Бой только что завершился, и Лика вместе со своими людьми занялась зачисткой поля битвы.
В этот раз основная тяжесть схватки с пиратами легла на плечи бойцов, выведенных из галактики Молань. Под личным командованием Линь Беянь и при поддержке 258-го корпуса эти необстрелянные новенькие получили неоценимый боевой опыт.
Приходилось признать, что жесткие тренировки, устроенные Линь Беянь на базе 258-го корпуса, принесли плоды. После одного лишь этого сражения неопытные рекруты стали куда лучше понимать природу реальной войны.
— Калибр пиратских снарядов частично совпадает с нашим, — доложила Линь Беянь. — Я приказала перегрузить весь боезапас к нам. Что касается захваченного флагмана — он превращён в решето. Можно ли его восстановить, покажут результаты диагностики. Эскортный корабль повреждён слишком сильно, да и модель устарела, так что предлагаю пустить его на лом. А вот малые корабли и истребители после техобслуживания вполне сгодятся для боя.
Пэй Ань поднял чашку с кофе, но тут же поставил её обратно.
— Сколько времени у нас есть на отдых?
— В условиях маневренной войны чётких сроков нет, — ответила Линь Беянь. — Можем приводить себя в порядок без спешки. Главное — быть готовыми выступить по первому сигналу.
Пэй Ань потер виски. Последние пару дней силы словно вытекали из него. Он надеялся взбодриться кофе, но один лишь запах горячего напитка выкручивал желудок наизнанку.
— Сначала подготовь и покажи мне опись трофеев, — произнёс Пэй Ань. — Флагман я осмотрю лично. Если удастся его подлатать и модернизировать, наш флот станет чуточку сильнее.
— Поняла, — ответила Линь Беянь, однако, заметив его болезненный вид, не удержалась: — Председатель Пэй, может, вам лучше прилечь?
Пэй Ань лишь отмахнулся:
— Я и так сплю слишком много. От лишнего отдыха станет только хуже, лучше пройдусь.
И это было правдой: Линь Беянь прекрасно помнила, что Пэй Ань спал не меньше девяти часов в сутки. Но чувствовать вялость после полноценного сна для обладателя столь колоссальной духовной силы было как минимум неестественно.
— Тогда при первой возможности покажитесь врачу, — настояла Линь Беянь. Она не смела рисковать здоровьем командующего. — Что бы с вами ни было, медики разберутся лучше нас.
Пэй Ань кивнул. Впрочем, при мысли о врачах он невольно вспомнил о Маньчжу, которая умудрилась тайком пробраться на корабль и покинуть галактику Молань вместе с флотом.
Когда они уходили, людей набралось немало — вместимость трёх флагманов исчислялась пятизначными цифрами. Если бы Маньчжу не искали намеренно, Пэй Ань никогда бы не узнал, что она пряталась среди бойцов, благополучно добралась до базы 258-го корпуса и безвылазно просидела там в лаборатории несколько недель за очередным исследованием. А когда закончила работу и решила выбраться на поверхность, флот уже снова поднялся в космос.
В итоге Маньчжу связалась с Пэй Анем и перебралась на флагман «Глубокая Бездна».
Узнав, что доктор незаметно прожила на корабле несколько недель, Пэй Ань лишь беспомощно вздохнул и забрал её к себе. Теперь они часто разговаривали и обсуждали дела, что немного скрашивало бесконечную тоску межзвёздного перехода.
Вот только Маньчжу, даже зная об отношениях Пэй Аня и Сье Юя, всё равно не упускала случая заявить своё «фи» в адрес генерала. Её колкости не знали границ: от «переспал и сбежал, вот ведь чёрствый Альфа» до «полной маркировки всё равно не было, брось его и найди нормального».
Причём в качестве «нормальной замены» Маньчжу настойчиво предлагала то Линь Беянь, то Лику, отчего обе женщины при встрече с ней предпочитали спасаться бегством. Кто в здравом уме решится копать под маршала? Жизнь дорога каждому. К тому же достаточно было взглянуть на Пэй Аня, когда речь заходила о Сье Юе: этот нежный, затопленный любовью взгляд не оставил бы ни единого шанса ни одному ухажёру.
Впрочем, Маньчжу лишь чесала язык, а большую часть времени по-прежнему посвящала своей новой научной работе.
И не успел Пэй Ань выбрать минуту, чтобы зайти к ней на осмотр, как в его кабинет ворвалась Линь Беянь с экстренным донесением:
— Председатель Пэй, гражданское судно из галактики Лошуй передаёт сигнал бедствия! Мы запросили сводки у соседних секторов — ближе нас к ним никого нет.
