Глава 48. Романтический ужин при свечах... и признание?
— Иди за мной, — тихо сказал Син Яо, сжав ладонь Вэй Ланя.
Они шли по длинным галереям Чёрного замка. Вэй Лань то и дело прислушивался к его эмоциям. В душевном настрое принца смешались трепет и предвкушение — точь-в-точь вкус дикой черешни: сперва проскальзывает лёгкая терпкая кислинка, но тут же сменяется сочной, освежающей сладостью.
Син Яо обернулся и перехватил устремлённый на него взгляд Вэй Ланя — лакомый, голодный, будто перед ним стояло изысканное лакомство.
— Проголодался?
— Есть немного, — Вэй Лань сглотнул воображаемую слюну.
Исцеление через летающий шар и без того отнимало кучу сил, а тут он ещё и врачевал старейшину Син Хэ. За всё время ему удалось перекусить лишь одним Фруктом Чистоты и Ясности, совершенно не восстанавливающим силу души, так что весь путь он держался исключительно на святом свете.
Ужасно хотелось сочных духовных плодов. Или хотя бы погрызть пару духовных камней.
Вэй Лань потеребил мочку уха и привычным усилием воли заблокировал тот поток духовной силы, что соприкасался с отпечатком ядра звезды. Если этого не сделать, он либо умрёт от жажды, либо не сдержится и начнёт дразнить Син Яо, провоцируя того на новые порции эмоциональных деликатесов.
Син Яо на мгновение замер, отдавая мысленный приказ, а затем повернул в другой коридор.
— О?
Чтобы получше впитывать святой свет для восстановления души, Вэй Лань, материализовав воплощение звёздной души, не стал надевать полётную обувь. И теперь с удивлением обнаружил, что под ногами вместо холодного костного мозга тёмного духа расстилается мягчайший ворс.
Тёмный прежде коридор преобразился: на полу легла алая ковровая дорожка, синеватое люминесцентное свечение сменилось тёплыми оранжевыми тонами, и мрачная галерея мгновенно заиграла уютными красками.
В этом мягком янтарном свете их держащиеся за руки фигуры выглядели необычайно романтично.
Впрочем, вся романтика улетучилась в ту же секунду.
Вэй Лань выпростал ладонь из хватки Син Яо и с удовольствием поскользнулся на пушистом ковре. Покрутив головой и убедившись, что личной охраны и гвардейцев поблизости нет, а во всём коридоре они только вдвоём, он кувырнулся в воздухе и плюхнулся брюхом прямо на мягкое покрытие, скользя вперёд с распахнутыми руками.
Восхитительное ощущение! Нежное и шелковистое — куда лучше меха зимней снежной лисицы.
Вэй Лань принюхался, но не уловил ни малейшего животного запаха.
— Из чего это сделано? На материализацию виртуальной реальности из Истинной реальности не похоже...
— Синтетический элементный материал, — ответил Син Яо.
Заметив, как радовался планетарный дух, принц без лишних слов отправил Шару распоряжение о выплате двойного годового оклада и приказал застелить такими же коврами абсолютно все коридоры и жилые помещения башни. После чего сам сбросил обувь и пошёл вслед за Вэй Ланем босиком.
Вэй Лань скользил по ковру гибкой змейкой. В тёплых лучах светильников его фигура на фоне алой дорожки казалась окружённой мягким ореолом.
Син Яо отправил Шару ещё одно указание: сменить всё освещение в башне на тёплую гамму.
— Пришли.
В конце галереи угадывалась изящная арка, обвитая плетистыми розами с густыми россыпями розовых бутонов. На лепестках восседали крошечные, размером с ладонь, эльфы, наигрывавшие на миниатюрных инструментах.
Их музыка звучала прозрачно и возвышенно.
Вэй Лань, заприметив эльфов ещё издали, тут же подскочил, крутанулся на месте — его божественное одеяние мгновенно разгладилось, волосы легли идеальными волнами, и от недавнего ребяческого катания по полу не осталось и следа.
За аркой под чутким руководством лейтенанта Шара суетились слуги, торопливо уходящие прямо «вглубь» настенных фресок.
Шагнув под арку, Вэй Лань аж присвистнул от изумления.
Убранство зала до боли напоминало парадные покои какого-нибудь дворца с Земли. С высокого потолка свисала исполинская хрустальная люстра, украшенная настоящими крупными алмазами, на которой горели сотни восковых свечей. Под этим великолепием стоял Шар — в строгом чёрном фраке, в очках в тонкой серебряной оправе. Завидев гостей, он почтительно наклонился:
— Ваше Высочество, господин Вэй Лань, ужин подан.
