Поужинав, они первым делом отвели Ли Чу в корпус для омег. На развилке попрощались с Лянь И, и дальше Юнь Син с Цзянь Суем шагали уже вдвоём, не переговариваясь и не торопясь. В тишине каждый думал о своём. Юнь Син витал где-то далеко, мысли в голове роились беспорядочным комом.
— Разобрал тактический пакет? — бархатистый, неспешный голос Цзянь Суя выдернул Юнь Сина из раздумий, мигом вернув к воспоминаниям о вчерашнем ночном звонке.
Фонари горели тускло, в тишине трепетали тени от деревьев, сокрывая от чужих глаз вспыхнувший на щеках Юнь Сина румянец. Пакет он, разумеется, до конца не изучил — после того разговора сосредоточиться на мудрёных схемах и алгоритмах было выше его сил.
Слегка откашлявшись, он ответил с наигранной уверенностью:
— Наполовину.
Цзянь Суй немного помолчал и добавил:
— И то, что я сказал тебе прошлым вечером… Запомни это.
—…Угу.
Ночной ветер дышал сухим зноем, а Юнь Сина неожиданно накрыло смятенным, беспомощным чувством. Он догадывался: Цзянь Суй не просто так обмолвился о встрече с Сун Минчжи. Он наверняка проведал правду — вот только насколько глубоко раскопал? А затем эти двусмысленные слова… Цзянь Суй держался настолько уверенно и надёжно, словно на него действительно можно было положиться без оглядки.
Юнь Син с самого детства не знал, каково это — опираться на кого-то. Означает ли это, что при любой неурядице ты первым делом бежишь к человеку?
Будь он обычным омегой, он, не раздумывая, так бы и поступил.
Общежитие приближалось, и вместе с этим к Юнь Сину возвращалась холодная трезвость. Он прекрасно помнил: он далеко не обычный омега.
У входа им попались двое соотрядников. Они окликнули Цзянь Суя переброситься парой слов, а Юнь Син не стал дожидаться и поднялся к себе.
Даже вымывшись и растянувшись на кровати, он не мог выгнать из головы сумбурные мысли. В груди висело непонятное щемящее ощущение, не дававшее покоя.
Вернулся ли Цзянь Суй? Чем он сейчас занят?
Юнь Син уже дрейфовал на грани сна, когда в дверь неожиданно постучали.
По натуре он был замкнут и с курсантами особо не сближался. Напряжение слегка спало после совместных учений и вмешательства Цзянь Суя, но подобный поздний визит всё равно выглядел дикостью. К нему в такую пору заходил только Цзянь Суй — но этот стук звучал совершенно иначе.
Юнь Син поднялся, подошёл к двери и тихо спросил:
— Кто там?
— Юнь Син, это я, — раздался из-за двери мужской голос. Сосед по этажу. — Слушай, у меня прямо посреди душа шампунь кончился, выручи, а?
Юнь Син отпер дверь. На пороге стоял соотрядник — мокрый с головы до ног, с накинутым на бёдра полотенцем, совершенно не смущаясь своего вида.
Юнь Син отвёл взгляд и бросил: «Минуту», собираясь шагнуть в ванную, как вдруг дверь противоположной комнаты с грохотом распахнулась.
Оба курсанта мгновенно обернулись.
На пороге с абсолютно непроницаемым лицом стоял Цзянь Суй. Не говоря ни слова, он швырнул прямо в грудь соседу увесистый флакон.
Тот от ощутимого удара аж зашипел, больно потирая ушибленное место, но тут же удивлённо уставился на Цзянь Суя:
— Брат Суй, ты-то как тут оказался?
Комната Цзянь Суя находилась ближе к центру коридора, в пяти дверях отсюда, а напротив Юнь Сина раньше жил совершенно другой альфа. Когда Цзянь Суй успел перебраться сюда?
— Поменялся, — буркнул Цзянь Суй.
— И когда успел? — не отступал соотрядник.
Цзянь Суй смерил его таким тяжёлым, откровенно раздражённым взглядом, что желание расспрашивать дальше улетучилось мгновенно.
