Закончив установку дронов-камикадзе, корабль взял курс обратно на планету DS009.
Сутки напролёт они дрейфовали в открытом космосе. Обед свелся к перехваченному на ходу тюбику с нутриентным гелем. Лишь ближе к вечеру, уже вернувшись на базу, Пэй Ань вдруг вспомнил недавние слова Сье Юя. Первоначальный план перекусить в местной столовой мгновенно улетучился. Чуть помешкав, он вытащил коммуникатор и набрал короткое сообщение.
«Я закончил с делами. Скоро буду дома».
Ответ от Сье Юя прилетел почти мгновенно:
«Тогда я приготовлю ужин и буду ждать тебя».
Пэй Ань устало потёр переносицу. Ощущение некоторой неправильности происходящего становилось всё навязчивее.
«Разве подобная переписка подобает спасителю и его временному прислужнику?»
Впрочем, раз уж Сье Юй так горит желанием стоять у плиты, глупо отказываться. Честно говоря, готовил тот восхитительно — домашняя стряпня на одного-двоих в любом случае выигрывала у пресного конвейера из базовской столовки.
— Ты чего, без ужина? — Ли Чэнжуй удивленно хлопал глазами, следя за тем, как Пэй Ань достает ключи от аэрокара. — А-а, понял-понял! Дома-то ждет кто-то, да? Эх, когда тебя кто-то ждет — совсем другое дело!
Пэй Ань одарил его тяжелым взглядом:
— Хватит херню нести.
Разохался тут, балабол.
Ли Чэнжуй лишь довольный расплылся в улыбке, провожая взглядом рванувший с места автомобиль. Засунув руки в карманы и напевая под нос незамысловатый мотивчик, он неторопливо поплелся к общепиту.
Будучи альфой — к тому же молодым, чертовски перспективным и уже успевшим закрыть кучу сложных проектов, — Ли Чэнжуй не был обделен спесью, присущей его типу. Обычно эта гордыня выражалась в святой уверенности, будто ни один другой альфа и в подметки ему не годится по части харизмы. Однако сегодня он готов был великодушно признать: у Сье Юя имелся свой особый шарм.
Альфа, умеющий стряпать — это мощнейший козырь. Если уж Пэй Ань, абсолютно неприхотливый в еде человек, сдался на милость его кулинарного таланта, то Ли Чэнжую тут точно нечего было противопоставить.
И был еще один момент, в котором он заведомо проигрывал: сам Ли Чэнжуй воспринимал Пэй Аня как лидера организации, верного друга и младшего брата, но никак не в качестве потенциального любовника.
А вот с точки зрения заботливого приятеля и названого брата, Сье Юй выглядел весьма нескверно. Как минимум, тот был лишен большинства мерзких замашек, свойственных альфам. Ну и, конечно же, потрясающе готовил.
Получив известие о том, что Пэй Ань вернется к ужину, Сье Юй мгновенно выбросил из головы мысли о банальной лапше быстрой сборки и, закатав рукава, принялся за пиршество.
Громкое слово «пиршество», конечно, отдавало преувеличением — Сье Юй не претендовал на уровень шефов из элитных ресторанов, а просто стряпал душевную домашнюю еду, которую любил Пэй Ань.
Переступив порог дома, Пэй Ань с порога вдохнул упоительные ароматы. Заглянув на кухню и застав Сье Юя за приготовлением целого калейдоскопа блюд — словно тот ждал с визитом высокого министра, — Пэй Ань на мгновение усомнился: он отсутствовал пару дней или парочку десятилетий?
— Придется еще капельку подождать, говядину надо протомить подольше. Иди пока отдохни.
Сье Юй, сжимая в руке лопатку, расплылся в такой радостной улыбке, что едва не пустился с этой самой лопаткой в пляс.
— Ладно, я пойду приму ванну.
Работая сутками без продыху, Пэй Ань мечтал лишь о горячей воде, способной растопить сковавшую тело усталость.
На планете DS009 заметно похолодало. Прежняя домашняя одежда стала слишком легкой, поэтому Пэй Ань перерыл шкаф, выудив фланелевый комплект поплотнее. Уже на пути в ванную он внезапно развернулся и прихватил с собой пару баллончиков со спреем-блокатором.
Сбросив погрубевшую форменную рубаху и брюки, он шагнул под горячие струи. Иззябшее, стройное, но натянутое, как струна, тело отозвалось мгновенным блаженством. На тонких ключицах покоился кулон, подаренный Ло Сысы: алый кристалл завораживающе вспыхивал в лучах светильника.
