Ань Цзычэн накануне вечером тоже смотрел прямую трансляцию. Вспоминая, как Сюй Цибай вез Инь Юньжуна на вертолете, он с трудом подавлял жгучую зависть к сопернику, урвавшему всё внимание публики.
Справившись с закипевшим в груди раздражением, он с невинной улыбкой подошел к Сюй Цибаю:
— Слышал, ты вчера рулил вертолетом? Я вот ни разу не осматривал здешние красоты с высоты. Интересно, повезет ли мне сегодня прокатиться с тобой?
Сюй Цибай даже бровью не повел.
— Погода дрянь, — отрезал он. — А пилот из меня так себе. В такой день за штурвал не сяду.
Чэнь Фэйхао взглянул на безупречную лазурь за окном и тихонько шепнул сидевшему рядом Сяо Баю:
— На улице ни облачка, солнце палит... С чего вдруг погода испортилась? Вчера вечером условия явно хуже были.
Сяо Бай сжал губы и еле слышно подхватил:
— Наш капитан отмазывается на ходу. Хоть бы что-то поправдоподобнее придумал.
Улыбка на лице Ань Цзычэна мгновенно одеревенела.
Лао Лю, самый рассудительный и взвешенный музыкант в их группе, решил сгладить возникшую неловкость.
— Я тут по дороге видел, — добродушно вмешался он, — что вчерашний вертолет сегодня как раз сдают в аренду для экскурсионных полетов. Если Ань-лаоши так интересно, можете попробовать. Три тысячи юаней за рейс.
Ань Цзычэн с трудом спрятал досаду и кивнул:
— Хорошо, спасибо. Обязательно загляну.
Инь Юньжун отчетливо уловил во взгляде Ань Цзычэна нездоровый интерес к Цибаю. В душе кольнуло неприятное чувство, и он с ехидной ухмылкой произнес:
— Вчера полет стоил тысячу. С чего бы такой скачок цен?
Чэнь Фэйхао, невнимательный к чужим подтекстам, тут же подхватил:
— Так наш капитан вчера прокатил Инь-лаоши! Теперь этот вертолет — главная достопримечательность острова. Поднять цену с тысячи до трех — это еще по-божески.
Затем он сочувственно посмотрел на Ань Цзычэна:
— Эх, Ань-лаоши, пришли бы вы пораньше — сэкономили бы пару тысяч.
Ань Цзычэн потерял дар речи. Не умеешь подбирать слова — лучше вообще молчи!
Видя его перекошенную физиономию, Инь Юньжун не удержался от легкой, едва заметной ухмылки.
Поняв, что диалог не задался и дальнейшее присутствие лишь добавит ему позора, Ань Цзычэн нашел предлог уйти:
— Мне еще нужно обсудить с Хэн Сихуа сегодняшнее выступление, так что я пойду.
Чэнь Фэйхао беззаботно помахал ему вслед:
— До свидания, Ань-лаоши! Не забудьте сфотографироваться в полете! Хочется сравнить дневной пейзаж с ночным!
Ань Цзычэн едва не споткнулся. Выдавив из себя натянутую ухмылку, он процедил сквозь зубы:
— Хорошо.
Едва незваный гость скрылся, ребята из группы подсели к столу Сюй Цибая.
Чэнь Фэйхао без лишних церемоний цапнул палочками прозрачный хрустальный дамплинг с креветкой и отправил его в рот:
— А завтрак тут просто отменный!
Проглотив угощение, он уставился на Сюй Цибая, который уже отложил приборы:
— Капитан, когда поплывем в следующий отпуск, ты ведь прокатишь нас на вертолете? Полетать над городами — это же просто крышесносно!
Сюй Цибай лениво окинул его взглядом, взял с края стола бумажное меню и в пару точных движений сложил аккуратный самолетик. Лёгким щелчком пальцев он отправил его прямо к тарелке Чэнь Фэйхао.
— Держи. Вот тебе твой личный вертолет.
Сяо Бай тихо прыснул со смеху:
— Чэнь Фэйхао, ты совсем с катушек съехал? Заставить капитана работать у тебя личным шофером? Спустись на землю!
Чэнь Фэйхао обиженно забормотал:
— Вот уж точно: братаны — как старые портки, а красивый Омега — как родная рука!
Сюй Цибай отозвался с ленивой вальяжностью:
— Главное, что ты сам всё понимаешь.
