Сразу за воротами Второй средней школы города Сичэн, вдоль главной аллеи, стоял стенд объявлений. Обычно на нём висели унылые школьные приказы, на которые никто не обращал внимания, но сегодня вокруг него собралась внушительная толпа.
— Офигеть можно! Они что, правда встречаются?!
— Кому они дорогу перешли? Сфотографировать и на стенд повесить... Нарочно скандал раздувают!
— Ну да, все красавчики достаются только другим красавчикам.
— Если поднялся такой шум, руководство школы им этого точно не спустит.
— Чёрт! А я-то думал, чего это они в один день поставили в QQ статус «В отношениях»! Так они, оказывается, между собой всё порешали?!
Чэн Яцянь стояла чуть в стороне и, слушая эти шепотки, торжествующе улыбалась.
В этот момент неподалёку появились Сюй Цибай и Чу Юймо. Заметив, что они направляются к стенду, толпа мгновенно расступилась, уставившись на них.
Любопытный Сюй Пань, едва углядев столпотворение, тут же прибавил шагу, сгорая от желания выяснить свежие сплетни. Ученики охотно дали ему дорогу.
Сюй Пань вплотную подошёл к доске и уставился на снимок, где Сюй Цибай и Чу Юймо были сняты со спины, держась за руки. Чуть ниже красовалась размашистая надпись: «ПЁСЬЯ ПАРОЧКА». Сюй Пань опешил на секунду, а затем хохотнул, зашёлся безудержным смехом и согнулся пополам, хватаясь за живот.
Толпа смотрела на него с недоумением. Он что, с ума сошёл?
С трудом подавляя хохот, Сюй Пань замахал Сюй Цибаю и Чу Юймо:
— Эй, идите сюда скорей! Умора! Нельзя пропустить такое!
Сюй Цибай и Чу Юймо подошли. Взглянув на снимок, Цибай нахмурился, сдёрнул бумажку со стенда и скомкал её.
— Брат Сюй, ты чего? — удивился Сюй Пань. — Неужто не смешно? Какой-то придурок обозвал вас пёсьей парочкой! — Он снова заходился от смеха: — Ха-ха-ха! Ой, не могу, уморил!
Ли Шоу с мрачным видом отвесил ему подзатыльник:
— Тебе всё ржачки! Мозгов совсем нет?
Сюй Пань утёр слёзы, выступившие от смеха, и недоуменно почесал затылок:
— Да вы чего? Подумаешь, за руки подержались — и сразу пёсья парочка? Если так рассуждать, то я у тебя на коленях постоянно сижу — мы тогда вообще заядлые любовники?
Толпа замерла, а потом среди учеников послышались одобрительные смешки:
— Слушай, а ведь он прав! У нас в классе парни вообще друг друга на руках носят!
— Ага, а наши друг друга с ложечки кормят... Со стороны глянешь — аж тошно становится!
— Да за руки подержаться — это ерунда! На «Правде или действии» они вообще засосы ставят!
— Ха-ха-ха, так у нас полшколы этих пёсьих парочек!
— Какая ещё парочка? С таким уровнем нежности — они уже законные супруги со стажем!
Ли Шоу удивлённо посмотрел на Сюй Паня. Кто бы мог подумать, что этот дурачок так ловко переведёт тему!
Верили окружающие Сюй Цибаю и Чу Юймо или нет, абсурдный вывод Сюй Паня задал абсолютно иной тон всему обсуждению.
Чэн Яцянь, ещё минуту назад ликовавшая, скрежетала зубами. Откуда только выскочил этот идиот?! Всю комбинацию испортил!
Испепеляя взглядом этого недоумка, она перевела полные ненависти глаза на Сюй Цибая — и неожиданно столкнулась с его спокойным, пронзительным взором.
Вспомнив предупреждение Системы о том, что межпространственную нелегалку Чэн Яцянь скоро устранят, Сюй Цибай скользнул по ней равнодушным взглядом. Вступать с ней в перепалку не имело смысла: она была лишь осенним кузнечиком, которому осталось прыгать считанные дни.
И действительно, хотя история со снимком быстро облетела всю школу, единого мнения так и не сложилось.
Чэн Яцянь пыталась раздуть травлю на школьном форуме, рассчитывая спровоцировать волну хейта в адрес Цибая и Юймо, но недооценила их популярность — комментаторы быстро смешали её саму с грязью.
