Жуань Ии не спешил развязывать Цзин Чэна. В тот же миг юноша подался вперед: прохладный металл намордника уткнулся Ии в шею. От железа веяло ледяной свежестью, но почти сразу Ии ощутил исходящее от парня тяжелое, с трудом сдерживаемое тепло.
Опустив взгляд на прижавшегося к нему Цзин Чэна, Ии заметил, что тот будто немного утихомирился. Сердце радостно ёкнуло.
«Похоже, сознание и впрямь слегка прояснилось! Во всяком случае, он уже не бросается, как дикий зверь».
Едва эта мысль промелькнула в голове, как Цзин Чэн прильнул еще ближе, и его движения стали настойчивее.
Желая поскорее вернуть юноше прежний облик, Жуань Ии задумчиво нахмурился: что именно привело парня в чувство? Если повторять это действие, Цзин Чэн быстрее придет в себя?
Вспомнив недавние события и прошлые подземелья, Ии разгадал характерную логику этой игры. Щеки его мгновенно вспыхнули.
— Только не говорите... что рассудок возвращается к нему благодаря... этому?! — вырвалось у него.
Система отозвалась без промедления, с наигранной жизнерадостностью:
[Вы прекрасно постигаете тайны нашей игры! А заодно и секреты укрепления пылких чувств.]
— Да какие еще секреты?! — не удержался от мысленного возмущения Ии. — Чему вообще эта симуляция может научить в плане нормальных отношений?!
За все время игры Жуань Ии впервые задался подобным вопросом от всего сердца.
Система, не заметив его эмоционального порыва, беспечно продолжила:
[Близость действительно помогает частично вернуть разум Цзин Чэну. К тому же ваше Первое главное задание как раз включает плотное общение с первым встреченным персонажем. Так что сейчас это наилучший выбор~]
Легко сказать! Со стороны послушать — так речь идет о самом обыкновенном разговоре!
Пока Ии мысленно возмущался, руки Цзин Чэна сжались сильнее, привлекая его к себе. Юноше явственно требовалось продолжение, однако ноги и туловище оставались крепко примотаны к стулу, не позволяя толком двинуться.
Жуань Ии понял: система права. Если он хочет и задание выполнить, и вернуть Цзин Чэна в нормальное состояние, придется пойти на... «близкий контакт».
Кончики ушей Ии вспыхнули. Он посмотрел на связанного юношу, который отчаянно жаждал ласки, но был лишен возможности действовать. В голове пронеслась неловкая мысль:
«Если я его не развяжу, мне что... придется делать все самому?..»
Не имея подобного опыта и даже боясь представить подобное, Ии почувствовал непреодолимое желание ослабить путы.
Разум удерживал его от опрометчивого шага, но тут над ухом вновь раздался хриплый, глухой голос Цзин Чэна:
— Развяжи...
Ии заколебался:
«А можно ли?»
Система тут же подала голос:
[Показатель рассудка Цзин Чэна достиг тридцати процентов. Он больше не причинит вам серьезного вреда, так что веревки можно снять на ваше усмотрение.]
Жуань Ии поджал губы. Тревога немного улеглась, уступив место решимости.
Нужно спешить, пока есть шанс вернуть парню разум.
Ии искренне скучал по Цзин Чэну — по тому пылкому, дерзкому юноше, чей взгляд всегда был устремлен только на него. По-настоящему они встретятся лишь тогда, когда к парню полностью вернется рассудок.
Пересилив смущение, Ии протянул руки и с трудом распутал узлы.
Когда путы упали, сердце Ии на мгновение замерло от страха — слишком свежи были воспоминания о том, как дико Цзин Чэн набросился на него у дверей.
Он невольно поднял взгляд и тут же столкнулся с янтарно-золотыми глазами.
Цзин Чэн поднялся со стула. Ии затаил дыхание.
Не сводя с него пристального взора, парень шагнул вперед, неожиданно подхватил Ии на руки, взвалил на плечо и стремительно понес вглубь комнаты.
Застигнутый врасплох Ии ощутил исходящий от его тела палящий зной.