Пэй Ань коснулся пальцами камня, ограненного в форме цветка сливы. Это не имело ничего общего с банальными рубинами или сапфирами — перед ним лежал ценнейший энергетический кристалл. Всего один-единственный грамм этой породы таил в себе колоссальный объем энергии, в разы превосходящий стандартное топливо Империи Райт.
Наткнулся он на него совершенно случайно, и именно благодаря этой находке сумел скопить состояние, обеспечившее жизнедеятельность всей своей организации. По сути, этот кристалл являлся его главным финансовым покровителем.
Пэй Ань нарек его Камнем Звёздного Огня — Синхо.
Он не стал сбывать Синхо как банальное сырье, а применил тактику искусственного дефицита, превратив кристаллы в эксклюзивные драгоценности. Торги шли на караты, исключительно через аукционы. Население Империи Райт исчислялось миллиардами, а уж богатеев водился пруд пруди. Пэй Ань точечно продавал эти украшения верхушке общества, сделав Синхо неоспоримым символом колоссального богатства и власти.
Пэй Ань отродясь не носил цацек, но Синхо был особым случаем. Папочку-спонсора нужно было чтить.
Вымывшись, Пэй Ань щедро обработал ванную спреем-блокатором. Приближение гона подбиралось всё ближе, и это было чертовски паршиво. Не обработай он всё вокруг как следует, Сье Юй мгновенно уловит его феромоны.
Не будь обстановка настолько натянутой, Пэй Ань без лишних нервов заперся бы на пару-тройку дней в бункере на базе, спокойно пережидая пик. Тяжело, разумеется, но всяко лучше, чем разгуливать живым флаконом с духами.
Главной проблемой оставался Сье Юй. Пэй Ань доверял его порядочности, но вот к проклятой физиологии альф и омег доверия не питал ни на грош. Поэтому он высадил в воздух оба баллончика целиком, оросив себя с головы до ног, без единого пропущенного миллиметра.
Вот теперь надежно.
Ужин состоял из трех блюд и одного супа: свинина с ароматом рыбы, острая курочка с двумя видами перца, древесные грибы, обжаренные с ямсом, и классический томатный суп с яйцом.
Усевшись за стол, Пэй Ань воровато втянул носом воздух. Божественный аромат! И надо же — оба люди, а какая пропасть в способностях.
Домашняя рубаха Пэй Аня застегивалась на пуговицы, и верхняя оставалась расстегнутой. Стоило ему потянуться палочками к тарелке, как из-под ворота выскользнул алый всполох.
Рука Сье Юя с зажатыми палочками замерла в воздухе.
Проживая с Пэй Анем под одной крышей, наблюдая за его спартанской ванной — где не водилось ничего, кроме минимального набора уходовых средств, — Сье Юй отлично знал: тот терпеть не мог бирюльки. Любые безделушки лишь мешали бы его стремительному ритму жизни.
Но сегодня на его шее красовался кулон.
Сердце Сье Юя неприятно сжалось.
Это же Пэй Ань! Тот самый Пэй Ань, что держал в страхе Главное административное управление и крушил бандитские группировки, жесткий, решительный и не ведающий сомнений! Кто… кто смог заставить его надеть вещь, которую тот в жизни бы не нацепил по доброй воле?
К тому же он только из душа. Выходит, даже смывая грязь, он не снял цепочку. Насколько же сильно надо дорожить этим подарком?
Сье Юй погрузился в мрачные думы. Неужели даже недосягаемый, ледяной цветок на вершине утеса подвержен простым людским слабостям?
Но даже если Пэй Ань решил сойти к смертным… у этого дерзкого смертного должна же быть хоть капля самообладания! Неужто любой проходимец смеет тянуть к нему руки?
Пэй Ань уже прикончил добрую половину своей порции, а пиала Сье Юя оставалась нетронутой. Тот сидел, занеся палочки над едой, с бесконечно горьким, сиротливым видом.
Пэй Аню даже показалось, что Сье Юй стал смахивать на пса. На брошенного, бездомного пса.
— Эй, о чем задумался? Еда остынет.
Голос Пэй Аня вырвал Сье Юя из омута глухой, непонятно откуда взявшейся тоски.
— Извини, отвлекся... Налопаюсь сейчас!