Курсант неловко хмыкнул и, подхватив шампунь, поспешно ретировался к себе.
Цзянь Суй чуть отступил в сторону, открывая обзор на убранство своей новой комнаты, и бросил застывшему в изумлении Юнь Сину суховатый вызов:
— Зайдёшь посмотреть?
Все комнаты в академическом общежитии были абсолютно одинаковыми — тот же стандартный гарнитур, та же планировка. Смотреть там было не на что, но Юнь Сина вдруг обдало безумным порывом шагнуть за порог.
Коридор был узким. Цзянь Суя отделяли от него буквально два шага. Под свободной домашней одеждой угадывались хищные, поджарые линии тела. От него так и веяло дикой, безудержной силой и альфа-феромонами, превращавшими обычную стойку в нечто магнетическое.
— Ну же, — искушающе шепнул Цзянь Суй. В его позе сквозила редкая, вальяжная аристократичность.
Сглотнув подступивший к горлу ком невнятного жара, Юнь Син усилием воли взял себя в руки:
— Поздно уже. В другой раз.
И взялся за дверную ручку.
— Юнь Син, — окликнул его Цзянь Суй. — Если ещё кто придёт попрошайничать — даже дверь не открывай.
—…
— Слышал?
—…Угу.
Едва за Юнь Сином закрылась дверь, Цзянь Суй вернулся к себе, развернул ноутбук и отправил зашифрованное письмо:
[JS: «Нужно как можно быстрее. Жду в течение месяца, заплатят в двойном объёме»]
Ответ пришёл ровно через минуту:
[Eugene: «Договорились»]
Следом тянулась длинная строчка банковских реквизитов.
Переведя средства через защищённый шлюз, Цзянь Суй захлопнул крышку ноутбука и лёг спать.
* * *
Учёба и муштра шли своим чередом. К концу августа на полигоне наконец появился тот самый инструктор по огневой подготовке, о личности которого ходили самые невероятные слухи.
Когда Жэнь И ступил на территорию снайперского стрельбища, даже обычно сдержанные, привыкшие к железной дисциплине курсанты не удержались от восхищённого гула.
Легендарный омега уровня 3S, супруг вице-председателя Военного комитета Фу Яньгуя и бессменный рекордсмен Новой Государственной Союзной Республики по сверхдальней стрельбе на протяжении десяти лет. Впрочем, формулировка «рекордсмен Новой Государственной Союзной Республики» была скромной: по данным Международной ассоциации оружейников, за последнее десятилетие никому в мире так и не удалось превзойти его снайперский выстрел с дистанции в 2832 метра, завершившийся точным поражением цели.
Этот человек просто стоял перед ними — ошеломляюще красивый и обжигающе властный.
— Поговаривают, он уже 3S+ снял, правда или нет? — зашептались в строю.
Существовавшие приборы измерения феромонов имели предел как раз на отметке 3S, и что лежало за этой гранью, не знал никто. Уровень 2S встречался крайне редко, а 3S считался настоящим чудом — особенно среди омег. На всю страну таковых знали лишь троих: чета Фу Яньгуя и Жэнь И, да ещё правитель Девятого независимого округа Чжоу Цяньчэн. Чем выше ранг, тем меньше человек подвержен чужому влиянию и тем сокрушительнее его собственная власть над окружающими. В мире, где правили феромоны, абсолютный ранг был единственным неоспоримым аргументом.
Произнеся короткое вступительное слово, Жэнь И поднялся в командный пункт и оттуда наблюдал за ходом занятий.
Спустя два часа тренировка завершилась. Выйдя к строю, инструктор Жэнь произнёс лишь одно имя: Юнь Син.
По шеренгам прошёл ощутимый импульс зависти. Формально Жэнь И был просто преподавателем, но его статус, связи и боевой опыт находились на недосягаемой высоте. Попасть к нему в фавориты, получить хотя бы пару личных уроков — значит обеспечить себе золотой билет в высшую военную элиту.