В следующий миг Цзин Чэн бросил его на кровать. Широкая футболка задралась, обнажив гладкую светлую кожу.
Не успел пылающий от стыда Ии поправить одежду, как Цзин Чэн накрыл его своим телом.
* * *
Спустя долгое время сознание Ии уже окончательно затуманилось. Перед глазами плясали золотистые вспышки, а кожа горела от острого, нарастающего удовольствия. Вдруг он почувствовал, что Цзин Чэн замер.
Сквозь пелену слез Ии взглянул на парня. Тот оставался над ним, но завел руки за голову, тщетно пытаясь сорвать со своего лица намордник.
Осознав тщетность этих попыток, Цзин Чэн опустил голову и вновь подался вперед, с силой прижавшись холодным металлом к щеке и шее Ии — будто пытался стереть помеху о его кожу.
Ии только хотел что-то сказать, как над самым ухом раздался низкий, глухой рык:
— Сними это.
Жуань Ии качнул головой:
— Нельзя...
Цзин Чэн резко подался вперед, отчего у Ии вырвался судорожный вздох:
—...!!
Он запрокинул голову, но из перехваченного, пылающего горла не вылетело ни звука — слишком ошеломляющим оказалось ощущение.
Цзин Чэн, уткнувшись ему в шею, повторил с нажимом:
— Я сказал — сними.
Ии понимал, что снимать намордник пока слишком опасно. Несмотря на страх перед тем, что последует дальше, он, с затуманенным взглядом и покрасневшими глазами, снова качнул головой:
— Нет, сейчас еще нельзя...
Ответом ему стала неистовая, бурная страсть. Не сумев избавиться от железной маски, Цзин Чэн принялся с неукротимым напором овладевать им, непрестанно касаясь его тела холодным металлом и оставляя на коже ледяные, обжигающие следы.
Впрочем, эта прохлада ничуть не сбивала безумный пыл, охвативший их обоих...
* * *
Когда все закончилось, за окном давно стемнело.
[Уровень рассудка Цзин Чэна достиг сорока процентов. Продолжайте в том же духе~]
Услышав оповещение системы, Ии уже не мог проявить к нему никакого интереса — обессилев, он погрузился в глубокий сон.
Вскоре после того как он отключился, за стеной — в соседней квартире, где все эти дни царила гробовая тишина, — раздался смутный шум. Впрочем, крепко спящий Ии ничего не услышал.
Посреди ночи Ии внезапно очнулся от дикого стука собственного сердца. Ему приснился кошмар: потерявший разум Цзин Чэн вонзил клыки ему в шею, и после холодного системного уведомления Ии выбросило из подземелья, навсегда лишив шанса вновь увидеть тех, по кому он так тосковал.
Чувство утраты и горькой печали сжало грудь. Пытаясь перевести дыхание и успокоить бешено колотящееся сердце, Ии почувствовал рядом чье-то тепло.
Повернув голову, он увидал спящего под боком Цзин Чэна. Сейчас, без оскаленных клыков из кошмара, юноша выглядел удивительно мягким и почти не отличался от того солнечного старшеклассника, каким он был в прежнем мире.
И все же темные волчьи уши на макушке и прохладная сталь намордника настойчиво напоминали: Цзин Чэн все еще не в себе. В любой миг он мог наброситься так же, как в том страшном сне.
И все же, лежа плечом к плечу и ощущая исходящий от него жар, Ии почувствовал странное умиротворение. Как-никак, этот парень был тем, с кем он делил дни и ночи.
Вглядываясь в красивый, мужественный профиль спящего юноши, Ии невольно предался воспоминаниям. Дни, проведенные в старшей школе Гуйми вместе с Цзин Чэном и Чэн Юси, казались вчерашним днем, а теперь всё так изменилось...
«Интересно, где сейчас Чэн Юси?..»
Заболев этой мыслью, Ии уловил доносящийся снаружи шумок. Он поднял взгляд на окно. Звуки шли со стороны жилого блока.