Сье Юй привык действовать решительно: сказано — сделано. Он принялся орудовать палочками с такой скоростью, что полпиалы исчезло в мгновение ока.
Пэй Ань молча проследил за этим перформансом.
«М-да... Чудная душа — чужие потёмки».
Пожалуй, идеальных людей не бывает. Раз уж Сье Юй умудрился стать гениальным командующим и отличным кулинаром, фатальный сбой в мозгах на других направлениях был неизбежен.
Сье Юй так и остался вязнуть в кошмарном липком вопросе: «Чье же украшение красуется на его шее?», а Пэй Ань отродясь не отличался болтливостью. В итоге трапеза прошла в гнетущем, рекордном для их дома безмолвии.
— Пойду прилягу. Без экстренной нужды не буди, — бросил Пэй Ань.
Бессонные ночи и непрерывная работа мысли истощили его ментальные резервы. Организм требовал глубокого, беспросветного сна.
— А... Да, хорошо, конечно, — пробормотал Сье Юй, всё ещё пребывая где-то в параллельной реальности.
Играть в психотерапевта для внезапно скисшего альфы Пэй Ань не собирался. Заперев дверь спальни, он рухнул на кровать и мгновенно отключился.
Сон затянулся. Впервые за долгое время ему приснился отец.
Вернее... отец прежнего владельца этого тела.
Того паренька тоже звали Пэй Анем. Но в отличие от грозного выживальщика из погибшего мира, пробивавшего себе дорогу сквозь ад апокалипсиса, этот «Пэй Ань» был до нелепого хрупким и слабым.
Когда дух настоящего Пэй Аня переродился в этой плоти, прежний хозяин уже испустил последний вздох. Вызванное ментальным расстройством угасание не оставляло шансов — оставалось лишь мучительно ждать конца. Маленький «Пэй Ань» плакал на руках у отца, шепча через силу, что ему слишком больно и он улетает к далеким звездам.
Пэй Ань видел гибель мальчика со стороны, а в следующий миг... распахнул его глаза.
В этом взгляде не осталось и капли детского простодушия — лишь ледяная мудрость и усталость воина, прошедшего сквозь кровавые жернова.
Воскрешение только что скончавшегося дитяти смахивало на дурной кошмар. Пэй Ань сразу понял, что не сумеет сыграть наивного ребенка, и честно признался, что он — совсем другой человек.
Любой иной родитель, у которого на руках только что умер сын, а в его оболочку тут же вселился незваный дух, сошел бы с ума от горя и гнева. Но отец маленького «Пэй Аня» поступил иначе.
Пэй Ань до сих пор помнил тот голос. Такой нежный и теплый, что в его звучании полностью растворились воспоминания о клокочущем аду, гнили и крови сгоревшего мира.
— Ничего страшного... Тебя ведь тоже зовут Пэй Анем, правда? Вы тезки. Мой малыш ушел, и тут же появился ты... Наверное, ты — подарок, посланный мне небесами.
Оболочка прежнего хозяина находилась в ужасающем состоянии. Пэй Ань обладал титанической ментальной силой, но физическое тело было немощным до тошноты. В те дни отец отдавал все силы, заботясь о беглеце с того света. Лишь благодаря этой нежности Пэй Ань выкарабкался, оклемался и постепенно приступил к тренировкам.
В космическую эру продолжительность жизни возросла многократно. Отцу исполнилось уже за пятьдесят, однако выглядел он совсем молодым человеком — лет двадцати пяти с виду.
Называть «папой» юношу на вид Пэй Ань бы ни за что не смог. Лишь узнав реальный возраст мужчины, он, преодолевая неловкость, заставил себя произнести это слово.
На корабле «Богиня Света» вечно толпился народ; упрямствуй он и дальше — обман разоблачили бы в два счета. Всё-таки далеко не каждый способен переварить дичь вроде реинкарнации и поселения чужой души в чужом трупе.
Отец прекрасно готовил. В выжженном апокалипсисом мире о вкусной еде не приходилось и мечтать, так что после перерождения Пэй Ань с головой ушел в праздник живота.
Во сне у него разыгрался аппетит. Пожевав губами, он сквозь сон потянулся к призрачным лакомствам.
— Я хочу есть... пап...
«Ты приготовишь мне что-нибудь вкусненькое?..»
Сье Юй так и застыл над кроватью, не успев распрямиться.
Надо же: сам ещё ни разу ни с кем не встречался, а уже записался в отцы.