Голос Инь Шухуаня заставил Цзи Юаня очнуться, но очнулся он лишь частично — глубокий шок всё ещё сковывал мысли. Не успел он осознать происходящее, как в его правую руку мёртвой хваткой вцепились пальцы. Несгибаемая, дикая сила без лишних слов потащила его прочь из лифта.
Инь Шухуань буквально закипал от ярости.
Цзи Юань? Это Цзи Юань?!
Скольких вообще Цзи Юаней знает Цзян Юй?!
Неужели этот парень — тот самый Цзи Юань, с которым он связан узами брака?!
Цзи Юань нахмурился и сквозь зубы процедил:
— Отпусти.
Инь Шухуань и ухом не повёл. Размашистыми шагами он за пару мгновений выволок Цзи Юаня на середину коридора. В душе Цзи Юаня всё ещё бушевал ураган чувств, мысли путались, поэтому он даже не подумал оказать сопротивление и позволил увлечь себя следом. Ростом он уступал Инь Шухуаню почти на полголовы, из-за чего едва успевал за его бешеным шагом, сбиваясь и спотыкаясь на каждом шагу.
Раздался оглушительный треск — Инь Шухуань наобум выбил ногой массивную, дорогого вида дверь ближайшей VIP-комнаты. Затащил Цзи Юаня внутрь, захлопнул её, защёлкнул замок и со всей дури швырнул парня на диван.
Мир качнулся. Едва Цзи Юань попытался подняться, Инь Шухуань уже сгрёб его за воротник и рывком притянул к себе.
Они оказались вплотную, лицо к лицу, ощущая дыхание друг друга.
Глядя на прямо перед носом захлопнувшуюся дверь, Цзян Юй несколько раз беспомощно глотнул воздух и наконец выдохнул:
— Мать твою!..
И дело было вовсе не в отсутствии манер перед режиссёром Юанем — просто даже изощрённый ум опытного агента не мог переварить творившуюся на его глазах чертовщину.
Что здесь вообще происходит?!
Откуда Цзи Юань знает Лу Цзюэсина?
И когда, к чертям, он успел сойтись с Инь Шухуанем?!
А главное — с какого перепугу Инь Шухуань взбесился?!
Вопросы шквалом обрушились на него, не давая зацепиться ни за одну внятную мысль.
Постойте... Зачем он вообще утащил Цзи Юаня?! Чёрт, они же там друг друга ушатают!
От этой мысли волоски на загривке Цзян Юя встали дыбом. Он сорвался с места и бросился к двери. За ним тут же опомнились и остальные.
Сейчас было не время для расспросов и выяснения причин — первостепенной задачей стало немедленно вытащить избалованного, но безумного Инь Шухуаня и Цзи Юаня из запертого помещения.
Дикую ярость Инь Шухуаня видели все.
Тот выглядел так, будто готов сожрать парня живьём. А Цзи Юань с его-то худобой и невысоким ростом разве сможет дать отпор? Юань Хуэйхуан ни на секунду не сомневался: Инь Шухуань изничтожит юношу в порошок.
Режиссёр отлично помнил, что Шухуань с детства занимался саньда — боевыми единоборствами — и забросил тренировки только к девятнадцати годам из-за плотного съёмочного графика. Поэтому Юань Хуэйхуан кинулся за Цзян Юем.
Тот уже плюнул на всякие приличия и со всей дури забарабанил кулаками в дверь:
— Остынь! Выйди, поговорим как люди!
Режиссёр Юань тоже места себе не находил. Они с Шухуанем давно знали друг друга, и режиссёр прекрасно понимал: если эта «принцесса» вобьёт себе что-то в голову и даст волю своему избалованному нраву, парню несдобровать.
— В самом деле, А-Шу! — подхватил Юань Хуэйхуан. — Сядем, всё спокойно обсудим!
Из изолированного VIP-зала не доносилось ни звука, но эта тишина лишь сильнее взвинчивала нервы.
— Всё, капец! Всё кончено! — метался Цзян Юй, словно на раскалённой сковороде.
— Эх, Сяо Цзи такой щупленький, — вздохнул Юань Хуэйхуан. — Если начнётся драка, он же покалечится...
— С чего бы ему калечиться?! — возопил Цзян Юй. — Режиссёр Юань, я без шуток! Надо срочно вызывать Цзи Юаня!
— Да-да, я и говорю, волнуюсь за Сяо Цзи...
— Да за Инь Шухуаня волнуйтесь! — рявкнул доведённый до белого каления агент. — Если Цзи Юань не сдержится, он же его наглухо зашибёт!
