Стоило Цзян Сяо зайти в лобби, как Линь Дун заметил: аватарка у того сменилась. Вместо прежней мрачно-тёмной картинки в рамке теперь красовалась какая-то яркая и светлая. Правда, из-за маленького размера значка Линь Дун так и не смог разглядеть, что именно на ней изображено.
Впрочем, дело было невеликое, и Линь Дун не стал забивать себе голову. Но при мысли о Цзян Сяо из груди сам собой вырвался вздох.
В командном голосовом чате тут же раздался голос Цзян Сяо:
— Что случилось?
Да ничего, в общем-то. Просто Линь Дун представлял его совсем другим: эдаким мелким, ниже на полголовы, милым и послушным мальчишкой. А при встрече в реальности оказалось, что Цзян Сяо с его фантазиями не имеет ничего общего. Слушаться-то он слушался, но в нём сквозило что-то еще... Линь Дун и сам не мог толком понять, что именно, да и сформулировать бы не смог.
— Да так, пустяки, — отмахнулся Линь Дун и с важным видом добавил: — Дела взрослых.
Ему непременно нужно было подчеркнуть разницу в возрасте — исключительно ради солидности, чтобы прикрыть собственное смущение.
— Я уже совершеннолетний, — отозвался Цзян Сяо.
— Подумаешь, — упрямо буркнул Линь Дун. — Всё равно мал ещё.
— Я достаточно взрослый.
— Для меня — нет, — отрезал Линь Дун, подводя черту под спором, и тут же перевёл стрелки: — Ты что, больше не слушаешься старших?
После развирта Линь Дун усвоил одну вещь: пусть внешне Цзян Сяо далек от образа милого мапенькиного сынка, покладистости ему не занимать. Стоило Линь Дуну бросить эту фразу, как парень мгновенно сбавил тон:
— Слушаюсь.
Голос Цзян Сяо прозвучал тихо, слегка в нос, отчего в нём послышалась кроткая, почти щенячья покорность.
Линь Дун мысленно ухмыльнулся, поудобнее устроился на подушке, и на его щеках проступили симпатичные ямочки. Он, кажется, и сам не осознавал, сколько невольной нежности и домашнего тепла кроется в его показном командирском тоне.
Тему закрыли, а там и катка началась.
На этот раз Цзян Сяо не стал брать лесника, а дозаполнил команду и пикнул стрелка. Линь Дун, привыкший к комфортному паровозику, снова взял Яо. Ультимейт Яо позволял ей вселяться в союзника и буквально верхом сидеть на его голове. Учитывая, как Цзян Сяо контролировал карту, Линь Дун мог вообще отложить телефон в сторону — на результат игры это бы никак не повлияло.
Лесником в этой игре оказался случайный игрок на Юньчжун-цзюне. По лору игры этот герой составлял официальную любовную пару с Яо. Едва команда успела возродиться на фонтане, как между персонажами сработала уникальная реплика:
"Яо: Что за Девочка-олень? Наверняка самый немилый ребёнок на свете!"
"Юньчжун-цзюнь: За всех немилых существ в этом мире отвечаю я, Божественный владыка облаков!"
Линь Дун впервые играл за Яо в паре с Юньчжун-цзюнем и тут же искренне восхитился:
— Ой, какова парочка! Как мило!
Союзники в этот раз попались адекватные — никаких наездов на Яо. Лесник вскоре даже написал в чат:
[Жертва номер два (Юньчжун-цзюнь): Яо-Яо, как возьмёшь четвёртый уровень, оседлаешь меня?]
В этот момент Линь Дун как раз рассыпался в дифирамбах Цзян Сяо:
— Этот Ди Жэньцзе добивает каждого миньона! До чего точно, до чего филигранно!
Заметив сообщение в чате, Линь Дун запнулся, но тут же отстучал в ответ:
[Дундунциан (Яо): Без проблем.]
Линь Дун согласился легко и без задней мысли: для саппорта помогать союзникам — привычное дело, да и роумить с лесником — вполне стандартная тактика.
Однако Цзян Сяо отрезал:
— Нет.
— А?
— Будешь ходить со мной. Не обращай на него внимания.
Как раз в эту секунду Линь Дун апнул четвёртый уровень и очутился перед дилеммой.
