На этот раз, отправляясь в свои земли, Цинь Жэнь прихватил с собой и Шэнь Ваньина. Верных людей у него почти не водилось, а Ваньин прибыл в столицу именно ради него, так что бросить купца на произвол судьбы казалось неразумным. К тому же тот деловой хваткой не обижен, а деньги Цинь Жэню в будущем понадобятся в немалых количествах. В поместье маркиза Шэнь Ваньин сможет торговать без оглядки на местных заправил: ни один богач или влиятельный дворянин не дерзнет притеснять его из-за купеческого звания. Пока он исправно пополняет казну Цинь Жэня, тот обеспечит ему надежную крышу.
В свои владения они прибыли в мае, когда уже припекало солнце. Климат здесь стоял жаркий и влажный: зимы выдавались почти бесснежными, зато летом царил настоящий зной. Шёл только начальный месяц лета, а Лю Цинюэ уже изнывал от духоты — в разгар же жары приведется совсем несладко. На мгновение Юэ даже пожалел, что уговорил матушку, госпожу Ци, поехать с ними.
Впрочем, у каждого края найдутся свои достоинства и недостатки. Главными плюсами уезда были изобилие фруктов и благодатное зимнее тепло, избавлявшее от суровых стуж. Что же до зноя, сырости и полчищ гнуса — с этим вполне можно сладить. Достаточно наладить добычу льда с помощью селитры да наварить отпугивающих насекомых снадобий. Цинь Жэнь рассчитывал свериться с материалами из своего мира и шаг за шагом обустроить быт.
Первым делом по прибытии Цинь Жэнь занялся поиском пристанища. Объехав вместе с Цинюэ все пять уездов, входивших в жалованные земли, он остановил выбор на самом живописном и зажиточном из них. Выбирать следовало тщательнейшим образом: ведь он обустраивал гнездо не для себя одного, а для молодого супруга и тёщи. Комфорт близких стоял на первом месте.
Определившись с местом, маркиз вознамерился возвести новую усадьбу. Выбранный городок считался богатым лишь по местным меркам: Цинюэ, привыкшему к пышным столичным хоромам, тамошние дома казались обветшалыми и унылыми. Понимая, насколько здесь сыро, Цинь Жэнь решил выстроить дом по современной технологии — вроде двух- или трёхэтажного загородного коттеджа, чтобы спальни располагались на верхних ярусах, подальше от влажной земли. Впрочем, стройка служила лишь предлогом: главным побудительным мотивом для Цинь Жэня стало желание как можно скорее наладить производство цемента.
Положение владений оставляло желать лучшего: чуть восточнее пролегала граница со смежным государством, а приграничные земли редко славятся спокойствием и порядком. Цемент требовался для прокладки прочных мощёных трактов. Качественные дороги — это торговля, размах купечества, а главное — стремительная переброска императорских войск из столицы в случае военной угрозы. К тому же цемент позволил бы укреплять городские стены и возводить долговечные здания. Хочешь разбогатеть — сперва подними дороги. А чтобы обеспечить безопасность своих земель, нужны немалые средства: лишь звонкая монета позволит нанять отряды и оснастить воинов добротным оружием.
На время строительства семья устроилась в загородном поместье, которое им уступил уездный начальник. Замысловатая усадьба, хоть и не блистала дворцовой роскошью, отличалась колоритным местным изяществом. Устроив домочадцев, Цинь Жэнь созвал здешних мастеровых.
Городок именовался Дифэн, а землю под застройку маркиз присмотрел в южной его части. Южные кварталы уступали северным по оживленности, зато через них протекала чистая речка. Цинь Жэнь задумывал провести прямо в усадебный сад проточную воду, а потому берег подходил идеально. Он специально наведался в свой родной мир, заставил архитектора набросать подробный проект с учетом классического ландшафтного дизайна, и лишь держа на руках чертежи, дал отмашку начинать работы.
Возведение дома — дело небыстрое. Пока рабочие закладывали фундамент, Цинь Жэнь принялся въедаться в подушные переписи и налоговые реестры. Под его началом состояло пять уездов, но людские ресурсы в них оставляли желать лучшего. Самым людным являлся как раз Дифэн — около сорока пяти тысяч душ, а в наименьшем едва насчитывалось тринадцать тысяч. Суммарное население пяти уездов не превышало ста тридцати тысяч человек. Причины крылись в недавних разбойничьих набегах, сильно подкосивших народ, да в суровых приграничных условиях, отпугивавших переселенцев.
