— Что такое? Хочешь сказать, паршиво нарисовано? — Пэй Ань с угрозой прищурился. Скажи Сье Юю хоть слово в подобном духе, и ему точно несдобровать.
— Нет-нет, что ты! — поспешно возразил генерал-майор.
Он просто...
— Я в полном восторге! — Ухватившись за эту мысль, он кивнул: — Да, именно, это приятный сюрприз!
Пэй Ань, конечно, глупцом не был и прекрасно разгадал его незамысловатую уловку. Протянув руку, он коснулся красного цветка — краска уже успела высохнуть.
— Раз это тебе, держи крепко, — Пэй Ань сдёрнул фартук и сунул его в руки Сье Юю, а взамен забрал толстовку. — А твой подарок я беру себе.
Так они и обменялись дарами.
Обедали в столовой приюта. После трапезы Пэй Ань велел Сье Юю подвезти его к базе, а самому отправляться домой.
Все приготовления к отпору врагу были завершены, но сидеть без дела Пэй Ань не привык — на базу он отправился лишь для того, чтобы выполнить часть работы наперёд.
После недавнего жара он отдава́л себе отчёт: предстоящий гон будет невероятно тяжёлым. Враги застыли в хищном ожидании, и у него нет права запереться в изоляторе наедине с сиделками-роботами. Он обязан оставаться на ногах и быть в строю по первому же требованию.
Сохранись в эту межзвёздную эпоху хоть один древний храм или святилище, Пэй Ань, пожалуй, зажёг бы благовония — вдруг высшие силы смилостивятся и избавят его от этого проклятого невезения?
То, что гон настиг его в самый критический момент, вызывало жгучее желание довериться хоть суевериям, лишь бы переломить судьбу.
Впрочем, суеверия здесь бессильны — иначе неустанные молитвы Джошуа давно принесли бы плоды. Чтобы благополучно пережить гон, оставалось полагаться исключительно на науку.
А наука предлагала три пути: найти Альфу, который прокусит железу и поставит временную метку; завалиться в постель с Бетой, чтобы сбросить напряжение; или вколоть подавитель.
Первые два варианта Пэй Ань отпнул без колебаний, остановившись на третьем.
В запасах, переданных Фань Вэньхэ, оставалось пять пригодных ампул. Подавители стоили на вес золота, но сейчас настал именно тот крайний случай. Сегодня Пэй Ань намеревался забрать один укол с собой: если тело начнёт подводить, он тут же введёт препарат и заглушит реакцию организма.
Учитывая ценность препарата, Маньчжу спрятала его в сейф высшей степени защиты, заперев на биометрический замок, который подходил только Пэй Аню.
Но даже имея под рукой лекарство, женщина не находила себе места:
— Сердце не на месте, Пэй Ань. Гон в этот раз будет страшным. Будь осторожен, прошу тебя, осторожен вдвойне!
По медицинской статистике ни один Омега не способен исключительно на силе воли выносить гон на протяжении восьми лет. Естественные потребности нельзя бесконечно загонять внутрь: не имея выхода, давление лишь нарастает, и с каждым разом приступ будет всё разрушительнее.
Покачав в пальцах ампулу, Пэй Ань ухмыльнулся:
— Сестра Маньчжу, подавитель у меня. О чём ещё переживать?
— Не знаю, — хмурилась она. — Тревожно мне. И правое веко дёргается — к худу.
— Левый глаз дёргается — к богатству, а правый — к чертям собачьим всю эту суеверную чушь, — отрезал Пэй Ань.
Маньчжу только и оставалось, что лишиться дара речи. Что ж, вполне в его духе: Пэй Ань, стихийный материалист до мозга костей.
— Ладно-ладно, забудь. Занимайся своими делами, а я пойду в лабораторию посижу, — увёл тему Пэй Ань.
Маньчжу тут же сгребла его за рукав:
— Какая ещё лаборатория?! Никаких лабораторий!
— Сестра Маньчжу, я всего на три часика... Ну хорошо, на два! — Он показал два пальца.
Она решительно загнула его пальцы обратно и строго чеканно произнесла:
— У тебя только-только спала температура. Никаких нагрузок! Пошёл домой, марш в кровать!
