Цзин Си оставался абсолютно невозмутим:
— С чего бы не получится?
Склонившись к самому уху Главаря Волков, он тихо добавил:
— Я хочу затащить историка к себе домой на ужин, так что умей смыться и не мешай.
Будучи признанным школьным задирой, Главарь Волков привык выкручиваться на «собеседованиях» у учителей и родителей, а потому соображал на редкость быстро.
Сделав пару уверенных шагов вперед, чтобы выйти из поля зрения педагога, он бережно спустил Цзин Си на землю. Достав телефон, парень изобразил, будто ему только что ответили на важный звонок, развернулся и рванул обратно. На ходу он собирался с самым трагическим видом выкрикнуть, что их товарищ угодил в реанимацию и им срочно нужно мчаться в больницу.
Но не успел он вытолкнуть из горла и первого скорбного звука, как к остановке со свистом подкатил городской автобус. Двери распахнулись, учитель вместе с людским потоком шагнул в салон, и машина стремительно унеслась прочь.
Главарь Волков застыл с открытым ртом.
Цзин Си потерял дар речи.
Система в его разуме тоже погрузилась в шок.
Воздух между ними будто заледенел.
Спустя пару секунд молчания Главарь Волков вернулся, сочувственно хлопнул «братуху» по плечу и произнес:
— Да ладно тебе, не кипятись. В другой раз получится. — Тут он вспомнил, как в прошлый раз разминулся с господином Юем, и глаза его азартно блеснули: — Слушай, если у вас дома накрыли стол, а еда останется... ты свистни, я подсоблю с утилизацией.
Цзин Си безапелляционно смахнул его руку:
— Пора бы тебе домой.
— Да ладно тебе! Давай я тебя хотя бы до подъезда дотащу?
— Сами управимся.
Поняв, что каши с ним не сваришь, Главарь Волков только досадно крякнул. Как раз в этот момент подкатил их автобус, и он вместе со своей оравой загрузился внутрь. Остановка мгновенно опустела, и Цзин Си остался в полном одиночестве.
«И что делать будем?» — поинтересовалась Система.
«Что-что... Надавим на жалость».
Он подошёл к скамейке, уселся поудобнее, достал телефон и отыскал диалог с Фэн Синжанем.
Цзин Си: [Учитель, я вас обманул. На самом деле я не подворачивал ногу.]
Фэн Синжань: [?]
Цзин Си: [Брат сказал, что к нам приехали родственники. Мне... немножко не по себе.]
Фэн Синжань: [Не переживай. Твой брат с тобой, он со всем справится.]
Цзин Си: [Я знаю. Просто брат всегда такой строгий и суровый, я пока жутко боюсь заговорить с ним первым.]
Пальцы парня стремительно порхали по экрану:
Цзин Си: [До десяти лет мой приёмный отец пропадал на шабашках, а мать целыми днями резалась в карты. Семью волновало только одно: как перебиться до следующего месяца и оплатить мою школу. А после десяти моей главной задачей стало просто выжить. Меня никто и никогда не учил, как вести себя с родными.]
Фэн Синжань: [Твой брат долго искал тебя. Он действительно дорожит тобой и со временем всему научит.]
Цзин Си: [Вам не кажется, что мой брат слишком идеальный?]
Фэн Синжань: [Есть немного.]
Цзин Си переключился на голосовые сообщения. Его голос звучал приглушённо и неуверенно:
— Я... я ужасно боюсь его разочаровать. Я плохо учусь, у меня нет манер, я умею только драться. Боюсь, что эти родственники будут улыбаться в глаза, а за спиной насмехаться надо мной. Боюсь, что брат в один прекрасный день поймёт, что я вовсе не тот идеальный младший братишка, о котором он мечтал... Бросит меня, и я... опять останусь совсем один.
Он перевёл дыхание и, нанеся контрольный удар, записал ещё одну аудиозапись:
— Мы знакомы совсем ничего, но вы... вы единственный человек в моей жизни, который похож на настоящего взрослого наставника. Да и вы единственный, кто не отвернулся от меня, узнав, что я драчун. Мне правда очень хотелось, чтобы сегодня вы были рядом. Вот я и соврал... Извините меня.
На другом конце провода надолго воцарилась тишина. Наконец пришёл текст:
Фэн Синжань: [Ты где сейчас?]
Цзин Си: [Сижу на остановке, считаю ворон.]