Впрочем, малочисленность — изъян поправимый. Когда в этих краях приживутся посадки батата, заработает цементный завод и заблестят ровной гладью тракты, людской поток хлынет сюда сам собой. Цинь Жэнь рассчитывал не столько на естественный прирост, сколько на приток переселенцев из соседних провинций.
К тому же не стоило забывать о гевеях: каучук — ценнейшее сырье. В эпоху, когда ремесленное производство держалось исключительно на ручном труде, мануфактуры требовали сотен рабочих рук. Возможность получать постоянное жалование вместо того, чтобы целиком зависеть от капризов погоды на скудных пашнях, привлечет бедняков. Люди идут туда, где есть сытость и заработок. Стоит заложить в уезде масштабные мануфактуры, и бежавшие от нужды крестьяне стекутся со всех уголков страны.
* * *
В один из дней Цинь Жэнь вернулся с обхода и предложил Цинюэ совершить вылазку в XXI век. Вопрос с частной клиникой улажен давным-давно, а прививочный курс юноша так и не прошёл. За время долговременного пути из столицы Цинь Жэнь успел несколько раз сбегать «на ту сторону» и через старые связи состряпал для супруга полноценный комплект документов — прописал его в глухой деревушке и выхлопотал удостоверение личности.
Теперь, когда Цинюэ стал полноценным гражданином, следовало открыть на его имя банковский счет. Это позволило бы разместить часть имеющейся наличности и оформить на Лю Цинюэ недвижимость. А поскольку курс вакцинации растягивался на определенные интервалы, Цинь Жэнь решил присмотреть квартиру неподалеку от клиники в мегаполисе. Благодаря Медным вратам юноша сможет без труда перемещаться прямо в современность на очередную процедуру.
Предстояли хлопоты в другом городе: оформление карты, прививки, поиски жилья — словом, поездка затянется на несколько дней. Чтобы госпожа Ци не поддавалась тревоге, следовало заранее придумать убедительную легенду.
Цинюэ сам взялся успокоить мать:
— Анян, мы с супругом планируем отлучиться в префектуру Юйян. У мужа там есть давние приятели. Раз уж мы устроились на новом месте, следует нанести им визит вежливости.
— Вы отправляетесь вдвоем? — беспокойно приподняла брови госпожа Ци.
— Разумеется, нет, с нами поедет охрана. Матушка, не тревожься, муж позаботится обо мне.
— Ну хорошо... Возвращайтесь поскорее и будьте осторожны в пути.
Уладив дело с тёщей, Цинь Жэнь увлек Цинюэ к проходу в XXI век.
С момента переезда в новое современное жильё Лю Цинюэ бывал здесь лишь мельком — заглядывал ненадолго, чтобы поиграть на планшете, и спешил назад. На этот раз им требовалось задержаться, и юноша принялся с любопытством осматривать дом.
Коттедж отличался компактностью. На втором этаже размещались три комнаты: хозяйская спальня, гостевая и кабинет, который Цинь Жэнь полностью очистил, установив там Медные врата. Опасаясь шума с третьего яруса, спать на втором этаже они не планировали, поэтому две спальни стояли нетронутыми, в первозданной отделке.
На первом этаже находились еще две спальни с отдельными санузлами и просторная кухня. Главную спальню Цинь Жэнь полностью обстановкой переоборудовал, сменив меблировку. Хоть мебель проветривалась уже не один месяц, они предпочитали не рисковать лишний раз: формальдегидные испарения из новых материалов — вещь коварная, даже если бренд элитный. При необходимости переночевать можно было в гостевой или на диване в гостиной.
Пока Цинюэ разглядывал убранство, Цинь Жэнь укладывал дорожную сумку: документы, водительские права, пачки банкнот. Закончив с приготовлениями, он окликнул юношу, сидевшего во дворике:
— Пора. Если выедем сейчас и пойдём по скоростному шоссе, к полуночи добраться до города Цзи вполне реально.
