Уличные папарацци, дежурившие возле отеля, отсняли весь этот хаос от первой до последней секунды. Ещё даже не успела осесть пыль, а кадры уже разлетелись по сети, моментально возглавив топы поисковых трендов.
Менеджер, прекрасно понимая, что журналисты со всех каналов вот-вот облепят клинику, устремился улаживать скандал. В палате остались только Лэс со своим ассистентом.
За последние несколько месяцев Лэс плотно работал с Ху Сяо, они успели сдружиться, поэтому он и поехал вслед за скорой помощью, чтобы подсобить чем сможет. Увидев вошедшего Шуан Еляна, оба откровенно удивились. Впрочем, им было известно, что Елян снимался с Ху Сяо в одном проекте, так что его появление списали на приятельские чувства.
— Ты тоже тут? — окликнул его Лэс.
Шуан Елян лишь молча кивнул. Его взгляд прикипел к человеку на койке. Шагнув ближе, он сжал холодные пальцы лежащего в своей ладони.
Лэс слегка вскинул бровь, уже готовясь выстроить в голове пикантную теорию о взаимоотношениях этих двоих, но Елян вдруг разжал пальцы. Лицо его потемнело.
— Врач сказал, самое страшное позади, — подал голос Лэс.
Шуан Елян не уловил ни единого всплеска энергии. Алое свечение, теплившееся на дне его зрачков, тут же угасло. Не проронив ни слова, он развернулся и пошагал к выходу.
Лэс с ассистентом озадаченно переглянулись.
— Как думаешь, — протянул артист, — они не встречаются?
— Запросто, — подхватил ассистент, сгорая от любопытства. — Похоже, убедился, что тот жив, и пошёл мстить за любимого.
Объект их сплетен пришёл в себя, лишь выбравшись из больничного корпуса на свежий воздух.
Он стоял на ступенях, щурясь от яркого солнца. На мгновение его накрыла полная прострация. Он огляделся вокруг с немым вопросом: «Кто я и где нахожусь?»
В этот момент ожил коммуникатор. Нажав на кнопку ответа, Елян услышал тревожный голос менеджера:
— Ты в больнице?
—... А? — Елян проследил взглядом за проезжающей мимо машиной скорой помощи. — А, ну да. Похоже на то.
Заподозрив неладное по его заторможенному тону, менеджер запнулся:
— Как... как он там?
— Кто? — искренне удивился Елян.
Менеджер перепугался, решив, что парень от шока потерял рассудок, и заговорил сдавленным шепотом:
— Найди тихое место, сядь и не дергайся. Мы сейчас приедем!
— У меня же сегодня мероприятие?
— Чёрт с ним, с мероприятием! Главное — сиди на месте!
Сбросив звонок, Елян попытался восстановить цепочку событий. Память возвращалась неохотно: утром за завтраком он листал ленту новостей, увидел заметку про происшествие с Кроликом, а дальше... дальше всё было как в тумане. Неужели он примчался сюда на автопилоте?
Он оглянулся на больничный корпус и поплёлся обратно.
Ху Сяо только что закончил разговор по телефону и, столкнувшись с ним в коридоре, обомлел:
— Ты чего такой бледный?
— Да? Серьёзно?.. — пролепетал Елян и с чувственным изяществом рухнул без сознания.
Ху Сяо: «...»
В больнице снова поднялась суматоха.
* * *
Цзин Си об этой беготне понятия не имел.
Когда к нему вернулось восприятие, он обнаружил, что лежит на кровати в собственных апартаментах.
При получении тяжёлых или смертельных травм у исполнителей автоматически срабатывала система защиты, обычно эвакуировавшая сознание в Управление. Но поскольку в этом мире у Цзин Си имелось запасное тело, алгоритм просто перенаправил его душу в И Чжоу.
[Ты как, живой?] — тут же подала голос Система.
Цзин Си слегка поморщился — затылок всё ещё ноюще побаливал:
— Чем меня хоть пришибло?
[Гироскутером.]
—... Чего?!
Вместо объяснений Система вывела перед ним запись с камеры наблюдения отеля. Обзор был отличный.
Сначала на видео разворачивалась идиллическая встреча с фанатами, а потом начался ад. Не прошло и минуты, как толпа превратилась в неуправляемое стадо. Одна из поклонниц вдруг проявила звериные черты, превратившись в массивную горилу. Нагнувшись, она схватила свой тяжеленный гироскутер и с диким воплем швырнула его прямо в Ху Сяо.