Решив добавить ещё пару штрихов к картине, Цзин Си мысленно уточнил у системы:
«Ты говорила, он так печётся о прежнем владельце тела, потому что увидел в нём самого себя? А чем именно они похожи?»
«Да считай всем, кроме деталей, — охотно отозвалась Система. — У него рано умерла мать, отец женился снова. Когда отца перевели по работе на другую планету, тот забрал мачеху и младшего ребёнка, а его тупо бросил дома одного. Он рос в полном одиночестве. Конечно, условия у него были получше — всё-таки куча сиделок да обслуживающие ИИ, но факт остаётся фактом. И ты не смотри на то, что он сейчас такой шелковый преподаватель, в своё время он бунтовал будь здоров».
— Вот как, — протянул Цзин Си.
В этот момент телефон мягко вибрировал. Пришел ответ.
Фэн Синжань слишком хорошо понимал это чувство: он и сам никогда не умел ладить с родней. Не получив в детстве и капли семейного тепла, он искренне желал, чтобы этот мальчишка, перенёсший куда больше лишений, всё же обрёл свой дом.
Вспомнив прошлые годы, он уверился, что даже в разгар своего подросткового бунта ни разу не пересекался с людьми из клана Юй. Немного поколебавшись, историк решил вернуться.
Фэн Синжань: [Что за родственники?]
Цзин Си: [Говорят, какой-то двоюродный брат. И он приволок с собой друга. Понятия не имею, может, приехали поглазеть на деревенщину и посмеяться.]
Фэн Синжань: [Знаешь их имена?]
Цзин Си: [Не спрашивал. Сейчас уточню.]
Связавшись с Системой и убедившись, что историк не знаком с этим двоюродным братцем, Цзин Си без тени сомнений выслал имена обоих гостей.
С точки зрения учителя ситуация выглядела однозначно: друг, когда-то помогший ему вырваться из цепких лап клана, теперь оказался совсем близко. Из страха навлечь на приятеля неприятности Фэн Синжань годами избегал контактов с ним, но упустить случай хоть мельком взглянуть на него он бы не смог при всём желании.
И точно — уже через секунду последовал звонок. Фэн Синжань велел парню сидеть на месте и никуда не уходить.
Цзин Си остался весьма доволен собой. Повесив трубку, он приготовился жалобно изображать жертву. Чтобы игра выглядела убедительно до конца, ему всё ещё требовалось изображать хромоту — надо же дать учителю благовидный предлог довести его до самых дверей.
Появившийся вскоре Фэн Синжань, глядя на то, как парень с трудом переставляет ноги, лишь вздохнул:
— Мог бы начать хромать, когда бы мы подошли ближе к дому.
— Нельзя, — серьёзно возразил Цзин Си. — А вдруг кто-то из них выйдет в магазин и случайно застукает меня здоровым? Вся маскировка коту под хвост.
Фэн Синжань посмотрел на него с легкой иронией:
— Я смотрю, у тебя в этих делах солидный опыт?
— Да так, балуюсь помаленьку, — скромно отозвался Цзин Си.
Едва удержавшись от смешка, учитель медленно пошел рядом, подстраиваясь под его неторопливый шаг.
Весна вступала в свои права, и сумерки сгущались всё неохотнее. На самом краю горизонта догорали алые полосы заката, подсвечивая темные тучи снизу, отчего казалось, будто небосвод охвачен тихим пожаром.
Посмотрев на эту красоту, Фэн Синжань тихо произнес:
— Знаешь, а ведь у меня тоже был период, когда казалось, будто весь мир передо мной виноват.
Цзин Си поворотил к нему голову.
Фэн Синжань вкратце обрисовал своё детство:
— Несколько лет подряд я занимал первое место в параллели. Втайне надеялся, что отец станет гордиться мной. А потом до меня дошло — ему плевать. Тогда я взбунтовался: целый год прогуливал уроки, зависал в барах, творил черт-те что... Думал, ну хоть теперь-то он забеспокоится? Пусть хоть отругает, хоть отлупит! — Он горько ухмыльнулся. — Но ему снова было всё равно. Учусь я или сгнию под забором — его не волновало. Лишь позже я узнал, что бракосочетание с моей матерью было договорным. Клан надавил на него, вот он и возненавидел и её, и меня заодно.
Цзин Си молча слушал, не перебивая.
