Спустя несколько дней после юбилейного банкета старого мастера Юя люди Юй Суйцина наконец докопались до правды о той злополучной аварии, произошедшей год назад.
Председатель Юй сидел за письменным столом в своём просторном кабинете. Веки его были полуопущены, а в светлых глазах застыла ледяная, непросветная тьма. Офис, несмотря на панорамное остекление и море света, дышал отстранённой, почти стерильной прохладой.
Суйцин медленно потирал подушечки пальцев, неотрывно глядя на собственные обездвиженные ноги.
Пусть Сюй Цибай ежедневно разминал его мышцы, опасаясь атрофии, — какой во всём этом толк?
Ноги всё равно мертвы.
При этой мысли пальцы Суйцина судорожно сжались, ногти впились в ладонь, пробивая кожу до крови.
Вспыхнувшая боль не отразилась на его лице — глухую физическую саднящую вспышку мгновенно поглотил глубинный, закипающий океан ненависти.
Он оказался прав. Трагедия на дороге не была случайностью. За ней стоял конкретный человек, хладнокровно спланировавший каждый шаг.
Его родной отец — Юй Фэйу.
Память послушно воскресила события, предшествовавшие катастрофе. Накануне Фэйу заявился в офис, брызжа слюной. Он допытывался, не Суйцин ли помогал его бывшей жене, Ван Юйфэй, во время их скандального бракоразводного процесса.
Суйцин скрывать ничего не стал и спокойно подтвердил подозрения. Тогда отец закатил истерику, требуя возместить судебные издержки и упущенную выгоду. В ответ Суйцин просто вызвал охрану и велел выставить визитёра за дверь.
Именно эта пощёчина и ослепила Фэйу. Охваченный яростью и уязвлённым самолюбием, он нанял людей, решив лишить сына жизни.
Будь на противоположной стороне один лишь Юй Фэйу, правда всплыла бы на поверхность куда раньше. Однако в дело своевременно вмешался старый мастер Юй. Расчётливый, умудрённый опытом патриарх скрупулёзно подчистил все хвосты за непутёвым отпрыском, надежно скрыв любые улики.
Фэйу выступал заказчиком, а старик Юй — его верным пособником.
При мысли о них в глазах Суйцина мелькнул ледяной отблеск.
Этим двоим невероятно повезло. Им следовало бы каждый день молиться небесам за то, что Сюй Цибай, абсолютно невинно пострадавший в том аду, выкарабкался, живёт и сегодня утром перед выходом из дома ещё находил силы поддразнивать его.
Узнай Суйцин правду полгода назад, когда Цибай беспомощно лежал в реанимации между жизнью и смертью, он без колебаний отправил бы и отца, и деда в преисподнюю — ещё до того, как переступил бы её порог сам.
Но теперь рядом с ним был Цибай. И ради него Суйцину приходилось держать на цепи рвущегося наружу звера. Наказать виновников он обязан, но его собственные руки должны остаться безупречно чистыми.
Тишину кабинета нарушил осторожный стук в дверь.
— Войдите, — отрывисто отозвался Суйцин.
Ассистент переступил порог, приблизился к столу и склонил голову:
— Председатель Юй, снаружи господин Юй Фэйу и господин Юй Чэндун. Просят принять их.
Суйцин слегка прищурился. Сам он пока не спешил переходить к открытому нападению, а убийца уже явился с визитом.
— Впусти, — произнёс он с глухой, опасной интонацией.
В кабинет вошёл Юй Фэйу в сопровождении своего второго внебрачного сына, Юй Чэндуна. Некоторое время отец ходил вокруг да около, отпуская пустые замечания и избегая главной темы.
— Если ты сейчас же не объяснишь цель своего визита, выметайтесь оба, — ледяным тоном перебил его Суйцин.
Фэйу опешил от такой дерзости, вытаращив глаза. На языке уже готово было сорваться привычное «Да как ты смеешь так разговаривать с отцом?!», но, вспомнив про цель визита, Фэйу затолкнул спесь подальше.
— Старик велел пристроить Чэндуна на какую-нибудь должность в компании, — с претензией заявил он.
Суйцин выдержал паузу, не выказывая эмоций:
— А если я откажусь?
Фэйу тут же вспыхнул, в голосе прорезался металл:
— Это распоряжение старого мастера! Приказ, а не предложение для обсуждений!
Стоявший рядом Юй Чэндун поднял взгляд на председательское кресло. В его глазах проглядывала тщательно скрываемая алчность.
Суйцин отлично прочитал этот хищный блеск.
«Что ж, — мысленно усмехнулся он. — Раз уж тебе так неймётся отправиться на дно вместе со всем семейством Юй, это твой личный выбор. Попрекнуть меня будет нечем».