Пэй Ань развернул карту звездного неба. Их флот находился в соседней системе, но, к несчастью, на самом её краю — в противоположной от Лошуй стороне. А судя по коду сигнала, дело не терпело ни секунды.
— Сколько времени займёт серия прыжков до точки бедствия?
Линь Беянь мгновенно провела расчёты:
— Пять стандартных часов.
Пять часов... За это время всё может сгореть дотла. Но сигнал исходил от граждан Империи Райт, и проигнорировать его они не имели права.
Вдруг успеют?
— Всем эскортным кораблям — занять стыковочные узлы флагманов! Малым судам и истребителям — срочно вернуться в ангары! Готовимся к экстренному гиперпрыжку! — отдал приказ Пэй Ань.
— Есть! — отчеканила Линь Беянь и схватила рацию.
Эскортные корабли закрепились на корпусах трёх главных гигантов — так экономилось топливо, к тому же лёгкие суда не выдержали бы серии прямых прыжков вне стационарных ворот. Захваченный пиратский флагман пришлось бросить прямо в космосе: на его ремонт ушли бы недели, а времени не оставалось вовсе.
За считаные минуты малые корабли и истребители на максимальной скорости заскочили в трюмы, а эскорт зафиксировался на внешней обшивочной броне.
Последовательная серия прыжков давала колоссальную нагрузку на организм. Экипажи замерли в креслах, до предела затянув ремни безопасности.
— До начала прыжка десять секунд, — зачитала Линь Беянь, фиксируя взгляд на мерцающем табло. — Девять, восемь, семь... три, два, один!
Три величественных флагмана превратились в три ярких луча, мгновенно растворившихся в ледяной бездне космоса.
* * *
Галактика Лошуй
На мостике патрульного корвета местной системы безопасности царило гробовое молчание. Офицеры переглядывались, не смея поднять глаз.
— Начальник... а нам точно не стоит вмешаться? — дрожащим голосом выдавил один из пилотов.
Густобородатый командир изо всех сил отвесил подчиненному пинок:
— Ты совсем с ума сбрендил?! Не видел, что у них два флагмана?! Два чёртовых флагмана! Нам туда зачем лезть — на убой?!
Бородач с яростью рванул на себя рычаг управления:
— Убираемся! Немедленно! Пока эти твари не повернули орудия в нашу сторону!
Три патрульных катера заложили крутой вираж и сломя голову бросились прочь от места трагедии.
* * *
Едва выйдя из гиперпространства, Пэй Ань тут же попытался выйти на связь с терпящим бедствие судном. На вызов никто не ответил.
Что означает тишина в эфире, понимал каждый.
Пять часов. Пять долгих часов — слишком огромный срок. За это время беспомощный гражданский транспорт мог превратиться во что угодно, и ни один из вариантов не сулил ничего хорошего.
В границах Империи Райт напасть на беззащитный транспортник могли только пираты. А эти головорезы милосердия не знали. Скорее всего... спасать там уже некого.
— Председатель Пэй, координаты судна зафиксированы. Готовить досмотровую группу? — тихо спросила Линь Беянь.
— Да. Стыкуемся немедленно.
Пэй Ань закрыл глаза, давя подступившее дурное предчувствие.
Флагман медленно приблизился к дрейфующему челноку, и после проверки на безопасность между кораблями протянулся герметичный переходный рукав.
Первыми на борт ступили вооруженные до зубов десантники.
Спустя минуту в динамике раздался голос командира группы:
— Корабль цел. Все узлы в норме... За исключением людей.
Докладывал бывалый ветеран, за плечами которого были десятки кровавых бойен, а на погонах поблёскивали шевроны старшего сержанта. Но даже этот закалённый боец никогда в жизни не видел ничего подобного.
На борту не осталось ни одного живого человека. Пассажиров терзали с исступленной жестокостью: им отрубали конечности, вырывали сердца, выкалывали глаза. Сержант споткнулся о тело капитана — грузного мужчины в некогда белом кителе — и не смог подобрать слов, чтобы описать увиденное.
Бедолага, видимо, пытался защитить людей и тем самым привёл пиратов в ярость. Обе его руки были размозжены в кровавую кашу вперемешку с обломками костей, вылезшие из орбит глаза застыли в немом крике дикой боли, а из живота торчало с десяток охотничьих ножей.
Пэй Ань ступил на борт:
— Есть выжившие?
Никого. Вырезали всех, вплоть до младенцев в колыбелях.
— Председатель Пэй... вам лучше взглянуть на это самому, — сержант не решился описывать этот кошмар вслух.
