Увидев знакомый силуэт Жуань Ии, обессиленный и измученный Идэ на мгновение замёрз, не веря собственным глазам. Но уже в следующее мгновение он сорвался с места и устремился к нему.
Сдавленный, полный слёз крик: «Брат!» — отозвался в груди Жуань Ии болезненным трепетом. Не успел он проронить и слова, как юноша налетел на него и отчаянно прижался, уткнувшись лицом в плечо.
Идэ всхлипывал прямо у его уха. Пережив кошмар смертельной разлуки, прежде колючий и упрямый подросток теперь отбросил всю спесь, выплёскивая наружу захлестнувшее его отчаяние:
— Брат, ты ведь не хочешь уходить?! — Он сжимал Жуань Ии в объятиях с такой силой, будто боялся, что стоит ослабить хватку — и тот испарится, оказавшись лишь призрачной иллюзией.
Идэ изо всех сил пытался взяться в руки, не желал выглядеть слабым, но голос предательски срывался на рыдания:
— Зачем ты так?! Жертвой должен был стать я! И умереть должен был я!
— Пойдём отсюда!
— Сбежим вместе, прошу тебя!
Чувствуя знакомый, родной запах брата, Идэ захлёбывался слёзами.
Сбежать! Им нужно просто сбежать, наплевать на всё остальное! Ничто в мире не имело значения, пока Ии оставался рядом.
Жуань Ии появился слишком внезапно. После бесконечных часов безнадёжного ожидания Идэ казалось, что у него начались галлюцинации. Не дождавшись ответа, он сжал объятия ещё крепче — только эта реальная тяжесть помогала поверить, что морок не рассеется.
И тогда над самым его ухом раздался мягкий, тихий шёпот. Голос брата звучал до того нежно, будто всё происходящее и впрямь было лишь несбыточным сном:
— Ну всё, не плачь, не плачь... Как ты здесь оказался?
Жуань Ии ласково поглаживал брата по спине, пытался успокоить. Ответ Идэ, прозвучавший глухо и сипло, заставил его сердце сжаться:
— Я ждал тебя. Всё это время.
Увидев, как брата затягивает водоворот, Идэ рвался броситься следом, но у него не было ритуального тотема. Бушующие волны раз за разом отбрасывали его назад. После десятков тщетных попыток пробиться сквозь невидимую преграду он остался на берегу, отрезанный от мира, где исчез Ии.
Вождь с воинами насилу вытащили его на сушу, но Идэ упрямо отказался возвращаться в деревню. Он остался подле воды, зная, что брат не вернётся, и всё же цепляясь за безумную надежду.
И вот чудо свершилось.
Ощущая тепло живого тела в своих руках, Идэ понимал: всё прочее потеряло смысл. Главное — Ии здесь.
Сердце Жуань Ии сжалось от щемящей тоски. Он обнял плачущего брата в ответ и тихо прошептал:
— Всё позади, не плачь. Я вернулся.
Идэ качнул головой, словно всё ещё боясь поверить, и лишь крепче впился пальцами в его плечи. Жуань Ии терпеливо гладил его по спине, давая выплеснуть накопившуюся боль.
Лишь спустя долгое время Идэ немного утих. Он неохотно разомкнул объятия, но пальцы его по-прежнему мёртвой хваткой вцепились в предплечья Жуань Ии.
Подросток поднял на него воспалённые от слёз глаза, долгим взглядом всматриваясь в родные черты — пытался удостовериться, что перед ним не призрак.
Жуань Ии мягко накрыл его дрожащие ладони своими:
— Я здесь.
Спустя несколько секунд Идэ сипло проговорил:
— Но как?.. Я думал... думал, ты, как и все остальные, ушёл навсегда. Ты не ранен?
Несмотря на захлёстывавшие эмоции, юноша принялся торопливо осматривать брата, ища следы увечий.
Глядя на его раскрасневшиеся глаза, Жуань Ии чувствовал вину. Он не хотел заставлять Идэ страдать, но, погружаясь в пучину, сам не знал, удастся ли выбраться. Давать ложную надежду казалось ещё большей жестокостью. Кто же знал, что упрямый мальчишка откажется смириться?
— Со мной правда всё в порядке, я цел, — успокаивающе произнёс Жуань Ии, а затем решил изложить подготовленное объяснение: — На дне я не встретил никакого злого божества. Зато нашёл способ защититься от монстров мистического тумана.
Упоминать Ланса напрямую сейчас не стоило: это лишь вызвало бы панику среди русалок и помешало бы подготовке к бедствию.
