Хуан Юй смахнул с лица пролитый сок. Липкая влага только подлила масла в огонь. Лицо его налилось багровым румянцем, он выпятил грудь и взревел:
— Сюй Цибай! Ты что вытворяешь?! Совсем из ума выжил?!
Сюй Цибай холодно усмехнулся:
— У тебя изо рта несет, вот я и решил прополоскать. Не благодарности ради. Если понравилось — могу повторить, заодно сэкономишь на чистке у стоматолога.
Хуан Юй потемнел от ярости. Стиснув кулаки, он дернулся вперед, но Жуань Эркай тут же шагнул наперерез, заслонив Сюй Цибая.
— Хуан Юй, давай без глупостей, — неторопливо произнес Жуань Эркай, уберегая Сюй Цибая за своей спиной. — Зачем устраивать сцену? Обоим потом стыдно будет.
Собрание переглянулось: защита была настолько откровенной, что аж тошнило.
Сюй Цибай слегка оттолкнул Жуань Эркая и шагнул к тяжело дышащему Хуан Юю. На его губах все так же играла небрежная улыбка.
— Хуан Юй, вот он я, стою прямо перед тобой. Руки не подниму. Но решишься ли ты ударить меня хотя бы пальцем? Ты уверен, что твоя семья потянет последствия?
Сюй Цибай тихо фыркнул. Улыбка его была безупречно красивой, но Хуан Юю от нее становилось только тошнее. Руки того дрожали от гнева, но кулак так и не сдвинулся с места.
— Эх, скука.
Сюй Цибай не стал скрывать презрения. Он махнул стоящему позади Жуань Эркаю:
— Неинтересно. Я домой.
Жуань Эркай не хотел, чтобы тот уходил так рано:
— Ты же только пришел! Куда так спешить?
Сюй Цибай лишь развел руками:
— Дома контроль строгий, комендантский час.
Услышав это, Жуань Эркай не смог скрыть тень мрачной зависти. Раньше, до знакомства с Юй Суйцином, Сюй Цибай никогда не уходил так рано. Но стоит тому вмешаться — и начинается тотальный контроль. Жуань Эркай знал, насколько Сюй Цибай не терпит ограничений, и потому боялся Юй Суйцина еще сильнее.
Пока они разговаривали, кто-то поспешно увел взбешенного Хуан Юя из VIP-ложи.
К ним подошел Линь Кэнь. Заметив, что Жуань Эркай недоволен уходом друга, он попытался разрядить обстановку:
— Раз Хуан Юй ушел, останься еще на часок! Молодёжь в баре — кто сматывается в самый разгар? Ночная жизнь только начинается.
— Звучит логично, — задумчиво протянул Сюй Цибай.
Линь Кэнь расплылся в улыбке, но Сюй Цибай продолжил:
— Вот только этот режим мне установил Юй Суйцин. Хочешь с ним обсудить? Могу дать номер.
Улыбка Линь Кэня мгновенно окаменела.
— Э-э, да ладно, — выдаввил он сухую усмешку. — Человек он занятой, зачем его беспокоить... Если надо идти, иди, конечно, не буду задерживать.
Перед Юй Суйцином даже их родители испытывали трепет, что уж говорить о них, избалованных и бесполезных мажорах.
Сюй Цибай привык поступать так, как вздумается. Он просто толкнул дверь и вышел из ложи.
Едва дверь захлопнулась, Линь Кэнь посмотрел на мрачного Жуань Эркая и не решился произнести ни слова.
Спустя пару минут Жуань Эркай тоже поднялся и покинул бар.
Когда они ушли, кто-то в компании пробормотал:
— Вот же испортил весь вечер.
— Ты про кого?
— А про кого еще! Про Сюй Цибая, конечно. Совсем страх потерял. Семьи у нас у всех не хуже, а он вечно задирает нос. Подумаешь, Юй Суйцин его покрывает!
— Хуан Юй сам виноват. Зачем было распускать язык и цепляться к Сюй Цибаю? Раз потянуть не можешь, не провоцируй, а то сам же в грязь лицом и ударишься.
— Ладно-ладно, замяли тему. Не хватало еще проблем нажить. Забудьте.
