С небесных высот грянуло возвращение Его Величества Императора. Прямо из заоблачной выси стремительно приближалась величественная золотая корона. Вместо драгоценных каменьев её венец украшали настоящие пламенеющие планеты, а вокруг, словно стальная армада, выстроились бесчисленные тяжелые дредноуты и крейсеры.
Плотные силовые поля переплелись в непреодолимый океан и с сокрушительной, деспотичной мощью обрушились на пространство.
Вэй Лань мысленно порадовался, что не взял с собой отряд стражи Земли. Даже ему самому стало не по себе — накатила та же паника, что и во время засады Пятого легиона, заставив планетное ядро импульсивно потянуться к бегству. Обычные люди под таким давлением гарантированно согнулись бы и опозорились.
Но в следующее мгновение под боком разлилось ласковое, родное тепло. Словно яркое солнце, оно мгновенно разогнало ледяную тяжесть, и Вэй Лань облегченно перевел дух.
Он повернулся к Син Яо.
Тот улыбнулся ему в ответ; его золотистые волосы вспыхнули слепящим, солнечным светом.
От этой улыбки у Вэй Ланя невольно ёкнуло сердце. Он поспешно отвел взгляд и замешкался: под давящим полем все присутствующие уже склонились на одно колено. На ногах оставались только они двое. Вэй Лань заколебался, не зная, стоит ли соблюсти этикет, как вдруг его ладони касалось ласковое тепло.
Син Яо подхватил Сяо Туаньцзы одной рукой, а другой крепко сжал пальцы Вэй Ланя, ведя его навстречу процессии Императора, спускавшегося по сияющим каскадам Святого Света под торжественные звуки гимнов.
На Императоре не было ни венца, ни скипетра — лишь строгое повседневное одеяние, а руки спрятаны в широких рукавах. Вживую он выглядел старше, чем на голограмме: волосы утратили прежний глянцевый блеск, между бровями залегла глубокая, словно высеченная резцом складка, а в уголках губ застыла суровая жесткость. И лишь его глаза горели ярким, не угасающим огнем, хотя во всем его облике веяло лишь ледяным бесстрастием и полнейшим отчуждением. Он походил на ожившее изваяние.
Вслед за Императором шествовал пышный шлейф высшей знати Звёздного народа — придворные аристократы, сопровождавшие государя в инспекционной поездке по Империи.
Пока Вэй Лань исподтишка разглядывал монарха, на него самого обрушился град острых, испепеляющих взглядов.
В них читались презрение, гадливость и откровенная жажда крови.
Пальцы Вэй Ланя дёрнулись, внутри закипело раздражение, но ради Син Яо он сдержался и опустил глаза.
Зато Син Яо миндальничать с вельможами не собирался. Он слегка притопнул ногой, и сияющий ковёр Святого Света под их стопами пошёл крутыми волнами.
Шёлковое покрытие под ногами знати неожиданно вспучилось. Не успев удержать равновесие, несколько сановников неловко повалились, увлекая за собой соседей. Поднялся шум и переполох.
Император же остался невозмутим: его лицо не дрогнуло, а во взгляде не отразилось ни единой эмоции, будто возня за спиной его ни капли не касалась.
— Отец, с возвращением, — произнёс Син Яо.
Он склонил голову, придерживая Туантуана, отчего его поклон выглядел нарочито небрежным — особенно на фоне Вэй Ланя, который отдал почести с идеальной, выверенной точностью безупречного ученика.
Император не проронил ни слова. Скупым кивком ответив на приветствие, он скользнул вперёд по потокам звёздного света. Силовое поле вокруг него мягко и непреклонно раздвинуло стоящих рядом Син Яо и Вэй Ланя, давая правителю проход.
Впереди сановники Совета старейшин, Кабинета министров и высшего командования армии выстроились в две шеренги, с почтением склоняясь перед государем.
Однако едва Император миновал Вэй Ланя, как резко замер. Неживое изваяние вмиг обратилось человеком: он стремительно выпростал из широкого рукава левую руку. В его ладони покоилась белая нефритовая сфера, излучавшая еле заметное мерцание.
Ослепительный свет Моря Святого Света заливал всё вокруг, словно засвеченная фотография, отчего мягкие вспышки на сфере были почти неразличимы.
Тогда Император сомкнул пальцы над шаром, защищая его от режущих глаз лучей.
Сияние на поверхности нефрита стало отчетливее — оно пульсировало ритмично, словно бьющееся сердце.
Грудь Императора вздымалась всё чаще; его звёздная сущность на мгновение потеряла стабильность. Руки государя дрожали, точно он держал в ладонях величайшее рукотворное чудо!
— Отец? — заприметил странность Син Яо и сделал шаг вперёд.
Но Император резким взмахом рукава отодвинул сына в сторону и вплотную приступил к Вэй Ланю. В его глазах смешались изумление и смутная надежда.
— Ты... кто ты?..