Вэй Лань не стал ждать приглашения. Почуяв дивные ароматы, он вихрем помчался к длинному столу, на котором красовались свежие цветы, канделябры и традиционные блюда земной высокой кухни — огромные фарфоровые тарелки с крошечными порциями.
Син Яо галантно отодвинул для него стул и расправил салфетку, сложенную в форме розы:
— Нравится?
Вэй Лань перевёл взгляд с принца на классический ужин при свечах и после секундного замешательства кивнул:
— Потрясающий сюрприз.
Под нежный перезвон струн эльфийского ансамбля они приступили к трапезе.
Правда, без накладок не обошлось.
Едва Шар откупорил бутылку аперитива и поднял глаза, как обнаружил, что Вэй Лань уже поддел вилкой цельный «стек» и целиком отправил его в рот.
На вид это было сочное мясо, хотя на самом деле — концентрированный питательный кубик, созданный специально для Звёздного народа.
Следом Вэй Лань подхватил резной «цветок из редиса» и отправил туда же. Замороженная духовная эссенция аппетитно похрустывала на зубах.
Он облизнулся: вкусно, конечно, да только мало — даже один зуб не заблокировать.
Син Яо, по всем правилам этикета отрезавший первый кусочек от своего «стейка», застыл. Посмотрев на пустую тарелку спутника и его явно не утолённый аппетит, он без колебаний переставил порцию Вэй Ланю, после чего метнул броский холодный взгляд на лейтенанта.
Шар только успел наполнить два бокала Напитком опьянения души, как столовая посуда снова опустела — Вэй Лань сметнул даже декоративную зелень.
Каким бы безупречным ни был план, если главный герой не желает следовать сценарию, организатор бессилен!
Встретившись с ледяным взором Его Высочества, Шар подал знак. Из настенных фресок тотчас выскользнули слуги, принявшись молниеносно менять тарелки и подавать новые блюда.
Мелодия эльфов по-прежнему лилась легко и непринуждённо, огни свечей горели уютным янтарём, но романтическое свидание тет-а-тет из-за вереницы подносов окончательно превратилось в марафон дегустации.
Син Яо наблюдал за уплетающим за обе щеки Вэй Ланем и от безысходности делал маленькие глотки Напитка опьянения души, который терпеть не мог. Метод «запить горе» явно дал сбой — разум от выпитого становился только чётче и яснее.
Лишь когда счёт сменённых блюд перевалил за сотню, Вэй Лань наконец погладил животик и дал понять, что сыт.
Запыхавшиеся слуги вздохнули с облегчением, выставили десерты с фруктовыми вазами и вместе с Шаром поспешно удалились. Даже эльфы, выбившись из сил, смолкли и уснули прямо в бутонах роз.
— Ух, я аж устал жевать, — потянулся Вэй Лань, когда в зале никого не осталось.
От его безупречно прямой осанки не осталось и следа. Он развалился на столе, вытянул шею и прямо зубами выудил из плетёной корзины спелый духовный плод. Лень было даже руки поднимать — так и съел его, лёжа на полированной столешнице.
— В следующий раз предлагаю заказать блюда традиционной китайской кухни. Один пышный банкет — и никаких хлопот.
Син Яо молчал.
Вэй Лань вытащил из вазы розу, поднёс к носу, принюхался и звонко чихнул. Повернувшись к принцу, он заметил, что бокал Син Яо давным-давно пуст, но тот продолжал подносить его к губам. Вэй Лань постучал стеблем розы по столешнице, словно молоточком:
— Ты чего молчишь?
Син Яо опустил бокал и уставился на него мутным, застывшим взглядом.
— Не хочу говорить, — буркнул он глухо.
Глаза Вэй Ланя мгновенно вспыхнули. Он тут же оживился, придвинул стул вплотную к Син Яо и стал водить цветком перед его лицом:
— А это что такое, знаешь?
Син Яо медленно перевёл взор на бутон, несколько секунд созерцал его с предельной серьёзностью и наконец веско произнёс:
— Важнейший орган растений, используемый для ухаживания. На языке цветов означает: «Я хочу завести с тобой детей».
— Ой, фу! — Вэй Лань с брезгливой миной отбросил розу подальше.
Син Яо проследил за падением цветка, а затем вновь перевёл взгляд на Вэй Ланя. Он сидел со струнно натянутой спиной и говорил безупречно строгим тоном:
— Мы не можем завести детей. Это просто декорация.
