Ли Чэнжуй пребывал в полном недоумении. Он только собирался принять душ и лечь спать, как от Пэй Аня пришло сообщение. Если точнее — рассылка руководящему костяку организации, тем, кто имел право голоса в принятии ключевых решений.
Даже не сняв белого халата, Ли Чэнжуй спешно направился в зал заседаний. Пэй Ань собрал их среди ночи, но не стал привлекать людей Сяо Сюэ, а значит, возникшая проблема находилась исключительно в их компетенции. Но что, чёрт возьми, могло стрястись в столь поздний час?
Едва Пэй Ань шагнул через порог, Ли Чэнжуй изменился в лице. От лидера веяло лютой угрозой, а в воздухе вокруг него отчётливо ощущался чужой, въедливый запах альфа-феромонов.
— Какой дрянной альфа посмел распустить перед тобой свои феромоны?!
Гнев Ли Чэнжуя был вполне оправдан. Как альфа, он мгновенно уловил висевший на Пэй Ане шлейф — агрессивный, удушливо-властный, пропитанный откровенным стремлением подавить и пометить.
— Потише, к чему так орать? — Пэй Ань немного смягчился. — Простите, что поднял всех среди ночи. Но те, кто чувствуют запахи, уже и сами всё поняли.
У Ли Чэнжуя ёкнуло сердце, а в глазах вспыхнул ужас:
— Это... Лу Чанхуэй?!
Пэй Ань всегда жёстко пресекал подобные вещи. Ни альфам, ни омегам в организации не дозволялось распускать феромоны без причины, а уж тем более швырять их в лицо лидеру. Пойти на подобную дерзость мог только один человек.
— У Лу Чанхуэя начался гон. Вместо того чтобы отправиться в изолятор, он выследил меня по дороге домой и попытался напасть. Слушаю ваши предложения: как будем с ним поступать?
Будь это времёна апокалипсиса, Пэй Ань не стал бы ни с кем советоваться — спустил бы курок на месте. Но времена изменились, и действовать по законам дикого прошлого он больше не мог. Хотя за все эти годы такое с ним произошло впервые.
— Босс, ты не ранен? — Ло Сысы, руководитель инженерно-энергетического сектора, подскочила к нему, тревожно осматривая со всех сторон.
— Если бы меня смог покалечить какой-то Лу Чанхуэй, мне стоило бы уйти на покой, — с лёгкой ухмылкой ответил Пэй Ань. — Он мне не соперник.
— Где этот ублюдок?! Я сам из него всю душу вытрясу! Хочу послушать, что эта тварь возомнила! — Хэ Дунь с такой силой грохнул кулаком по столу, что едва не расколол столешницу.
Хэ Дунь, как Пэй Ань и Ли Чэнжуй, был одним из тех, кто выжил в те далёкие годы. Он был старше молодёжи лет на двадцать и командовал всей боевой подготовкой. По уставу Лу Чанхуэй подчинялся напрямую ему.
— Я приказал запереть его в карцере, — пояснил Пэй Ань.
Подходя к базе, он не стал вводить Сье Юя внутрь, а вызвал А-Хуая, чтобы тот забрал нападавшего. Альфа в состоянии гона представлял реальную опасность, поэтому в целях безопасности Пэй Ань велел сразу отправить его под замок.
— Отлично! Идём в карцер. Я лично спрошу у этого мерзавца, что он себе возомнил! — Как единственный старший среди них, Хэ Дунь относился к этим ребятам как к родным детям, а потому его гнев буквально закипал.
Вся группа направилась к изолятору. По пути Пэй Ань воспользовался блокирующим спреем, выбрызгав на себя пару флаконов, чтобы окончательно перебить въевшийся запах чужих феромонов.
Пэй Ань ещё у дома временно лишил Лу Чанхуэя возможности двигаться и говорить при помощи ментальной силы и снял блок только сейчас, войдя в камеру.
Увидев безумный оскал задержанного, Хэ Дунь чуть не всадил ему сапогом в рыло:
— Собачье отродье! Каким же слепым уродцем я был, когда взял тебя к себе?!
Но Лу Чанхуэй даже не взглянул на него. Его взгляд, подёрнутый мутной пеленой фанатичной одержимости, был прикован исключительно к Пэй Аню.
— Пэй Ань... Ты же омега. Ты не сможешь устоять перед феромонами альфы в период гона. У тебя начнётся течка, и ты сам бросишься в мои объятия...
