Империи Звёздный народ всегда представал в облике статных взрослых. Кто бы мог подумать, что их детская форма выглядит так мило!
Это же просто против правил!
Председатель едва удерживал щупальца, чтобы не рвануть за духовными монетами для доната. Если уж его, видавшего виды чиновника, так разобрало, то простым людям и подавно не спастись!
— Председатель, председатель, время поджимает! Принц дал добро?
— Дал. Продвижение по высшему разряду, — председатель переключился на деловой лад, подперев подбородок парой щупалец. — Но у Его Высочества есть одно пожелание: он просит сменить название.
— Сменить? Зачем? «Папа Вэй Лань» — отличное название! В языке Земли «папа» означает отца. Если игроки лишний раз назовут его так, у них появится чувство, будто у них есть покровитель из Звёздного народа...
Заместитель без тени смущения назвал маленького туантуана папой несколько раз подряд.
И то сказать: какие могут быть комплексы, если перед тобой существо возрастом в несколько миллиардов лет? Назвать его папой — только в честь!
Если за это можно получить право переселиться на Землю, да он хоть до конца дней будет звать его папой.
Председатель был с ним согласен, но просьба исходила от личного стража Син Яо, так что не считаться с ней он не мог.
— Найдите в редких языках похожее по звучанию слово с хорошим значением для игроков из Звёздного народа. Вэй Лань ещё слишком молод, чтобы в обществе его звали папой.
— В языке хэмо слово «баба» означает «юноша». А в наречии цзялань «баба» переводится как «сокровище» или «малыш».
Юноша или малыш?
Председатель посмотрел на туантуана, играющего в гляделки с рыбой, и хлокнул щупальцем по столу:
— Малыш!
Когда решение о включении игры «Малыш Цзялань» в годовой топ-лист было принято, присутствующие в один голос вздохнули:
«Ну и везёт же этим землянам!»
* * *
Земля. Ядро Земли.
В огненной пещере Вэй Лань медленно открыл глаза.
Голова была свежей, тело полнилось лёгкостью, а сила звёздной души находилась на пике, словно после долгого, глубокого сна.
«Я что, спал?»
Вэй Лань попытался восстановить события. Он помнил людей, помнил динозавров, помнил своего старшего малыша — Луну. Память работала исправно, значит, это был не сон.
Тогда дело в том самом пойле от Мин Вэя!
«Напиток опьянения души может одурманить... Я что, опьянел?»
Вэй Лань хлопнул кулаком по ладони и лишь теперь осознал, что находится в собственном ядре.
Странно. Он ведь был в зоне отдыха на флагмане. Как он очутился здесь? Лунатизм?
Пока он размышлял, сила его звёздной души слегка колыхнулась. Поведя глазами, он заметил сидящего неподалёку Син Яо и от неожиданности едва не подпрыгнул, а волосы на голове встали дыбом.
«Как Син Яо здесь оказался?!»
Вэй Лань попытался вспомнить события после выпивки, но в памяти всплывали лишь белые облака, бескрайний Млечный Путь и дивные картины рождения звёзд на краю Вселенной.
«Без моего дозволения в ядро никто не проникнет. Неужто я сам его приволок? Да не может быть...»
Вэй Лань принюхался к воздуху, потянул носом у кристаллов и магмы, а затем подкрался к Син Яо и стал разглядывать его в упор.
Чужой ауры не ощущалось вовсе!
Вэй Лань принюхался к собственному рукаву и уловил едва заметный, свежий запах, не принадлежащий ему самому.
— Надо же, как ты умеешь прятать дыхание. Я ничего и не заметил.
Вэй Лань присел перед Син Яо, разглядывая его лицо.
Син Яо был до невозможного красив. С закрытыми глазами и поджатыми губами он походил на холодный, чистый свет полной луны.
Но стоило ему открыть глаза и чуть улыбнуться, как он превращался в истинного Бога Солнца — ослепительного и горячего.
И откуда только у него эта копна золотых волос? На самой планете — ни травинки, а у воплощения духа — такие густые локоны.
«Я вовсе не завидую, ни капельки!» — с коварной мыслью Вэй Лань принялся считать его брови.
Брови Син Яо были хороши: не слишком вразлёт, но и не чересчур мягкие, ровные, иссиня-золотые.
«Всё равно красивее Мин Вэя!»
Вэй Лань опустил взгляд ниже и вдруг округлил глаза.
Золотистые ресницы обычно не бросались в глаза, но сейчас он заметил, до чего же они длинные.
Вэй Лань приложил указательный палец над его веком — ресницы оказались шириной аккурат с палец!
— Как у куколки.
Вэй Лань легонько коснулся кончиков ресниц — и палец тут же защекотало.
Син Яо открыл глаза.
Его синие, точно некромешное небо, глаза сначала показались холодными, но быстро потеплели, наполнившись светом.
Вэй Лань, встретившись с этим взглядом, почувствовал, как ёкнуло сердце.
— Син Яо, а кто я для тебя?
Син Яо вздохнул с таким видом, будто снова выслушивает капризы ребёнка, и с кроткой смиренностью проговорил:
— Ты мой 【Ба-а-а-ба】. Доволен?
Вэй Лань обомлел, а затем переспросил:
— Как ты меня назвал? Повтори!
Син Яо вздохнул ещё тяжелее:
— 【Ба-а-а-ба】. 【Вэй Лань ба-а-а-ба】. Теперь-то ты утихомиришься?
«Да катись ты к черту с таким довольством!»
Вэй Лань вспыхнул от гнева, точно готовый извергнуться вулкан.
«Все вокруг твердят: "Ты любишь, тебя любят", я уж сам запутался, чуть волосенки на себе не выдрал от думок, а ты, оказывается, меня в папаши записал?!»
Щеки Вэй Ланя раздулись от злости. Он уже собрался вышвырнуть Син Яо из ядра, как вдруг осекся.
«А чего я, собственно, взъелся?»
Разве это не к лучшему?
Именно о таких отношениях он и мечтал!
Луна сам назвал его папой и признал своим родителем!
Чем больше Вэй Лань размышлял, тем ярче разгорались его глаза. Гнев сменился сияющей улыбкой. Он распростёр объятия, крепко прижал Син Яо к себе и покровительственно похлопал по спине:
— Не переживай! Что бы ни случилось в будущем, ты всегда можешь положиться на мои отцовские объятия!
Син Яо внимательно вгляделся в его глаза и осторожно ткнул пальцем в раскрасневшуюся щеку.
Вэй Лань даже не шелохнулся, подарив ему в ответ самую ослепительную из своих улыбок.
— Очнулся наконец? — уверенно произнёс Син Яо. Его палец с нежной неохотой отстранился, и он прикрыл рот, тихо кашлянув.
— Что с тобой? — забеспокоился Вэй Лань. — Рана снова даёт о себе знать?
Син Яо качнул головой. Его красивые брови едва заметно сдвинулись, глаза потемнели, став тревожно-синими, а на губах заиграла печальная улыбка:
— Всё в порядке. Благодаря твоей силе моё ядро немного подлечилось.
— Только немного? Значит, ещё не полностью?
Вэй Лань размышлял ровно полсекунды, после чего решительно потянул Син Яо за собой:
— Так дело не пойдёт, слишком медленно! Пошли в твоё ядро, я вкачаю туда силу напрямую!