— Ты что, опьянел? — Вэй Лань поднял перед его носом указательный палец. — Сколько видишь?
— Я не хмелею, — чеканно отчеканил Син Яо. Он так впился взглядом в кончик пальца, что его глаза съехались к переносице, а через секунду подался вперёд и цапнул Вэй Ланя за палец зубами.
— Да ты в дрова! — Вэй Лань выдернул руку, смущённо вытер палец о штанину и принюхался к хрустальному бокалу.
Остаточные пары Напитка опьянения души ударили в нос, отчего у самого Вэй Ланя на миг закружилась голова. Он взглянул на бутылку. Умная этикетка автоматически отсчитывала выдержку.
— Шестьдесят эпох?! — Вэй Лань протёр глаза, перепроверяя цифры. Именно эпох, а не лет! — Да оно же старше меня! Немудрено, что тебя развезло.
Син Яо накрыл ладонь Вэй Ланя своей. Глаза его оставались расфокусированными, на щеках проступал яркий румянец. Он несколько раз открывал и закрывал рот, пока наконец сухо не выдавил:
— В этом году Звёздная Река спокойна.
Вэй Лань мысленно представил бескрайний космос за стенами замка и кивнул:
— Да, Звёздная Река и впрямь спокойна. И что дальше?
Син Яо умолк. В его взгляде мелькнула недетская обида.
Пьяный малыш расстроился?!
Вэй Лань потеребил мочку уха, снимая блок с отпечатка ядра звезды, и его мгновенно накрыла лавина эмоций Син Яо. Все пять вкусов — кислое, сладкое, горькое, острое и солёное — сплелись в такой дикий винегрет, что во рту сделалось тошно.
Син Яо с нажимом повторил:
— В этом году Звёздная Река спокойна.
Вэй Лань слегка потормошил его за щёку:
— Ладно-ладно, пусть будет спокойна.
В ту же секунду Син Яо весь просиял, сгрёб Вэй Ланя в охапку, и мешанина из эмоций в мгновение ока превратилась в кондитерскую лавку. Вокруг разлилась такая концентрированная сладость, что в воздухе начали закручиваться пузырьки.
Буль... буль... буль...
Настоящие пузыри!
Вэй Лань с изумлением наблюдал, как над макушкой Син Яо один за другим возникают маленькие шарики из духовной силы. Они со звучным хлоп-хлоп-хлоп лопались, рассыпаясь искорками света.
До чего же милым становится пьяный Син Яо!
— Слушай, это уже нечестно! Я же не сдержусь! У меня при виде этих пузырьков рука чешется высвободить всю первозданную силу, понимаешь?
Вэй Лань бубнил себе под нос, аккуратно обняв голову Син Яо и слегка покачивая её. Заметив, что шарики стали вылетать ещё быстрее, он радостно расплылся в улыбке.
— Ба — па, — пробормотал Син Яо, и глаза его прищурились от удовольствия.
Стоп. С этим «папой» что-то не так.
Вэй Лань мгновенно вспомнил разницу между «папочкой» и «любимым». Перестав качать его голову, он строго уставился принцу прямо в глаза:
— Как ты меня только что назвал? Повтори на общегалактическом!
— Любимый, — отчеканил Син Яо. Он произнёс это слово певуче, с протяжным сладким тоном, словно взывал к объекту страсти.
Вэй Лань нахмурился, выскользнул из объятий и взобрался с ногами на обеденный стол, глядя на Син Яо сверху вниз.
Син Яо задрал голову. Точно так же в далёком прошлом Луна взирала на свою Землю. Тогда он был слишком слаб и не мог уберечь её от ран, но теперь всё изменилось.
Подняв руку, он прикоснулся длинным изящным пальцем к хмурой межбровной складке Вэй Ланя и слегка разгладил её.
— Не хмурься, — тихо промолвил Син Яо. — Желаю тебе вечной радости.
Вэй Лань порой отличался поразительной слепотой, но стоило ему уловить суть, как он становился невероятно проницательным. Прежде он уже сомневался, что чувства Син Яо ограничиваются признательностью и дружбой, но из-за единственного слова «папа» убедил себя, что это лишь проявление родственной привязанности или эффект утенка...
Теперь же стало ясно: интуиция его не подвела.
— Ты... — Вэй Лань отклонился назад, уходя от его руки, прикусил нижнюю губу и взъерошил волосы. Эмоции Син Яо слишком сильно сбивали его с толку, поэтому он вновь заблокировал отпечаток ядра звезды. — Син Яо, о чём ты вообще думаешь?