Пэй Ань даже закатывать глаза не стал — парень окончательно сбрендил. Стоя перед трибуналом, он продолжал тешить себя бреднями.
— Бессовестная дрянь! — выдохнула Ло Сысы. Она отродясь не умела ругаться, поэтому, густо покраснев, смогла выцедить лишь это.
Пэй Ань сделал шаг вперёд и остановился прямо перед Лу Чанхуэем.
— Я задам тебе только один вопрос, — спокойно произнёс он. — Ты помнишь клятву, которую давал?
То ли феромоны окончательно затуманили его рассудок, то ли клятву он в своё время давал сквозь пальцы, но слова присяги выветрились из его головы без остатка. Он лишь смотрел на Пэй Аня с жутковатым восторгом.
— Пэй Ань, я ведь правда безумно люблю тебя! Посмотри, ради тебя я засунул своё гордое «я» подальше и согласился быть всего лишь каким-то командиром отряда! А ты? Что ты сделал ради меня?! Почему я должен отдавать всё в одностороннем порядке?! Ты обязан отвечать мне взаимностью! Почему ты молчишь?!
Болезненная фиксация на Пэй Ане, умноженная на безумие гона, превратила его в законченного психопата. Он выбросил руку вперёд, пытаясь схватить Пэй Аня, но тот хладнокровно отступил на пару шагов, и пальцы Лу Чанхуэя рассекли пустой воздух.
— Я должен любить тебя только потому, что ты изволил влюбиться? — Пэй Ань презрительно усмехнулся. — Лу Чанхуэй, выбей уже из своей головы дурь о том, будто я тебе что-то должен. Я не обязан тебе ничем. Напротив, это я вытащил тебя с того света, так что хватит тешить своё эго. Выследить меня в период гона, подкараулить у дома и попытаться подавить феромонами, чтобы насильно пометить?
Раньше Пэй Ань полагал: даже если он не может ответить на чужую симпатию, её стоит уважать. Так учили его родители — если ты кому-то дорог, будь благодарен, ведь в глазах этого человека ты ценен. Но глядя на то, что творилось сейчас, Пэй Ань понимал: понятие «человек» к Лу Чанхуэю больше неприменимо.
— Зачем тратить на него слова?! — отрезав прорычал Хэ Дунь. Когда-то он лично учил этого парня водить малые корабли, но сейчас воспоминания вызывали лишь глухую тошноту.
— По уставу решение о наказании члена организации принимается голосованием не менее трёх членов совета, — ровным тоном произнёс Пэй Ань. — Здесь присутствуют четверо: я, А-Рэй, Сысы и дядя Хэ. Этого более чем достаточно.
Только в этот момент до Лу Чанхуэя наконец дошло: Пэй Аню на него абсолютно, бесповоротно плевать.
— И... что ты собираешься со мной сделать? — замялся он.
— Нарушение устава, самовольный выезд в период гона, нападение на главу организации, — ледяным голосом перечислил Ли Чэнжуй. — Вердикт — расстрел.
Слово «расстрел» подействовало как ушат ледяной воды. Забыв о сковывавшей его ментальной силе Пэй Аня, Лу Чанхуэй забился в отчаянных судорогах:
— Вы не можете меня убить! У меня есть заслуги перед организацией! Я проливал за вас кровь! Если вы прикончите меня, думаете, остальные не отвернутся от вас?!
Пэй Ань почувствовал накатившую усталость. У него больше не было сил спорить с этим безумцем.
Ли Чэнжуй аккуратно поддержал его за локоть и слегка сжал плечо:
— Иди. Я сам всё закончу.
Пэй Ань был на несколько лет младше его, Сяо Сюэ и Янь Юэ, но уже четырнадцать лет тащил на своих плечах эту тяжелейшую ношу. Пусть хотя бы сейчас, в этой грязной историйке, старший брат возьмёт удар на себя.
— Лу Чанхуэй, нападение на лидера — преступление, не имеющее прощения, — жёстко проговорил Ли Чэнжуй. Его привычная лисья ухмылка испарилась, уступив место пугающей суровости.
Вырваться из ментальных тисков Пэй Аня тело Лу Чанхуэя не могло, но рот его продолжал извергать яд:
— Вы поставили во главе организации омегу! Какое будущее может быть у такого сброда?! Омега — это просто ничтожество, обязанное скулить и подчиняться феромонам альфы!