Чэнь Фэйхао рассчитывал, что капитан начнет оправдываться и заговорит о крепости мужской дружбы, но от такого ответа мгновенно поперхнулся куском сочной булочки с чашао.
Лао Лю с досадой похлопал его по спине:
— Настоящее наказание... У тебя рот даже во время еды не закрывается.
— Это капитан виноват! — выкашлял Чэнь Фэйхао. — Из-за него поперхнулся!
Сюй Цибай медленно поднял глаза и ледяным тоном переспросил:
— Хм?
Чэнь Фэйхао от испуга моментально дал задний ход:
— Да-да, это я сам поторопился, сам и подавился!
Сяо Бай закатил глаза:
— Ну и трус же ты.
— Будто ты храбрец! — огрызнулся Чэнь Фэйхао. — Рискни, подразни капитана так же!
Сяо Бай не задумываясь дал ему легкий щелбан:
— Я не настолько глуп, жизнь мне еще дорога.
Сюй Цибай лишь качнул головой. В их речах он выходил каким-то лютым монстром-людоедом.
Наблюдая, как Инь Юньжун с искренней улыбкой следит за этой перепалкой, Сюй Цибай спросил:
— И что тут смешного?
Инь Юньжун с улыбкой кивнул:
— Как ты с ними обращаешься, что они так тебя боятся?
Услышав вопрос, Чэнь Фэйхао мгновенно оживился:
— Инь-лаоши, вот тут вы спросили правильного человека! Я вам сейчас всё скажу, у меня тут самый богатый опыт! Вы даже не представляете, каково это — жить под началом нашего капитана. Деньки у нас суровые...
Он тараторил без остановки, и Инь Юньжун, слушая его байки, улыбался все шире.
Вдруг чья-то рука молча поставила перед Чэнь Фэйхао стакан воды.
— О, спасибо! — подхватил тот. — А то в горле пересохло.
— Не за что. Мне просто интересно, сколько еще ты продержишься.
От этого бархатного, но удручающе-зловещего голоса Чэнь Фэйхао замер. Он медленно повернул голову и увидел, что рядом с ним вместо Лао Лю уже сидит Сюй Цибай, на лице которого играла обещающая расправу улыбка.
Брат Сюй улыбается... Это же смертный приговор!
— К-капитан... — заикаясь, выдавил Чэнь Фэйхао. — Ты чего это тут присел? Где Лао Лю?
Сюй Цибай по-братски обнял его за шею и с напускной нежностью произнес:
— Погода на улице чудесная. Хочу прогуляться с тобой и обсудить наши чувства. Что думаешь?
Чэнь Фэйхао выжал из себя физиономию, которая выглядела печальнее, чем на похоронах:
— Э-э... Полно вам! Вы же только что говорили, что погода дрянь!
— Погода — как настроение у ребенка, меняется каждую минуту.
Когда Сюй Цибай потащил его к выходу, Чэнь Фэйхао успел отчаянно закричать через плечо:
— Инь-лаоши! Спаси-и-ите!!
Инь Юньжун лишь развел руками. Он повернулся к остальным:
— С ними всё будет в порядке?
Лао Лю усмехнулся:
— Инь-лаоши, не переживайте. Они постоянно так дурачатся. Фэйхао — парень гиперактивный, ему просто необходима твердая рука капитана, чтобы хоть ненадолго угомониться.
* * *
Вытащив Чэнь Фэйхао на улицу, Сюй Цибай слушал его непрерывные вопли. Тот, думая, что его сейчас будут бить, непрестанно канючил: «Хороший капитан!», «Брат Сюй!», «Босс!».
— Заткнись уже, — не выдержал Сюй Цибай и закатил глаза. — Никто тебя трогать не собирался. Я вывел тебя, чтобы задать вопрос.
Поняв, что расправа отменяется, Чэнь Фэйхао моментально повеселел:
— О, капитан, какой вопрос? Только не говори, что ты разозлил Инь-лаоши и теперь хочешь узнать, как подмазаться к Омеге? В тонкостях омежьей психологии мне равных нет, тут ты точно по адресу!
Сюй Цибай не удержался и отвесил ему легкий щелчок по затылку:
— Каркай больше. У нас всё отлично.
— Эх, моя идеальная черепушка когда-нибудь станет плоской от ваших щелбанов...