Хоть в этот век персональный транспорт стал куда компактнее, вес металлической конструкции оставался внушительным.
Охранники и съёмочная группа спрессовались в сплошную человеческую стену, у Цзин Си не оставалось ни сантиметра, чтобы утянуть Ху Сяо в сторону. Пришлось принимать удар на себя. К счастью, богатый боевой опыт и обострённый слух расы зверей позволили ему в последнюю долю секунды чуть сместить голову, уберегши череп от превращения в месиво.
Система зачитала сводку:
[Всех зачинщиков уже сцапали. Двое первых действовали по предварительному сговору, а вот эта девица просто поддалась психозу. В их фанатских чатах развели такую дикую ахинею про то, как Ху Чэ страдает от угнетения в семье, что у неё на фоне общего хаоса сорвало крышу.]
Оценив, как хрупкая девушка на экране за мгновение превратилась в мохнатого гиганта, Цзин Си искренне восхитился:
— Да уж, в вашем межзвёздном шоу-бизнесе выжить — та ещё задачка.
Фанаты тут встречаются самых разных биологических видов, хрен угадаешь, кто из них на что способен. К тому же, насколько он успел заметить, местные знаменитости обожали лично устраивать грязные разборки, провоцируя поклонников на массовое безумие.
[И не говори,] — согласилась Система. — [Потому-то у Ху Сяо по мере роста популярности проблемы нарастали как снежный ком.]
— Что там сейчас в больнице? — перевёл тему Цзин Си.
[В твоей башке пробили дыру, тебя едва вытащили с того света, только-только миновал критический период. Ху Сяо сидит у твоей койки, комментариев пока не даёт. А вот команда Ху Чэ сработала оперативно — уже выкатили официальное заявление... На, почитай.]
Цзин Си пробежал текст глазом.
Естественно, поддерживать насилие никто не собирался. Ху Чэ высказался максимально жестко и с глубочайшим прискорбием. К тексту он даже приложил фото своей испачканной одежды, заявив, что воспитание не позволяет ему смотреть на подобные дикости сквозь пальцы. Морализаторский пафос зашкаливал: слепая любовь и ненависть разрушают личность, а насильственные методы недопустимы.
В конце он выразил искренние соболезнования пострадавшим, пообещав полностью оплатить лечение. Что касается его разногласий с Ху Сяо — это, мол, исключительно семейное дело, не имеющее отношения к работе. И тонко намекнул: они много лет не могли понять друг друга, но если представится шанс, он готов сделать шаг к примирению.
Сердца поклонников растаяли от умиления.
«При чём тут наш мальчик?! Почему он должен платить за выходки каких-то неадекватов?!»
Фанаты ринулись утешать своего кумира, а самые рьяные пошли атаковать страницу Ху Сяо.
Едва Цзин Си дочитал этот шедевр лицемерного пиара, как Ху Сяо выложил ответный пост:
«Заткнитесь все и вали́те с моей страницы! Вы никто, чтобы извиняться за чужое дерьмо. А от тех, у кого есть на это право, я никаких соплей не приму. Пошли прочь!»
Цзин Си зашёл на его профиль, но при обновлении ленты запись уже исчезла. Очевидно, менеджер удалил её, схватившись за сердце.
— А что Дуань Чи? — спросил Цзин Си о главном.
[Он только что закончил совещание. Ассистент уже ввёл его в курс дела.]
Цзин Си поднялся с кровати и набрал номер Дуань Чи. Занято.
Подождав немного, он повторил попытку — снова сброс. Система подсказала, что мужчина в срочном порядке запрашивает коридор для личного звездолёта. Цзин Си велел Системе перехватить линию и вклиниться в поток вызовов.
Увидев на экране имя «И Чжоу», Дуань Чи мгновенно ответил:
— Ты как?!
— Всё в порядке, не волнуйся.
— Ты где?
— В апартаментах.
Дуань Чи помчался к нему. По дороге он пересмотрел все слитые в сеть видеозаписи. Вид крови на экране заставлял его сердце сжиматься от ледяной ярости. Войдя в квартиру, он без лишних слов сгреб Цзин Си в охапку.
Сдавленный в крепких объятиях, Цзин Си похлопал его по спине:
— Ну тихо, тихо. Я же цел.
Дуань Чи молчал несколько секунд, пытаясь сдержать дрожь в голосе:
— Как ты можешь быть цел после такого?