Идэ вскинул голову, мгновенно уловив суть:
— Способ?.. Против монстров тумана?
Последнее пришествие Великого тумана случилось десять лет назад. Идэ был тогда совсем ребёнком, но кровавый кошмар намертво запечатлелся в его памяти. Каждая русалка, пережившая тот ад, не могла забыть монстров мистического тумана. Беззащитное племя оказалось лёгкой добычей, и столкновение с туманом превратилось в беспощадную бойню.
И теперь у них появилась надежда.
— Да, способ есть, — подтвердил Жуань Ии, но тут же помрачнел. — Вот только до прихода Великого тумана осталось всего три дня.
Идэ изменился в лице:
— Так скоро?..
— Поэтому нам нужно как можно скорее предупредить соплеменников и поднять всех на защиту, — кивнул Жуань Ии.
— Верно, — мгновенно собрался Идэ. — Три дня — это мало, но мы ещё можем успеть.
Глядя на его безоговорочное доверие, Жуань Ии потеплел душой, но в глубине сознания оставалось сомнение:
— Но ведь я... по закону я вчерашнее жертвоприношение. — Он тревожно поджал губы. — Вдруг они не поверят ни единому моему слову? Подумают, что я трусливо сбежал и несу чушь...
Не успел он погрузиться в мрачные мысли, как Идэ крепко сжал его руку. Встретившись с его горячим, искренним взглядом, Жуань Ии услышал чёткие, подчёркнуто твёрдые слова:
— Что бы ни произошло, я всегда буду на твоей стороне. Мы встретим это вместе. Пойдёшь ты к ним или нет — я с тобой.
Жуань Ии открыто улыбнулся и сжал его пальцы в ответ:
— Хорошо. Вместе.
Он перевёл взгляд на тропу, ведущую к селу. Теперь он точно знал, что делать.
* * *
Первыми у входа в поселение их встретили стражники. Едва увидев приближающихся братьев, воины застыли, а затем их глаза ошарашенно расширились.
В деревне каждый знал, кого вчера унесли в море. Видеть перед собой Жуань Ии, который должен был погибнуть, казалось немыслимым. Первой же мыслью стражи было: «Сбежал?»
Жертвоприношение — жестокий обычай, но от него зависело выживание всей общины. Сочувствие сочувствием, но закрыть глаза на бегство они не могли.
Один из стражников шагнул навстречу, а второй поспешил за вождём Лоэде.
Заметив приближение воина, Жуань Ии хотел заговорить, но Идэ мгновенно подался вперёд, заслонив брата собой.
Этим стражником был Альберт — молодой русал с нежно-бирюзовыми чешуйками на скулах. Он хорошо знал братьев и дружил с ними, поэтому не спешил хвататься за оружие, но ошеломление скрыть не мог:
— Идэ... Что всё это значит?
— Дождёмся вождя, — отрезал Идэ, не сдвинувшись ни на шаг.
Вскоре появился Лоэде. Увидев живого Жуань Ии, старый вождь онемел. Его взгляд мгновенно упал на правое плечо юноши — тёмно-зелёная метка ритуального тотема бесследно исчезла.
— Как... как такое возможно?! — поражённо пробормотал Лоэде.
Особая краска из сока трав не смывалась водой и не оттиралась: тотем служил печатью «Его» избранника, которую нельзя снять смертным. Более того, с момента нанесения метки жертва оказывалась под пристальным взором владыки глубин — стоило ей ступить в море, как тёмные воды утягивали её на самое дно, исключая малейшую возможность бегства.
За всю историю ни одна русалка не возвращалась из морской бездны.
— Как ты выбрался? — тяжело спросил Лоэде, и в его голосе проскользнула тревога.
В головах собравшихся пронеслись жуткие догадки.
Неужели никакого пожирающего людей злого божества вовсе не существует? Или же... Оно больше не желает принимать жертвы и идёт само?
Второй вариант наводил куда больший ужас. Если божество отвергло жертву и решило ступить на сушу, племя ждёт неизбежная гибель — повторение кровавой резни десятилетней давности.
Понимая, какие страшные мысли терзают соплеменников, Жуань Ии не стал тянуть:
— Наступает Период Тумана. До прихода монстров осталось три дня.
Лица присутствующих мгновенно побледнели от отчаяния, но Жуань Ии сразу добавил:
— Но я знаю, как от них защититься.
— Как?! — выдохнул Лоэде, вцепившись в свой посох. Надежда вспыхнула в его угасших глазах.