Фэн Синжань в комментариях не нуждался, ему просто нужно было выговориться:
— В моей семье выгода стоит превыше всего. Родственники там — лишь пешки для династических браков. Когда меня попытались принудить к такому союзу, отец, сам когда-то пострадавший от этого, даже пальцем не пошевелил, чтобы заступиться. Тогда я понял: я для него просто вещь. Жить расхотелось окончательно. Из той ямы меня вытащил тогдашний классный руководитель. Кстати, он сын нашего нынешнего директора школы. Ты его видел.
Цзин Си кивнул.
В этот момент в их разговор бессовестно вклинилась Система:
«Через полмесяца у твоего нынешнего классного руководителя дома случится какая-то дикая беда, и ему придётся срочно уехать! Живёт он далеко, так что весь семестр накроется медным тазом. В вашем классе собралась вся элита хулиганья — ты да ещё парочка отпетых, так что нормальные училки брать вас отказываются. В итоге за вас вступится вот этот временный преподаватель! Он решит взять пример со своего школьного наставника и вытянуть тебя из омута!»
Цзин Си мысленно протянул:
«О как... И как ты думаешь, когда моё происхождение всплывет наружу, училки всё ещё будут отказываться от нашего класса?»
Система застыла на пару секунд, после чего завопила в полном отчаянии:
«А-а-а! Нет-нет-нет! Придумай что-нибудь! Наш учитель такой лапочка, он же весь ваш класс на путь истинный наставит!»
Пока парень переругивался с ИИ, Фэн Синжань перешел к воспоминаниям о студенческих годах. Он рассказывал, как перестал оглядываться на чужое мнение и наконец начал жить для себя. Ведь стоит человеку обрести внутренний стержень, как никакие жизненные бури ему становятся не страшны.
Раньше он полагал, что Дай Мин намного сильнее его прежнего, но сейчас осознал: перед ним всё тот же несовершеннолетний подросток, потерянный и одинокий.
— Не могу дать тебе универсального совета, как общаться с семьей, — мягко проговорил Фэн Синжань. — Но я вижу, что ты парень не глупый и душой не черствый. В тебе куда больше достоинств, чем ты сам думаешь. Просто будь собой. В крайнем случае... Ну что самое худшее может случиться? Вернешься к прежней жизни, станешь сам зарабатывать себе на хлеб. Ты ведь этого не боишься?
— Не боюсь, — качнул головой Цзин Си.
— Ну вот видишь! Самый худший сценарий — это просто вернуть всё как было. Так чего переживать? К тому же, я немного слышал о Юй Бо. Он не из тех, кто способен выбросить родного брата на улицу. Поверь в него немного.
Цзин Си ненадолго задумался, после чего еще раз кивнул и тихо произнес:
— Учитель... спасибо вам.
Фэн Синжань тепло улыбнулся:
— Пустяки. Если в голове снова закрутятся дурные мысли — смело приходи ко мне.
Так, за неторопливым разговором, они подошли к дверям особняка как раз в тот момент, когда последние лучи заката окончательно угасли в сумерках.
Юй Бо уже собирался набрать номер младшего брата, но, увидав его, ковыляющего у ворот, тут же поспешил навстречу:
— Что произошло?
— Да так, — вздохнул Цзин Си, — ногу немного подвернул.
Покачав головой, он окинул беглым взглядом холл и заметил двоих гостей, спускающихся навстречу.
Благодаря подсказкам Системы парень мгновенно опознал друга своего учителя — Ксавье.
На вид Ксавье был ровесником Фэн Синжаня. И пусть внешне он уступал историку в утонченности, всё же обладал весьма приятными, правильными чертами лица.
Держался он безупречно: подойдя ближе, первым делом негромко и отлаженно вызвал медицинского ИИ, после чего естественным движением перехватил «заботу» о Цзин Си из рук учителя. Вместе с Юй Бо они бережно усадили парня на диван. Ксавье опустился на корточки, внимательно осмотрел лодыжку и облегчённо выдохнул:
— Отека нет. Похоже, кости целы.
Цзин Си слегка поджал ногу.
Ксавье поднял взгляд на юношу и тепло, по-братски улыбнулся:
— Привет. Я друг твоего брата. Можешь звать меня просто братом или по имени — Ксавье.
Цзин Си проигнорировал оба варианта, вместо этого поманив пальцем историка:
— Учитель, идите лучше сюда, присядьте.
Ксавье проследил за его жестом и наконец-то сподобился внимательно рассмотреть стоящего неподалёку мужчину — одет с чужого плеча, голова опущена, на носу неуклюжие очки в толстой чёрной оправе.
В этот момент Фэн Синжань тоже поднял глаза. Их взгляды пересеклись в воздухе.