Пэй Ань прошёл в пассажирский отсек. Стена за стеной, переборка за переборкой — всё было заляпано густыми сгустками сохнущей крови и обрывками плоти. Вокруг не просматривалось ни одного целого тела. Тяжёлый, сладковатый запах бойни ударил в нос с такой силой, что у Пэй Аня подкатила тошнота.
Разве люди способны на такое?
Даже в страшные времена эпидемии он не видел ничего подобного. Твари рвали плоть ради пропитания, но здесь... здесь правили чистая, ничем не спровоцированная жестокость и садизм.
— В рубку. Снимите данные бортового журнала и записи с камер наблюдения, — пересилив подступивший к горлу комок и справившись с внезапной темнотой в глазах, распорядился Пэй Ань.
Техники уже подключались к терминалу.
Судно совершало межсистемный перелёт. Путь был спокойным, без происшествий, пока на въезде в галактику Лошуй транспортник не перехватили. Капитан сразу же подал сигнал бедствия. Журнал зафиксировал, что местная служба безопасности приняла вызов, но на связь так и не вышла.
«На нас напали! — кричал капитан в микрофон, пытаясь увести челнок из-под удара. — Просим помощи!»
Патруль просто отключил связь. Капитан посылал вызовы снова и снова, но ответом ему была лишь глухая тишина.
Куда гражданскому челноку тягаться с корсарами? Тем более когда у врага два тяжелых флагмана. Налётчики не стали уничтожать беднягу с орбиты — они взяли его в клещи и пошли на таранный причал.
Первым на защиту людей вышел совсем молодой паренёк-бортпроводник. В руках он сжимал импровизированный белый флаг, сооружённый из обрезка ткани и швабры.
— Мы сдаёмся! Пожалуйста, не стреляйте! — кричал он.
В ответ раздался лишь дружный хохот вооруженной орды.
— Не стрелять? Ладно, уговорил! Воспользуемся ножами! — верзила-пират вырвал у парня флаг, швырнул его в грязь, растоптал сапогом и с размаху вогнал лезвие юноше под рёбра.
— Сдаются они, ха-ха-ха! Вы только поглядите на этого наивняка! — хохотал головорез, вытаскивая окровавленный клинок и вонзая его снова и снова.
Бортпроводника полосовали не меньше тридцати раз. Но и этого садистам показалось мало: пират поднял с пола измазанную тряпку и с хохотом затолкал её прямо в рану умирающего:
— Держи, парень, я помогу тебе остановить кровь!
Пираты гоготали, наслаждаясь агонией. Парень скончался от страшной потери крови за считаные минуты.
Вторым перед бандитами встал капитан. Он запер пассажиров в салоне, а сам перекрыл собой единственный проход.
— Думаешь, эта дрянная дверь нас остановит? — глумились над ним налётчики.
Капитана сбили с ног, заставили смотреть, как закладка взрывчатки разносит переборку в щепки, а затем устроили над ним медленную показательную казнь.
А после началась ракханалия. Беззащитных людей резали, не разбирая ни пола, ни возраста. Тех, кто молил о пощаде, и тех, кто пытался драться, ждала одна участь.
Перед тем как снести голову последнему пассажиру, предводитель пиратов вальяжно подошёл к объективу рабочей камеры наблюдения. На его лице застыла глумливая, безумная ухмылка:
— Не скучайте там, на том свете. Мы пошлём вам замену. Один к десяти тысячам. Готовьтесь, уродцы... Планета Анмо скоро станет мёртвым комом грязи!
* * *
Пэй Ань резко повернулся к офицеру:
— Сколько до планеты Анмо?
— Десять минут прыжком. Или час на маршевом ходу.
— Оставить здесь спасательную команду для разбора завалов! Остальным — немедленно вернуться на флагманы! Курс на Анмо, экстренный прыжок!
Разница во времени была катастрофической. Судя по записям, пираты ушли четыре часа назад. Даже если они шли не спеша, то давно достигли цели.
На Анмо они уже опоздали...
Три флагмана снова разрезали пространство. Но на месте цветущего мира их встретил лишь пылающий в темноте шар.
— Всплываем! Спасательные работы! — раздался в эфире отчаянный приказ Пэй Аня.
На военных кораблях имелся запас защитных костюмов, но у них не было оборудования для ликвидации последствий химической и биологической атаки. В наличии имелось лишь несколько тысяч комплектов индивидуальной защиты и портативных дыхательных аппаратов.
Пэй Ань лично возглавил первую группу, спустившуюся на поверхность, параллельно отправив закупщиков к ближайшим торговым хабам за дополнительным снаряжением.