С одной стороны, лесник вовсю спамил сигналом «Собираемся!». С другой — Цзян Сяо на своём Ди Жэньцзе застыл на месте как вкопанный. Вражеский Лу Бань Номер Семь уже успел отвесить ему две плюхи, а Цзян Сяо даже не думал отстреливаться, и полоска его здоровья стремительно таяла.
Линь Дун судорожно прожимал «Исцеление» и швырял скиллы, пытаясь отогнать врага. Но Лу Бань, чуя легкий фраг, окончательно потерял страх и азартно палил из своей пукалки.
Лесник тем временем в очередной раз просигналил о сборе.
Линь Дун колебался ровно долю секунды, а затем мгновенно нажал ульту и оседлал Ди Жэньцзе.
Замершая было картинка тут же ожила: Цзян Сяо выдал ультимейт, намертво оглушив обнаглевшего Лу Баня, а следом они с Яо засыпали того скиллами, без труда отправив борзого стрелка отдыхать на фонтан.
Линь Дун перевёл дух и заметил:
— Да ты бы и сам его сжёг... А вот нашему леснику, похоже, приходится несладко.
Юньчжун-цзюню и впрямь приходилось туго. Истёрши пальцы до мозолей в попытках призвать саппорта, он бросил это безнадёжное дело, припёрся на нижнюю линию и теперь наматывал круги перед Линь Дуном.
Едва он подлетел близко, как персонажи вновь разразились парной фразой:
"Яо: Что за Девочка-олень? Наверняка самый немилый ребёнок на свете!"
"Юньчжун-цзюнь: За всех немилых существ в этом мире отвечаю я, Божественный владыка облаков!"
Пальцы Цзян Сяо дрогнули, и он промазал по двум крипам подряд.
— Держись от лесника подальше.
— Это ещё почему?
— Ник у него какой-то недобрый. Да и сам герой выглядит убого, у меня от одного его вида голова раскалывается.
— Ну, про недобрый ник — согласен, но сам-то Юньчжун-цзюнь красавчик, — объективно оценил Линь Дун. Справедливость превыше всего!
Лесник с ником «Жертва номер два», нарезавший круги вокруг Яо, даже не подозревал, какими помоями его поливают в голосовом чате.
— Если ты уйдёшь к нему... кто тогда будет хвалить меня? — Цзян Сяо замер в кустах, и голос его снова понизился.
Интонации звучали настолько сиротливо и жалобно, что Линь Дун невольно вспомнил Цзян Сяо прошлых лет — как тот при каждой встрече забивался в угол или прятался за шторами в родительском доме.
— Да с тобой я буду, с тобой! И защищу, и похвалю! — Линь Дун был готов хоть поклясться на крови.
Он был из тех людей, с кем бесполезно давить, но против ласки и слабости устоять не мог. Стоило Цзян Сяо включить обиженного мальчика, как у Линь Дуна мгновенно просыпался гиперопекающий инстинкт старшего брата.
— Он трется слишком близко. Своей рожей весь аим мне сбивает, — буркнул Цзян Сяо.
Как именно внешность чужого персонажа могла влиять на ДПС, Цзян Сяо уточнять не стал, да и Линь Дун не разбирался. Впрочем, это не помешало ему тут же устранить помеху на пути к заветным звездам.
[Дундунциан (Яо): Лесник, ты и сам справишься, а Ди Жэньцзе у нас беззащитный. Я лучше с ним побуду.]
[Дундунциан (Яо): Ты иди, иди, дай стрелку фармить.]
Линь Дун отвадил лесника, словно назойливого цыплёнка.
Следующие минут пять или шесть Линь Дун с Цзян Сяо мели всё на своём пути, продавив линии до самого хай-грунда и сделав стрелка полновластным хозяином карты. Цзян Сяо заграбастал добрые четыре пятых всех киллов команды, оторвался от соперников на четыре тысячи золота и вместе с Линь Дуном крошил врагов в кашу два в пять, словно прогуливаясь по парку.
В этот момент подал голос давно молчавший лесник:
[Жертва номер два (Юньчжун-цзюнь): Яо-Яо, ты тут? Меня так снуют, что аж кошмары сниться будут.]
Восторженные вопли Линь Дуна оборвались. Он впервые за игру глянул на счет Юньчжун-цзюня — 3/7/6 — и сочувственно вывел в чат:
[Дундунциан (Яо): Если я пойду к тебе, нашему Ди Жэньцзе наваляют.]