Пока отряд расходился на отдых, Юнь Син проследовал за инструктором в его кабинет.
Жэнь И некоторое время молча разглядывал курсанта. Личное дело он изучил вдоль и поперёк, но наяву парень казался ещё более собранным и холодным. Выправка, выдержка, внешность — всё при нём.
— Я смотрел записи твоих практических стрельб, — Жэнь И сдвинул на край стола пухлую папку и жестом указал Юнь Сину на стул. — Впечатляющая наблюдательность, железная выдержка, мгновенная реакция и потрясающее чутьё.
Юнь Син учтиво сел, затаив дыхание.
— Но чтобы стать поистине первоклассным снайпером, этого мало. Физическая подготовка, выносливость, методика — тебе есть куда расти.
— Так точно, учитель.
Юнь Син прекрасно сознавал свои слабые места, но застрял на мёртвом пределе. Ему требовался тот, кто стоял на недосягаемой вершине, чтобы указать верный путь.
Жэнь И не стал тратить время на пустые разговоры:
— Ближайший месяц я живу в Академии. Каждый день после ужина, с семи до девяти вечера, жду тебя у себя.
На обычно непроницаемом лице Юнь Сина мелькнула с трудом сдерживаемая радость — искренний, юношеский восторг, смесь глубокой признательности и чистого ликования.
Он мгновенно вытянулся в струнку и отдал честь:
— Есть, учитель!
Достав из стола опечатанный конверт, Жэнь И протянул его курсанту:
— Здесь зашифрованные материалы: сборка нестандартного оружия, кустарная модификация и ручная снарядка патронов. Изучи, сделай конспекты. Завтра вечером жду первых результатов.
— Спасибо, учитель, — Юнь Син принял пакет обеими руками.
— Свободен.
Цзянь Суй ждал его неподалёку. Едва Юнь Син вышел, они вместе направились к общежитию. По дороге Юнь Син пересказал разговор с Жэнь И и упомянул о ежедневных вечерних занятиях.
— Старший полковник Жэнь решил взяться за тебя всерьёз, — подытожил Цзянь Суй.
— До сих пор кажется, будто это сон, — пробормотал Юнь Син, всё ещё не веря в собственное счастье. Судьба никогда не баловала его подарками, и такое внимание со стороны самого Жэнь И казалось почти нереальным.
Цзянь Суй остановился, повернулся к нему и произнёс со всей серьёзностью:
— Во всей Новой Государственной Союзной Республике не найдётся второго Юнь Сина.
Взгляд Юнь Сина вспыхнул чистым, звёздным светом. Он посмотрел на Цзянь Суя так, словно в этой бездонной синеве можно было утонуть без остатка.
Цзянь Суй с тихим вздохом прикрыл ему глаза ладонью, едва касаясь кожи, и качнул головой:
— Юнь Син, не смотри на меня так.
«Ещё секунда — и я запру принца в самой высокой башне и никогда никуда не выпущу».
На следующий вечер Юнь Син точно в назначенное время постучал к Жэнь И. Переступив порог, он обомлел: старший полковник в одиночестве уплетал горячий хого.
Курсант замялся на пороге, не зная, куда себя деть.
— Садись, перекусишь со мной.
—…Учитель, я уже поужинал.
Жэнь И не стал настаивать и спокойно доел свой обед, отложив палочки минут через десять.
Без кителя, в простой домашней одежде, он ничуть не напоминал сурового инструктора с полигона. От него веяло уютом и каким-то… семейным теплом.
Юнь Син моргнул, прогоняя неуместные мысли, и послушно присел на край стула.
Лежавший на столе планшет зажёгся. Вымыв руки, Жэнь И принял вызов.
— Чем занят? — донёсся из динамика низкий голос.
Оперев планшет о подставку, Жэнь И уселся напротив:
— Да вот, вызвал курсанта на дополнительные занятия.
Он говорил расслабленно и небрежно, как обычно беседуют с близкими.
Юнь Син вытянулся в струнку, уткнувшись взглядом в колени и до смерти боясь проявить нескромное любопытство к личной жизни старшего полковника.