— Вот-вот... Чего?! — Режиссёр замёрз на месте и воззрился на Цзян Юя, не сразу переварив сказанное.
В памяти режиссёра с молниеносной чёткостью всплыла их первая встреча. Цзи Юань тогда был поплотнее, но... господи, он же одним ударом свалил Ян Шуая так, что тот до сих пор очухаться не может!
Юань Хуэйхуан с размаху хлопнул себя по бедру: как он мог забыть?!
Лицо режиссёра моментально потеряло всякие краски, став серым, как штукатурка. Отшвырнув интеллигентную сдержанность, он припал к двери и взревел во всё горло:
— Цзи Юань! Цзи Юань, не делай глупостей! Держи себя в руках!
Подойдя ближе, Лу Цзюэсин спокойно предложил:
— Я приведу сотрудника с ключом.
— Точно! — всплеснул руками Цзян Юй. — Совсем башку отшибло! Будь добр, скорее!
Тем временем в комнате Цзи Юань уже успел взяться за ум.
При первом взгляде на Лу Цзюэсина его разум — обычно невозмутимый — завязался узлом, а в ушах стоял оглушительный гул. Эмоции вырвались из-под контроля, сметя всю выдержку.
Само по себе его воскрешение и перерождение в этом чуждом мире граничило с невозможным. А углядеть здесь человека с лицом его старшего соученика, Фу Ло... Это бьёт наповал.
Сперва мысли просто отключились.
Теперь же, когда первый шок улёгся, в голове у Цзи Юаня вихрем закружился миллион вопросов.
Почему Лу Цзюэсин выглядит точно так же, как Фу Ло?
Раз уж сам Цзи Юань смог восстать из мёртвых, может ли оказаться так, что он здесь такой не один?
Нет, немыслимо. Исторические хроники чётко гласят: старший брат Фу Ло дожил до глубокой старости и тихо скончался в возрасте восьмидесяти с лишним лет. Как он мог переродиться сквозь века, подобно ему?..
Мысли сплелись в нераспутываемый клубок. На душе было скверно и тревожно. Цзи Юань боялся даже вслух произнести самое заветное предположение: не связан ли Лу Цзюэсин с его старшим соучеником?
А для Инь Шухуаня эта отрешённость стала последней каплей.
В лифте этот придурок сделал вид, будто они незнакомы — бог с ним. Но витать в облаках, когда его силой приволокли в отдельный кабинет?! Похоже, Цзи Юань совсем страх потерял. С каких пор он смеет игнорировать его прямо в лицо?!
Инь Шухуань сжал кулаки так, что побелели костяшки. Вспомнив недавнюю звонкую пощёчину, он скрипнул зубами от закипевшей обиды.
«Может, просто врезать ему?!» — промелькнула дикая мысль.
Хотя... не сочтут ли это домашним насилием? Цзи Юань, конечно, грозился разводом, но штамп-то никуда не делся...
Если мужик получает от жены — это ещё куда ни шло, а вот поднимать руку на супругу — последнее дело.
Кроме той ночи, когда Цзи Юань накачал его дрянью и Инь Шухуань в слепой ярости заехал ему ногой, он никогда не применял силу. А все его прошлые угрозы были лишь показухой: Цзи Юань был настолько труслив, что заливался слезами ещё до того, как до него касались.
«Да ну его...»
Инь Шухуань окинул парня презрительным взглядом и вдруг заметил, как сильно тот исхудал. Теперь Цзи Юаня можно было назвать даже изящным.
Раньше, будучи тюленем, он и царапины перенести не мог. А сейчас? Врежь ему — ещё покалечится! И потом до конца дней будет висеть на шее, требуя компенсаций!
Поразмыслив пару мгновений, Шухуань нашёл компромисс. Рукам волю давать нельзя, но всыпать хорошего страху просто необходимо — иначе желчь зальёт горло.
Не откладывая дело в долгий ящик, пока Цзи Юань витал где-то далеко, Шухуань рывком толкнул его обратно на мягкие подушки.
Цзи Юань погрузился в диван, поднял глаза и увидел, как перекошенный от злобы Шухуань со всей дури сокрушил ногой массивный стул.
Деревянный стул из массива взмыл в воздух и с оглушительным грохотом врезался в стену.
Грохот стоял знатный, но Цзи Юань даже бровью не повёл. На его лице не отразилось ни тени испуга, отчего Инь Шухуань на секунду почувствовал себя полнейшим дураком. Впрочем, смущение мгновенно сгорело в новом всплеске ярости.
Инь Шухуань смерил его ледяным взглядом сверху вниз:
— А ты, Цзи Юань, я смотрю, совсем страх потерял.