Когда злобствующая Чэн Яцянь сидела за своей партой, в класс заглянул дежурный и передал, что Сюй Цибая и Чу Юймо вызывают в кабинет директора.
В её глазах вспыхнул зловещий огонёк.
Чтобы устроить им публичный каминг-аут и социальную смерть, она не ограничилась фотокарточкой на стенде, а заготовила ещё один, куда более коварный козырь.
Войдя в директорский кабинет, Сюй Цибай и Чу Юймо обнаружили там не только директора. На диване восседали мать Цибая и отец Юймо.
Господин Чу, облачённый в безупречно скроенный костюм, выглядел элегантно и представительно. Рядом с ним, в светло-зелёном платье, выгодно подчеркивавшем белоснежную кожу, расположилась госпожа Сюй.
Отец Юймо оказался в Сичэне проездом и планировал просто навестить сына, но сразу по прибытии получил звонок из школы.
Чу Юймо не скрывал удивления, увидев отца.
Директор кивнул секретарю, чтобы тот запер дверь.
Сгорающая от любопытства Чэн Яцянь крадучись проследовала за юношами. Заметив, как закрылась тяжёлая дверь кабинета, она досадно вздохнула: ей так хотелось насладиться зрелищем того, как этих двоих смешивают с дерьмом.
Тем временем директор выложил на стол анонимный донос, состряпанный Чэн Яцянь.
Господин Чу бегло пробежал текст глазами, перевёл тяжёлый, пристальный взгляд на сына и Цибая, после чего передал бумагу госпоже Сюй.
Та скользнула взглядом по строчкам и небрежно бросила листок обратно на стол.
Ни Цибай, ни Юймо не ожидали, что Чэн Яцянь зайдёт так далеко и напишет официальный донос.
Заметив, как у Юймо от напряжения побелели костяшки пальцев, Сюй Цибай слегка задел его колено своим. Когда Юймо повернулся, Цибай подбодрил его едва заметной, тёплой улыбкой.
При виде этой улыбки жёсткие черты лица Чу Юймо смягчились, а напряжение спало.
Этот молчаливый, исполненный нежности обмен взглядами не укрылся от отца Юймо. В его глазах мелькнула глубокая задумчивость, но он промолчал.
Дождавшись, пока родители ознакомятся с текстом, директор откашлялся:
— Я пригласил вас именно из-за этой неприятной ситуации. Поступили сигналы от учащихся о том, что между Сюй Цибаем и Чу Юймо существуют... недопустимые, романтические отношения. Хотелось бы узнать ваше мнение на этот счёт.
Госпожа Сюй пожала плечами с невозмутимым видом:
— Подумаешь, обычное фото. Что тут обсуждать?
Директор поперхнулся от такой беспечности и перевёл надеющийся взгляд на строгого господина Чу:
— Господин Чу?
Господин Чу заговорил неторопливо, со сдержанным достоинством:
— Делать выводы о «неподобающих отношениях» на основании одной сомнительной фотографии и анонимки — по меньшей мере опрометчиво. В том, что два парня держатся за руки, нет ничего криминального. Когда я шёл по территории школы, то видел, как девчонки ходят вразмашку. Это говорит лишь о крепкой дружбе. Господин директор, вам не стоит поднимать панику на пустом месте.
«Не воспитывать детей при посторонних» было непреложным правилом господина Чу. Да и выказывать раздражение перед чужим человеком он не намеревался.
Директор обомлел. Если мать Цибая показалась ему странной, то отец Юймо переплюнул её по всем статьям!
Поняв, что родители попросту умывают руки, директор разгневался. Он уже занёс руку, чтобы хлопнуть по столу, но господин Чу опередил его, небрежно обронив:
— Директор Сюй, я слышал, ваша школа планирует реконструкцию библиотеки?
Сбитый с толку директор на мгновение замер, но всё же кивнул:
— Да, есть такие планы...
— Зачем ограничиваться ремонтом? — ровным тоном произнёс господин Чу. — Я готов пожертвовать школе пять миллионов юаней на строительство нового учебного корпуса, где и разместится библиотека. Что скажете?
Строгое выражение лица директора мгновенно испарилось, уступив место широчайшей улыбке. Впрочем, он всё ещё не верил своим ушам:
— Господин Чу... вы ведь не шутите?