— Не знаю, — опустил руку принц, не сводя с него глаз. — В твоём магнитном поле мой разум отключается.
— Может, когда я исцелял тебя, то случайно повредил твоё ядро? И теперь в твоей звёздной душе замкнуло контакты? — пробормотал Вэй Лань, бессознательно болтая ногами.
— Я хочу быть вписан в твою семейную книгу. Хочу, чтобы ты стал моим спутником и супругом. Без всяких отборов невест. Я сделаю тебе предложение перед лицом всей Вселенной, при благословении всех миров, — выложил Син Яо на одном дыхании. Он положил ладони на колени Вэй Ланя и снизу вверх посмотрел в его синие глаза. В этом взгляде не осталось и капли гордыни наследного принца — лишь смиренная мольба.
— Я тебе нравлюсь, — Вэй Лань надул щёки и озадаченно склонил голову набок. — И неважно, эффект ли это утенка, иллюзия магнитной привязки или чувства, созревшие со временем... Ты метишь именно на это.
Вэй Лань сжал кулаки, сдвинул их вместе и покрутил большими пальцами навстречу друг другу:
— Я угадал?
— Я хочу объявить всей Вселенной, что Земля и Луна — единое целое, — Син Яо твердо кивнул. Его пальцы слегка сжали колени Вэй Ланя, а корпус подался вперёд.
Сердце Вэй Ланя заколотилось как бешеное, а в коленях вспыхнул такой жар, словно внутри просыпался вулкан.
Плохо дело! Подобное извержение без предупреждения человечества чревато жертвами, надо держаться!
— Я...
Но Син Яо приложил ладонь к его губам, не дав договорить.
— Тебе не обязательно отвечать прямо сейчас. Подумай хорошенько. Ответишь ли ты согласием или... согласием, я буду ждать.
Вэй Лань отвёл его руку:
— Это кто сказал, что я обязательно соглашусь? Ты правда пьян или притворяешься?
— Я не хмелею, — с абсолютной серьёзностью ответил Син Яо. — Но ты согласишься. Пройдёт ли одна эпоха, десять или сотня — пока ты рядом, я дождусь твоего согласия.
Вэй Лань сжал ладонями щёки Син Яо, наклонился ближе и увидел в его зрачках собственное пунцовое отражение. Он досадно цыкнул и принялся с удвоенным азартом мять щёки принца, пока те совсем не покраснели — а то получалось, будто пьян тут только сам Вэй Лань.
— Ишь чего удумал — «десять эпох, сотня эпох»! Ты решил превратить выбор невест в помолвку, а о гостях со всех уголков галактики подумал? Если я отвечу отказом, это же всё равно что растоптать престиж Империи! Ты меня вынудить пытаешься?
— Престиж Империи завоеван военной силой, — проговорил Син Яо со сплюснутыми щеками, даже не пытаясь уклониться.
— А Император? Ты подумал, как отреагирует твой отец? — не унимался Вэй Лань.
— Ты же знаешь, отцы всегда уступают своим детям, — упрямо пробормотал Син Яо с губами, сложенными бантиком. — Хоть он и деспотичен, но всё же приходится мне отцом.
— По-моему, у тебя жажда контроля ничуть не меньше, чем у него, — хмыкнул Вэй Лань, наконец отпуская его лицо и удовлетворенно разглядывая следы своего «рукоприкладства».
— Я буду изо всех сил обуздывать себя.
— Вот сначала докажи, а потом поговорим, — Вэй Лань спрыгнул со стола и направился к выходу.
— Ты куда? — Син Яо подскочил и удержал его за руку.
— Как куда? Обдумывать! — Вэй Лань потряс сжатыми ладонями и с лукавой ухмылкой посмотрел на принца. — Ты что, думал, стоит признаться — и сразу получишь ответ? Малыш, ты слишком наивен!
Вэй Лань вихрем умчался прочь. Син Яо долго стоял неподвижно, смотря ему вслед.
Спустя какое-то время из настенной фрески осторожно высунулась голова Шара. Оглядевшись, лейтенант подплыл к принцу:
— Ваше Высочество, каков результат?
Син Яо косо взглянул на него, поведя пальцем. Напиток опьянения души, который он якобы выпил, тонкой струйкой вылетел из его подушечек и перелился прямо в вазу с розами.
— Вычесть годовой оклад.
Син Яо улыбнулся кончиками губ и с довольным видом покинул зал.
Шар скрестил руки на груди и недоуменно пробормотал:
— И что это значит? Вышло у него в итоге или не вышло?