Заметив приближение войска, Цинь Жэнь облегчённо вздохнул: жителям городка Юйлай пока ничего не угрожало.
Поторопившись назад, он собрал нехитрые пожитки, намереваясь немедленно сняться с места.
Горожане, увидав его приготовления к отъезду, переглянулись с явной тревогой.
— За пределами городка показался большой отряд, — обратился к ним Цинь Жэнь. — На местный гарнизон не похожи, скорее подкрепление из префектуры. Скоро они возьмут здесь всё под контроль, так что пока вам ничего не угрожает. Но если боитесь — собирайтесь в группы и ступайте на юг. Слышал, там нынче спокойнее.
— Благодетель, неужто ты уходишь? — спросил какой-то молодой крестьянин.
— Спаситель, останься! — подхватил другой горожанин. — Без тебя нам тут совсем боязно.
Цинь Жэнь всё равно не разумел их местного говора, а потому лишь жестом изобразил, что пора в путь.
Поняли они его или нет — его мало заботило; махнув рукой, он решительно шагнул к выходу.
Спасителем или героем он себя не считал. А помощь этим людям была лишь способом прибрать к рукам добычу разбойников. Он и так потерял здесь целые сутки, а раз в городке всё улеглось, задерживаться далее не имело смысла.
Заметив его намерение уйти, несколько человек потянулись следом, явно надеясь прибиться к нему. Цинь Жэнь снова предостерегающе вскинул ладонь, давая понять, что обузой они ему не станут, и ещё раз указал на юг.
Беженцев набралось много, у большинства при себе имелось хоть какое-то оружие, так что большой артелью пробиться на юг им не составит труда.
Видя, что он твёрд в своём отказе, горожане застыли в растерянности. Но взять их с собой Цинь Жэнь при всём желании не мог: слишком много тайн он скрывал, да и тащить за собой сбежавшего красавца Лю Цинюэ вместе с целой оравой было бы непростительной глупостью.
К тому же они принадлежали к абсолютно разным мирам. Цинь Жэнь искал лишь небольшой наживы и не собирался увязать в чужой судьбе по уши.
Чтобы не сталкиваться с прибывшими войсками, он свернул в противоположную сторону и покинул городок с задворков.
Налегке он продвигался быстро. По пути ему то и дело попадались люди: кто-то бежал из того же городка Юйлай, кто-то оказался беженцем с охваченного бедствиями севера. Все они угрюмо и спешно брели в неизвестность.
Прошагав около часа, Цинь Жэнь решил присмотреть укрытие от метели. Снегопад валил не переставая уже сутками, сугробы выросли по колено, и тащиться под этим белым саваном стало невмоготу.
Вдруг из пелены вынырнули трое оборванцев в куцых одёжках и прибавили шаг, направляясь прямо к нему. Цинь Жэнь тут же выхватил из-за спины сапёрную лопатку и увесисто качнул ею, недвусмысленно давая понять: у него есть чем встретить незваных гостей.
Однако бродяг это не остановило. Один из них зашвырнул в Цинь Жэня тугим снежком, а двое других махом рванули в обход, заходя с флангов.
Цинь Жэнь мгновенно понял причину такой дерзости: юнец, шедший слева, явно владел рукопашным боем, да к тому же прятал в рукаве короткий кинжал. Чтобы свалить его, пришлось заплатить ценой собственной крови — острый клинок полоснул по предплечью. К счастью, многослойная зимняя одежда смягчила удар, и рана оказалась поверхностной.
Тут уж Цинь Жэнь свирепел по-настоящему. Изначально он принимал их за несчастных, доведённых до отчаяния бедняков и не хотел калечить. Но раз эти твари вознамерились его прирезать — церемониться он больше не намеревался.
Едва ожесточённый удар сапёрной лопатки уложил ловкача на снег, остальные двое мгновенно растеряли всю спесь. Цинь Жэнь даже не успел сделать шага в их сторону, как те с воплями бросились наутёк.
Поглядев им вслед, он перевёл взгляд на скулящего на земле щенка.
— Идиоты, — выплюнул Цинь Жэнь, подхватил вещи и быстро зашагал прочь.
Преследовать удравших он не стал: чутьё подсказывало, что поблизости в лесополосе прячутся другие глаза. Чтобы не нарваться на всю банду, лучше было поскорее убраться отсюда.
Дальше он уходить не рискнул. Найдя неприметную трухлявую калитку, он активировал переход и привычно очутился в подвале собственного дома. Лю Цинюэ, дожидавшийся его там, бросился навстречу, но, едва углядев алые пятна на куртке, замер и побледнел.
— Что произошло?! Ты... ты ранен?!
— Пустяки, царапина, — отмахнулся Цинь Жэнь, скидывая куртку.
Осмотрев порез и убедившись, что в него не попала грязь, он сразу же отправился в деревенский фельдшерско-акушерский пункт.
Местный фельдшер поинтересовался причиной ранения, на что Цинь Жэнь буднично соврал, дескать, сам по неосторожности резанулся. Порез был неглубоким, а поскольку Цинь Жэнь ранее прививался от столбняка, отправлять его в районную больницу за уколом врач не стал.
Вообще-то обычные деревенские жители от столбняка прививались редко. В школьные годы Цинь Жэнь частенько ввязывался в драки и ходил с порезами да ссадинами, так что дед, устав от переживаний, силой утащил внука на вакцинацию — от греха подальше, чтобы тот не сгинул от какой-нибудь инфекции из-за пустяковой царапины.
Воспоминания о прививках навели его на мысль о Лю Цинюэ. В том древнем мире царил абсолютный хаос, да и сам парень выглядел крайне хрупким и болезненным. Хорошо бы достать для него парочку базовых вакцин... Ведь древние эпохи кишели страшными мора́ми: оспа, холера, чума, проказа...