Если бы у Цзин Си не было второго тела — или каких-то иных, недоступных пониманию способностей — всё могло окончиться катастрофой.
Отпустив парня, Дуань Чи въедливо осмотрел его с ног до головы:
— Больно?
— Вообще ничего не чувствую.
Мужчина сухо кивнул, хотя выражение его лица оставалось мрачнее тучи. Узнав, что нападавших уже арестовали, он мысленно дал себе зарок задействовать все связи, чтобы засадить мразей на максимальный срок.
Цзин Си прекрасно понял его мысли и возражать не стал. Не только Дуань Чи, но и Ху Сяо с Цинь Чжао явно не спустят этому с рук ни единой детали.
Дуань Чи увлёк его на диван и сжал его ладонь:
— Ты снова вернёшься туда?
— Угу.
Мужчина насупился:
— Когда?
Цзин Си смерил его взглядом. Слово «сегодня» крутилось на языке, но он предпочёл смягчить удар:
— Завтра.
— Нельзя подождать, пока рана затянется?
— Ху Сяо тогда от страха скончается.
Дуань Чи это аргументом не посчитал. Подумаешь, испуг! Это куда лучше, чем корчиться от реальной боли.
Время близилось к вечеру. Чтобы отвлечь мужчину от мрачных мыслей, Цзин Си попросил приготовить что-нибудь вкусное. В апартаментах шаром было кати, поэтому они переместились к Дуань Чи. Попутно Цзин Си попытался набрать Ху Сяо, чтобы узнать про состояние «второго дяди», но линия снова оказалась занята.
Понимая, что тому сейчас не до разговоров, он отправил короткое сообщение и стал ждать ответа.
Ху Сяо действительно крутился как белка в колесе. И дело было не только в раненом родственнике, но и в Шуан Еляне.
Едва тот грохнулся в обморок, Ху Сяо панически вызвал врачей. Примчавшийся медицинский дроид просканировал тело и выдал вердикт: пульса и дыхания нет.
У актера перехватило дыхание:
— Что-о-о?!
Игнорируя его вопль, робот сгреб Еляна в охапку и рванул в реанимацию.
К счастью, тревога оказалась ложной — парня откачали. Переведя дух, Ху Сяо связался с его ассистентом. Прибежавший на шум Лэс только руками развёл:
— Это что... от великого горя, что ли?
— Говорят, банальное истощение, — вздохнул Ху Сяо.
— А-а... — протянул Лэс с легким разочарованием. Он-то уже успел расписать в уме трагическую любовную драму.
Передав Еляна подоспевшим агентам, Ху Сяо вернулся в палату к «дяде». Только теперь у него появилось время разгрести завал сообщений. Увидев пропущенные от И Чжоу, он сразу набрал видеозвонок.
Цзин Си, сидевший на диване в ожидании ужина, мгновенно изобразил на лице правильную эмоцию и нажал на кнопку приема:
— В новостях пишут, что опасность миновала. Как он на самом деле?
Ху Сяо подробно пересказал обстановку и даже повернул камеру к лежащему на койке «дяде».
Цзин Си с эстетическим удовольствием оглядел своё бледное воплощение и только собрался выдать праведную тираду полнейшего возмущения, как на заднем плане появился Дуань Чи.
Мужчина обнял Цзин Си за талию и уложил подбородок ему на плечо:
— Не дергайся, дай я гляну.
Дожарив последнюю порцию, вожак волков успел освежиться в душе и переоделся в домашнее. По давней привычке он решил пустить в ход стратегическое соблазнение: над его шевелюрой красовались мягкие волчьи уши.
Ху Сяо, увидав вожака клана Небесных Волков с пушистыми ушами в кадре, едва не выронил коммуникатор.
Дуань Чи хмуро вгляделся в лицо раненого на экране.
Цзин Си, гася потенциальную ревность, ласково потрепал волка за ухом и коротко пояснил ситуацию.
Ху Сяо: «...»
«Я точно должен был это видеть?!»
Отставив любовные сцены, Цзин Си строго поинтересовался, когда «дядя» придет в себя и чем именно облили Ху Сяо.
— До меня не долетело, — ответил актер. — Какая-то вонючая приправа с трудносмываемой дрянью.
Тех двоих фанатов ждал максимум административный арест — они просто хотели испортить человеку жизнь, не переступая грань уголовки. А вот девице с гироскутером открутят голову по всей строгости закона.
