Вернувшись, они первым делом отправились мыться. За столько дней пути без нормальной воды и Цинь Жэнь, и Лю Цинюэ успели дойти до крайности: мысль о чистоте стала настоящей навязчивой идеей.
Первым в душ зашёл Цинь Жэнь. Помывшись и переодевшись, он сразу же отправился в городок — забрать накопившиеся посылки.
Перед прошлым уходом он успел заказать целую кучу вещей. За прошедшие десять дней все заказы давным-давно прибыли на пункт выдачи. Управляющий местным почтовым пунктом хорошо знал Цинь Жэня, поэтому, хоть тот и задерживался, отправлять посылки назад не стал. Он аккуратно собрал всё и сложил у себя дома.
Увидев, что парень наконец пришёл, хозяин не удержался от добродушной усмешки:
— Слушай, ты чего столько назаказывал? Собрался лавку в родной деревне открывать?
Через программу на терминале ему прекрасно было видно, что именно приехало.
Цинь Жэнь лишь небрежно отмахнулся:
— Да тут в коротких видео постоянно натыкался на ролики про скорый конец света... Ну и не удержался, набрал добра за компанию.
Посылки в основном состояли из снаряжения для выживания в дикой природе, а из еды — сплошь галеты да мясные консервы. Такое объяснение звучало вполне убедительно.
Управляющий только фыркнул:
— И ты, студент, в эту чушь поверил? Эти торгаши каждые пару месяцев пугают: то война, то конец света — лишь бы товар впарить! У меня тесть пару лет назад тоже повелся, за раз с десяток ящиков спрессованных сухпайков сгреб. Недавно стал вещи у него разбирать — гляжу, а у них срок годности на исходе. Мы с женой втихаря всё на свалку и вынесли. И что думаешь? В прошлом месяце старика будто снова переклинило — опять из интернета кучу коробок приволок!
Покатываясь со смеху от собственных воспоминаний, он помог Цинь Жэню погрузить коробки в машину.
— Кстати, ты теперь насовсем вернулся? Подумал, чем дальше заниматься будешь?
До него уже дошли слухи, будто бабушка оставила Цинь Жэню немного золотишка, а Чэнь Янсюань помог выменять его где-то на семьдесят-восемьдесят тысяч юаней. Сумма вроде немаленькая, но если начать тратить — разлетится вмиг. А ведь парню ещё жениться надо, на свадьбу да дом этого точно не хватит.
— Пока не решил, — ответил Цинь Жэнь. — Вот подлечусь окончательно, тогда и пораскину мозгами.
— И то верно, здоровье первее всего. Да и с лицом тебе надо что-то сделать — купил бы мазь какую, шрамы свести.
— Да ладно вам, я же мужик, одним шрамом больше, одним меньше...
— Вот тут ты не прав! Нынче мужику внешность о-го-го как нужна. Знаешь Сяо У, что по соседству живёт? На лицо страшен, куда тебе до него, а вишь ты — устроился стримы вести да подцепил какую-то богатую дамочку. Теперь дома баклуши бьёт, раз в месяц эфир включит — и полгода в ус не дует. Ты парень статный, ноги от ушей — шёл бы тоже в стримеры! Если даже суперзвездой не станешь, так хоть на красивое лицо богатую невесту с деньгами приманишь.
Цинь Жэнь даже опешил: надо же, какой продвинутый дядька! Идеи у него куда свободнее, чем ждёшь от сельского жителя — подбивает парня стать альфонсом за счёт яркой внешности!
А если пораскинуть мозгами... мысль-то неплохая.
Естественно, Цинь Жэнь не собирался всерьёз выходить в эфиры и искать богатых покровительниц. Но вот если он разбогатеет на перепродаже товаров между мирами, всегда можно будет пустить слух, будто в городе его прибрала к рукам состоятельная дама. Отличное прикрытие для непонятно откуда взявшихся денег! Никаких лишних вопросов.
Правда, репутация от этого пострадает, да и с женитьбой могут возникнуть сложности... Эх, ладно, до больших денег ещё дожить надо, так что забивать голову этим рано.
Забрав посылки, Цинь Жэнь не спешил возвращаться. Дома закончились яйца, да и свежего мяса не мешало бы прикупить.
Нынче он ежедневно мотался в древний мир, где приходилось преодолевать пешком огромные расстояния. Силы уходили мгновенно. К тому же организм требовал восстановления после ранений, так что экономить на еде он не собирался.
