Фэн Байцин нарочно бросил взгляд на часы. Прошло всего полчаса с тех пор, как он оставил этого кролика одного, а тот уже успел учинить подлинный разгром.
Он стоял не шелохнувшись, с откровенным любопытством разглядывая маленький дворик, выглядевший так, будто по нему пронёсся ураган.
Охранники, нанятые им лично, подчинялись только его приказам. Пока приказа не поступало, они оставались на местах, не вмешиваясь в потасовку.
Глава клана Фэн, как старший в семье, естественно, не мог просто смотреть на этот беспредел и поспешил разнять дерущихся. Увы, его зять был гибридом расы Медведей и Быков — силачом неимоверным. Отец Фэн не удержался на ногах и с грохотом рухнул прямо на этажерку. Сверху на него с оглушительным звоном посыпались горшки, щедро осыпав землёй и обломками.
Фэн Байцин поджал губы, вовремя подавив рвущийся наружу смех.
Красивый, богатый, управляющий огромной корпорацией и влиятельным кланом — Отцу Фэн достаточно было повести бровью, чтобы сотни людей выстроились в очередь ради его благосклонности. За долгие годы пребывания на вершине он впервые оказался в столь жалком положении. На миг Глава клана просто опешил. Когда его подняли, он на автомате проведя ладонью по лицу, лишь ровным слоем размазал по нему грязь.
Фэн Байцин молча достал бумажную салфетку, повернулся и протянул её Маленькому Кролику.
Цзин Си удивлённо хлопнул глазами. Фэн Байцин смотрел на него с мягкой, почтительной улыбкой, в которой таился едва уловимый смешок.
В этом мире существует особый вид слез — когда молодой господин считает, что тебе пора заплакать.
Цзин Си мгновенно всё понял. Приложив салфетку к носу, он аккуратно смахнул несуществующую слезу краем рукава.
Фэн Байцин воспользовался этой паузой, чтобы вернуть лицу невозмутимый вид, и вновь повернулся к участникам драки.
В этот момент Глава клана заметив испачканную руку, осознал, как глупо выглядит. Мельком глянув на сына, стоявшего в стороне с видом полного безучастия, он окончательно потерял самообладание. Перемазанный землёй, с перекошенным от ярости лицом, отец рявкнул:
— Ты чего столбняк поймал?! Живо прикажи охране разнять их!
— Да вроде уже разняли, — вальяжно отозвался Фэн Байцин.
Толпой всё же удалось совладать с буяном, тем более на шум подоспели ещё несколько человек. Как раз в тот момент, когда Глава клана подал голос, совместными усилиями они скрутили Седьмого зятя.
Нрава тот был бешеного, но при всей своей ярости поднимать руку на жену и детей не стал. На Седьмой сестре не осталось ни царапины, если не считать сломанного каблука, измятого платья да потекшего макияжа — от былого лоска светской львицы не осталось и следа. Она лишь заходилась в слезах.
Впрочем, ей ещё повезло: Сяо Кану досталось куда сильнее. Рубашка на нём превратилась в рваные тряпки, левую ногу перебили палкой — перелом был очевиден, — да ещё и отвесили пару сочных фингалов. Он корчился на земле, стеная от боли и обнимая сломанную конечность.
У Седьмой сестры всё внутри похолодело. Она понимала: сознаваться ни в чём нельзя.
На мужа взглянуть она не решалась, поэтому сделала пару шагов к брату и, ткнув пальцем в сторону кролика, заверещала:
— Уволь его сейчас же! Это всё его проклятый язык! Взболтнул чушь, а расписал всё так, будто своими глазами видел! Он же потом про каждого из нас сплетни сочинять начнёт!
Фэн Байцин ответил с безупречной вежливостью:
— Он лишь рассказал то, что видел. К тому же не факт, что это враньё.
Седьмая сестра взвизгнула:
— Да уж я-то лучше знаю, делала я что-то или нет!
Слёзы хлынули с новой силой:
— Я знаю, мы никогда не были близки, да и в детстве я с тобой не нянчилась! Но я всё-таки твоя сестра! А ты помогаешь чужаку и разбиваешь мне сердце, я…
— Ты не просто нянчилась, — мягко перебил её Фэн Байцин, не дослушав. — Помнится, когда в детстве за мной с ремнём гонялась мать, ты любезно указала мне дорогу. В тупик. А потом стояла рядом и снимала всё на видео. Оно ведь у тебя сохранилось? Пришли мне как-нибудь, я прямо-таки ностальгирую.