— Они боятся огня, — чётко ответил Жуань Ии. — Нам нужно развести как можно больше костров и запастись факелами, чтобы сдержать тварей.
Вождь вгляделся в спокойное, честное лицо юноши, и сомнения отступили.
— Ступайте, созовите всех к алтарю! — приказал он стражникам, а затем повернулся к братьям: — Дитя, иди за мной.
— Я с ним, — тут же откликнулся Идэ.
— Идёмте вместе.
* * *
Они пришли к алтарю первыми. Глядя на сгорбленный силуэт вождя, Жуань Ии вспомнил, как совсем недавно его вели сюда как обречённого. Но теперь всё изменилось: им предстояло сражаться бок о бок.
— Прости меня, дитя, — внезапно тихим, дрожащим голосом произнёс Лоэде.
Жуань Ии удивлённо поднял взгляд. На лице старика застыла глубокая скорбь.
— Тебя избрали жертвой, но ты вернулся, чтобы спасти нас... Ты благородный юноша.
Глядя в печальные глаза старика и помня, что тот сам потерял в пучине сына и дочь, Жуань Ии не мог чувствовать обиды. Из-за жестокого обычая пострадали слишком многие, и никто не желал этого зла по своей воле.
— Всё в порядке, — мягко ответил он.
— Скажи, Ии... — помешкав, спросил Лоэде. — Ты... встретил «Его» в пучине?
Жуань Ии качнул головой:
— Нет. Я только узнал, как противостоять туману.
Вождь не стал допытываться, откуда взялись эти знания, проявив удивительное доверие.
Вскоре на площади перед алтарём собрался весь народ. Завидев живого Жуань Ии, русалки разразились тревожным шёпотом. Перепуганные горожане опасались не самого юноши, а того, что отвергнутая жертва предвещает скорую беду.
Идэ незаметно коснулся руки брата:
— Не бойся. Я рядом.
Жуань Ии благодарно улыбнулся ему.
Лоэде глухо ударил посохом о камень:
— Тишина!
Толпа стихла. Вождь громко и весомо обрисовал положение дел: туман близко, но есть шанс выжить.
Слова о возвращении кошмара вызвали панику. Старики падали в обморок, помня прошлую бойню; молодые люди с ужасом переглядывались; дети в страхе прижимались к матерям.
Площадь загудела от отчаянных криков.
— Тишина! — вновь рявкнул вождь, ударив посохом. — Ии принёс нам способ защиты!
И тут из толпы выступил зеленоволосый мужчина средних лет. Его лицо исказила злоба:
— С чего мы должны верить беглецу?! Единственный, кто выжил! Прогневил злое божество, испугался и сбежал! Это из-за его трусости на нас обрушился туман — в наказание за сорванную жертву! А сказки про огонь — лишь попытка заморочить нам головы! Мы все из-за него погибнем!
Над площадью повисла мёртвая тишина.
— Закрой свой рот! — прогремел голос Лоэде. Взгляд старика наполнился властной суровостью. — Ещё одно подобное слово для сеяния паники — и я изгоню тебя из деревни!
— Я верю Ии! — выкликнул один из молодых русалов. — Он не стал бы врать!
— Нам нужно готовиться! Если есть шанс выжить, мы должны цепляться за него! — поддержал другой.
Дядюшка Оден, стоявший во главе горожан, кивнул:
— Ии и Идэ — честные парни. Я тоже верю им.
Вождь взял слово:
— Нам нужен огонь! Осталось три дня. Все, кто не хочет умереть, должны объединить усилия! Кто знает город — отправляйтесь на рынок за факелами и углём. Остальные — в лес, за дровами!
Лоэде объявил, что отдаст все свои сбережения на закупку. Соплеменники тут же подхватили идею, собирая средства. Оден собрал группу для похода в Ваки.
Жуань Ии подошёл к Одену:
— Мы пойдём с вами. У нас с Идэ есть сэкономленные монеты.
Он вспомнил и про редкие жемчужины в сумке. Их стоит обменять на золото уже в городе.
Простившись с вождём, Жуань Ии и Идэ отправились вслед за Оденом.
Один из стражников тихо спросил у Лоэде:
— Вождь, почему вы так безоговорочно верите ему?
Старик проводил взглядом уходящую группу:
— Я сам наносил тотем. Из морской пучины невозможно сбежать, если злое божество желает принять жертву. А будь он беглецом, стал бы он рисковать жизнью и возвращаться ради нашего спасения? Они с Идэ славные ребята.