Поняв по взгляду актера, что тот спуску никому не даст, Цзин Си подвел итог:
— У меня тут пара дел. Передай дяде, что завтра мы приедем его проведать.
Они попрощались.
Заставив недовольного волка поужинать, Цзин Си остался у него на ночь, а следующим утром «вернулся» в больницу.
* * *
На той стороне была глубокая ночь.
Ху Сяо не смыкал глаз, дежуря у постели. Заметив, что «дядя» открыл глаза, он тут же подскочил:
— Дядя, ты проснулся?!
— Угу.
— Не вставай, я за врачом!
Он выскочил за дверь, и вскоре палату заполнили медики и диагностические дроиды.
После серии тестов вердикт был единогласным: благодаря лечебной капсуле через пару дней от раны не останется и следа.
Выяснив диету и проводив врачей, Ху Сяо налил больной жертве теплой воды и принялся ворчать:
— И зачем надо было подставляться? У меня хотя бы родословная покрепче, мне этот гироскутер — что слону дробина!
— Я же обещал быть твоим телохранителем, — тихо ответил Цзин Си.
У Ху Сяо перехватило горло. Он с трудом сдержал эмоции и, взяв себя в руки, пересказал последние новости, включая эпопею с обмороком Еляна:
— Я чуть со страху не умер! Думал, всё, труп.
Цзин Си пригубил воду и замер:
— Он выглядел потерянным?
— Ага, мчал ко мне как сумасшедший, про твоё состояние узнать. Дядя... мне кажется, это любовь.
— Он всё ещё в этой клинике?
— Да, но с ним всё нормально, завтра выписывают.
Цзин Си почувствовал легкую головокружительную усталость и решил прилечь.
Ху Сяо занимал соседнюю комнату в люксе. Напомнив, чтобы «дядя» звал его при малейшем недомогании, он удалился.
Цзин Си не спешил засыпать. Он активировал детектор энергии, но прибор упорно показывал только одну устаревшую запись. Устройство было привязано к его душе: при перемещении оно уходило вместе с ним, так что даже если здесь и случился всплеск энергии, он оказался за пределами радиуса сканирования.
С сожалением вздохнув, Цзин Си поднял архивные списки и быстро нашел имя Шуан Еляна. Немного подумав, он заставил Систему взломать больничные камеры и детально изучил поведение парня.
Система смотрела запись вместе с ним и сочувственно вздыхала:
[Погляди, каков... Совсем сам не свой от горя. Бедняга, такая глубокая страсть — и всё коту под хвост.]
Цзин Си проигнорировал её лирическое отступление:
— Открой энергетический резерв, слей мне немного.
[Зачем?]
— Пострадать за меня едва не слёг. Совесть мучает.
[... У ВАС есть совесть?!] — опешила Система.
— А как же. Человек ради меня чуть концы не отдал! Я могу оставаться равнодушным?
[И что вы задумали?]
— Взаимностью ответить не могу, так хоть физически помогу. Запущу капли энергии в его организм, пусть восстановит силы и быстрее найдет своё счастье.
[...]
Система чувствовала подвох. Неужели этот циничный манипулятор способен на искреннее сочувствие? Но придраться было не к чему:
[Ладно, я сама всё сделаю.]
— Не надо, — отрезал Цзин Си. — Мои долги — моя забота. Напиши расписку, потом верну с процентами.
[Свою энергию отдашь?] — уточняла Система.
— Свою.
Энергия Главного Бога ценилась на вес золота. Система моментально умяла сомнения и выделила ему лимит с запасом.
* * *
На следующее утро после завтрака в палату постучался Шуан Елян.
Цзин Си снова обратился к Системе:
— Дашь ещё немного в долг?
Шуан Елян замер на пороге. Едва они обменялись приветствиями, Цзин Си крепко сжал его запястье, молниеносно направив поток энергии внутрь его тела и прогнав его по всем каналам.
Елян ошеломленно застыл. Ему показалось, будто с плеч свалилась тяжелейшая тяжесть, а во всем теле образовалась невероятная легкость.
— Что-то не так? — озадаченно спросил он.
Цзин Си не уловил ни малейшего отклика. Разжав пальцы, он качнул головой:
— Ничего.
«Показалось? Или тот слабый импульс окончательно рассеялся?»
— Тебе плохо? — переспросил Елян, видя его задумчивость.