Сначала он заехал в супермаркет и взял сотню яиц, затем направился на бойню, где купил двух кур, пару голубей, пятьдесят цзиней свинины и двадцать цзиней говядины. На выезде из городка ему повстречался один из деревенских дядей по линии рода Цинь, который от щедрот душевных отсыпал ему несколько початков свежей кукурузы.
Когда Цинь Жэнь с горой покупок вернулся домой, Лю Цинюэ только-только вышел из душа и сушил волосы феном.
Каждый занялся своим делом: один разбирал заказы во дворе, другой наводил порядок в доме. Время быстро подкатило к полудню.
Цинь Жэнь ощущал усталость, поэтому готовить полноценный обед не стал. Он заказал доставку прямо во двор и, продолжая разбирать коробки, стал ждать курьера.
В их городке тоже работала доставка еды, пусть и не с таким богатым выбором, как в уездном центре или городе, но базовые вещи вроде молочного чая, жареной курицы да шашлыков найти удавалось.
Цинь Жэнь выбрал тушёное мясо с потрохами из одной лавки. Её держали здесь уже много лет, и он с самого детства помнил этот отличный вкус.
В провинции курьеры не слишком торопились, так что Цинь Жэнь, управившись с посылками, заглянул на кухню: поставил вариться кастрюлю белого риса и закинул в воду полученную кукурузу.
Едва рис с кукурузой подоспели, как раздался звонок от курьера.
Забрав заказ, Цинь Жэнь позвал Лю Цинюэ обедать на кухню.
Аппетит у Лю Цинюэ был скромный: он съел лишь полпочатка кукурузы, полпиалы риса, пару кусочков свиной головы да одну свиную ножку. Всё остальное Цинь Жэнь умял в одиночку.
Сытно пообедав, Цинь Жэнь принялся убирать со стола и между делом спросил:
— Тебе нужно что-нибудь прикупить?
Лю Цинюэ, вытиравший стол, замер.
— Что?
— Я сейчас буду делать заказ. Если тебе что-то нужно, скажи, я добавлю.
Когда они вернутся в следующий раз, посылки как раз успеют прийти.
Лю Цинюэ задумчиво нахмурился:
— Я... даже не знаю, что мне может понадобиться.
Закончив с уборкой, он увидел, что Цинь Жэнь достал смартфон, и с любопытством подошёл ближе.
— Ты через эту штуку вещи покупаешь?
— Ага. Хочешь посмотреть? Вдруг что приглянется.
Цинь Жэнь стаскивал нужные позиции в корзину и одновременно поглядывал на спутника.
Лю Цинюэ разглядывал пестрящий товарами экран с видом деревенского простачка, впервые попавшего на ярмарку в столице.
Он ткнул пальцем в одну из картинок:
— А это что такое?
— Радиоприёмник с ручным динамо-генератором.
— А вот это?
— Налобный фонарь.
— А... это?
— Аптечка первой помощи.
— А тут?
— Противопожарное покрывало.
* * *
— Я даже слов таких не знаю, — вздохнул Лю Цинюэ. — Откуда мне знать, нужно оно мне или нет?
Цинь Жэнь сменил поисковый запрос, и на экране мгновенно появились товары совсем иного рода.
Взгляд Лю Цинюэ тут же зацепился за одну из позиций:
— Вот! Это я знаю! Это же шпилька-цзаньхуа! Какая красивая!
— Нравится?
— А... можно?
— Да она копейки стоит. Если хочешь, возьму.
Понравившаяся Лю Цинюэ шпилька с искусственными цветами стоила чуть больше сорока юаней — вполне подъёмная сумма.
— Тогда... за те вещи, что ты мне покупаешь, я расплачусь потом. Вот найду батюшку с матушкой и всё-всё тебе верну.
Цинь Жэнь безразлично кивнул.
Лю Цинюэ, понимая, что отказываться не обязательно, не стал больше скромничать. Он оперся подбородком о кулак и, нависнув над столом, принялся указывать, куда листать.
— Ой, и эта красивая!
— Давай и её возьмём.
— Нет-нет, мне столько не носить. Да и узор слишком пышный, затейливый.
Цинь Жэнь на секунду замер и с легким удивлением уставился на Лю Цинюэ.
Сначала он решил, будто юноша выбирает украшение для матери или какой-нибудь родственницы. Но слова «мне столько не носить» прозвучали странно.