Директор понятия не имел о статусе семьи Чу, и предложение выложить пять миллионов за раз казалось фантастикой. Если сделка состоится, это станет ярчайшей вехой в его карьере.
— Уверяю вас, я абсолютно серьёзен, — кивнул господин Чу. — Пожертвование будет оформлено от имени Корпорации Чу. Мои люди свяжутся с вами для уточнения деталей.
Опьянённый цифрой с шестью нулями, директор полностью забыл и про анонимку, и про свой недавний праведный гнев.
Чэн Яцянь прождала у кабинета с полчаса, рассчитывая увидеть подавленных, опозоренных Сюй Цибая и Чу Юймо. Однако когда дверь распахнулась, её взору предстал расплывшийся в угодливой улыбке директор, который буквально под руки провожал родителей юношей.
Сами же Цибай и Юймо вышли абсолютно спокойными, словно ничего не произошло.
План опять провалился! Глядя на счастливо сияющего директора, Чэн Яцянь от досады чуть не заскрежетала зубами и со всей силы пнула стену.
Стоило ей развернуться, чтобы уйти, как Сюй Цибай заметил её. Попросив Юймо подождать, он направился к ней.
Чэн Яцянь струхнула, но попыталась сохранить независимый вид:
— Чего тебе?
Сюй Цибай остановился перед ней и внезапно усмехнулся:
— Ты ведь из другого мира, верно?
Чэн Яцянь мгновенно залилась мертвенной бледностью:
— Я... я не понимаю, о чём ты!
— Неважно, — равнодушно отозвался Цибай. — Главное, что совсем скоро тебя вышвырнут обратно.
Душой межпространственной нелегалки занялись Небесные Врата её родного мира. За насильственный захват чужого тела и подавление первоначальной души её ждала суровая кара.
Чэн Яцянь изо всех сил цеплялась за иллюзию безопасности:
— Не верю! Ты всё врёшь! Это тело принадлежит мне, и никто не смеет меня прогнать!
— Как знаешь, — пожал плечами Сюй Цибай и развернулся.
Хоть суперсила господина Чу и уладила дело с директором, сам отец Юймо спуску им давать не собирался.
Господин Чу велел юношам немедленно отправляться домой.
В гостиной дома семьи Сюй Цибай и Юймо сидели на центральном диване, а госпожа Сюй и господин Чу расположились на креслах по обе стороны от них.
Отец Юймо смерил сына тяжёлым взглядом:
— Так вот ради чего ты умолял перевести тебя из Первой школы города Гуан?!
Чу Юймо опустил глаза и глухо отозвался:
— Да.
— У тебя ещё хватает дерзости признаваться! — господин Чу с грохотом обрушил ладонь на журнальный столик.
Госпожа Сюй недовольно фыркнула:
— Хочешь крушить мебель — дуй в свой дом. У меня вещи изящные, твоей медвежьей хватки не выдержат.
Господин Чу поперхнулся и перевёл гневливый взор на хозяйку дома:
— Ты тоже знала?! И спокойно смотрела на этот бред?!
— Какой ещё бред? — смерила его ледяным взглядом госпожа Сюй. — Чувствам не прикажешь. Парни полюбили друг друга, и что ты им сделаешь?
— Да если кто узнает — нас же грязью с ног до головы обльют!
Госпожа Сюй вальяжно откинулась на спинку дивана:
— А кого в этой жизни не обсуждают? Когда я выходила за тебя, сплетники кости нам мыли будь здоров. По-твоему, мне надо было сбежать от тебя только из страха перед чужими языками?
— Это совершенно разные вещи! — вспыхнул господин Чу. — И почему ты раньше мне об этом не говорила?
Госпожа Сюй усмехнулась:
— Да потому что всем, кто распускал языки, я утирала нос на месте.
Господин Чу лишился дара речи.
Насладившись его беспомощностью, госпожа Сюй сменила гнев на милость:
— Не кипятись ты так. Ну встречаются мальчишки, и что? Не факт ведь, что это на всю жизнь. Вот мы с тобой и свадьбу сыграли, и штампы поставили — и где теперь тот брак?
— А кто развода потребовал?! — тут же взвился господин Чу. — Я, что ли?!
— Ой, прости, — наигранно вздохнула она. — Столько лет прошло, я уж и забыла.
— Ты!..
Сюй Цибай и Чу Юймо переглянулись, едва сдерживая смешки. Стоило господину Чу столкнуться с госпожой Сюй, как он мгновенно терял всю свою представительность.