В душе у Цзи Юаня царил полный хаос, подбирать слова для спора не хотелось. Всё, чего он желал прямо сейчас — остаться в одиночестве и переварить увиденное.
Шухуань же принял это молчание за признание вины и тут же пошёл в атаку, сочась ядом и сарказмом:
— Запел про развод, да? И что в итоге? Не успел ляпнуть, как сбежал из дома! Это ты так разводишься, а? Что за убогий дешёвый трюк с «играми в прятки»? Думаешь, я без тебя в ЗАГС схожу и всё сам оформлю?!
В его логике всё сходилось: Цзи Юань устроил побег исключительно потому, что разводиться на самом деле не хотел. А удрав, сразу побежал за помощью к Цзян Юю.
И ладно бы просто сбежал! Судя по тому, как он высох за два месяца, его тут вообще заморили голодом! Инь Шухуань даже мысленно огрызнулся на Цзян Юя: совсем сдурел, парня не кормить?! Цзи Юань же был тушей, ему кушать надо много! Сам Шухуань никогда его в еде не ущемлял!
Тут он вспомнил, как Цзян Юй совал ему Цзи Юаня в качестве своего нового подопечного артиста.
И пазл окончательно сложился.
Цзи Юань заводит речь о разводе, уходит из дома, лишая возможности подписать бумаги. Затем находит Цзян Юя, истязает себя диетами и штурмует шоу-бизнес...
А на кой хрен ему шоу-бизнес?!
Да тут и гадать нечего — ради него, конечно! У Цзи Юаня отродясь не было никаких связей в этой сфере!
Столько шума, столько драмы, подстроенный побег, да даже пощёчина — всё ради того, чтобы привлечь его внимание!
Шухуань сбился с мысли, и его выражение лица стало крайне озадаченным. Он воззрился на Цзи Юаня, а в голове пронеслась безумная догадка:
«Неужели... он настолько по мне сохнет?!»
Мысль о том, что Цзи Юань из кожи вон лезет, лишь бы удержать его рядом, неожиданно смягчила зачерствевшее сердце Шухуаня.
Ну а что? Достоинств у него хоть отбавляй, так что слепая страсть Цзи Юаня вполне закономерна — иначе с чего бы тот в своё время выкручивался из кожи вон, плетя интриги ради женитьбы?
Но методы, конечно, убогие...
Пока они играли в гляделки, Лу Цзюэсин привёл администратора, и дверь наконец отперли.
Щёлкнул замок. Оба одновременно повернули головы к выходу.
Цзян Юй влетел в кабинет первым делом, окинув Шухуаня быстрым взглядом: синяков нет, держится ровно, на избитого не похож.
Затем перевёл взор на Цзи Юаня. Тот чинно сидел на диване. За исключением перевёрнутого стула, никаких следов побоища.
Слава богу! Вовремя успели, до мордобоя не дошло.
Вслед за Юань Хуэйхуаном и Цзи Си вошёл Лу Цзюэсин. Он держался позади всех, за спинами спутников, но Цзи Юань всё равно мгновенно выхватил его лицом из толпы.
Это лицо было знакомо Цзи Юаню до последней черточки. При взгляде на него картины прошлого хлынули перед глазами удушливым потоком, от которого невозможно укрыться. Взгляд Цзи Юаня дрогнул.
Смятение уступило место глухой, щемящей грусти.
Впрочем... Судя по всему, Лу Цзюэсин его не узнавал.
Сам Цзи Юань внешней личины при перерождении не сменил. Если Лу Цзюэсин не подал ни малейшего знака, значит, его сходство с Фу Ло — всего лишь слепая случайность.
В конце концов, мир велик и полон чудес. Если уж сам он восстал из гроба, стоит ли удивляться существованию двух одинаковых лиц?
И всё же сердце унять так и не удалось.
Цзян Юй не стал допытываться, что за кошка пробежала между парнями. Он давно понял: у Цзи Юаня за душой полно скелетов. А раз тот молчит, значит, на то есть причины. В чужие тайны агент не лез.
Потерев кончик носа, Цзян Юй виновато ухмыльнулся:
— Главное, целы.
Переводя тему, он вздохнул:
— Хотел тебя с режиссёром Юанем свести, да уж какой тут ужин... Но ты не переживай, я потом с ним свяжусь.
Цзи Юань витал в облаках. Решив, что парень расстроился, Цзян Юй ободряюще хлопал его по плечу:
— Пустяки! Пойду переговорю с режиссёром, поедим в другом месте.