Пираты сбросили на Анмо бактериологическое оружие. Едва ступив на иссушенную землю, Пэй Ань увидел горы сожжённых, покрытых язвами трупов.
Заряд распыляли с воздуха боеголовками. Выжить под таким ударом было практически невозможно: зараза разила наповал, а взрывы сносили целые кварталы. И всё же надежда оставалась. Если выжил хоть один человек, они обязаны его найти.
Пэй Ань вёл людей сквозь ад, а Линь Беянь тем временем судорожно вызывала армейские части для поддержки.
В этот раз пираты провели филигранную операцию. После зачистки сектора силами Второго армейского объединения все уверовали, что с корсарами в Лошуй кончено, а мелкие банды не представляют угрозы. Но пираты лишь разыграли отступление, выманив регулярные войска из системы, а едва флот ушёл, ударили в незащищенный тыл, устроив беспрецедентную резню.
Спасатели разбирали завалы, прочесывали подземные переходы, станции метро, подвалы. Каждое найденное тело немедленно отправлялось в огневые крематории: никто не знал, какую именно дрянь распылили нападавшие, и единственный способ остановить эпидемию заключался в тотальном выжигании заразы.
Несколько тысяч спасателей — капля в море для планеты с миллионным населением. Анмо, как и DS009, была небольшой обжитой планеткой, славившейся своими курортами. По зимам здесь вспыхивало изумительное ночное сияние, и тысячи туристов со всего освоенного космоса съезжались сюда за романтикой.
Теперь сюда никто не приедет. Налётчики уничтожили всё: и сказку, и миллионы живых душ.
Пэй Ань потерял счёт времени. Внутри защитного скафандра стояла невыносимая духота, стекло смотрового щитка запотело от дыхания, а внизу живота разгоралась тупая, тягучая боль.
Она становилась всё сильнее, принуждая делать паузы. Пэй Ань остановился и прижался спиной к обугленному стволу дерева, хватая ртом воздух и стиснув зубы.
Почему так больно?
Мысль пронеслась на краю сознания и растаяла.
Сейчас не время жалеть себя. Его духовная сила здесь незаменима: она пробивала толщу бетона и земли, нащупывая живые сердца под завалами. Каждый найденный человек мог оказаться последним выжившим!
Переведя дух, Пэй Ань шагнул дальше. Его восприятие погрузилось глубоко под изломанный плитняк, проверяя каждый сантиметр.
Под маской его лицо стало смертельно бледным. Если бы не дыхательный клапан, закрывавший губы, спутники пришли бы в ужас от его бескровного вида.
Больно... Как же больно...
Боль внизу живота переросла в сплошную вспышку. Внезапно перед глазами всё поплыло, свет погас, и Пэй Ань рухнул на развалины.
— Председатель Пэй!
— Сюда, скорее!
— Врача! Срочно врача!
* * *
Из рук Сье Юя стакан неожиданно выскользнул и с оглушительным звоном разбился об пол. Осколки и вода разлетелись по всей комнате.
— Маршал? — Е Сюцзэ помахал рукой перед его лицом. — Что с вами? Вы будто сквозь землю провалились.
Сье Юй качнул головой:
— Ничего.
Он лишь крепко сжал челюсти. В груди на мгновение вспыхнула такая резкая, дикая боль, что, не упади стакан, генерал счёл бы это галлюцинацией.
— Пускай адъютант тут уберёт, а ты иди за мной в Совет, — Сье Юй не стал наливать новую воду, а просто подхватил висевший на спинке стула китель. — Да, и подготовь побольше высокоэнергетических пушек. Только без фанатизма, не дай бог наши кабинетные слизняки обосрутся с перепугу.
Сегодня он шёл в Парламент устраивать разнос.
До этого он уже успел перебаламутить половину штабов, и теперь чиновники наперебой орали о его самоуправстве.
Сье Юй на это лишь ухмылялся: «Закон? Моя сила — вот единственный закон, который вы поймёте».
Е Сюцзэ поспешил за ним:
— Не волнуйтесь, маршал, всё готово. Сегодня эти господа запомнят наш визит надолго.
* * *
Пэй Ань снился сон.
Он брел в непроглядной, густой тьме, но неподалёку теплился крохотный, невероятно мягкий огонек.
Почему-то этот свет казался ему родным и до слез трогательным. Пэй Ань протянул руку, желая прикоснуться к нему, и сделал шаг вперед.
Но огонек будто играл с ним: стоит приблизиться — он тут же отлетает в сторону.
«Почему ты не даешься?» — Пэй Ань упрямо шагнул следом. Чем дальше уплывал свет, тем сильнее ему хотелось сжать его в ладонях.
