Дворецкий Чэнь отлично понимал, отчего господин дуется. Он порывался намекнуть Сюй Цибаю, но Юй Суйцин строго-настрого запретил вмешиваться.
И пусть сам Цибай делал вид, будто понятия не имеет о приближающемся празднике, верные приятели — Чэнь Фэйян и Сюй Лицзянь — про эту дату не забыли.
Фэйян ещё на прошлой неделе подбивал всех собраться и как следует отметить, да только Суйцин до последнего тянул с ответом. Лишь убедившись, что от Сюй Цибая никаких сюрпризов ждать не приходится, он наконец согласился приехать.
Уже выезжая из дома, в саду возле особняка он столкнулся со свернувшим к дому Цибаем.
Тот притормозил и скользнул взглядом по коляске:
— Уезжаешь?
В душе Суйцина на мгновение вспыхнула глупая надежда. А вдруг Цибай против? Вдруг он тайно приготовил какой-нибудь сюрприз и просто ждёт нужного момента?
Поджав губы, Суйцин сухо ответил:
— Да. Хочешь что-то сказать?
Цибай искренне изумился:
— А что говорить? Скатертью дорога?
Юй Суйцин лишь молча сжал челюсти.
И зачем он только питал иллюзии?
Лицо его заледенело. Ни слова больше не говоря, он развернул инвалидное кресло и поехал к воротам. Личный ассистент едва успевал семенить следом.
Разминаясь с ним, Суйцин уловил, как сквозь привычный прохладный аромат мяты пробивается ещё одна нотка — до боли знакомый запах.
Уже сидя в салоне автомобиля, он вспомнил, что это было. Едва ощутимый, едва уловимый запах больничного антисептика.
Суйцин опустил веки. В последнее время от Цибая всё чаще пахло именно так.
* * *
В отдельном кабинете ресторана Чэнь Фэйян и Сюй Лицзянь ждали уже какое-то время.
Заметив, что вечно беспечный Фэйян сидит мрачнее тучи, Лицзянь с недоумением поинтересовался:
— Ты чего такой взвинченный? Случилось что?
Фэйян в досаде взъерошил шевелюру:
— Да сам не знаю... стоит ли вообще язык распускать.
— Выкладывай, — подтолкнул его Лицзянь. — Свои же люди, чего мнёшься?
Чэнь Фэйян раздражённо цыкнул и понизил голос:
—... Похоже, эта сволочь Цибай ходит налево.
Лицзянь аж выпрямился от неожиданности:
— Ты сдурел? Такими вещами не бросаются!
— Я не бросаюсь, у меня улики есть, — Фэйян выудил из кармана смартфон и пощёлкал по экрану. — На, сам глянь. Фото, видео... Я сам опешил, когда увидел.
Лицзянь вгляделся в снимок. На экране Сюй Цибай бережно поддерживал под локоть молодую беременную женщину.
— Может, просто помог? — усомнился Лицзянь. — Мало ли, женщине плохо стало, вот он и придержал.
— Ага, щас! Ты видео включи, — настоял Фэйян. — Они там шли, миловались, болтали без остановки! Цибай её мало того что до самой гинекологии довёл, так ещё и сидел там с ней в очереди, ждал!
Лицзянь запустил ролик. Кадры подло подтверждали каждое слово.
Лицо Лицзяня тоже потемнело.
— Вот же подонок, — процедил он сквозь зубы.
Вернув телефон приятелю, он строго добавил:
— Суйцину пока ни слова. Я пробью эту деваху через своих людей, узнаем, что за хмырь.
— И от чего же меня решили уберечь?
От неожиданного голоса за спиной оба едва не подпрыгнули.
Обернувшись, они увидели в проёме двери Юй Суйцина.
Фэйян с паникой в глазах уставился на друга: «И что теперь делать?!»
Лицзянь быстро взялся соображать и натянул самую беззаботную улыбку:
— Да так, пустяки! Спорили с Фэйяном, куда лучше спрятать твой подарок, чтобы ты раньше времени не наткнулся и сюрприз не испортил.
Суйцин медленно перевёл тяжелый взгляд на бледнеющего Фэйяна:
— Вот как?
— Угу, именно! — закивал тот, как заведённый. — Кто ж знал, что ты так тихо подкрадёшься...
Лицо Суйцина оставалось абсолютно непроницаемым. Он протянул к Фэйяну изящную, бледную ладонь:
— Давай сюда.
— Что, подарок? — засуетился Фэйян. — Прямо сейчас хочешь? Ладно, щас достану...
— Телефон.
Фэйян оцепенел. Сколько же он успел услышать?!
— А... а что с телефоном? — попытался дурачиться Фэйян, растягивая губы в нервной ухмылке.
— Фэйян, — в голосе Суйцина прорезался ледяной металл.
Одного этого тона хватило, чтобы у Фэйяна душа ушла в пятки. В поисках спасения он метнул взгляд на Лицзяня, но тот предательски уставился в стену, всем видом показывая, что он тут ни при чём.
Делать было нечего. Покорно вздохнув, Фэйян медленно вложил смартфон в руку Суйцина.
Суйцин разблокировал экран. С каждым мгновением, пока он разглядывал снимки, его брови сдвигались всё ниже, а лицо накрывала мертвенная бледность.
Пазл сложился. Теперь становилось понятно, откуда у Цибая этот стойкий больничный запах.
— Суйцин... ты как? — осторожно подал голос Фэйян.
Тот поднял глаза — тёмные, непроглядные, как омут. Голос его звучал ровно и отстранённо:
— Не вмешивайтесь. Это мои дела.
— Но... — начал было Фэйян, но Лицзянь больно цапнул его за локоть, заставляя заткнуться.
Обед прошёл в гнетущем молчании. Видя, что виновник торжества сидит погружённый в себя, друзья не стали настаивать на продолжении вечера.
Проводив взглядом отъезжающий автомобиль Суйцина, Чэнь Фэйян не выдержал и плюнул на асфальт:
— Урод... Из-за этого выродка Цибая у человека даже в день рождения праздник испорчен!
— Передо мной хоть обругайся, а при Суйцине рот на замке держи, — вздохнул Лицзянь.
Бесполезно было что-то доказывать: Суйцин увяз в Сюй Цибае по самые уши, и никакие разумные доводы тут не работали.
* * *
А тем временем на заднем сиденье представительского седана Юй Суйцин сидел, неподвижно уставившись в одну точку. Густые ресницы бросали тень на щеки, пряча закипающий в глубине глаз тёмный, опасный омут ярости.
Пальцы нервно потирали подушечку большого пальца.
Ему не следовало слушать того проклятого мозгоправа.
Не следовало ослаблять поводок и давать Цибаю хоть каплю свободы.
Его гиперопека и тотальный контроль вовсе не были безумием. Он всё делал правильно.