Плач Седьмой сестры мгновенно оборвался.
Спустя две секунды она взвыла ещё отчаяннее:
— Так ты из мести за него заступаешься?! Я же тогда не со зла! Я все эти годы о тебе пеклась! Папа, ну скажи ты ему!..
Ища поддержки, она обернулась и наткнулась взглядом на перемазанное чёрной грязью лицо отца. От неожиданности она аж икнула.
Фэн Байцин едва заметно дернул уголком губ. Выросши в этой стае волков, он давно научился держать себя в руках: искренние эмоции на его лице уступали место холодным маскам.
Вдоволь налюбовавшись обновлённым имиджем родителя, он наконец распорядился, чтобы охрана подобрала Сяо Кана, и смерил лежащего парня холодным взглядом:
— Дам тебе шанс. Если всё это правда — говори как есть, я за тебя заступлюсь. Если лжёшь — проясни ситуацию, и я заставлю Седьмого зятя выплатить тебе компенсацию.
Седьмой зять сплюнул на землю, всё ещё кипя от злости:
— Мать твою, я своими глазами видел, как этот ублюдок тянул лапы к лицу Сяо Ци! Даже если всё остальное враньё, за одно это его мало прибить!
— Да не было такого! — давясь слезами от адской боли, запричитал Сяо Кан. — Я просто спросил у Седьмой барышни дорогу! Увидел, что у неё в волосах что-то запуталось, спросил разрешения и хотел убрать! Кто же знал, что всё так повернётся?!
Он ткнул пальцем в сторону Маленького Кролика, налитыми кровью глазами готовый разорвать того на части, но голос его звучал безмерно несчастно:
— Вчера… вчера я просто хвастался! Кто ж знал, что ты всё примешь за чистую монету…
Цзин Си выдохнул короткое «ах» и сделал шаг вперёд.
Его глаза давно покраснели. Запнувшись, он с мольбой посмотрел на молодого господина:
— Я… я правда не хотел… Может, вы меня просто уволите, а?
Фэн Байцин ровно ответил:
— Не спеши.
Он посмотрел на Сяо Кана:
— Даю последнюю возможность. Точно недоразумение?
Сяо Кан выложился на полную:
— Да богом клянусь!
Фэн Байцин кивнул и бросил охране:
— Разблокируйте его телефон и давайте сюда.
Сяо Кан обомлел.
Седьмая сестра обомлела тоже.
В этот век блокировка на смартфонах чаще всего снималась по отпечатку пальца или сетчатке глаза. Охранники сработали молниеносно: один скрутил руки, второй прижал палец пострадавшего к сканеру. Вся процедура заняла не больше трёх секунд.
Глядя, как гаджет переходит в руки Фэн Байцина, Сяо Кан понял: это конец. Он зарыдал уже по-настоящему:
— Молодой господин, я всё скажу! Мы с Седьмой барышней давно вместе! Когда объявили набор помощников, я прошёл курсы, а она сделала мне фальшивые документы, чтобы я вошёл к вам в доверие. Я должен был выведать ваши расклады по акциям… а потом заставить вас переписать завещание! Как только я бы получил деньги, она бы подала на развод, и мы уехали бы вместе!
Седьмая сестра визжала как ужаленная:
— Заткнись, мразь!
Фэн Байцин листал переписку в телефоне и сокрушённо вздыхал:
— Надо же, вот какова «забота» сестры…
Он издал лёгкий сочувственный звук:
— Зять, ты бы глянул. Тут ведь не просто измена. Они искали удобный случай отправить тебя на тот свет, чтобы прибрать к рукам наследство.
Толпа зевак ахнула:
— Ну и ну!
У Седьмого зятя на лбу вздулись вены. Заметив, что женушка вознамерилась сбежать, он мёртвой хваткой вцепился ей в запястье. Замахнувшись второй рукой, он хотел врезать ей по лицу, но на мгновение замер в воздухе, так и не решившись ударить женщину. Вместо этого он с силой швырнул её прямо на корчащегося Сяо Кана и шагнул к Фэн Байцину, выхватывая телефон.
Фэн Байцин небрежно бросил остальным:
— Вы тоже можете приобщиться. Весьма познавательное чтиво.