Но раздухарившийся у экрана монитора Юй Суйцин вовсе не собирался пускать все на самотек.
В кабинете на четвертом этаже бара Юй Суйцин сделал один единственный звонок.
В то же мгновение Корпорация Юй и подконтрольные ему компании начали расторгать все контракты с фирмой семьи Хуан.
Основной бизнес семьи Хуан долгие годы располагался за границей — они эмигрировали еще в период смуты. Но в последние годы, на фоне стремительного экономического роста страны, полгода назад они решили перенести центр развития на родину. В качестве плацдарма они выбрали процветающий Город H.
Все эти полгода семья Хуан отчаянно искала партнеров среди местных гигантов, и Корпорация Юй была их главной целью. В свое время родители буквально силой притащили Хуан Юя извиняться перед Сюй Цибаем именно потому, что пытались выбить этот контракт.
И даже если теперь они получат от Юй Суйцина солидную неустойку за разрыв договоренностей, радоваться им явно не придется. Они стремились к долгосрочному сотрудничеству, и глупая сумма компенсации не компенсирует колоссальных упущенных возможностей.
* * *
Сюй Цибай оставил свою машину на парковке бара. Поймав такси и назвав адрес, он откинулся на заднем сиденье и прикрыл глаза.
Внезапно в его голове раздался взволнованный голос Системы:
[Сюй Цибай! По нашему заданию снова продвижение! Индекс счастья Юй Суйцина поднялся на два процента, теперь уже сорок!]
Уголки губ Сюй Цибая слегка приподнялись.
Система переживала за прогресс куда сильнее, чем сам хост.
Вспомнив, что многие до сих пор считают Сюй Цибая бессовестной неблагодарной тварью, Система воодушевленно предложила:
[Сюй Цибай, может, расскажешь Юй Суйцину, что та авария произошла из-за него? Если он узнает, что ты пострадал, защищая его, он точно изменит свое отношение, и Индекс счастья взлетит до небес!]
В прошлом кто-то покушался на жизнь Юй Суйцина. Сюй Цибай тогда рассудил просто: раз уж он выполнил задачу по завоеванию симпатии и через пару дней все равно должен совершить побег через смерть, то почему бы не использовать этот шанс и не принять удар на себя?
Они с Юй Суйцином были похожи комплекцией. В тот день Сюй Цибай нарочно накинул его пальто. Пьяный водитель принял Сюй Цибая за Юй Суйцина и сбил его на полной скорости.
Полгода назад, очнувшись в больнице этого мира, Сюй Цибай сам был на грани нервного срыва, когда узнал, что Юй Суйцин парализован.
Он ведь изо всех сил пытался отослать Юй Суйцина подальше, но тот все равно повернул назад и бросился на помощь.
Услышав глупое предложение Системы, Сюй Цибай головной болью потер лоб.
Ну и бестолковая же ему попалась помощница.
Не пройди они вместе уже несколько миров, он бы давно подал рапорт на замену.
«Ты правда думаешь, что если Юй Суйцин узнает об этом прямо сейчас, его Индекс счастья вырастет?»
Надо думать не головой, а хотя бы мизинцем на ноге, чтобы понять — это исключено.
Сюй Цибай целых три года ненавязчиво соблазнял Юй Суйцина, проходя квест. Он знал этого человека гораздо лучше, чем казалось окружающим.
Пусть Юй Суйцин и считался внебрачным сыном, он вырос в семье Юй, и вся высшая знать Города H знала его как неприкосновенного гения.
Но этот гений пал. Он оказался прикован к инвалидному креслу. И те, кто раньше не смел поднять на него взгляд, теперь тайком злорадствовали.
Для столь гордого человека, как Юй Суйцин, потеря способности ходить была страшнейшим ударом. Но поскольку это была цена, уплаченная за спасение Сюй Цибая, он готов был терпеть любые последствия.
А вот если он узнает, что сам Сюй Цибай попал под колеса только из-за него... Юй Суйцин взвалит всю вину за аварию на свои плечи.
Он и без того болезненно переживал свою инвалидность. Подобная правда просто сломает его.
К тому же, едва очнувшись полгода назад, Сюй Цибай тайком выкупил небольшую зарубежную фармлабораторию.