Цинюэ послушно кивнул, подхватил свой рюкзачок и скользнул в салон автомобиля. Путь на машине выходил утомительным, однако с учётом объема наличности за бортом собственный транспорт выглядел куда надежнее и безопаснее.
Они стартовали в одиннадцать утра, сделали короткую передышку на заправочном комплексе и в тринадцать минут первого ночи въехали в город Цзи. Первым делом отправились искать подходящую гостиницу.
Когда двое высоких мужчин запросили на стойке регистрации один номер с двуспальной кроватью, администраторша не удержалась от пытливого взгляда. Цинюэ, не уловив подоплёки, добродушно улыбнулся ей в ответ.
Цинь Жэнь опасался, что неподготовленный организм жителя древней эпохи легко подцепит современную инфекцию, а незаурядная внешность Цинюэ привлечет назойливых любителей делать снимки для соцсетей, а потому наглухо замаскировал супруга: натянул на него кепку-бейболку и защитную маску. В результате наружу смотрели лишь глубокие, завораживающие глаза. Девушка за стойкой мысленно гадала, не переступил ли порог известный блогер или актеришка, да и спутник его — статный брюнет под метр девяносто — выглядел чертовски эффектно.
Не дав ей вдоволь насладиться зрелищем, Цинь Жэнь подхватил вещи и увлёк Цинюэ к лифту.
Ночная гонка за рулем истощила силы Цинь Жэня, предельная концентрация вымотала его и физически, и морально. Мечтая лишь добраться до подушки, он едва зашел в номер, как свалился на кровать прямо в одежде, отложив душ до утра.
Цинюэ, задремавший в машине, чувствовал себя куда бодрее. Чтобы не тревожить уснувшего мужа, он тихонько сходил в ванную, вымылся и лег рядом. Первоначально сон не шел, но налюбовавшись во мраке на мужественный профиль Цинь Жэня, юноша и сам незаметно погрузился в дрему.
Проснулись они лишь к полудню. Первым делом навестили банковское отделение, где открыли счет на имя Лю Цинюэ и внесли на депозит миллион юаней наличными. Затем направились в частную клинику, где всё было заранее схвачено. Цинь Жэнь категорически не желал оставлять медицинские следы Цинюэ, поэтому обошлись без предъявления удостоверения.
Различные типы вакцин требовали соблюдения интервалов между уколами, да и курс состоял из нескольких этапов. Ездить каждый раз за сотни километров из деревни казалось безумием, а город Цзи располагал прекрасной медициной и массой развлечений. Цинь Жэнь рассудил, что разумнее приобрести здесь жильё. Разумеется, на один миллион в таком мегаполисе особо не разгуляешься: средняя стометровая квартира тянула на пару миллионов, варианты получше продавались за четыре-пять, а особняки исчислялись десятками миллионов. Имея на руках порядка восьми миллионов, о собственном поместье в центре думать рановато, но добротную квартиру они тянули вполне.
Введя первую дозу, Цинь Жэнь, перестраховываясь из-за иномирного происхождения юноши, заставил его просидеть под наблюдением врачей весь остаток дня. Разумеется, столь томительное прозябание в больничных стенах изрядно испортило Цинюэ настроение.
Заметив кислую мину супруга, Цинь Жэнь отложил просмотр недвижимости и решил развлечь его походом в парк аттракционов. Погода стояла вечерняя, поэтому гулянья перенесли на утро. В среду посетителей на аллеях оказалось негусто, и переступивший порог парка Цинюэ мгновенно растерялся от буйства огней и головокружительных аттракционов.
Юноша увлеченно ткнул пальцем в сторону карусели с резными лошадками:
— Я видел такое на видео! Пойдём вместе проедемся?
Цинь Жэнь с улыбкой качнул головой:
— Детские забавы, мне не по чину. Хочешь — иди сам, я подожду.
Двухметровому мужику на пороге тридцатилетия не пристало взбираться на пластиковых коняшек среди детишек и юных девиц. Цинюэ сперва сник, но заметив среди карабкающихся на платформу пару молодежных компаний, смело примкнул к ним.