Толпе только того и надо было — все мигом обступили его, жаждя подробностей.
Седьмая сестра сломала каблук и подвернула ногу, так что встать не могла. Всегда привыкшая к поклонению, сейчас она чувствовала себя так, словно с неё содрали одежду на глазах у всех, и беспомощно рыдала, обняв колени.
Фэн Байцин пододвинул кресло и уселся поудобнее, с удовольствием наблюдая за развязкой. Заметив стоящего подле кролика, он пододвинул к нему тарелку с фруктовой нарезкой и с мягким участием произнёс:
— Не бойся, я за тебя заступлюсь. Поешь фруктов, переведи дух.
Цзин Си, всхлипывая, уселся рядом и принялся послушно уплетать дыню.
Фэн Байцин продолжал наслаждаться спектаклем. Когда драма начала утихать, он неторопливо подал голос:
— Сяо Кана забирайте и лечите, мне такие кадры без надобности.
Вздох его звучал предельно искренне:
— А я-то думал, вы мне помощника сосватали из благих побуждений… Понятно теперь. — Он повернулся к Отцу Фэн, который всё ещё пытался оттереть грязь с физиономии. — Пап, ты только что так рьяно заступался за Сяо Вана. Это ведь твоя ищейка, да?
Глава клана Фэн сохранял каменное выражение лица:
— Чё несёшь! Я просто проходил мимо и посчитал, что ты перегибаешь палку. Если хочешь уволить своего человека — кто тебе помешает?
Фэн Байцин перевёл взгляд на Сяо Вана:
— Слышал?
Сяо Ван смирился с судьбой, подхватил чемодан и поплёлся прочь вслед за остальными.
Цзин Си отложил корку дыни и тихо спросил у своего господина:
— Молодой господин, я ещё не весь двор осмотрел… Мне продолжать?
Фэн Байцин сразу всё понял:
— Иди, конечно. Твоей вины тут нет.
Услышав это, Пятый дядя Фэн тут же предложил свои услуги в качестве гида. Фэн Байцин охотно перепоручил ему кролика, вежливо поблагодарив за заботу. Пятый дядя, впервые получив от него личную просьбу, аж грудь колесом выкатил, клянясь, что всё сделает в лучшем виде.
Толпа постепенно рассеялась.
Седьмой зять понимал, что родня сейчас начнет заминать скандал. Не давая им вставить и слова, он заявил, что ему нужно остыть дома, всыпал ещё пару пинков Сяо Кану, сжал в кулаке его телефон и направился прямиком в полицию, намереваясь упечь парочку за решётку.
В поместье об этом пока не знали. Седьмой сестре было невтерпёж скрыться с глаз долой, и её под руки увели в её покои.
Большая часть родичей, за исключением пары близких подруг сестры, отправилась с кроликом на экскурсию по старому поместью клана Фэн.
Под влиянием их утешений Цзин Си постепенно пришёл в себя. Заметив среди сопровождающих хозяев двух оставшихся помощников, он принялся искренне сокрушаться о судьбе своего господина:
— Я хоть и глуповат, но в людях разбираюсь. Молодой господин с виду такой мягкий, а сам больше всего на свете не терпит предательства. Мне кажется, он обязательно найдет способ проверить телефоны остальных помощников и сверит их с контактами. Хоть бы они оказались чисты, а то молодой господин совсем расстроится…
Пятый дядя Фэн и Десятая сестра заметно изменились в лице. Кое-как выдавив из себя сочувственные улыбки, они улучили момент и тайком отправили сообщения своим людям, приказывая немедленно стереть всю переписку и вычистить контакты.
Цзин Си сделал вид, что ничего не заметил, неторопливо закончил прогулку и вернулся в свои покои аккурат к обеду.
К тому времени новость о том, что Седьмая сестра наставила мужу рога и пыталась прикончить его руками любовника, уже разнеслась по всему поместью. Семья Седьмого зятя в этих краях обладала немалым весом, так что полиция отнеслась к делу со всей серьёзностью и забрала виновницу прямо из дома. Старое поместье клана Фэн гудело как потревоженный улей.
Фэн Байцин, слушая шум за окном, позвал Маленького Кролика разделить с ним трапезу:
— Что же ты не пошёл досматривать представление?
Цзин Си вздохнул:
— Как-никак, это произошло из-за моей оплошности. Нехорошо вышло.