— Нет. Ты уходишь?
— Угу, сегодня съемки, а потом сразу на площадку.
— Береги себя.
— И ты тоже.
После короткого прощания Елян ушёл.
А Цзин Си приготовился к встрече со следующим визитёром.
Ещё до того, как открылась дверь, снаружи донеслись ядовитые реплики Ху Сяо. Цзин Си сразу понял: пожаловал Ху Чэ.
Спустя минуту Ху Сяо заглянул в палату спросить разрешения. Получив добро, он нехотя впустил гостя.
Ху Чэ подготовился на славу: сменил привычный лоск на образ невинного старшеклассника в скромной одежде.
Цзин Си чуть прищурился и сделал знак Ху Сяо выйти.
Актер, мягко говоря, не доверял вкусу своего «дяди» на мужчин, но под настойчивым взглядом был вынужден удалиться.
Ху Чэ поставил букет на тумбочку и присел на край стула:
— Как ты себя чувствуешь?
— Нормально.
Гость выдержал паузу:
— Я пришел извиниться.
— Ты тут ни при чём.
— Не только за вчерашнее... За всё, что было раньше, — Ху Чэ опустил взгляд, разыгрывая глубокое раскаяние. — Я был слишком эгоистичен. Прости меня.
Он сбросил спесь, наступил на собственное эго — со стороны это выглядело как невероятное великодушие.
Система в его голове не удержалась:
[В правилах написано, что персонажи должны исправиться... Это считается?]
Цзин Си лишь мысленно хмыкнул:
«Ты совсем глупая? Посмотри его историю сообщений».
Система мгновенно выполнила команду и тут же закипела от возмущения:
[Ах ты тварь лицемерная! Врёт и не краснеет!]
Увидав этот «школьный» наряд, Цзин Си сразу раскусил их незамысловатый план. Хлопая невинными глазами, он посмотрел на Ху Чэ и с чувством произнес:
— Вообще-то тебе не за что извиняться. Никто не обязан отвечать взаимностью на чужие чувства.
— Но я не должен был причинять тебе боль, — с придыханием выдавил Ху Чэ.
Цзин Си мысленно восхитился такой актерской игрой и расплылся в благодарной улыбке:
— Да ладно тебе! Если бы не вся эта история, я бы никогда не осознал, какой ты на самом деле ублюдок.
Ху Чэ: «...»
«Спасибо, эту деталь можно было и опустить!»
Цзин Си покровительственно похлопал его по плечу:
— Я тебя прощаю. Больше не буду подкалывать при встрече.
Ху Чэ с облегчением выдохнул и протянул руку:
— Начнем всё с чистого листа?
Цзин Си пожал его ладонь:
— Согласен.
* * *
Через два дня его успешно выписали, и он вернулся к обязанностям телохранителя на съемках шоу.
Ху Сяо быстро заметил, что «дядя» стал слишком уж мило общаться с Ху Чэ, и попытался вправить ему мозги. Но Цзин Си без лишних слов посвятил его в свой истинный замысел. Поняв суть игры, Ху Сяо моментально включился в спектакль: они несколько раз демонстративно поскандалили из-за Ху Чэ, заставив менеджера седеть от валидола.
Спустя три дня съёмки завершились, и команда отправилась в обратный путь.
Уже на корабле Ху Сяо спохватился:
— Слушай, а И Чжоу с компанией вроде собирались тебя навестить?
— Я их отговорил, — небрежно отозвался Цзин Си. — Зачем им тащиться в такую глушь? Договорились поужинать, когда вернемся.
— Отлично, пойдём вместе!
— Договорились.
Однако стоило им приземлиться, как у «дементного старика Шрёдингера» снова случился рецидив. Дуань Чи и И Чжоу срочно умчались к нему.
Цзин Си изобразил на лице крайнюю степень тревоги:
— Мне тоже надо туда! Посиделки откладываются.
Ху Сяо понимал всю серьезность ситуации и легко его отпустил.
Под его сочувствующим взглядом Цзин Си спокойно сел в автомобиль и отправился на встречу с Ху Чэ и его свитой.
Система, видя всю эту честную компанию в сборе, уточнила с оглядкой на характер своего подопечного:
[Вы едете мириться или за работу приниматься?]
— Какая работа без уборки? — оскалился Цзин Си. — Раз уж все соблаговолили собраться в одном месте, грех упускать момент. Сегодня же с ними и покончим.