— Вэй Лань, — лучезарно улыбнулся правителю юноша. Перехватив из рук Син Яо Сяо Туаньцзы, он прижал малыша к своей щеке и представился: — Моё имя — Вэй Лань, Ваше Величество.
Син Яо мгновенно шагнул к юноше и властно положил руку ему на плечо, заявляя права:
— Отец, тебе должно быть известно: Вэй Лань — мой спутник жизни.
Император даже не взглянул на сына, продолжая впиваться взором в Вэй Ланя.
Застрявшие позади аристократы злорадно ухмылялись, ожидая, что властелин в пух и прах разнесёт дерзкого пришельца.
Однако на строгом лице Императора неожиданно проступила небывалая, ласковая мягкость. Бережно сжимая пульсирующий нефритовый шар, он спросил удивительно теплым тоном:
— Вэй Лань... сколько тебе лет?
Злорадство знати мгновенно сменилось диким изумлением. Невероятно! С чего бы суровому владыке проявлять такую обходительность к «низшему существу, совратившему принца»? Не иначе как над ним сотворили дурное колдовство!
— Сорок семь эпох, — спокойно ответил Вэй Лань.
Он приложил ладонь к груди, нащупывая сквозь ткань скрытый камень, и переглянулся с Син Яо.
Осколок покоился в мешочке из особой ткани, под несколькими слоями одежды, а сам Вэй Лань дополнительно укрыл его барьером духовной силы. Неужели Император умудрился почувствовать его даже сквозь такую защиту?
Син Яо едва заметно кивнул.
Раз тайное стало явным, таиться дальше не имело смысла.
— Отец, здесь не лучшее место для разговоров. Вернемся во дворец, — вмешался Син Яо.
Но Император словно не слышал. Его взгляд, устремлённый на Вэй Ланя, казалось, уходил куда-то в незримую даль, а с губ срывался сбивчивый шёпот:
— Сорок семь эпох... Моложе Син Линя... Не сходится... Хотя нет... Перерождение требует времени... Может быть... Он ведь всегда любил жизнь, мечтал стать Жизненным Звёздным народом... Неужели это ты?..
Син Яо поначалу не разобрал слов, но, взглянув на свечение в руках отца, вдруг осознал дикую, абсурдную догадку. Губы принца подёрнулись, и он решительно заслонил собой юношу:
— Отец, Вэй Лань со мной...
Лицо Императора исказилось, и он выкрикнул:
— Вы не можете быть вместе!
Смятение, царившее среди знати, сменилось облегчением. Придворные принялись заискивающе поддакивать, а кое-кто из старейшин, сочтя себя вправе поучать, бестактно вставил:
— Син Яо, немедленно повинись перед Его Величеством! В Империи сотни тысяч боевых планет, выбор огромен. Бери в спутники кого угодно, к чему упрямиться из-за дикаря из захудалого сектора? У такого союза нет будущего!
— Великий князь Синъян дело говорит! Проси прощения, Ваше Высочество!
— Именно, повинись!
— Вы уже не дитя, принц. Титул супруги наследника не положен какому-то низшему...
Голоса раздавались отовсюду. Одни действительно опасались за принца, не желая его ссоры с правителем; другие же исходили желчью от зависти. Они годами метили на место принц-консорта и будущей императрицы, и позволить какому-то чужаку умыкнуть этот куш казалось им невыносимым!
— Заткнитесь, — оборвал их Император.
Он вступился за Вэй Ланя куда с большей яростью, чем сам Син Яо. Ледяным взглядом смерив аристократа, дерзнувшего назвать юношу «низшим», государь вскинул скипетр. Вспыхнул ослепительный золотой луч — и звёздное тело осмелевшего вельможи мгновенно рассыпалось в прах, оставив на полу лишь кучу роскошных одежд и драгоценностей.
Мгновение назад шумевшая толпа знати обомлела от ужаса. Царящая вокруг тишина стала звенящей.
Император кончиком скипетра отодвинул Син Яо. Поворачивая в ладони белую нефритовую сферу, он посмотрел на Вэй Ланя, и его застывшие губы тронула тень теплой улыбки.
Внутри шара точно бьющаяся жилка бился пульс, и его незримые волны тянулись прямо к Вэй Ланю — точнее, к его груди.
«Синхай... это ты? Легенды о перерождении не врут, ты действительно вернулся! Невероятно... Я был уверен, что узнаю тебя в любом облике, но, глядя на Вэй Ланя, моя звёздная душа не вспыхнула прежним пламенем... Я ведь едва не упустил тебя...»
Взгляд государя становился всё более пылким и туманным. Вэй Лань почувствовал, как по спине побежали мурашки, и поспешно выставил перед собой Сяо Туаньцзы:
— Ваше Величество... не желаете скачать звёздного питомца?
Император медленно выдохнул:
— Ты прекрасен... А «Малыш Вэй Лань» — твоя точная копия.