Фэн Байцин прищурился:
— А как ты узнал, что Сяо Кан собирался встретиться с моей сестрой?
Цзин Си ответил без тени смущения:
— Чистая удача. Наобум ляпнул.
Фэн Байцин не стал спорить и задал следующий вопрос:
— Во время прогулки удалось узнать что-то новое?
Цзин Си кивнул:
— Удалось. Правда, всё то же самое, ничего интересного.
Фэн Байцин проявил интерес:
— Насколько «ничего интересного»? Излагай.
Цзин Си понизил голос:
— Мне кажется, твой отец спал с твоей третьей невесткой.
Фэн Байцин замер.
Медленно проглотив кусок, он уточнил:
— С чего такие выводы?
Цзин Си невозмутимо пояснил:
— Спали они или между ними просто интрижка — взгляд всегда выдаёт. Я уловил лишь намек, но пока не уверен на сто процентов.
Фэн Байцин одобрительно кивнул:
— Отлично. Продолжай в том же духе.
Цзин Си послушно кивнул и, словно вспомнив о чём-то, достал телефон, выудив оттуда пару снимков.
Измазанное грязью лицо Главы клана, растрёпанная Седьмая сестра, толпа, удерживающая багрового от ярости Седьмого зятя… Кадры были сделаны с самых сочных ракурсов.
Фэн Байцин на мгновение лишился дара речи.
А этот кролик-то непрост.
Цзин Си мило улыбнулся:
— На память. Тебе скинуть?
Фэн Байцин ответил без колебаний:
— Скидывай.
Пока снаружи бушевала буря, два сработавшихся хищника спокойно доели обед.
После трапезы Цзин Си намеренно отправился «налаживать контакт» с оставшимися двумя помощниками. Слушая, как те осторожно пытаются выведать у него информацию о молодом господине, он с самым невинным видом произнёс:
— А, он что-то говорил про акции.
Оба помощника подались вперёд:
— И про какие именно? Что должно вырасти?
Цзин Си задумчиво почесал затылок:
— Да вроде что-то про фармацевтику… Я не особо вслушивался.
Помощники чуть не взвыли от досады:
— Только это? А ещё?
Цзин Си продолжил вспоминать:
— Ещё про какие-то редкие металлы и руду… Слушайте, а вам зачем?
Заметив, что парень начинает проявлять настороженность, помощники быстро перевели тему.
Поскольку все контакты в телефонах были подчищены, им ничего не оставалось, кроме как лично доложить обо всём своим покровителям.
Желающих прибрать к рукам эту должность в поместье хватало с избытком, особенно сейчас, когда вокруг дежурила куча народу. В итоге, стоит Фэн Байцину проснуться после дневного сна, как ему тут же преподносят готовые улики.
Опустив взгляд, он просмотрел присланные видео и фото, выказал наигранную печаль, поблагодарил информаторов и тут же уволил оставшихся двоих помощников.
Когда посторонние удалились, его взгляд устремился на Маленького Кролика, который с лейкой в руках вальяжно поливал цветы на веранде.
Не прошло и половины первого дня испытательного срока: Седьмая сестра загремела в полицию, а из пяти его помощников один уволен им лично, а остальные трое нейтрализованы руками этого парня.
И что самое главное — лишь один из них был напрямую связан с кроликом, а с остальными тот расправился чужими руками.
Он снова подумал, что этот кролик невероятно хорош.
Цзин Си закончил полив, обернулся и, встретившись с пристальным взглядом хозяина, поинтересовался:
— Что-то не так?
Фэн Байцин поманил его пальцем. Дождавшись, пока парень подойдет, он погладил его по голове и впервые произнёс совершенно искренне:
— А ты хорош.
Цзин Си гордо вскинул подбородок:
— Ещё бы. Ты думаешь, почему Ху Сяо со слезами умолял меня остаться, когда я увольнялся?
Фэн Байцин поднял бровь:
— И почему ты уволился?
Цзин Си ответил как ни в чём не бывало:
— Поступать собрался. А сюда заглянул так, ради развлечения, про твои семейные дела послушать. Кстати, раз уж ты выложил обо мне пост в сеть, Ху Сяо меня в покое не оставит. Он мечтает затащить меня обратно на должность помощника и уже завалил сообщениями.
Фэн Байцин промолчал.
В глубине души у него зародилось тонюсенькое, едва уловимое ощущение сожаления.