Едва он отправил сообщение, как в наушниках раздалось короткое предупреждение от Цзян Сяо:
— Назад.
— Что случилось? — Линь Дун опустил взгляд на экран и тут же понял, к чему было предупреждение.
За время, пока он набивал текст, его персонаж чуть отстал от Цзян Сяо. Вражеские мидлейнер, лесник и саппорт моментально воспользовались этим: налетели втроём и безжалостно раскатали бедную Яо.
— Меня кокнули! — разочарованно воскликнул Линь Дун. — Эх, а я-то надеялся пройти катку без единой смерти!
Цзян Сяо до зачистки красного баффа оставался невозмутим, даже когда троица врагов ворвалась в его лес. Он спокойно добил моба и принялся промышлять промывкой мозгов:
— Я же говорил: нечего с рандомами лясы точить. Следи за мной, держись меня и не отвлекайся на посторонних.
Линь Дун не успел вдуматься в подтекст этих слов, запричитав во весь голос:
— Беги, беги! Наших рядом нет, а у них ещё двое подоспели!
Но Цзян Сяо и не думал отступать. Выверив позицию, он открыл ураганный огонь. Вражеские лесник и маг, проседавшие по хп и экономике, отлетели с пары автоатак. Оставшийся без дамагеров жирненький саппорт ничего не смог противопоставить и спустя мгновение лёг рядом со своим лесником.
У соперников оставались в живых только топер и стрелок.
— Э? А где наши? Почему ты один остался? — удивился Линь Дун.
Союзники и до этого дышали на ладан, так что Линь Дун, даже не заметив, как те отправились на респаун, увидел лишь, как вражеские топер и керри набросились на подраненного Ди Жэньцзе.
Цзян Сяо кайтнул назад, отхилился об лесного монстра и застыл на месте, выдавая максимум урона. Без жесткого контроля уничтоженного мага вражеская парочка ничего не могла сделать. Через пару секунд над ущельем громогласно пронеслось системное оповещение:
[Пентакилл!]
Линь Дун с головой ушёл в роль главнокомандующего фан-клуба Цзян Сяо, искренне захлёбываясь от восторга:
— Вот он, настоящий бойцовый Ди Жэньцзе! Какая микромакро-игра, какие детали! Я уж думал, после всех раков на этом герое потеряю в него веру, а тут прямо наглядно: «Нет плохих героев, есть плохие игроки!» Это просто нечто!
Затащивший катку младший брат доказал: какую бы роль он ни взял, Линь Дуну обеспечен максимальный комфорт — будто на перине лежишь. Да такой, что про остальных сокомандников мгновенно забываешь.
Напоминанием о существовании команды стало лишь тоскливое сообщение от лесника:
[Жертва номер два (Юньчжун-цзюнь): Саппорт, тебе правда кажется, что этот стрелок не в состоянии себя защитить?]
В ущелье воцарилась гробовая тишина.
Оставшиеся двое союзников разразились в чате длинной строчкой «ахахахах».
— Ха-ха-ха! — Линь Дун тоже не удержался от смеха. — А ведь он прав!
После свежего пентакилла слова лесника звучали особенно иронично.
Забрав Повелителя, Цзян Сяо встал под башней, дожидаясь, пока Линь Дун возродится и вселится в него.
— Я за себя не переживаю. Я боялся, что они тебя не уберегут. Сам посуди, разве на этого Юньчжун-цзюня можно положиться?
Линь Дун бросил взгляд на счёт Цзян Сяо — 15/0/3, затем на статы лесника — 3/9/9, и вынужден был согласиться.
— И всё же жаль, — со вздохом добавил он. — Такие сладкие реплики у них с Яо пропали. Они же идеальная пара!
Вражеский кристалл сокрушительно взорвался.
Первая игра завершилась безусловной победой. Едва загрузился пик-бан следующей катки, как Линь Дун с Цзян Сяо оказались на первом и втором слотах.
Линь Дун привычно кликнул на Яо и только собрался спросить, какого лесника возьмёт Цзян Сяо, как тот без колебаний залочил Юньчжун-цзюня.
В голове у Линь Дуна мгновенно вспыхнул огромный недоумённый знак вопроса.