— Благодарю за похвалу, Ваше Величество, — воспользовался моментом Вэй Лань, чтобы продвинуть интерактивную игру. Забыв о странностях монарха и дерзко пользуясь тем, что осколок духа Синхая покоится у него в кармане, он предложил: — Не хотите подержать Туантуана? Он очень послушный.
Кроха прикрылся глобусом, оставляя снаружи лишь блестящие глазенки, и пролепетал своим звонким детским голоском:
— Здравствуйте, дедушка!
— Здравствуй, малыш, здравствуй... — Скипетр исчез из рук Императора, и он бережно принял кроху. Малыш тут же потянулся к его щеке и звонко чмокнул.
За всю жизнь правитель не проявлял подобной ласки даже к собственным сыновьям. И пусть он понимал, что перед ним всего лишь многомерная голограмма, сотканная из цифровых данных, это мягкое, тёплое прикосновение заставило его сердце трепетать, а суровую маску сменила искренняя, живая улыбка.
Придворные, увидав улыбку властителя, оцепенели, будто узрели призрака.
Мин Лин, стоявший в рядах встречающих, дёрнул за рукав обомлевшего отца и прошептал:
— Дядюшка был прав! Вэй Лань обладает чарующей магией — каждый, кто оказывается рядом, попадает под его чары. Смотри, даже Император не устоял!
— Замолчи! — строго шикнул на сына Глава семьи Мин.
Однако стоявшие поблизости сановники услышали шепоток, и в их головах всё мгновенно встало на свои места. Теперь они взирали на Вэй Ланя с глубочайшим почтением и священным трепетом.
Син Яо, отправив лейтенанту Шару список посмевших высказаться знатных персон, обернулся и обнаружил, что Вэй Лань уже ушёл вперёд под руку с Императором, совершенно забыв про него. Принц поспешно нагнал их, бесцеремонно вклиниваясь между правителем и юношей. Он сжал ладонь Вэй Ланя и, слегка сжав пальцы, подал ему выразительный знак.
«Что он хочет сказать?» — на мгновение задумался Вэй Лань и уверенно кивнул в ответ.
Раз уж владыка так благосклонен, нужно воспользоваться шансом, проявить себя с лучшей стороны и завоевать его расположение!
Син Яо про себя только тяжело вздохнул: «Нет же, глупый, я совсем не об этом...»
Едва они прибыли во Дворец Двойной Звезды, Император повелел всем удалиться, сделав исключение лишь для Вэй Ланя. Син Яо, разумеется, тоже остался.
Покидая залы, придворные бросали тревожные взгляды на закрывающиеся двери, переглядываясь и шёпотом делясь безумными догадками.
Поведение государя переходило все границы разумения: он проигнорировал родного сына, окружив юношу невиданной лаской. Это было похоже...
— Неужто и Его Величество положил глаз на этого Вэй Ланя?
Сказавший эти слова мгновенно оказался в центре общего внимания.
— А разве я не прав? Государя влечёт к Вэй Ланю, и он наотрез запрещает принцу Син Яо связывать с ним судьбу. Вывод напрашивается сам собой! Ну и ну... Пойду-ка и я скачаю этого «Малыша Вэй Ланя», проверю, что за чары у этого мальчишки.
Великий князь Синъян процедил сквозь зубы:
— Роковая тварь! Погубит империю!
Тем временем в Зале Успокоения Души Вэй Лань, и не подозревавший, что за его спиной вешают ярлыки «рокового соблазнителя», невинно поинтересовался у Императора, можно ли передать запись, где тот держит на руках Туантуана, в отдел рекламы игры.
Император помедлил секунду, но перед синхронным умоляющим взглядом двух пар одинаковых сияющих глаз его непреклонные принципы пошли трещинами, и он медленно кивнул.
Син Яо потёр потихоньку разболевшуюся переносицу и покашлял:
— Отец... нефритовая сфера в твоих руках выглядит весьма знакомо.
Лицо Императора мгновенно изменилось.
Вэй Лань потянул принца за рукав и шепнул:
— Ах да, я совсем забыл сказать! Дедушка Фэнхэ купил у меня уйму лекарственного нефрита. Похоже, как раз для Его Величества.
Раздался оглушительный хлопок!
Император взмахнул рукой, и волна сокрушительной энергии устремилась между ними, пытаясь развести их в стороны:
— Вы не будете вместе!
— Мне не требуется твоё разрешение, чтобы выбрать спутника, — Син Яо ловко подхватил Вэй Ланя и ушёл из-под удара.
Одним движением он извлёк из-за пазухи юноши цепочку, встряхнул её, и ткань мешочка распахнулась, высвобождая сияющий ромбовидный кристалл.
— Ты совсем из ума выжил от старости, раз не способен узнать собственного избранника!
Сглаженные грани кристалла мягко пульсировали золотистым свечением. И его ритм точно, до единого колебания, совпадал с пульсацией белого нефрита в руках Императора.