Лоэде тяжело вздохнул и сжал пальцами гладкий костяной набалдашник посоха, инкрустированный коралловыми осколками.
Это было всё, что осталось от его детей. Коралловые кулоны, что они носили на шее, волны выбросили на берег после их гибели...
Десять лет назад, когда из глубин впервые раздался жуткий, затягивающий в омут голос, требовавший человеческих жертв под угрозой истребления, его старший сын, Джоэн, сам бросился в море, чтобы спасти племя.
На следующий год голос потребовал новую жертву. И ею стала его любимая дочь, Синтия. Лоэде своими руками нанёс зелёный тотем на её нежную кожу и смотрел, как белоснежный хвост скрывается в тёмной пучине.
С тех пор его душа умерла. Все эти годы он нёс бремя жреца, выбирая жертв, умирая от горя вместе с каждым родителем.
И вот теперь, глядя вслед вернувшемуся живым Ии, старик смахнул слезу.
«Джоэн, Синтия... Неужели вы тоже где-то живы?..»
* * *
Ваки
Прибыв в городок, группа разделилась. Дядюшка Оден с воинами отправились за телегой, а Жуань Ии с братом пошли искать лавки с углём и маслом.
Проходя мимо трёхэтажного постоялого двора, Жуань Ии чувствовал вину за невыполненный квест: ему оставалось собрать ещё восемь редких жемчужин из сорока, иначе система обещала наказание. Но Ланс запретил искать его, да и времени не было.
«Придётся пока отложить задание... Надеюсь, штраф в любовной игре не будет слишком суровым», — подумал юноша.
В этот момент сверху донёсся лёгкий шорох. Жуань Ии вскинул голову, но на балконах никого не увидел.
— Что-то не так? — тихо спросил Идэ.
— Похоже, за нами опять следят, — шепнул Жуань Ии, заметив подозрительные взгляды прохожих.
Они свернули в тёмный переулок, пытаясь оторваться от хвоста.
На крыше тем временем затаился Цзинь Цзыжуй.
Игрок давно поджидал юношу. Он напоминал себе: «Это просто NPC. Не бери в голову. Выбей из него координаты деревни русалок — и дело с концом».
Но при виде Жуань Ии его сердце изменнически вздрогнуло.
Живая, нежная мимика юноши совсем не походила на шаблонных игровых персонажей. Нежно-голубые чешуйки на его щеках переливались мягким перламутром, а нежно-розовые губы шевелились, когда он что-то тихо шептал спутнику.
Цзинь Цзыжуй сжал зубы, прикусив языком металлический шарик пирсинга. Взгляд помимо воли прикипел к тонкой фигуре русала.
Не успели братья выйти из переулка, как Идэ внезапно пошатнулся и беззвучно осел на землю.
— Идэ?! — Жуань Ии едва успел подхватить его, как в голову ударила тяжёлая, дурманящая волна.
Сознание стремительно померкло.
Воспользовавшись высокоуровневым зельем гипноза, Цзинь Цзыжуй бесшумно спрыгнул с крыши. Отпихнув бессознательного Идэ, он подхватил тонкое тело юноши на руки и скрылся в глубине подворотни.
* * *
Жуань Ии приходил в себя медленно, сквозь липкую, тяжёлую пелену.
Всё тело горело нездоровым, неестественным жаром. По коже волнами разливалась странная, истощающая волю истома.
«Что со мной?.. Зелье так действует?..»
И тут в голове раздался механический звонок системы:
[Для облегчения выполнения главного задания по сбору редкого жемчуга активирована дополнительная расовая особенность цзяожэней.]
[Вы вступили в период гона. Поторопитесь собрать 40 редких жемчужин. Состояние гона продлится до окончания Периода Тумана.]
Жуань Ии онемел.
«Период... гона?!»
Словно поддавшись внушению, жар в жилах вспыхнул с новой силой. Дыхание стало частым и рваным. С трудом разомкнув налившиеся свинцом веки, он увидел перед собой Цзинь Цзыжуя.
Тот стоял у кровати, глядя на разметавшегося юношу. Лицо игрока оставалось суровым, но в глубине тёмных глаз пылал мрачный, недобрый огонь.
Разгорячённый русал тихо застонал, невольно извиваясь на простынях. Цзинь Цзыжуй нервно качнул языком, цепляя серебряную штангу пирсинга за зубы, пытаясь сдержать дикий, подступающий к горлу инстинкт.
Воздух в комнате загустел от плотного, почти осязаемого напряжения.