Искрящийся шар уворачивался, а Пэй Ань преследовал его. В какой-то момент огонек сорвался с места и помчался прочь. Пэй Ань прибавил ходу, твердо решив не уступать.
Ему даже стало смешно: надо же, взрослый человек, а ведет себя в собственном сне как дитя, гоняясь за солнечным зайчиком!
Но догнать его так и не удалось. Как бы быстро он ни бежал, искорка уносилась всё дальше и дальше, пока не истаяла в беспросветном мраке.
Пэй Ань прижал ладонь к груди. Сердце разрывалось от невыносимой, тоскливой боли.
За что? Почему так больно?
Тьма постепенно рассеялась. Сон отступил.
Пэй Ань открыл глаза и обнаружил, что лежит в медотсеке. Подле него на стуле сидела Маньчжу в белом халате.
— Сестра Маньчжу... что со мной? — тихо, с трудом сглатывая слюну, спросил он.
Маньчжу замерла. Она быстро отвернулась, смахнула слезу и лишь потом повернулась к нему:
— Пэй Ань... ты знал, что был беременным?
Беременен?
Зрачки Пэй Аня расширились.
Они спали со Сье Юем лишь единожды — перед самым отлётом маршала на Главную звезду. Но у него не было гона, его репродуктивный орган не раскрывался, Сье Юй не оставлял там семя! Как он мог забеременеть?!
— Сестра, ты же шутишь?.. — уголками губ попытался улыбнуться Пэй Ань.
Маньчжу не выдержала, и из её глаз брызнули слезы:
— Пэй Ань, твой организм изначально не был приспособлен к вынашиванию. То, что ты вообще смог зачать — настоящее чудо... Но ребенка больше нет. И родить ты больше никогда не сможешь.
Пэй Ань замер. Он медленно приподнялся на локтях, тяжело дыша:
— Сестра... я ведь просто сплю, да? Это дурной сон?
Маньчжу закрыла лицо руками, тихо всхлипывая.
Пэй Ань долго лежал без движения. Затаив дыхание, он опустил дрожащую ладонь на живот. Там... еще недавно билась новая жизнь. А теперь там была лишь пустота.
Почему?..
— Сестра... почему я не смог его уберечь? Я же следил за собой, я тренировался каждый день, я же крепче большинства людей... Почему я не удержал своего малыша?! — его голос сорвался на хриплый плач.
Но где-то глубоко внутри он понимал жестокую правду. Это тело принадлежало прошлым хозяевам, чей родной отец с детства пичкал сына экспериментальными дрянями. Организм был подорван с самого начала. И пусть после перерождения Пэй Ань смог укреплять форму, проявившийся с задержкой статус Омеги он никогда не проверял у специалистов. Он даже не догадывался, насколько поврежден его репродуктивный орган.
А потом был ад на Анмо. Воздух, пропитанный вирусной дрянью, ядовитый смог, страшное напряжение... Бедный, некрепкий зародыш просто не имел шансов выжить в этом кошмаре.
Но это был его ребёнок! Его плоть и кровь, его продолжение... Словно они с Пэй Жуюй — одна кровь, одна судьба...
В этот момент в медотсек вошла Лика с пиалой горячей рисовой каши. Увидев молча умывающегося слезами Пэй Аня, она едва удержалась от рыданий.
— Председатель Пэй... поешьте немного.
Пэй Ань медленно перевёл заторможенный взгляд на Лику. Он протянул руки, взял пиалу и в несколько судорожных глотков опустошил её.
— Лика, принеси мне чистую форму. Я выхожу.
Маньчжу и Лика в один голос воскликнули:
— Нет!
— Тебе нельзя вставать! Ты в ужасном состоянии! — Маньчжу попыталась уложить его обратно на койку.
Пэй Ань мягко, но непреклонно отвел её руку.
— Сестра Маньчжу, я обязан встать.
Он посмотрел ей прямо в глаза:
— Мне бесконечно жаль, что я так и не увидел своего ребёнка. Но ублюдки, которые убили его и миллионы других людей, всё ещё ходят по этой земле. Я не могу сидеть сложив руки ни секунды.
Он слишком хорошо знал, каково это — терять близких. И он сделает всё, чтобы защитить остальных от этой боли.
— Лика, форма.
Лика сжала зубы, повернулась и бросилась в каюту Пэй Аня.
Пэй Ань поднялся с койки. Он подошёл к умывальнику и долго ледяной водой смывал с лица следы слез. Когда от печали не осталось и следа, он облачился в отглаженный китель, выпрямил спину и твердым шагом вышел из медотсека.