Вопли, крики, далёкие выстрелы... Ии понял: это первые раскаты надвигающегося апокалипсиса. Все больше людей осознают, что конец света — не шутка.
«Это подземелье сделано слишком реалистично», — подумал Ии, прислушиваясь к царящему снаружи хаосу.
Он невольно сопереживал несчастным и беспокоился за их жизни, и лишь через силу заставлял себя вспомнить, что это всего лишь симуляция, а вокруг — запрограммированные персонажи.
И все же на душе было неспокойно. Нарастающий снаружи бунт заставлял тревожиться о собственной судьбе.
К счастью, он заранее укрепил двери и окна, набил на рамы прочные железные полосы и запасался припасами. Их жилой отсек был куда безопаснее внешнего мира.
Здесь даже царил какой-то странный, нездешний уют.
Ии вновь перевел взгляд на Цзин Чэна.
Время изменило юношу: черты лица стали резче, мужественнее и ярче.
Посмотрев на темные, похожие на волчьи, уши, периодически вздрагивавшие на голове парня, Ии невольно ухмыльнулся. В школьном подземелье Цзин Чэн казался ему эдаким верным большим псом, а теперь у него и впрямь появились настоящие звериные ушки.
Обожая все мягкое и пушистое, Ии завороженно смотрел на эти уши. Не выдержав искушения, он осторожно протянул руку:
«Я только слегка поглажу, он точно не проснется!..»
Но едва кончики пальцев коснулись мягкой шерсти на самом кончике уха, как руку Ии мертвой хваткой сжала чужая ладонь.
Ии вздрогнул от неожиданности и встретил янтарно-золотой взгляд, в котором уже вспыхнула зажженная им же искра дикой страсти.
«Когда он успел проснуться?!»
Не успел Ии опомниться, как Цзин Чэн снова сбил его с ног и накрыл собой. Не вернувший разум юноша был полон первобытной хищности и жажды подчинять, а непрестанно дергающиеся волчьи уши выдавали его крайнее возбуждение.
Говорить Цзин Чэн еще не мог, но, прижавшись к самому уху Ии, глухо прорычал:
— Жуань Ии...
Услышав свое имя, Ии судорожно вздрогнул. Ощущение, будто тебя загнал в угол опасный хищник, отозвалось дрожью во всем теле.
— Цзин Чэн... — пискнул он, пытаясь объясниться и избежать немедленной расправы. — Я случайно задел, правда!.. А-а!
Но дикий волк не собирался слушать оправдания. Вспыхнувшее чувство собственничества требовало немедленного выхода.
Пока Цзин Чэн бессмысленно и страстно терзал его тело, обессиленный Ии вдруг заметил, что за спиной юноши появился темно-серый пушистый хвост, непрестанно взмахивавший в такт его неистовым движениям.
Вот только теперь Ии и думать не смел о том, чтобы потрогать пушистый хвост. Извлекши горький урок, он был наказан сполна и усвоил на всю жизнь: как бы ни были милы звериные ушки и хвост, трогать их у потерявшего разум Цзин Чэна смертельно опасно!
Под конец, захлебываясь слезами от неукротимых фрикций и видя, что парень вовсе не намеревается останавливаться, Ии со слезами на глазах дал себе зарок:
«Вот вернется к нему разум полностью — я ему и уши, и хвост до последней волосинки выглажу!»
Мечты были прекрасны, но суровая реальность наказывала его безжалостно: разъяренный Серый Волк раз за разом доказывал свое превосходство, а пушистый хвост маячил перед самым носом, точно запретный плод.
«Нужно поскорее вернуть ему рассудок!» — плача и задыхаясь от удовольствия, снова и снова твердил себе Ии.
* * *
Когда Ии снова открыл глаза, поясница отозвалась тупой, изнуряющей болью. Цзин Чэн сжимал его в объятиях, уткнувшись намордником в шею. Прохладный металл успел нагреться от тепла их тел и больше не обжигал холодом.
Сейчас Цзин Чэн напоминал ласкового огромного пса, утратившего всю былую лютость. Но Ии прекрасно знал: стоит парню открыть глаза, как в них снова блеснет волчий азарт.