Спасибо навыкам из прошлых миров: когда-то он был величайшим фармакологом. И пусть Система запечатала воспоминания, полученные мастерство и навыки никуда не делись.
Юй Суйцин узнает правду, обязательно. Но только тогда, когда снова встанет на ноги.
* * *
Вернувшись домой, Сюй Цибай обнаружил, что Юй Суйцина нет, и понимающе улыбнулся.
Он поднялся на второй этаж и прошёл в спальню.
Приняв душ и выйдя из ванной, он увидел Юй Суйцина: тот уже сидел за красным письменным столом из красного дерева и разгребал документы на ноутбуке.
Мягкий свет лампы падал на его холодные, резкие черты, слегка сглаживая привычную суровость.
Юй Суйцин поднял взгляд и замер: Сюй Цибай стоял перед ним в небрежно накинутом сером халате, перевязанном простым белым полотенцем на бедрах.
Капли воды стекали по влажным прядям на грудь, медленно скользя по рельефным мышцам, и терялись в складках полотенца.
От влажных волос веяло свежестью, а в глазах читалась ленивая вальяжность.
Сюй Цибай слегка зевнул и направился к кровати. Едва он собрался присесть, как раздался прохладный голос Юй Суйцина:
— Высуши волосы.
— Лень. Устал.
То ли от сонливости, то ли нарочно, но в его ленивом голосе прозвучали капризные нотки.
Юй Суйцин слегка нахмурился и подогнал кресло к тумбочке.
Достав из выдвижного ящика фен, он ровным тоном произнес:
— Пересядь на кресло.
Сюй Цибай с неохотой перетек на мягкое кресло возле кровати.
Спальню наполнил ровный гул фена.
Белоснежные, будто из нефрита выточенные пальцы Юй Суйцина бережно скользили сквозь шелковистые пряди.
Сюй Цибай прикрыл глаза от удовольствия. Его ресницы трепетали, словно крылья бабочки, выражая полное умиротворение.
Вдруг он спросил:
— Ты где был? Я пришел, тебя не было.
Рука Юй Суйцина на мгновение замерла.
— Заезжал по делам компании.
Сюй Цибай улыбнулся уголками губ:
— Не перерабатывай.
Юй Суйцин опустил взгляд на его лицо и тихо отозвался:
— Угу.
Он поглаживал и сушил его волосы еще какое-то время, пока не убедился, что пряди стали абсолютно сухими, после чего выключил фен.
— Иди спи.
Едва Юй Суйцин попытался убрать руку, как Сюй Цибай перехватил его запястье. Подняв веки, он уставился на него потемневшим, туманным взглядом и произнес с поволокой в голосе:
— Дядя, он поднялся.
Сюй Цибаю исполнилось всего двадцать три, в то время как Юй Суйцин был старше его на восемь лет. В моменты игривого настроения Сюй Цибай специально дразнил его этим «дядей».
Кожа на голове у Сюй Цибая была крайне чувствительной. Пока Юй Суйцин сушил ему волосы, его пальцы то и дело касались макушки, выбив из Сюй Цибая остатки сна.
Юй Суйцин мельком глянул на ощутимый холмик под белым полотенцем и поджал губы:
— Я еще не принимал душ.
В глазах Сюй Цибая вспыхнули азартные искры:
— Я отнесу тебя.
Юй Суйцин ничего не ответил.
Сюй Цибай поднялся и с легкой грацией подхватил его из инвалидного кресла на руки, удержав как принцессу.
Юй Суйцин молча зажмурился, лишь сильнее вцепившись пальцами в его халат, пока мочки его ушей медленно застилал густой румянец.
* * *
Ванную комнату затянуло густым паром, скрывшим силуэты.
Прошло немало времени, прежде чем Сюй Цибай вынес Юй Суйцина обратно. Тот совершенно обмяк на его руках.
Уголки глаз Юй Суйцина алели, а привычно холодное, подобно заснеженной сосне, лицо сейчас казалось чарующим и порочным, словно у лесного духа.
Сюй Цибай бережно уложил его на постель. Но едва он собрался отстраниться, Юй Суйцин резко вцепился в его запястье.
Сюй Цибай опустил взгляд. Голос Юй Суйцина звучал сдавленно и охрипло, но в нем пробивалось упрямство:
— Продолжай.