Сюй Цибай понял: если прямо сейчас не оборвать этот словесный поток, до дела они доберутся не скоро.
— Новая аранжировка и текст будут готовы к обеду. У вас будет вторая половина дня, чтобы всё разучить. Справитесь?
Изначально Сюй Цибай планировал сыграть старый проверенный трек. Однако вчера вечером на вертолете, глядя на то, как Инь Юньжун завораженно смотрит на ночное небо, он поймал внезапное вдохновение. Программу решено было менять.
Чэнь Фэйхао самоуверенно стукнул себя кулаком в грудь:
— Капитан, ты в ком сомневаешься? Да для нас подобный вызов — так, размяться на полчаса!
Видя такую уверенность, Сюй Цибай усмехнулся:
— Тогда полагаюсь на вас.
* * *
После завтрака Сюй Цибай сослался на дела и куда-то испарился. Инь Юньжун немного удивился его загадочному исчезновению.
Днем Инь Юньжун отправился прогуляться по местному колоритному рынку вместе с Чэнь Фэйхао и остальными ребятами.
— Вы случайно не знаете, чем занят Сюй Цибай? — спросил он.
Все трое, прекрасно осведомленные о секрете капитана, дружно сделали наивные лица и покачали головами:
— Без понятия.
Съемочная группа уже возобновила работу, и зрители в комментариях тоже недоумевали, куда делся Сюй Цибай.
Из-за того что сегодня на острове был ярмарочный день, на узких улочках собрались толпы народу. В какой-то момент Инь Юньжун случайно разминулся и с операторами, и с музыкантами.
Отправив им сообщение со своими координатами, он присел на скамейку в тени раскидистого дерева.
Инь Юньжун как раз набирал текст Сюй Цибаю, когда заметил, что солнце заслонила чья-то тень. Подумав, что это вернулись съемочная группа и Чэнь Фэйхао, он поднял голову — и столкнулся взглядом с одиноким Ань Цзычэном.
Инь Юньжун мгновенно остыл и сухо спросил:
— Что-то хотел?
Поскольку рядом не было ни камер, ни посторонних, Ань Цзычэн сбросил фальшивую маску и ядовито усмехнулся:
— Рад, небось? Нашел себе Альфу — сыночка самого богатого человека в стране.
Лицо Инь Юньжуна оставалось непроницаемым:
— Тебе-то какое дело?
Ань Цзычэн до судорог ненавидел эту его вечную невозмутимость.
— Ну и что с того, что вы сейчас вместе? — сжав зубы, прошипел он. — Думаешь, в богатую семью так легко войти? Не рановато ли празднуешь победу? Вы едва начали, Сюй Цибай с тобой до конца сезона может и не продержаться.
Инь Юньжун лишь слегка улыбнулся:
— Дойдем мы до конца или нет — покажет время. Но прямо сейчас рядом с ним я, а не ты.
Заметив плескавшуюся в глазах собеседника чистую желчь, Инь Юньжун добавил напрямую:
— Ты ведь просто завидуешь.
— Что за бред?! С чего бы мне тебе завидовать?!
Видя, как тот упрямствует, Инь Юньжун насмешливо изогнул губы:
— Пустить слух о том, будто Сюй Цибай признавался тебе в любви... Это ведь были твои происки? Он тебя отшил, но чтобы отвадить других Омег, ты пустил эти сплетни. Изворотливо, Ань-лаоши.
Ань Цзычэн не ожидал, что тот в курсе. Он вытаращился на Инь Юньжуна:
— Это Сюй Цибай тебе сказал?!
— Нет, — с холодным презрением ответил Инь Юньжун. — Он про тебя даже не вспоминает. Я сам всё разузнал.
— Ты...
— Инь-лаоши! Насилу вас нашли!
Из-за поворота выскочил Чэнь Фэйхао, а за ним прибежали операторы.
— О? Ань-лаоши, вы тоже тут?
Из-за неожиданного появления съемочной группы Ань Цзычэну пришлось проглотить заготовленные проклятия.
Он мгновенно надел мягкую улыбку:
— Да вот, случайно пересеклись с Инь-лаоши, решили перекинуться парой слов.
Чэнь Фэйхао кивнул, а затем вспомнил о кое-чём:
— Ань-лаоши, вы же утром говорили, что хотите прокатиться на вертолете? Поторопитесь! После того как капитан с Инь-лаоши устроили вчера вечером такую романтику, там выстроилась безумная очередь.