— Погоди. Ты же мужчина? Зачем мужчине цветочными шпильками украшать причёску?
Лю Цинюэ внутри аж похолодел от неожиданности, однако внешне сохранил безупречное спокойствие:
— В наших краях мужики тоже носят цзаньхуа.
Цинь Жэнь задумался: а ведь и правда, в древнем Китае ученые мужи да поэты нередко вплетали цветы в причёски.
— Ладно, тогда пока эти две оформлю.
Он закинул шпильки в корзину, намереваясь оплатить всё разом.
Лю Цинюэ, глядя, как быстро завершилась покупка, ощутил легкий укол разочарования. Чуть ниже он успел заметить куда более изящное украшение, которое запало ему в душу. Но, видя, что Цинь Жэнь заподозрил неладное, он не дерзнул продолжать выбор.
«Эх, кабы знал, не стал бы притворяться мужчиной...»
Эта мысль тоскливо пронеслась в его голове.
Во второй половине дня Цинь Жэнь снарядил рюкзаки и вновь отправился в другой мир — на этот раз в одиночку. Он опасался, что дальнейший путь окажется слишком тяжелым, и не хотел подвергать Лю Цинюэ опасности. Одному идти и быстрее, и безопаснее.
Отсутствовал Цинь Жэнь целых пять дней.
На пятый день в современном мире моросил мелкий осенний дождь.
Лю Цинюэ сидел под навесом во дворе и прислушивался к мерному стуку капель по крыше, невольно тревожась за спутника.
И именно в этот момент из подвала донеслись шаги: появился Цинь Жэнь.
Едва ступив на порог, он бросил:
— Собирайся. На этот раз пойдём вместе.
Лю Цинюэ, не теряя ни секунды, всплеснул руками и побежал в комнату переодеваться.
В прошлый приход Цинь Жэнь среди посылок забрал несколько комплектов традиционной одежды. Раньше, когда они блуждали по охваченному смутой северу, странный вид никому не бросался в глаза. Но теперь, продвигаясь дальше на юг, следовало уделять больше внимания местным устоям.
Под низ они надели современное термобельё, сверху накинули новенькие халаты в древнем стиле, но на ноги всё равно обули привычные спортивные кроссовки. В традиционной обуви ходить на дальние расстояния было сплошным мучением. Вот доберутся до крупного города — тогда и переобуются.
Снарядившись как следует, они вдвоём шагнули в пространственный проход.
Выйдя из прохода, Лю Цинюэ с изумлением обнаружил, что Цинь Жэнь успел полностью вывести их из горного массива.
Юноша не сдержал радостного возгласа:
— Какое счастье! Мы наконец-то выбрались!
— Ага, — отозвался Цинь Жэнь. — Я ещё позавчера ночью вышел, да только нужную дверь долго найти не мог, вот и потерял два дня.
— А люди тебе встречались? Опасности были?
— Людей не видел. Зато наткнулся на волка с ошалевшими от голода глазами.
Услышав про волка, Лю Цинюэ испуганно прижал ладони к груди:
— Ты... ты не ранен?
— Нет, он всего один был, да и то — кожа да кости. Я его электрошокером пугнул, он и дёру дал.
Честно говоря, когда Цинь Жэнь неожиданно выхватил лучом фонаря серого хищника, сам он струхнул не на шутку.
Дело было ночью. Цинь Жэнь пробирался по тропе, подсвечивая путь фонарём. Ни единой живой души вокруг, непроглядная горная тьма давила на уши, а в чащобе раздавались лишь жутковатые вскрики ночных птиц.
И надо же было именно на развилке упереться взглядом в зверя!
Волк был тощий, буквально ребра наружу. Он молча сидел на тропе, и когда яркий луч ударил ему в морду, в темноте злобно вспыхнули два фосфорических зелёных огонька.
В ту секунду сердце у Цинь Жэня чуть из груди не выскочило — ощущение было такое, словно с нечистой силой нос к носу столкнулся.
Прежде на их пути дикие звери почти не попадались. На севере свирепствовал голод, так что всю лесную живность давно выловили и съели дочиста обезумевшие от бедствия люди.
Но теперь, по мере продвижения на юг, дичи становилось больше. Местные жители уже не рисковали охотиться на крупного хищника без крайней нужды, отчего зверьё плодилось и чувствовало себя вольготно. А значит, и ночные дороги в диких краях становились куда опаснее.