Найти сейчас ту же оспенную вакцину простому человеку было практически невозможно — нужны связи и немалые деньги. Причём под «немалыми» подразумевались вовсе не пара тысяч юаней, а суммы с пятью-шестью нулями.
Раньше Цинь Жэнь искренне считал себя небедным человеком, но столкнувшись с реальностью, понял: его сбережения — пшик. Впрочем, разбрасываться благотворительностью ради юноши он тоже не собирался. Отец Лю Цинюэ занимал пост министра ритуалов — величина немалая! У таких чинуш денег куры не клюют. Чем целостнее он сохранит драгоценную тушку юноши, тем солиднее куш сорвёт при передаче. Для Цинь Жэня Лю Цинюэ был эдаким живым денежным деревом.
Домой Цинь Жэнь вернулся уже затемно. Он решил выспаться как следует, а на следующий день вновь отправиться в путь. В доме давно стояла новая герметичная дверь, а двор надежно закрывал навес от снега, так что держать Лю Цинюэ в подвале больше не имело смысла — там было слишком сыро и промозгло.
Наскоро прибравшись в спальне покойного деда, Цинь Жэнь обосновался там, а юноше отдал свою собственную комнату.
Уладив бытовые хлопоты, Цинь Жэнь напутствовал жильца:
— Как кондиционер включать, помнишь? Похолодает — жми кнопку на пульте.
Лю Цинюэ послушно кивнул: он внимательно наблюдал за хозяином и успел запомнить простые движения.
— А на кухне управишься?
— Немного... умею, — неуверенно отозвался юноша.
Цинь Жэнь поманил его за собой и провел детальный инструктаж:
— Это индукционная плитка. Включаешь в розетку, нажимаешь сюда — работает, ещё раз — выключается. Запомни крепко: в сам разъем пальцами не тыкай, мокрыми руками к проводам не прикасайся. Вот эта традиционная печь уже давно стоит без дела... А вот газовая плита. Вещь опасная, пока меня нет — даже не подходи к ней.
Он заставил парня повторить все действия, чтобы даже в случае его долгого отсутствия тот не умер с голоду.
— Где еда лежит, знаешь? Вот холодильник: тут курятина, свинина, говядина... В нижнем шкафу крупы, мука, масло. Готовить не умеешь — свари жидкой каши или партию яиц. Нечего сухую лапшу круглосуточно грызть!
— Завтра с утра я снова уйду на ту сторону. Навряд ли смогу возвращаться каждый день. Если по пути не попадутся дверные проёмы, могу застрять надолго. Главное — не бойся. Если кто-то станет стучать с улицы — сиди тихо как мышь, будто дома никого нет.
Стальная дверь современной конструкции была глухой и сплошной. Снаружи невозможно определить, заперта ли она изнутри или захлопнута на замок, а значит, и понять, есть ли кто в доме. Молодёжи в деревне почти не осталось, а старики-соседи уже навестили Цинь Жэня после его приезда, так что ломиться в ворота едва ли кто затеет.
Выдав длинную тираду наставлений, Цинь Жэнь махнул рукой, намереваясь отправиться на боковую.
Лю Цинюэ проводил его обеспокоенным взглядом и тихо спросил:
— Ты идешь один... Не опаснее ли это?
«Может, мне лучше пойти с тобой?» — промелькнуло в голове у юноши. Сил у него кот наплакал, но двое всяко лучше одного, авось где и пригодился бы.
— Пока в тебе нужды нет, — отрезал Цинь Жэнь. — Потребуешься — сам заберу.
В городке Юйлай только что хозяйничали шайки грабителей, а из-за лютой метели бандиты не могли уйти далеко. Одному идти сподручнее: обузы нет, скорость выше, да и в случае замеса слинять проще. А прихвати Лю Цинюэ — в стычке с разбойниками тот мгновенно превратится в мёртвый груз.
На рассвете Цинь Жэнь уже был на ногах. За ночь он до отказа зарядил электрошокер и перекупил у знакомых парочку свежих клинков. Тот древний мир оказался куда опаснее, чем виделось сначала, так что лишнее оружие за пазухой никогда не помешает.
Толкнув ветхую дверцу калитки, он оглядел заснеженную пустошь и, убедившись, что кругом ни души, размеренным шагом двинулся вперёд.
Догадка подтвердилась: из-за снежных заносов бандиты далеко уйти не смогли. Не прошло и двух часов, как Цинь Жэнь наткнулся на подозрительную группу. Вычислить в них разбойников не составило труда — сытые, холеные рожи резко контрастировали с истощёнными и отчаявшимися физиономиями погорельцев.
К тому же они тащили на плечах увесистые тесаки и нарядились в пёстрый разномастный хлам, ничуть не походя на регулярных имперских ратников.
Вступать в открытую рубку Цинь Жэнь не рисковал, а потому пристроился на почтительном расстоянии, следуя за ними тенью.
Собираясь в дорогу, он выудил из запасов белоснежный маскировочный костюм. В обычное время белые одежды сразу бросались бы в глаза, но среди безбрежного снежного моря такая маскировка сделала его почти невидимым.
Цинь Жэнь выслеживал банду целых пять дней, скидывая белый балахон лишь там, где снег сходил на нет. На пятые сутки небо обложило тяжёлыми тучами, и едва стрелки миновали шесть вечера, окрестности погрузились в непроглядную тьму.
Отряд остановился неподалёку от какого-то местечка, и двое разбойников направились к посёлку за припасами. Заметив это, Цинь Жэнь бесшумно скользнул за ними.