Цзян Юй и сам попал в такую передрягу впервые. Шухуань, Юань Хуэйхуан, Лу Цзюэсин, да даже этот Цзи Си — каждый из них был величиной, с которой скромному агенту тягаться не по зубам.
А если не можешь бодаться — уноси ноги. Подумаешь, обед сорвался!
Стратегия была выбрана мгновенно: бегство — лучшее средство.
Он сгрёб Цзи Юаня за локоть и затараторил, рассыпаясь перед режиссёром в дежурных извинениях:
— Режиссёр Юань, примите глубочайшие извинения! В такой обстановке никому не до разговоров, так что пусть стороны остынут. Я, пожалуй, заберу Цзи Юаня...
— Кого ты там забрал?! — мгновенно вспыхнул Инь Шухуань. Счёт с Цзи Юанем ещё не сведён, а этот проныра вздумал его увести?!
Цзян Юй под яростным взглядом сияющих очей Шухуаня невольно сглотнул. В голове мелькнула дурацкая мысль: «Чёрт, чувствую себя каким-то похитителем чужих жён... Он смотрит так, словно я у него благоверную силой отжимаю...»
Отпихнув заслонившего дорогу Юань Хуэйхуана, Шухуань в упор воззрился на юношу:
— Цзи Юань, это касается только нас двоих. Пока всё не выясним, ты отсюда ни шагу не сделаешь.
Цзи Юань наконец посмотрел ему прямо в глаза:
— И что именно ты хочешь решить?
Произнеся это, он передумал. Изначально говорить с Шухуанем он не намеревался — при очередном приступе приставаний планировал просто вырубить того точным ударом кулака.
Но внезапно в голове прояснилось.
Правда ваша: тянуть дальше бессмысленно. С узами, связывающими его с Инь Шухуанем, пора покончить.
Шёл третий месяц его жизни в этом времени. Он привёл тело в норму, обрёл работу и финансовую независимость. Единственной занозой оставался этот фиктивный брак.
— Цзян Юй, подожди снаружи, — произнёс Цзи Юань.
Он спокойно взглянул на Инь Шухуаня. Тот сообразил: парень хочет остаться тет-а-тет.
«Зачем решать это здесь? Дома нельзя? Или он опять что-то замышляет?!»
Убедившись, что буря миновала и участники конфликта готовы говорить без рукоприкладства, присутствующие неохотно потянулись к выходу.
Цзян Юй перед уходом пригнулся к самому уху Цзи Юаня:
— Слышь, ты только без рукоприкладства! Инь Шухуань нам не по карману, лечение потом не оплатим!
Замок защёлкнулся. В комнате воцарилась такая тишина, что слышно было бы, урони кто иголку.
Цзи Юань с абсолютным спокойствием опустился в кресло:
— Давай обсудим детали развода.
Лицо Инь Шухуаня исказилось:
— И о чём тут говорить? О твоих коварных пакостях?!
«Ну и дрянной у него характер...» — мысленно вздохнул Цзи Юань, игнорируя выпад.
Если сложить две жизни, он успел повидать немало. Шухуань для него — сопливый мальчишка, невоспитанный соседский сопляк, к которому разумно проявлять великодушие. К тому же Цзи Юань всегда был снисходителен к красивым людям.
Если бы только этот красивый человек умел держать язык за зубами.
Великодушный Цзи Юань мягко улыбнулся:
— У тебя два варианта, Инь Шухуань. Первый: ты говоришь со мной вежливо, и мы всё решаем по-человечески.
Сделав паузу, он выдержанно добавил:
— Второй: я вбиваю в тебя вежливость кулаками, а потом мы всё равно решаем всё по-человечески.
Прибегнув к языку грубой физической силы, он...
Шухуаня от такого тона аж перекосило:
— Ты как со мной разговариваешь?!
Но сразу после этих слов Инь Шухуань осёкся. До него только сейчас дошло, как странно повёл себя Цзи Юань при виде Лу Цзюэсина.
Хмыкнув, он спросил:
— А с Лу Цзюэсином ты когда успел свести знакомство?
— Тебя это не касается, — отрезал Цзи Юань. — Единственное, что нас связывало — штамп в паспорте. И скоро от него ничего не останется. Или ты больше не хочешь развода?
Сердце Инь Шухуаня почему-то сжалось от непонятной тревоги.
Что это значит? Судя по виду Цзи Юаня... он что, серьёзно?! Да как у него вообще рука поднимется?!
И тут Шухуаня озарило, отчего лицо его перекосило окончательно: «Твою же мать! Неужто он задумал дьявольский трюк с воссоединением?! Сперва развестись, а потом заново затащить под венец?! Сколько же у этого парня коварных планов?!»