Лето в Сичэне славилось внезапными ливнями.
Едва утренние состязания спортивного праздника завершились и школьники потянулись в столовую, как с неба неожиданно припустил слепой дождь. Прохладные капли дробили по асфальту, выбивая мелкие брызги и ненадолго сбивая душную летнюю жару.
К моменту, когда Сюй Цибай и Чу Юймо пообедали и вышли на улицу, ливень уже утих. Небо после дождя сияло безупречной лазурью, а воздух напитался свежим ароматом влажной земли.
После полуденного отдыха спортивный праздник возобновился. Палящее солнце быстро испарило лужи на беговых дорожках.
Забег Сюй Цибая на двести метров числился вторым в дневной программе. Едва он появился в шатре своего класса, друзья и одноклассники наперебой принялись поддерживать его:
— Брат Сюй, жми! Вся надежда на тебя!
— Ты же в прошлом году золото взял, в этом точно повторишь!
— Угу, возьмёт Сюй Цибай первое место — и наш класс по общим очкам вырвется в лидеры среди десятых!
Сюй Цибай лишь улыбнулся:
— Завязывайте захваливать, я же не всемогущий. Победу никто не гарантировал — того же Чэнь Лянбэня из соседнего класса обставить не так-то просто.
Чэнь Лянбэнь в прошлом году занял второе место, уступив Сюй Цибаю совсем малость.
И стоит помянуть лихо, как оно тут как тут. Не успел Цибай договорить, как у навеса их класса возник сам Чэнь Лянбэнь. Шагнув к Сюй Цибаю, тот самоуверенно заявил:
— Сюй Цибай, в этот раз я тебе не уступлю.
Цибай и бровью не повёл, ответив со спокойной улыбкой:
— На дорожке увидим, кто быстрее.
Стоило сопернику удалиться, как кто-то из ребят заметил:
— Я после уроков постоянно видел, как Лянбэнь на стадионе двухсотметровку отрабатывает. Похоже, подготовился всерьёз.
Цибай бросил взгляд на часы. До забега оставались считанные минуты — самое время переобуться в шиповки, которые он специально принёс из дома. Для спринта шипованная обувь незаменима: она обеспечивает лучшее сцепление стопы с покрытием и помогает набрать максимальную скорость, так что результаты в шиповках всегда выше, чем в обычных кроссовках. На этот раз все участники двухсотметровки принесли свою профессиональную обувь.
Чтобы не терять вещи, ученики сдавали личные пожитки Лю Инъин, отвечавшей за хозяйственные вопросы в классе. Сюй Цибай подошёл к ней:
— Помоги, пожалуйста, достать мои шиповки. Они в белой коробке.
Сидевшая на стуле девушка кивнула:
— Да-да, помню. Я на все вещи наклеила имянки, так что ничего не перепутается.
Она достала из контейнера под столом белую коробку и протянула её Цибаю.
К этому моменту освободился и Чу Юймо, подошедший к другу. Цибай присел на стул и откинул крышку. Но вместо новенькой обуви перед ним лежало нечто, изрезанное и измочаленное в клочья.
Чу Юймо, ошеломлённый этим зрелищем, нахмурился:
— Как это понимать? Утром же всё было в порядке.
Подошедшие подбодрить Цибая Сюй Пань и Ли Шоу тоже застыли в изумлении. Сюй Пань не сдержал взволнованного возгласа:
— Брат Сюй, да что с ними?! Это же просто рваньё, в таком бегать невозможно!
Вернувшаяся под навес Чэн Яцянь скользнула взглядом по компании ребят. Она чуть прикрыла глаза, скрывая вспыхнувшее в них торжество. Шедший рядом Гу Чэнъи, заприметив суматоху, любопытствующе перевёл взгляд на Цибая:
— Похоже, у Сюй Цибая какие-то неприятности.
Чэн Яцянь лишь поправила причёску и промолчала, но на её хорошеньком лице заиграла злорадная улыбка.
Лю Инъин, услышав, что шиповки испорчены намеренно, побледнела от испуга:
— Сюй Цибай, честное слово, как ты сдал мне коробку, я её даже не открывала! — растерянно запричитала она. — Я понятия не имею, кто мог это сделать!
Цибай видел её искреннюю реакцию и понимал, что Инъин тут ни при чём.
Сюй Пань досадно затылок почесал:
— И какому ублюдку это понадобилось?
Инъин тоже напряжённо вспоминала всё, что происходило возле вещей. И тут её осенило. Она вскинула глаза на Чэн Яцянь, которая как ни в чём не бывало болтала с Гу Чэнъи неподалёку.
