Устроившись у окна вагона, Линь Дун одной рукой держал телефон, а второй надрывал шуршащую упаковку чипсов.
— Да, дедушка, уже сел.
Голос на другом конце провода звучал с легкой хрипотцой, по-стариковски, но бодро: дедушка Линь Дуна рассчитал время отправления поезда и набрал точно в срок.
Чуть отдаленно из динамика донесся женский говор:
— Он там? В три тридцать приезжает? Пойду пока бульон поставлю!
Линь Дун невольно улыбнулся.
Пассажиров в вагоне скоростного поезда набралось немного, и соседнее кресло пустовало. Пожевав чипсы, Линь Дун заметил, как экран смартфона вспыхнул уведомлением. Оглядевшись и убедившись, что поблизости никого нет, он ловко облизал испачканные в специях пальцы, обтёр их бумажной салфеткой и смахнул блокировку.
Пришло сообщение от Цзян Сяо.
Клубничный торт:
«Нашёл своё место?»
Линь Дун быстро настучал одним пальцем:
Дундунциан:
«Нашёл».
В ответ мгновенно прилетел стикер с поросенком, разминающим щеки.
Минут через пять экран снова ожил.
Клубничный торт:
«Скучаешь в дороге? Может, сыграем партейку?»
Линь Дун как раз открыл купленную на станции пластиковую креманку с нарезанными фруктами и отправил в рот сочный ломтик.
Дундунциан:
«В "Чести королей"-то? На скоростном поезде сеть вечно сбоит, я там только дрифт по карте устраивать буду».
Отклонив предложение, Линь Дун на мгновение задумался. Прошло ведь всего ничего с тех пор, как они попрощались. С чего бы Цзян Сяо уже зовёт его в игру? Он же не на истребителе домой летит.
Дундунциан:
«Ты сам-то до дома добрался?»
Клубничный торт:
«На парковке сижу».
«Вот ведь бестолковый парень!»
Дундунциан:
«Чего сидишь в душной парковке? Марш домой!»
Сидя в прохладе кондиционированного вагона и уплетая фрукты, Линь Дун пребывал в прекрасном расположении духа, а потому цепляться к младшему брату с придирками не стал.
Цзян Сяо, прочитав послание, истолковал его исключительно как проявление заботы, и уголки его глаз потеплели.
Клубничный торт:
«Угу, слушаюсь. Как приедешь — напиши».
Дундунциан:
«Ладно-ладно».
В конце концов, Цзян Сяо сам отвозил его на вокзал, так что отписаться по прибытии и черкнуть пару слов было элементарной вежливостью.
За два часа пути по соседству лишь ненадолго присела какая-то женщина. Всё остальное время Линь Дун листал ленту новостей, смотрел аниме и планомерно уничтожал прихваченные с собой съестные припасы.
На перроне его уже поджидал дедушка.
Старику перевалило за семьдесят, но держался он молодцом, да и выглядел едва ли на шестьдесят с небольшим.
Заметив его издали, Линь Дун окликнул:
— Дедушка!
Дед, державший руки за спиной, тут же спохватился и подался вперёд, норовя подхватить тяжелый рюкзак внука.
— Не надо, я сам донесу.
У дедушки был только один сын — отец Линь Дуна, который рано ушел из жизни. Теперь вся нерастраченная любовь и забота двух стариков доставалась единственному внуку. В Линь Дуне они души не чаяли, баловали без меры и потакали любой его просьбе.
Со стороны дедушки и бабушки по материнской линии ситуация выглядела точно так же. В итоге каждые каникулы, приезжая погостить к старшему поколению, Линь Дун чувствовал себя поросенком в загончике: оставалось только есть, спать и нагуливать жирок, не прикасаясь ни к какой работе.
Вечером, поужинав с родными, Линь Дун отправился вместе с бабушкой на прогулку к небольшой площади возле дома.
Мальчик он был вежливый и разговорчивый, с порога здоровался со всеми пожилыми людьми, отчего бабушкины подруги расплывались в довольных улыбках.
Линь Дун отлично понимал, что сейчас выступает в роли главного предмета бабушкиной гордости, а потому старался вовсю: чем слаще он улыбался и здоровался, тем больше сияла его бабушка.
После того как внука продемонстрировали всей округе, а бабушка успела потанцевать в кругу ровесниц, они вернулись домой. На часах было уже больше девяти.
В телефоне Линь Дуна скопилось несколько непрочитанных сообщений в WeChat.
Одно пришло от Чжан Юаньчжэ.
Сяо Пан:
【Изображение】
На фотографии Бэйбэй и Баобао наперегонки носились по газону.
Сяо Пан:
«Бэйбэй вообще на приличного пса не похож. Мимо проходила собачонка, так он норовил ей под хвост заглянуть. Бессовестный кобель!»
Линь Дун проигнорировал выпад в адрес пса и лишь отписался:
Дундунциан:
«Спасибо за помощь, выручил!»
С момента отправки снимка прошло минут пятнадцать, поэтому следующий ответ Чжан Юаньчжэ прислал уже из помещения. Стол и посуду на новом фото Линь Дун узнал сразу — они принадлежали дедушке Чэню.