Ксавье словно громом поразило. Лицо его в мгновение ока изменилось.
Как человек, продруживший с ним не один год, он мгновенно узнал Фэн Синжаня.
Опасаясь, что тот выдаст себя, историк опередил события и, воспользовавшись своей нынешней фальшивой личностью, сам сделал шаг вперед и представился.
Ксавье почувствовал, будто среди ясного неба грянул гром. Натянув на лицо деревянную улыбку, он промямлил:
— Так вы... учитель? Спасибо, что довели его до дома.
— Что вы, не стоит, — ответил Фэн Синжань. — Это моя обязанность.
Ксавье судорожно перевёл дыхание, быстро прокручивая в голове варианты, как бы поскорее выставить этого «педагога» за дверь. Но тут мальчишка ни с того ни с сего громко предложил историку остаться на ужин, а Юй Бо с готовностью поддержал эту идею. Сердце Ксавье ухнуло куда-то в пятки.
Он всем сердцем надеялся, что Фэн Синжань откажется, но вопреки его мольбам учитель после пары символических оговорок согласился.
Делать нечего. Ксавье пришлось отойти, уступая место подлетевшему медицинскому ИИ. В голове его уже зрел план: дождаться удобного момента, переговорить с Фэн Синжанем наедине и заставить того держаться подальше от Юй Бо и его окружения.
Однако Цзин Си не собирался дарить ему подобную роскошь.
За считанные секунды «исцелив» лодыжку, парень снова запрыгал как ни в чём не бывало. Познакомившись с двоюродным братом Юй Бо, он тут же громко заявил, что умирает с голоду.
Ксавье, понимая, что нужно поддерживать образ добряка, ласково подхватил:
— Ужин давно готов! Как раз всё то, что ты любишь.
Цзин Си потащил учителя к раковине мыть руки и, понизив голос, усомнился:
— А вы с этим Ксавье точно не знакомы?
Фэн Синжань вздрогнул:
— Нет. С чего ты взял?
— Учитель, ну не держите вы меня за дурака, — хмыкнул Цзин Си. — Вы же знакомы! Взрослый человек, а ребёнка обманываете.
Фэн Синжань опешил. Четырнадцатилетняя разница в возрасте явно не делала его «дедушкой», но спорить не стал:
— Пожалуйста... никому не говори.
— Ладно, — согласился Цзин Си. — Но у вас с ним что, плохие отношения?
— Да нет, вполне нормальные, — вздохнул историк.
— Странно всё это, — задумчиво протянул Цзин Си. — А мне показалось, он на вас смотрит так, будто придушить готов. — И с самым серьезным видом добавил: — Я с детства рос один, так что отлично чую чужую злобу. У меня инстинкты — будь здоров, никогда не подводят!
Фэн Синжань мгновенно вспомнил тот день, когда за ними устроили охоту. В душе его закралось сомнение.
— Бережёного бог бережёт, — бросил напоследок Цзин Си. — Если он захочет вытащить вас куда-то наедине — лучше трижды подумайте.
Заронив нужное зерно сомнения, парень вытер руки и направился в столовую.
Блюда уже дымились на столе, так что ни о каких разговорах тет-а-тет не могло быть и речи. Все уселись по местам. Завязалась непринужденная беседа, атмосфера казалась вполне душевной.
Отлегающее сердце Ксавье понемногу возвращалось на место. Он убеждал себя: пока никто не заводит речь о спасении жизни Юй Бо — всё под контролем. А убрать Фэн Синжаня с дороги он успеет и позже.
Но, как водится, закон подлости сработал безупречно. Едва ужин подошёл к концу, как неугомонный мальчишка вдруг подал голос:
— А вы с моим братом, выходит, в очень близких отношениях?
— Да не то слово! — моментально подхватил двоюродный брат, отлично знавший о намерениях Ксавье. — Он же спаситель твоего брата! Жизнь ему спас!
Цзин Си изобразил крайнее изумление:
— Да ладно?! Серьёзно?
Ксавье чуть не поперхнулся воздухом и замахал руками:
— Ой, да бросьте... Пустяки, не стоит даже упоминать.
— А-а, ясно, — кивнул Цзин Си.
Он неторопливо зацепил вилкой листик салата и отправил его в рот. Дождавшись, пока Ксавье судорожно переведёт дух, парень с наивной улыбкой добавил:
— А вот мне ужасно хочется послушать эту историю.
Ксавье застыл с каменным лицом.
Вот же мелкий паршивец!