Заметив её озадаченный взгляд, Цибай тихо спросил:
— Что-то вспомнила?
Инъин помялась, но ответила:
— Я отсюда почти не отходила... За исключением обеда, когда пошёл дождь. Тогда я встретила Чэн Яцянь и попросила её присмотреть за вещами, пока сбегаю в столовую.
Сюй Цибай переглянулся с Чу Юймо. Обоим стало ясно, чьих рук это дело.
Чэн Яцянь и Гу Чэнъи как раз подошли ближе и уловили конец разговора. Яцянь тут же состряпала святую невинность:
— Я вообще ни при чём! Просто посидела немного, подлистала телефон. Я даже к контейнеру с вещами не прикоснулась, с чего вы взяли, будто это я испортила обувь Сюй Цибая?
Гу Чэнъи поддержал её:
— Вот именно. Яцянь и мухи не обидит, как вам вообще такое в голову пришло? Ищите виновника, но не нужно валить всё на невинных людей.
Сюй Цибай смерил её проницательным взглядом:
— А кто сказал, что речь идёт о шиповках? Я этого даже не упоминал.
Чу Юймо обжёг девушку ледяным взором. Гу Чэнъи тоже в замешательстве взглянул на Яцянь.
На секунду та онемела, но быстро нашлась:
— Вы так орали на весь шатёр, тяжело было не услышать!
Отговорка звучала более-менее правдоподобно.
— Что за собрание? — к ним подошла классная руководительница, учитель Чжан.
Ребята поздоровались. Учительница недоумённо посмотрела на Цибая:
— Сюй Цибай, двухсотметровка на носу, почему ты ещё не переобулся и не на старте?
— Учитель Чжан, да тут такое дело! — пыша негодованием, вмешался Сюй Пань. — Кто-то нарочно уничтожил шиповки Цибая!
Он подхватил изуродованную обувь из белой коробки и показал преподавательнице:
— Взгляните сами, всё изрезано, бегать в этом нереально!
Учитель Чжан ахнула от изумления:
— Какое безобразие! У кого только рука поднялась на такую подлость?
Сюй Цибай вгляделся в изрезанный белый тапок, и его взгляд замер на странном тёмном пятне на обувной ткани. В глазах мелькнула догадка.
Выслушав сумбурные объяснения Сюй Паня, учитель Чжан глубоко вздохнула:
— В такой суматохе мы быстро концы не найдём. Цибай, иди готовься к забегу, а после спортивного праздника я устрою разбирательство.
Сюй Пань сокрушённо опустил плечи:
— Придётся так... Соревнования важнее. Но до слёз обидно за обувь. Я узнавал, у бегунов из других классов сплошь шиповки. Брат Сюй без них окажется в заведомо проигрышном положении.
— Ничего страшного, главное — участие, золотая медаль не самое важное, — постаралась утешить учеников классная дама.
— А ведь золото было у нас в кармане! — не унимался Сюй Пань. — Теперь придётся тащиться в хвосте. Заразу бы эту поймать...
Чэн Яцянь потупила взор, едва сдерживая торжествующую ухмылку. Ей приходилось прикладывать немалые усилия, чтобы не выдать себя радостной улыбкой.
Едва лицемерная девица решила, что дело замято, как Сюй Цибай неожиданно заговорил. Он повернулся к Лю Инъин:
— Ты говорила, что контейнер с личными вещами всё время оставался под нашим навесом, верно?
— Да, абсолютно, — кивнула девушка.
— То есть к рощице возле пруда ты сегодня не ходила?
— Разумеется, нет.
Услышав упоминание рощицы, Чэн Яцянь вздрогнула и судорожно сжала кулаки.
Цибай перевёл на неё спокойный взгляд:
— И ты там тоже не была?
Несмотря на ёкнувшее сердце, Яцянь упрямо вскинула подбородок, изо всех сил сохраняя невозмутимый вид:
— Я только недавно перевелась в эту школу и понятия не имею, где находится твоя роща!
Гу Чэнъи тут же подхватил:
— Вот именно, эта роща на самом краю территории, откуда новенькой знать к ней дорогу?
Сюй Цибай про себя уже всё окончательно понял. Выслушав категоричный отказ, он опустил взгляд на белоснежные кроссовки Чэн Яцянь, и в его глазах блеснула едва заметная, ироничная усмешка.
Девица оказалась слишком самоуверенной и сама же загнала себя в капкан.