Держась за затекшую поясницу, Ии вздохнул про себя:
«Ох, как же еще далеко до его полного выздоровления...»
Пока он охал и пытался выскользнуть из стальной хватки, чтобы умыться, в голове каскадом зазвучали уведомления системы:
[Поздравляем! В первый же день вы нашли первого персонажа из прошлых подземелий, установили с ним контакт и вступили в близость. Первое главное задание выполнено! Вам разблокирована эксклюзивная апокалиптическая способность!]
[Поздравляем с успешным прохождением первой ночи! Первое побочное задание выполнено. Награда: бафф «Безопасный дом» на 12 часов. В течение этого времени ваш жилой отсек защищен от вторжения зомби.]
Слушая эти сообщения, Ии почувствовал, как с души свалился тяжелый камень.
«Собственная способность и двенадцать часов абсолютной защиты — отличные подарки! Значит, пока мы вне опасности. Интересно, что за способность мне досталась?»
Сгораемый любопытством, Ии хотел было вызвать системное меню. «Вдруг что-то супермощное, боевое? Было бы круто стать крутым бойцом в мире зомби-апокалипсиса!»
Но едва он вообразил себя непобедимым героем, как макушку и копчик обдало странным зудом.
Ии невольно поднял руку к голове и ощутил пальцами невероятно мягкую шерстку. Форма... эта форма напомнила ему...
«Кроличьи уши?!»
Ии застыл как вкопанный. Забыв о том, проснется ли Цзин Чэн, он вырвался из его объятий и промчался в ванную.
Спустя пару мгновений, глядя в зеркало на свои длинные белоснежные кроличьи ушки, Ии окончательно обомлел:
— Это еще... что такое?..
Не веря своим глазам, он повернулся — у самого копчика красовался пушистый белый шарик.
* * *
Наступила гробовая тишина. Спустя пару секунд Ии не выдержал и мысленно затряс систему:
«Почему именно кролик?!»
Система поспешно ответила:
[Заячий тип — это же замечательно! И образ такой милый, вам разве не нравится?]
— Да при чем тут «милый»?! — Ии сжал одно ухо. — Почему Цзин Чэн — крутой волк, а я — кролик?! У кроликов же вообще нет боевой мощи!
И с горечью добавил:
— Почему я не мог получить стильную и сильную способность, как у него?!
Система тут же принялась утешать:
[Не переживайте, Заячий тип вовсе не такой беспомощный! Во-первых, ваша скорость и ловкость резко возросли, а сила ног увеличилась в разы!]
Ии немного успокоился:
— Ну... это еще куда ни шло...
Но следующие слова системы заставили его снова впасть в шок:
[А во-вторых, у Заячьего типа повышена чувствительность, невероятно развита гибкость поясницы, а также присутствуют свойства ложной беременности и течки! Это идеальный набор для романтических встреч в четвертом подземелье~]
— Что-о-о?! Да эта игра только о пошлостях и думает!
Сгораемый от стыда, Ии залился краской. Ему безумно хотелось вытащить хвастливую систему наружу и устроить ей взбучку.
Разве романтическая встреча не должна быть трогательной и душевной?! Почему все превращается в какую-то откровенную эротику?! Неужели нельзя добавить хоть немного чистоты и романтики?!
Если из-за статуса прежнего избранника с самого начала устраивать такие марафоны, у него просто поясница отвалится! Нельзя же так злоупотреблять!
Пока Ии собирался с духом, чтобы потребовать у системы нормальную способность, за его спиной раздался шорох.
Он хотел обернуться, но в этот момент кто-то цапнул его за пушистый белый хвостик.
Странное, пронзительное ощущение волной прошло по всему телу, заставив Ии вздрогнуть. Обернувшись, он увидал стоящего позади Цзин Чэна.
Сжимая в кулаке кроличий хвост, юноша разглядывал его с нескрываемым, хищным интересом.