Пэй Ань несмело выпростал один палец:
— Ну хоть на часок, а? — Без работы его охватывала гнетущая пустота.
Маньчжу непреклонно вдавила и этот палец:
— Сейчас же! Немедленно! Возвращайся домой и отдыхай. Я велю И Жуй присмотреть за тобой и довести прямо до дверей.
Заболевшему злостному нарушителю режима отрезали любые пути к отступлению. Маньчжу без лишних церемоний выставила его с базы.
Получив от начальства суровый инструктаж, И Жуй теперь не спускала с него глаз, точно конвоир с беглого каторжника. Словно он собрался выпрыгнуть из машины на ходу!
— И Жуй, перестань так на меня таращиться. Не убегу я. — Да и куда ему бежать?
Девушка лишь отвернулась, уставившись на дорогу:
— Брат Пэй, я вмиг доставлю тебя домой!
—... Спешить вообще-то необязательно, — вздохнул он.
И Жуй довезла его до самой квартиры, зашла внутрь, выудила из холодильника баночку газировки и лишь после этого отправилась обратно на базу. Впрочем, даже лишившись доступа к лаборатории, Пэй Ань сидеть без дела не намеревался и тут же вытащил персональный коммуникатор, погрузившись в дела.
Из своей комнаты вышел Сье Юй. Услышав шорох, он удивлённо приподнял брови:
— Ты же говорил, что вернёшься только к вечеру?
— Меня выгнали, — буркнул Пэй Ань.
В глазах Сье Юя мелькнула смешинка. Надо же, такой решительный и непреклонный человек, привыкший отдавать приказы, оказался совершенно бессилен перед собственными подчинёнными.
— Что приготовить на ужин? — Генерал-майор бросил взгляд на часы: время и впрямь подходило к вечеру.
— Повар у нас Мастер Сье, так что Мастеру Сье и решать, — ответил Пэй Ань, с готовностью самоустраняясь от кулинарных вопросов.
— Похоже, тебе понравились тушёные свиные рёбрышки с томатами, — размыслил Сье Юй. — Сделаем ещё раз? В холодильнике как раз остались помидоры и мясо.
— Идёт. Удачи, Мастер Сье, — одобрительно кивнул Пэй Ань.
Сье Юй поперхнулся словами. Утром он был «учеником Сье», теперь превратился в «Мастера Сье»... Полномочия и статусы менялись с неимоверной скоростью.
— Кстати, Сье Юй! — окликнул его Пэй Ань. — Надень-ка тот фартук, что я тебе нарисовал.
Спокойствие на лице генерал-майора дало трещину.
Он — Альфа ростом за метр девяносто! Настоящий здоровый мужик! И разве подобным суровым воинам пристало носить такие миленькие фартучки?!
Со времён средней школы у этого самого здорового мужика по фамилии Сье в обиходе не было вообще ничего, что хоть отдалённо можно было бы назвать «милым».
Пэй Ань невинно хлопнул ресницами:
— Тебе что, не нравится, как я нарисовал?
Его тёмные глаза лучились мягким светом. Лишённый привычной жёсткой ауры и резкости, Пэй Ань сейчас выглядел донельзя послушным и кротким.
Хотя слово «послушный» сочеталось с человеком, способным одним ударом отправить Альфу в нокаут, примерно так же, как собачий фартук — с боевым генералом.
Под этим чистым, пытливым взглядом Сье Юй почему-то не смог промолвить ни слова против. Возражения, уже подступившие к горлу, пришлось проглотить обратно.
Покорившись судьбе, он достал утренний «шедевр» с пёсиком, завязал тесёмки на поясе и покорно поплёлся на кухню тушить рёбрышки.
Глядя ему вослед, Пэй Ань едва заметно ухмыльнулся.
Но уже в следующий миг губы его снова сжались в тонкую линию. Достав нейтрализующий спрей, он щедро распылил его вокруг себя.
Нынешний гон и впрямь отличался от предыдущих: время ещё не пришло, а феромоны уже перестали подчиняться контролю и просачивались наружу.
На ужин, помимо тушёных рёбрышек, Сье Юй подал два лёгких овощных блюда.