Голос на том конце провода явно ожесточился:
— Занятия? В такой час?
Не обращая внимания на чужое недовольство, Жэнь И достал из стола свёрток и бросил его перед Юнь Сином:
— И не только сегодня.
— И сколько это продолжится?
— Каждый вечер.
Юнь Син осторожно развернул упаковку, стараясь не издавать лишнего шума. Внутри оказались оружейные детали.
На том конце наступила тяжёлая пауза.
— Кто он?
— Ты его не знаешь.
— Покажи.
Не успел Юнь Син среагировать, как Жэнь И развернул планшет экраном к нему. Из дисплея на него хмуро смотрело знакомое лицо. Юнь Син вскинул взгляд, столкнулся с пронзительным взором собеседника и от неожиданности взвился со стула.
Фу Яньгуй!
Юнь Син никогда не видел председателя Фу вживую, но постоянно встречал его в сводках новостей. В последние годы тот редковато появлялся на публике, однако его вес в военно-политических кругах оставался непререкаемым: любое его решение способно было вызвать мощнейший резонанс во всей стране.
Жэнь И сделал успокаивающий жест ладонью, и Юнь Син с трудом принудил себя опуститься обратно на стул.
— Разглядел? — Жэнь И повернул планшет к себе. — Если всё, я начинаю урок.
—…Он альфа?
Жэнь И фыркнул, словно услышал глупость:
— За исключением пары человек из технического отдела, в Академии вообще кто-то кроме альф есть?
Фу Яньгуй проглотил колкость и на мгновение умолк.
Когда Жэнь И уже тянулся к кнопке отбоя, из динамика с нескрываемым подозрением прозвучало:
—…И вы там только вдвоём?
Жэнь И смерил экран выразительным взглядом в духе «а ты как думал?», после чего, окончательно потеряв терпение, попросту скинул вызов.
Случайно оказавшись свидетелем сцены из супружеской жизни старшего полковника, Юнь Син почувствовал себя неловко, но самого Жэнь И это нисколько не смутило. Он давно присматривался к Юнь Сину: парень обладал безупречным характером и редким талантом. Если заняться им всерьёз, со временем он вполне мог превзойти своего учителя.
— Днём я буду вести твои общие тренировки, так что по вечерам на эту рутину время тратить не станем, — коротко обозначил задачу Жэнь И. — Вчерашние материалы просмотрел?
— Просмотрел, — кивнул Юнь Син.
Там содержались схемы сборки редких образцов оружия, секреты кустарной снарядки патронов и даже инструкции по созданию нестандартного вооружения из подручных средств. По сути, всё это находилось под строжайшим запретом Военного комитета, и обычному курсанту подобные знания были недоступны.
Жэнь И задал несколько уточняющих вопросов, и ответы Юнь Сина его полностью удовлетворили. Этот парень чтил дисциплину, но не был слепым догматиком — смелый, скрупулёзный, сообразительный. Жэнь И окончательно убедился, что не ошибся в выборе ученика.
— Кустарное оружие и релоадинг — не самые главные навыки снайпера, но в автономном рейде или при отсутствии снабжения они дают колоссальное преимущество.
Жэнь И сделал паузу и продолжил:
— Я изучил твои тренировочные записи. Учитывая твои данные, тебе больше всего подходит тактика работы в одиночку. Когда ты станешь настоящим снайпером высшей категории, — взгляд Жэнь И мгновенно утратил прежнюю вальяжность, став острым как скальпель, — ты сможешь в одиночку сдерживать сотню врагов, вести контрснайперскую борьбу и выполнять особые ликвидации.
Сердце Юнь Сина заколотилось чаще:
— Так точно!
— Но я хочу, чтобы ты был не просто первоклассным стрелком, — добавил Жэнь И. — Распорядись своим талантом с умом, верь в свои принципы и поступай так, как велит совесть. Справишься?
Взгляд Юнь Сина вспыхнул непреклонной решимостью:
— Справлюсь!