Что ж, этот урод умудрился пасть в глазах Пэй Аня ещё ниже.
— Ты не способен разбить даже мою ментальную хватку, но смеешь рассуждать о превосходстве, — бросил Пэй Ань свою последнюю фразу. — Ты сегодня вылил на меня тонну своих феромонов. И что? Ты видишь хоть какой-то эффект?
Глупость, невероятная, беспросветная глупость.
Будь Пэй Ань действительно столь уязвим для альфа-феромонов, стал бы Фань Вэньхэ соблюдать с ним показное величие? Он давно натравил бы на него ораву альф, чтобы те задавили его запахом. Зачем бы ему тогда вообще сдался двести восемьдесят шестой корпус?
— А-Рэй, оставляю его на тебя. — Пэй Ань повернулся к выходу. У него не осталось ни сил, ни желания смотреть на этого человека.
— Формальности соблюдены. Иди отдыхать. Останешься на базе или поедешь домой? — спросил Ли Чэнжуй.
— Домой, — ответил Пэй Ань. У ворот всё ещё ждал Сье Юй.
— Возвращайся и как следует выспись. Ни о чём не думай, — Хэ Дунь ободряюще хлопнул его по плечу. — Ты отлично справился.
Ло Сысы крепко обняла его:
— Босс, ты у нас самый лучший! Мы верим в тебя и знаем, что идём за правильным человеком.
Оставив Лу Чанхуэя на Ли Чэнжуя и остальных, Пэй Ань пошёл к выходу. Сзади всё ещё доносились истеричные вопли:
— Если вы так поступите со мной, думаете, за вами кто-то пойдёт?! Не боитесь кары небесной?!
— Если за нападение на лидера не расстреливать, то завтра каждый второй начнёт бросаться на руководство, — отрезал Ли Чэнжуй. Он был чистым учёным, но это вовсе не означало, что он не умел спускать курок.
Разумеется, пускать пулю в лоб прямо сейчас никто не собирался. Утром, когда база проснётся, приговор зачитают перед всеми, с исчерпывающим перечнем улик и доказательств.
Выйдя к площадке, Пэй Ань увидел Сье Юя. Тот стоял, прислонившись к борту флайера в свете габаритных огней.
— Едем домой? — Сье Юй обошёл машину и обходительно распахнул перед Пэй Анем пассажирскую дверь.
Пэй Ань поблагодарил его и сел в салон.
Сье Юй закрыл дверь, занял водительское кресло и завёл двигатель.
Дорога проходила в молчании. Сье Юй ни о чём не расспрашивал, хотя Пэй Ань был уверен, что тот начнёт задавать вопросы. Заметив, что Пэй Ань то и дело поглядывает на него, Сье Юй спросил:
— Что-то не так?
— Тебе разве не интересно, как я поступил с Лу Чанхуэем? — вырвалось у Пэй Аня.
— Расстрел, — без малейшего колебания ответил Сье Юй.
Пэй Ань тихо ухмыльнулся:
— Откуда такая уверенность?
— Поступки Лу Чанхуэя тянут ровно на высшую меру.
Сье Юй занимал высокий пост и не впервые сталкивался с предательством. Единственное — он не ожидал, что в последний раз всё закончится взрывом флагмана, унёсшим жизни всех его людей.
— Всех изменников, кого мне доводилось ловить, я пускал в расход на месте. Без долгих разъяснений, за что именно они умирают, — спокоен был Сье Юй. — Пока человек идёт с тобой в одном строю — он соратник, которому можно доверить спину. Но стоит ему примкнуть к врагу, как все тайны и сведения в его голове превращаются в смертельную угрозу. Промедлишь с решением — накличешь беду.
Пэй Ань чуть склонил голову, разглядывая собеседника. В чём-то Сье Юй казался наивным: он никогда не видел отсталой Далёкой звезды и искренне полагал, будто вся Империя Райт процветает. В этом отношении его простодушие вызывало лишь улыбку. Но в вопросах человеческой природы и жестокой логики жизни он разбирался безупречно. Его слова зацепили Пэй Аня за самое живое.
— Сье Юй, — вкрадчиво проговорил Пэй Ань, — открывая мне такие вещи, ты не боишься, что если однажды мы окажемся по разные стороны баррикад... я ударю первым?