Цинь Жэнь остался у ограждения, не сводя глаз с юного супруга, чтобы тот не чувствовал себя одиноко, и непрерывно щелкал смартфоном, запечатлевая его радостные эмоции.
Помня про страсть Цинюэ к рулёжке, маркиз увлёк его к павильону с автодромом. Сам Цинь Жэнь в далеком детстве катался на аляповатых машинках, но современные электрические болиды выглядели куда ярче. Начать решили вместе: Цинюэ крутил руль, а муж восседал на пассажирском сиденье.
Яркая парочка привлекала внимание, и вскоре стайка молодежи за рулями соседних машинок принялась брать их в кольцо и с азартом таранить.
— Да что ж они все в нас-то метят?! — насупился Цинюэ, сжимая баранку.
— Ты им приглянулся, вот и проявляют внимание, — хмыкнул Цинь Жэнь.
— Но не бампером же в бок!
Чтобы оградить юношу от постоянных встрясок, Цинь Жэнь арендовал отдельный болид и превратился в личного телохранителя: стоило кому-то нацелиться на бампер Цинюэ, как крупная машинка маркиза ловко блокировала удар. Видя такую протекцию, Цинюэ мгновенно сменил гнев на милость.
Покидая аттракцион, они столкнулись с девицами и парнями, жаждавшими обменяться контактами. Именно тогда Цинюэ воочию оценил всю степень раскрепощенности местного люда. Одна девица без тени смущения рассыпалась в комплиментах Цинь Жэню и даже вознамерилась пощупать его крепкий бицепс.
Не терпя посягательств на законного мужа, Цинюэ мгновенно вклинился между ними. Однако бойкая девица, разглядев изящного длинноволосого красавца, тут же переключилась на него самого! Лишь тут юноша осознал: подобный бурный восторг — вовсе не попытка увести чужого супруга, а просто открытое проявление эстетического восхищения.
С трудом вырвавшись из плотного кольца поклонников, они смогли наконец подышать спокойно.
— В твоём мире ты, должно быть, пользуешься у девиц бешеным успехом? — лукаво прищурился Цинюэ.
— Пожалуй, — не стал скромничать Цинь Жэнь. — Впрочем, и среди парней желающих хватало.
Высокий рост, подтянутая фигура и породистое лицо в крупных мегаполисах неизменно привлекали внимание обоих полов.
— Не жалеешь, что связал себя со мной? В таком вольном мире у тебя могло быть столько увлечений...
— Ничуть. До встречи с тобой мой характер трудно было назвать сахарным, я и друзей-то толком не заводил.
Он держится так мягко и приветливо исключительно ради Цинюэ. Не будь рядом любимого гэера, со всеми прочими чужаками маркиз не проронил бы и лишнего слова.
Разговор прервала неожиданная сцена: за углом павильона парочка юнцов откровенно целовалась на виду у прохожих. Цинюэ вытаращил глаза от изумления. Он сознавал различия двух миров, но столь бесстыдное проявление чувств посреди улицы ввергло его в шок! Что ещё хуже, зеваки вокруг спокойно снимали происходящее на телефоны, а целующиеся ничуть не смущались.
Заметив эпатажную пару, Цинь Жэнь подхватил Цинюэ за руку и увлёк прочь. Прежде он и бровью бы не повел, но присутствие древнего юноши да толпы гуляющих вокруг малышей заставляли расценивать подобное поведение как неуместную развязность.
— У вас люди... поистине поразительные, — сокрушённо качнул головой Цинюэ.
— Не все подряд, — возразил Цинь Жэнь. — Большинство предпочитает сдержанность.
— А тебе подобные вольности по душе?
— Равнодушен. Покуль не лезут ко мне, хоть на голове пусть стоят.
— Но ведь прочие мужи задорно свистели да снимали всё на диковинные дощечки!
— На то они и прочие. Я — это я.
Сворачивая неудобную тему, Цинь Жэнь потянул супруга дальше:
— Куда ещё отправимся?
Цинюэ оглядел панораму и указал на возвышавшееся над парком гигантское колесо обозрения:
— На ту вертушку! Составишь мне компанию?
— С удовольствием, — ухмыльнулся Цинь Жэнь. На этом аттракционе традиционно катались влюбленные пары, и составить пару юному супругу было одно удовольствие.