Улыбка на лице Ань Цзычэна снова одеревенела:
—... Спасибо. Прокачусь.
— Ждем фоточек! — задорно кивнул Чэнь Фэйхао.
Инь Юньжун подлил масла в огонь:
— Да, я тоже с нетерпением буду ждать ваших кадров.
От этих слов у Ань Цзычэна окончательно перекосило лицо.
* * *
Ближе к полудню наконец появился Сюй Цибай.
— Где ты пропал? — спросил Инь Юньжун. — Что за таинственность?
Сюй Цибай лишь слегка приподнял уголки губ:
— Секрет!
А когда во второй половине дня куда-то испарились Чэнь Фэйхао и остальные члены группы, Инь Юньжун догадался, что всё это связано с вечерним концертом.
Зная свою абсолютную неспособность к пению, Инь Юньжун еще в самом начале предупредил продюсеров, что не станет лезть на сцену, дабы не портить людям впечатление.
Вскоре наступил вечер.
Помимо группы Сюй Цибая, к выступлению весь день отчаянно готовились и команды Бай Лицяна и Хан Чжэнбо.
Организаторы полагали, что на небольшом южноазиатском островке отчетный концерт не соберет огромной толпы. Однако еще до начала шоу пляж перед импровизированной сценой был забит до отказа.
К моменту первого аккорда на песке яблоку негде было упасть — зрители стояли в несколько рядов.
Бай Лицян и Хан Чжэнбо исполняли вокальные номера. Было видно, что они выложились на полную: публика встречала их выступления бурными овациями.
Группа Сюй Цибая выступала последней.
Когда ребята поднялись на подмостки, фанатский крик едва не сорвал крышу со сцены.
Сюй Цибай сжал микрофон в одной руке и произнес низким, обволакивающим голосом:
— Добрый вечер. Сегодня мы представим вам совершенно новую песню. Она называется «Луна».
Чэнь Фэйхао с ослепительной улыбкой подхватил:
— Знаете, насколько она новая? Мы сами услышали её лишь полдня назад. Сюй Цибай написал её только сегодня утром!
Зал и чат прямой трансляции мгновенно замерли от изумления.
Новая песня? Я-то думал, они сыграют старый хит!
Вот это уровень! Настоящие дерзкие рокеры: сочинить песню за пол дня и сразу выкатить её на публичный концерт! Не боятся облажаться!
Заметив заинтригованные лица зрителей, Чэнь Фэйхао хитро прищурился:
— А знаете, почему «Луна»? Наш капитан как-то обмолвился: если он полюбит кого-то по-настоящему, то достанет для этого человека даже луну с неба. И вот, время пришло.
Хан Чжэнбо, сидевший в первом ряду неподалеку от Инь Юньжуна, толкал того в локоть:
— Выходит, песня для тебя? Вот уж действительно романтика от музыканта!
В глазах Инь Юньжуна плескалась нежность, сладкая, словно мед.
А вот Ань Цзычэн, сидевший неподалеку, темнел ликом с каждой секундой.
Музыканты вступили. Наполненная драйвом аранжировка захватила пространство, а яркие софиты высветили безупречный, хищный профиль Сюй Цибая.
Едва он запел, как его голос с первых же секунд подчинил себе всю аудиторию:
— Лунный свет трепещет на твоих ресницах,
Заставляя сердце замереть в груди...
...
Молю лишь об одном: сквозь вечность и года
Сплетенных рук нам не разжать с тобой никогда...
Допевая последнюю строку, Сюй Цибай опустил взгляд туда, где в темноте зала сидел Инь Юньжун.
Встретившись с ним взглядом, Сюй Цибай тихо, низко усмехнулся прямо в микрофон. Этот бархатный, сексуальный звук мгновенно заставил уши слушателей вспыхнуть, а сердца — затрепетать.
Инь Юньжун почувствовал, как к ушам прихлынула волна обжигающего жара. Воздух вокруг казался раскаленным, а сердце в груди колотилось так, словно намеревалось выпрыгнуть наружу.
Режиссер трансляции не упустил момент и вывел на экран их долгий, наполненный электричеством взгляд. Чат мгновенно превратился в сплошное море восторга и зависти.