Пэй Ань заподозрил, что тот готовил по нормативам диетического питания для выздоравливающих — всё получилось нежным, с минимальным количеством соли и масла.
Он целую вечность не ел ничего столь «здорового».
Впрочем, получилось действительно вкусно: мясо разварилось настолько, что легко отходило от косточек, пропитавшись сочным томатным соусом.
— Сье Юй, абсолютно искренне скажу: когда выйдешь на пенсию, открывай ресторан — от клиентов отбоя не будет, — заметил Пэй Ань.
Тот сейчас был генерал-майором, а к отставке, глядишь, дорастёт и до генерал-лейтенанта. Сослуживцев у него много, так что постоянная клиентура обеспечена.
— Если наступит день, когда мои услуги армии больше не понадобятся, открыть ресторан будет неплохой идеей, — улыбнулся Сье Юй.
Вот только Империя Райт за пятьдесят лет с момента основания накопила такой ворох проблем, что служить ему, скорее всего, придётся до самой гробовой доски.
После ужина Сье Юй снова достал градусник и вознамерился измерить Пэй Аню температуру.
Тот даже опешил:
— С чего ты взял, будто у меня снова жар?
Не перебарщивает ли генерал с опекой? В конце концов, гон грозит именно ему, а нервничает почему-то Сье Юй.
— Прибор покажет точнее, — возразил Сье Юй, продезинфицировал градусник и протянул ему.
Сдавшись, Пэй Ань сунул его под мышку и сухо заметил:
— Тяжко тебе приходится, Сье Юй.
— А? — не понял тот.
— Столько обязанностей на тебя свалилось: приходится ещё и медиком подрабатывать.
Утром — ученик Сье, днём — Мастер Сье, а к вечеру уже Доктор Сье.
Сье Юй усмехнулся:
— Приходится стараться, чтобы задобрить кредитора. Авось и долг немного спишет.
С каждым днём они сближались всё сильнее. Прежде между ними стояла незримая стена, но теперь эта граница постепенно стиралась, уступая место естественной, лёгкой простоте.
Сье Юю искренне нравилось проводить время с Пэй Анем, но в душе всё чаще шевелился тревожный вопрос: как долго это продлится?
Когда за ним прибудет собственный флот, как поступит Пэй Ань? Не возненавидит ли его?
Тем временем прибор подал сигнал. Тридцать шесть и четыре — абсолютная норма.
— Говорил же, что всё в порядке, — Пэй Ань показал результат.
Сье Юй забрал градусник, с обработкой убрал его в футляр и хмыкнул:
— Что ж, экстренно вызывать Маньчжу не придётся.
Закончив с процедурами, Сье Юй удалился к себе.
Днём, пока Пэй Ань был дома, у него не имелось возможности выйти на связь со своими людьми. Теперь же, когда хозяин квартиры ушёл в спальню, генерал-майор наконец смог связаться с подчинёнными.
Донесения оказались весьма тревожными. Доверенным лицам удалось выяснить: 286-й корпус действительно направил корабль в галактику Молань. Сюда шёл флагманский крейсер, цель которого оставалась неизвестной, однако приказов из Высшего военного командования на сей счёт не поступало.
Если поход не был санкционирован сверху, значит, речь шла о самоуправстве. Связи в армейских кругах переплелись в тугой узел, и некоторые подразделения, близкие к аристократии, фактически превратились в карманные армии крупных родов, готовые исполнять любые капризы знати. И 286-й корпус являлся ярчайшим тому примером.
То, что Фань Вэньхэ сумел привлечь 286-й корпус — пусть даже речь шла об одном-единственном флагмане — свидетельствовало о размахе его связей. Его влияния явно хватало на масштабные авантюры, и недооценивать его было нельзя.
Приставить боевой корабль к выполнению частного заказа в эдакой глуши — Сье Юй сомневался, что Фань Вэньхэ сделал это за счёт одного лишь личного обаяния. За этим стояло нечто куда более ценное.
[Соберите все данные. Землю ройте, но узнайте истинные причины]
Самовольное выдвижение войск в обход устава считалось тягчайшим воинским преступлением.
И если расследование подтвердит худшие опасения, Сье Юй без колебаний устроит чистку в собственных рядах.