Он сделал вид, будто колеблется, изобразив на лице явное неодобрение:
— Хорошо. Но Чэндун пока не разбирается в делах корпорации. Максимум, что я могу предложить на первых порах, — кресло заместителя генерального директора. Пусть сперва вникнет в процессы.
Фэйу не удержал торжествующей ухмылки: о такой высокой должности они с сыном даже не мечтали. Внутренне ликовал и Чэндун — сдержанная маска на его лице чуть поползла.
Едва покинув высотку корпорации «Юй», Фэйу тут же набрал номер старого мастера, торопясь обрадовать главу клана. Закончив разговор, он с чувством похлопал сына по плечу:
— Старайся вовсю. Дед возлагает на тебя большие надежды. Да и я всегда знал, что ты ничем не хуже этого неблагодарного волка Суйцина.
Чэндуна тоже захлестнула волна с трудом сдерживаемого азарта. Он прекрасно понимал: дед тащит его в компанию лишь для того, чтобы сделать послушной марионеткой. Но какая разница? Главное — он сумел зацепиться за верхнюю ступень и пробиться к самому центру власти.
* * *
Когда за визитёрами закрылась дверь, в кабинете снова воцарилась звонкая тишина.
На губах Суйцина промелькнула холодная, ядовитая усмешка.
Коли уж корпорация «Юй» для них дороже жизни... каково им будет стравливать друг друга в смертельной грызне за этот кусок, чтобы в финале увидеть, как всё рушится в прах?
Представив выражение их лиц в тот момент, Суйцин ощутил, как тяжёлая, давящая мгла в груди ненадолго отступила, уступив место мрачному удовлетворению.
В тот вечер он впервые за долгое время задерживался в офисе намеренно. Он тянул время до темноты, пока откладывать отъезд стало совсем неприлично.
Он просто не знал, как взглянуть в глаза Сюй Цибаю и как объяснить ему правду о том страшном ДТП.
Вернувшись домой, Суйцин въехал в гостиную и увидел Сюй Цибая, увлечённо смотревшего зарубежные новости.
Суйцин, поджав губы, медленно катил колёса кресла, даже не вслушиваясь в дикторскую речь.
Заметив его, Цибай тут же просиял и тепло спросил:
— Почему так поздно? В компании завал?
Суйцин до белизны сжал пальцы на подлокотниках и глухо отозвался:
— Угу.
Уловив его подавленное настроение, Цибай улыбнулся и указал подбородком на экран:
— Взгляни-ка лучше на репортаж.
Суйцин перевёл взгляд на телевизор. Телеведущая с восторгом рассказывала о прорыве американской фармацевтической лаборатории: исследователям удалось создать препарат, способный стимулировать и восстанавливать повреждённую нервную систему.
Результаты многочисленных клинических испытаний подтвердили: новый препарат под названием «QING» помогает пациентам вернуть подвижность парализованным конечностям.
Суйцин замер. В глубине его души робкой дымкой затеплилась невероятная, почти забытая надежда.
Цибай поднялся, подошёл к креслу, опустился перед Суйцином на корточки и взял его за руку, ласково глядя в глаза:
— Название этой лаборатории тебе ни о чём не говорит?
Всё, что касалось Цибая, Суйцин помнил до мельчайших деталей. Через секунду его глаза изумлённо расширились, в голосе проскользнуло неверующее сомнение:
— Это... тот самый исследовательский центр, который ты подарил мне на день рождения?
Цибай подался вперёд и нежно поцеловал его в уголок губ:
— Угадал. Держи награду.
В тот же миг до Суйцина дошёл и сокровенный смысл, зашифрованный в названии препарата — «QING».
Вглядываясь в лицо любимого с затаённым, щемящим трепетом, он тихо спросил:
— А кто придумал это название? И почему именно такое?
Цибай лукаво прищурился:
— А ты как думаешь?
Суйцин не сдержал невольной улыбки, и мрачная тень, висевшая над ним весь вечер, мгновенно рассеялась.
Уже ночью, перед тем как заснуть, Суйцин всё никак не мог избавиться от ощущения, что произошедшее — лишь дивный, несбыточный сон.
Повернув голову к Цибаю, он спросил с затаённой тревогой:
— А если... если лекарство мне не поможет?
Цибай бережно притянул его к себе и, укутав в объятия, тихо прошептал прямо на ухо:
— Поможет. Верь мне.
И от этого спокойного, уверенного шёпота тревога Суйцина рассыпалась в прах. Возможно, именно безоговорочная вера Цибая заставила его поверить, что счастье и удача могут улыбнуться и ему.