* «Я сейчас сгорю от зависти! Тоже хочу такого Альфу!»*
* «А-а-а! Я просто таю! С одной стороны завидую Инь Юньжуну, а с другой — они же невероятно сладкая парочка!»*
* «Блин, я всю жизнь была убежденной холостячкой, но после этой песни мне захотелось влюбиться!»*
* «Не думала, что Сюй Цибай может так прочувствованно петь лирику... Это невероятно красивый трек!»*
* «Режиссёр красавчик, такой кадр поймал!»*
* «Готовый клип! Их взгляды — это просто разрыв сердца!»*
* «Срочно выложите трек на платформы! Я под него замуж выходить буду!»*
* «Песня, написанная за один день?! Вы серьезно?!»*
* «Боже, какой Сюй Цибай красивый на сцене! Почему я влюбилась в него только тогда, когда у него появился Омега?!»*
Завершение выступления группы «PU» подвело черту под финалом сезона.
Песня произвела фурор. Ань Цзычэн чуть не захлебнулся собственной желчью, но на его чувства Сюй Цибаю было глубоко плевать.
После окончания съемок Сюй Цибай и Инь Юньжун не стали сразу возвращаться на родину. Вместе с ребятами из группы они улетели на частный остров семьи Сюй, чтобы продолжить отдых.
И лишь когда менеджер устроил им настоящий телефонный террор, компания неторопливо поднялась на борт личного джета.
Едва они приземлились, менеджер Вэй Цзянтао лично загреб всю компанию и потащил в студию звукозаписи — наводить лоск на «Луну».
Чэнь Фэйхао скривился:
— Великий Вэй, мы только с трапа! Дай хоть вздохнуть!
Вэй Цзянтао сурово посмотрел на него:
— А ты загляни в соцсети и посмотри, сколько тысяч фанатов требуют немедленного релиза!
Чэнь Фэйхао вспомнил шквал сообщений, который видел во время отдыха, и виновато замялся:
— Ладно-ладно, пошли в будку.
Трек «Луна» выстрелил мгновенно. Песня гремела из каждого утюга, а в коротких видеороликах её использовали как главный романтический фоновый трек.
Вскорости желтая пресса распустила слух: якобы Сюй Цибай безвозмездно передал все авторские права на «Луну» Инь Юньжуну.
Когда менеджер официально подтвердил эту информацию, фанаты окончательно задохнулись от восторга.
* «Ну и где те умники, которые кричали, что их роман — просто игра на камеру? Лица не болят?»*
* «Офигеть! Какая, к черту, игра, если человек отдаёт авторские права на такой хитяра?! Там же отчисления такие, что до конца жизни хватит!»*
* «Инь Юньжун просто вытащил счастливый билет! Господи, где дают таких Альф?!»*
Слух о «фальшивом романе ради шоу» изначально пустил Ань Цзычэн, пытавшийся хоть как-то насолить сопернику. Но результат оказался обратным: поступок Сюй Цибая окончательно разбил любые сомнения публики.
Узнав о передаче прав, Ань Цзычэн в приступе бессильной ярости перебил дома всю посуду.
* * *
Вскоре после окончания проекта Бай Лицян попался журналистам на измене с другим Омегой. Спасая остатки репутации, он официально объявил о расставании с Хэн Сихуа. Получив от бывшего щедрый отступной чек за молчание, Хэн Сихуа сжал зубы и принял эту версию.
Оставшись в одиночестве, Хэн Сихуа вознамерился переключить внимание на Сюй Цибая. Впрочем, и у него, и у Ань Цзычэна шансов подступиться к Сюй Цибаю практически не было.
А когда им случайно удалось пересечься, Сюй Цибай без лишних реверансов спустил с них шкуру прямо на месте. Он разнес обоих так жестко и хладнокровно, что они раз и навсегда похоронили надежды подлезть к нему и переключились на других богачей.
Омег, охотившихся за статусом семьи Сюй, хватало с избытком, но Сюй Цибай давил подобные попытки на корню еще до того, как о них узнавал Инь Юньжун. Он никогда не проявлял жалости к любителям легкой наживы. Со временем даже самые отчаянные признали: Сюй Цибай — непробиваемый орешек, и лезть к нему опаснее для жизни.
В этом мире Сюй Цибай прошел рука об руку с Инь Юньжуном через всю жизнь.
И лишь в тот миг, когда Инь Юньжун тихо ушел из жизни в глубокой старости, система зафиксировала стопроцентный Индекс счастья.