Он знал, что Сюй Цибай остался неудовлетворен.
Сюй Цибай мягко высвободил руку и тихо рассмеялся:
— Твои ноги не выдержат.
Они и так зашли слишком далеко. Повтори они это снова, Юй Суйцин мог пострадать.
При этих словах рука Юй Суйцина бессильно соскользнула на белоснежную простыню.
Он опустил веки, скрыв темную глубину своего взгляда.
Едва Сюй Цибай лег на кровать, как тонкие, длинные руки Юй Суйцина обвили его со спины, подобно гибкой лозе, мертвой хваткой вцепившись в подтянутую талию.
Горячее, обжигающее дыхание мелкими толчками касалось мышц его спины.
Сюй Цибай затаил дыхание, ощущая, как от этих нежных касаний вздымается грудь.
Он резко повернулся, накрыв его своим телом, и сверху вниз въелся хищным, пронзительным взглядом в лицо Юй Суйцина.
Голос Сюй Цибая прозвучал сдавленно, с трудом сдерживая порыв:
— Ты спать собираешься?
Юй Суйцин сжал губы в тонкую нить. В его красивых глазах, прикованных к Сюй Цибаю, заплясали огоньки одержимости:
— Еще рано.
Сюй Цибай бросил взгляд на будильник на тумбочке.
Три часа ночи. Рано?!
Сюй Цибай перехватил оба его запястья, зафиксировав их над головой, опустился ниже и нежно поцеловал алеющий уголок его глаза.
Юй Суйцин дрогнул длинными ресницами, ожидав продолжения, но услышал лишь хриплое:
— Хватит буянить, спи.
Открыв глаза, Юй Суйцин увидал только спину Сюй Цибая, встающего с кровати.
В ванной снова зашумела вода.
Спустя долгое время Сюй Цибай, обжигая прохладой, вернулся в комнату и обнаружил, что Юй Суйцин, несмотря на глубокую усталость, из последних сил борется со сном.
Сюй Цибай с легкой улыбкой забрался под одеяло и накрыл его глаза ладонью.
Обняв его за талию, покрытую пикантными красными отметинами, он сонно пробормотал:
— Спи. Я не хочу снова идти под холодную воду.
Погодя немного, Юй Суйцин тихо откликнулся:
— Угу.
* * *
Ночь пролетела мгновенно.
Солнечные лучи, пробиваясь сквозь узорчатые шторы, тихо пробрались в тихую спальню.
Сюй Цибай трепетно пошевелил веками и открыл глаза.
Посмотрев в сторону, он понял, что Юй Суйцина рядом давно нет.
Нащупав на тумбочке телефон, Сюй Цибай увидел на экране одиннадцать утра.
Он не спеша поднялся, умылся и вышел из комнаты.
Едва подойдя к лестнице на втором этаже, он услышал доносящийся снизу шум.
Приехали его дядя с теткой.
Голос второго дяди, Сюй Оуэня, гремел подобно раскатам грома:
— Юй Суйцин, не заходи слишком далеко! Цибай — сын моего старшего брата, он из семьи Сюй! Какое право ты, посторонний человек, имеешь вмешиваться в делa нашей компании?!
Лицо Юй Суйцина оставалось невозмутимым:
— Он передал акции мне, и я обязан управлять компанией семьи Сюй надлежащим образом.
Вторая тетушка, Лю Цзинмэй, завизжала:
— Но это не повод смещать моего мужа с поста председателя! Он отлично управлял фирмой, с какой стати ты вышвыриваешь его?!
Голос Юй Суйцина прозвучал ледяным тоном:
— Я смотрю на способности, а не на родственные связи.
Если бы не тот факт, что они были единственной родней Сюй Цибая, Юй Суйцин даже не пустил бы их на порог, не говоря уже о каких-то объяснениях.
Сюй Оуэнь, услышав намек на свою бездарность, окончательно потерял контроль над собой и уставился на Юй Суйцина налитыми кровью глазами:
— Зови Сюй Цибая! Ты не из семьи Сюй, мне не о чем с тобой разговаривать!
С верхних ступеней прозвучал ленивый голос Сюй Цибая:
— Он не из семьи Сюй, зато я — его.