Спальню и гардеробную в квартире Сюй Цибая соединяла потайная дверь. Это была всего лишь тонкая деревянная перегородка, поэтому звукоизоляция оставляла желать лучшего.
Умывшись в ванной при спальне, Сюй Цибай уже собирался зайти в гардеробную переодеться, когда оттуда донеслись голоса. Один из них точно принадлежал Инь Юньжуну, а вот второй был ему незнаком.
Инь Юньжун с недоумением уставился на Хэ Симуна — своего близкого друга-омегу, который специально увёл его подальше от камер прямо в гардеробную.
— Да что с тобой? К чему вся эта таинственность?
Хэ Симун сокрушённо вздохнул, глядя на него с нескрываемой досадой:
— Это я должен спросить, что с тобой! Стоило мне уехать в отпуск за границу, а вернувшись, я узнаю, что ты спутался с Сюй Цибаем? Забыл уже, как он поливал грязью твою актёрскую игру?
Видя его праведный гнев, Инь Юньжун с улыбкой попытался угомонить приятеля:
— Дела минувших дней. К тому же он не соврал: я тогда и впрямь играть не умел.
— А слухи о его романах? — с отвращением в голосе допытывался Хэ Симун. — Это ведь не пару лет назад было! Всего два месяца назад весь интернет гудел про его связь с Ли По! Он тебе хоть как-то это объяснил?
Ли По славился в шоу-бизнесе яркой, эффектной внешностью. Актёр из него был никакущий, зато в пиаре и чёрном хайпе ему не было равных.
При этих словах взгляд Инь Юньжуна потемнел. Поджав губы, он тихо произнёс:
— Мы тогда только начали встречаться. Я не стал расспрашивать.
Сюй Цибай за дверью озадаченно почесал затылок. Хоть убей, он не мог вспомнить, как выглядит этот самый Ли По. Достав телефон, он забил имя в поиск. Поразглядывав выскочившие фотографии и немного напрягши память, Сюй Цибай наконец сообразил, о ком речь.
Пару месяцев назад у их группы был концерт. На шоу пришёл поддержать один знакомый, который и привёл с собой этого Ли По.
Пролистав статьи, Сюй Цибай наткнулся на тот самый раздутый фейк. На бэкстейдже тогда толпилась вся группа, но папарацци умело вырезали остальных, кадрировав фото так, будто Ли По припёрся в гримёрку лично к нему.
Сделав скриншот сплетни, Сюй Цибай тут же отправил его Вэй Цзянтао.
[Сюй Цибай: Почему тогда опровержение не выпустили?]
Ответ от Вэй Цзянтао прилетел мгновенно.
[Вэй Цзянтао: Кабы я опровергал каждую утку, которую про тебя клепают жёлтые паблики, на другую работу у меня бы времени не осталось. Игнор — лучшая тактика.]
Сюй Цибай потерял дар речи. Чёртова магнитно-скандальная аура.
Сюй Цибай пользовался огромной популярностью в индустрии как признанный автор-исполнитель. На одни лишь авторские отчисления от песен он мог припеваючи жить до конца дней. А уж учитывая его яркую, породистую внешность, не упускали случая притереться к нему многие омеги и беты.
Сюй Цибай плавно толкнул потайную дверь, разделявшую спальню и гардеробную. Увидев его на пороге, Инь Юньжун изумлённо вскинул брови. Они въехали сюда совсем недавно, и он успел напрочь забыть про этот сквозной проход.
Стоявший спиной Хэ Симун продолжал вдохновенно заливать:
— Ну вот скажи, с чего тебя так переклинило на любви? Что в этом Сюй Цибае такого, кроме симпатичной мордашки? Ты что, не знаешь этих альф, которых с детства на руках носят? Они же сплошь заносчивые и кобелистые!
Заметив ироничную ухмылку Сюй Цибая и его насмешливый взгляд, Инь Юньжун почувствовал, как кончики ушей обжигает стыдом.
— Всё не так... — сжав губы, попытался перебить он друга.
Но Хэ Симун бесцеремонно отмахнулся:
— Что «не так»? Хочешь сказать, у тебя крыша не поехала? Или что Сюй Цибай — не ходок налево?
— Ни то, ни другое.
Голос Сюй Цибая прогремел за спиной Хэ Симуна подобно грому среди ясного неба.
Хэ Симун замёрз. Медленно, словно одеревенев, он повернулся и с ужасом обнаружил Сюй Цибая, который лениво подпирал дверной косяк, созерцая его с двусмысленной ухмылкой.
Хэ Симун потерял дар речи. Сделайте одолжение, дайте кто-нибудь сапёрную лопату — закопаться прямо здесь.
Видя, как приятель сжался под этим взглядом точно мышь перед котом и боится даже дышать, Инь Юньжун не сдержал лёгкого смешка:
— Я как раз пытался сказать, что гардеробная примыкает к спальне. И Сюй Цибай стоит прямо у тебя за спиной.
Хэ Симун метнул на друга свирепый взгляд и прошипел:
— Что же ты раньше молчал?!
— А ты дал мне хоть слово вставить? — развёл руками Инь Юньжун. — Толку-то, только я рот открыл, ты меня сразу перебил.
—... Я пойду наружу, пообщайтесь тут пока, — буркнул Хэ Симун.
Лучшая из тридцати шести стратегий — бегство.
Кивнув Сюй Цибаю с натянутой, нервной улыбкой, он вихрем выскочил из гардеробной. Не дай бог замешкается хоть на секунду — Сюй Цибай заставит ответить за каждое слово.
В гардеробной они остались вдвоём. Вспомнив тираду Хэ Симуна, Инь Юньжун почувствовал себя неловко:
— Симун не хотел ничего плохого. Он просто переживает за меня.
— Я понимаю, — Сюй Цибай распахнул дверцы шкафа.
— Тогда я пойду. Ребята там всё ещё развлекаются, надо присмотреть.
Сюй Цибай оглянулся на собирающегося уйти Инь Юньжуна:
— И ты даже не спросишь про Ли По?
При этом имени Инь Юньжун запнулся. Помолчав секунду, он тихо поджал губы:
— Я верю тебе.
— Веришь-то веришь, но неужели тебе совсем не всё равно? Настолько, что даже спросить не хочется?
От этой пары вопросов в груди у Инь Юньжуна вспыхнуло глухое раздражение. Он резко вскинул взгляд на Сюй Цибая, однако, наткнувшись на его тёплый, насмешливый прищур, мгновенно остыл — весь досадный укол ревности испарился без следа.
Разглядев за поджатыми губами и насупленными бровями проскользнувшую ревность, Сюй Цибай усмехнулся и пояснил бархатным, низким голосом:
— Я с ним даже не знаком. На том концерте приятель притащил его за компанию за кулисы. В гримёрке толпилась куча народу, я с этим Ли По и парой слов не перекинулся.
Услышав это, Инь Юньжун больше не смог сдерживать уголки губ, поползшие вверх:
— Понял.
Заметив, что тот уже открывает дверь, Сюй Цибай окликнул его вслед:
— В следующий раз, если захочешь что-то узнать, спрашивай прямо.
Рука Инь Юньжуна на дверной ручке замерла. В его светлых глазах вспыхнул искренний, мягкий свет.
— Угу, — тихо отозвался он.
А снаружи их уже вовсю поджидал изнервничавшийся Хэ Симун. Едва увидев, что Инь Юньжун вышел один, он тут же оттащил его в сторону и зашептал, сгорая от любопытства, как повёл себя Сюй Цибай после его побега.