Ии попытался смыться, но со сжатым хвостиком далеко уйти не мог. Покраснев, он попытался воззвать к разуму зверя:
— Отпусти хвост, я пойду приготовлю тебе поесть...
В диких глазах Цзин Чэна мелькнула мысль. Ии уж было подумал, что парень послушается, как вдруг из его горла вырвалось глухое рычание:
— Съесть... вот это.
Ии не понял:
— Что «это»?
В следующую секунду пушистый хвостик с силой сжали и помяли. Цзин Чэн наклонился ближе, обдав его жарким дыханием, и четко повторил:
— Вот это.
Поняв подтекст, Ии ощутил, как тело парня прижимается к нему.
Вспышка паники! Ии изо всех сил оттолкнулся ногами и выскочил из ванной. Вырвав хвост из рук серого волка, он захлопнул перед носом Цзин Чэна дверь, разделяя их.
Прижимаясь к двери, пылающий Ии даже думать боялся о том, что едва не произошло.
Шутки шутками, но у него и так все тело ломит! Никакого второго раунда! К тому же...
Вспомнив слова системы о «повышенной чувствительности заячьего типа» и сопоставив их с волчьей силой Цзин Чэна, Ии затряс головой, отчего длинные кроличьи уши заболтались из стороны в сторону.
«Нет-нет-нет, ни за что! В таком состоянии я просто не выживу!»
Спустя пару минут, решив, что Цзин Чэн немного остыл, Ии открыл дверь до того, как тот начнет ее выбивать, и швырнул опешившему парню в руки подушку:
— Пошли есть...
Глядя на Цзин Чэна, который с глуповатым видом обнимал подушку, Ии надеялся, что этот маневр сработает.
И действительно, парень не стал сразу набрасываться, хотя его взгляд не переставал сновать по новым ушкам и хвостику Ии.
Завтрак прошёл относительно спокойно. Стараясь не замечать волчьего взгляда и готовый в любой момент увернуться, Ии взглянул в окно.
Стемнело, а бафф «Безопасного дома» будет действовать ещё десять часов.
Ии посмотрел на шею Цзин Чэна — синеватые вены проступили четче. Однако парень был куда спокойнее, чем вначале.
Осторожно сняв с него намордник, чтобы дать поесть, Ии понял, что с заячьими рефлексами он уже не так боится укусов. К тому же Цзин Чэн явно не собирался причинять ему вред.
И правда: избавленный от стальной маски юноша лишь почесал затылок и принялся уплетать хлеб — видать, здорово проголодался.
Наблюдая за ним, Ии вспомнил: яд в организме Цзин Чэна нужно нейтрализовать за десять дней, из которых осталось девять. И его побочное задание — не только вернуть парню разум, но и достать лекарство.
«Мне нужно выйти. Пока действует бафф безопасности, Цзин Чэн будет здесь в покое».
Ии обратился к жующему парню:
— Я ненадолго отлучусь. Сиди дома и будь умницей, ладно?
Цзин Чэн лишь мельком глянул на него, продолжая уплетать хлеб, и ничего не ответил — говорить он толком еще не мог.
Погладив юношу по голове и оставив на столе запасы еды и воды, Ии взял ключи.
Уже закрывая дверь, он перехватил пристальный, глубокий взгляд Цзин Чэна.
Сердце ёкнуло. Ии закрыл замок снаружи на два оборота. На душе было неспокойно, но, сжав ключи в кармане, он решительно шагнул прочь.
Нужно спешить, иначе Цзин Чэн погибнет.
За пределами квартиры ожидал неизвестный мир. В этот момент подала голос система:
[У вас новое задание~]
[Второе главное задание: встретить следующего персонажа из прошлых подземелий, установить контакт и вступить в близость. В случае успеха ваша апокалиптическая способность усилится.]
[Вы покидаете безопасную зону. Будьте осторожны: кругом таятся опасности! Заражение означает немедленный проигрыш.]
[Приятной игры!]
Едва прозвучал системный сигнал, как за пределами жилого отсека Ии уловил посторонний шум.
Шуршание и быстрые, тяжелые шаги — кто-то стремительно приближался!