Убедившись, что гнев бывшего мужа сменился на милость, госпожа Сюй подлила масла в огонь:
— Знаешь, почему Ромео и Джульетта так отчаянно любили друг друга? Да потому что их семьи были против! У наших пока так, детские глупости. Оставь их в покое: глядишь, через месяц сами разругаются и разбегутся, даже вмешиваться не придётся.
Переглядывавшиеся юноши мгновенно застыли. Улыбки сдуло с их лиц.
Заметив, что господин Чу погрузился в раздумья, госпожа Сюй подлила елея:
— Ладно, закрыли тему. Раз уж приехал в Сичэн, оставайся на обед — приготовлю наши фирменные блюда.
Тем временем в школе Ли Шоу, не дождавшись возвращения друзей из кабинета директора, с тревогой написал Сюй Цибаю.
[Ли Шоу: Брат Сюй, вы как там? Вас с Юймо не отчисляют?]
[Сюй Цибай: Всё в порядке. Завтра увидимся на уроках.]
А вот зачинщица скандала, Чэн Яцянь, на следующий день в школе так и не появилась: её увезли в больницу после падения с лестницы.
Слова Цибая поселили в её душе дикий липкий страх. Она постоянно оглядывалась, панически боясь, что её душу вот-вот выдернут из тела.
В итоге из-за нервного истощения она оступилась на лестничном пролёте у себя дома и с грохотом покатилась вниз.
Душа нелегалки была насильно исторгнута и возвращена в родной мир, а настоящая Чэн Яцянь, очнувшись в больничной палате, абсолютно ничего не помнила об эмоциональных метаниях последних месяцев. Вскоре она перевелась обратно в родную школу города Гуан.
В общем, благодаря методике «медленного варения лягушки», применённой госпожой Сюй, отец Юймо постепенно смирился с выбором сына.
Ли Яньжун, порывавшаяся устроить очередной скандал в Сичэне, узнав о решении бывших родственников, тоже быстро сбавила обороты.
Время летело незаметно, и вот настала пора оглашения результатов гаокао.
В выпускном классе успеваемость Сюй Цибая рванула вверх с такой невероятной скоростью, что госпожа Сюй только руками разводила, хвастаясь всем, что эта любовь пошла её сыну исключительно на пользу.
Как и планировалось, Сюй Цибай и Чу Юймо поступили в один из лучших политехнических университетов страны.
Когда приказами о зачислении отгремели радостные вести, выпускной класс организовал банкет в честь учителей.
К тому моменту отношения Цибая и Юймо стали секретом полишинеля. Преподаватели сквозь пальцы смотрели на их роман — в конце концов, личная жизнь ничуть не помешала обоим сдать экзамены на высший балл.
Сюй Пань и Ли Шоу все эти годы оставались их неизменными одноклассниками.
По окончании торжества выпускники прощались у крыльца ресторана.
Сюй Пань и Ли Шоу проводили взглядами уходящих Сюй Цибая и Чу Юймо.
Заметив, как те на ходу переплели пальцы, Сюй Пань искренне удивлённо уставился на друга:
— Слышь, а они чего это за руки взялись? Не слишком ли много нежностей?
Ли Шоу медленно повернул к нему ошарашенное лицо.
Сюй Пань почесал затылок:
— Ты чего так на меня уставился, будто я инопланетянин?
Ли Шоу лишь качнул головой:
— Да так... Просто удивлён.
Святая простота! Этот дуболом Сюй Пань реально ничего не замечал и до сих пор считал их просто закадычными друзьями!
А Ли Шоу-то в своё время поражался, откуда у этого увальня взялись мозги так изящно замять скандал у информационного стенда!
Оказывается, непробиваемый гетеросексуал разрулил ситуацию абсолютно случайно!
Теперь Ли Шоу с нетерпением ждал дня, когда до этого дуба наконец дойдёт истина.
Видя ухмылку на лице Ли Шоу, Сюй Пань буркнул:
— Чего лыбишься? Рожа хитрая, как у лиса.
— Воля Небес неразглашаема, благочестивый мирянин, — назидательно изрёк Ли Шоу и с хохотом прибавил шагу.
— Эй, да постой ты! — Сюй Пань бросился догонять. — Брат Сюй с Юймо меня бросили, теперь и ты сбегаешь?! Где ваша пацанская солидарность?!