Сяо Пан:
«Дедушка Чэнь так вкусно готовит! Я готов выгуливать его собак хоть каждый день!»
Дундунциан:
«Вижу тебя насквозь 😏»
Впрочем, убедившись, что выгул собак перепоручен без сучка и задоринки, Линь Дун окончательно успокоился.
Остальные уведомления оказались рядовой рассылкой из учебного чата, не требовавшей ответа.
А вот одно из оставшихся сообщений весьма его удивило. Написал Цзян Ци.
Цзян Ци:
«Ты на днях ужинал с Цзян Сяо? Почему меня не позвали?»
Дундунциан:
«Я же просил Цзян Сяо узнать у тебя! Ты вроде сказал, что занят?»
В комнату постучала бабушка и принесла половину арбуза с воткнутой в мякоть ложкой.
Линь Дун устроился на полу, скрестив ноги, и принялся за арбуз, однако от слов Цзян Ци на его лице отобразилось явное замешательство.
Ответ от Цзян Ци прилетел мгновенно.
Цзян Ци:
«Да он даже не спрашивал! Эх, наверняка специально. Он в последнее время дома меня вообще за пустое место держит».
Цзян Ци:
«Ладно, проехали. Я видел в ленте, ты к дедушке уехал? Как вернешься, надо будет пересечься».
Линь Дун согласился, но мыслями всё ещё цеплялся за сказанное.
Выходит, Цзян Сяо соврал. Никакой Цзян Ци не был занят.
Он переключился на диалог с Цзян Сяо, где висело свежее сообщение:
Клубничный торт:
«Брат, сыграем сегодня вместе?»
Клубничный торт:
【Стикер: поросенок со смущенными глазками-звёздочками】
Дундунциан:
«Я всё знаю».
Клубничный торт:
«М-м? Что именно?»
Дундунциан:
«Про твой обман».
Клубничный торт:
«А о каком из них речь?»
Линь Дун едва не поперхнулся арбузом. Ему не послышалось?!
«О каком из них»?! То есть обман был не один?!
Линь Дун не стал въедаться в эту, казалось бы, намеренную оговорку. Опыт последних дней подсказывал: большинство подобных «оговорок» Цзян Сяо бросал лишь для того, чтобы загнать его в тупик и заставить смущаться. Наступить на ту же мозоль во второй раз Линь Дун не собирался.
Дундунциан:
«Твой брат сказал, что ты вообще не спрашивал его про ужин. А мне ты заявил, будто он занят».
Клубничный торт:
«А, ты об этом».
Клубничный торт:
«Что ж, признаю».
Слова Цзян Ци заставили Линь Дуна составить определенное мнение о мотивах младшего. Ему казалось, что Цзян Сяо поступил так исключительно из желания насолить брату — обычный подростковый бунт.
Линь Дун порывался спросить, действительно ли у них с Цзян Ци всё так плохо, но вовремя сдержался. Цзян Сяо едва исполнилось восемнадцать, в таком возрасте подобные темы могут задевать за живое. В конце концов, сам Линь Дун здесь человек посторонний, и влезать с непрошеными советами в чужие семейные разборки было бы верхом бестактности.
Поэтому он просто набрал в строке ввода: «Тогда заходи в игру...»
Не успел он отправить сообщение, как от Цзян Сяо прилетел очередной опус:
Клубничный торт:
«Ты разозлился? Чтобы доказать искренность своих намерений, я готов принести извинения».
Линь Дун не разозлился, но послушать извинения от дерзкого мальчишки был совершенно не прочь.
Дундунциан:
«Ну давай, извиняйся».
Для убедительности он прикрепил картинку с гордым поросенком, скрестившим лапки на груди.
Надпись «Печатает...» в окне чата горела неприлично долго. Линь Дун успел съесть ещё пару ложек арбуза, но ответа всё не было. Он уже решил, что Цзян Сяо пошел на попятную, как вдруг на экран вывалилась целая простыня текста.
Клубничный торт:
«Я прошу прощения у брата Дундуна за свою нечестность. Мне не следовало выдумывать оправдания лишь потому, что я хотел поужинать и сходить в кино с братом Дундуном наедине. В следующий раз, когда мне захочется провести время только с братом Дундуном, я скажу об этом прямо. Я знаю, что брат Дундун человек великодушный, а потому непременно сменит гнев на милость и не станет попрекать меня прошлым. И в заключение я ещё раз приношу извинения за свой эгоистичный порыв. Так пойдёт?»
Ничего откровенно крамольного в тексте не было, однако, прочитав эти фразы, Линь Дун явственно ощутил, как с экрана на него веет лукавством и откровенной насмешкой.
Щекам мгновенно стало жарко. Линь Дун сжал в кулаке ложку, пылая отчаянным желанием просунуть руку сквозь дисплей и отвесить Цзян Сяо хорошего леща. Он просчитывал разные варианты, но такой ловушки точно не ожидал.
Не зная, что ответить, он лишь отправлял стикер с поросенком, размахивающим ножом.
Клубничный торт:
«Так мы идем в игру, брат Дундун?»
Дундунциан:
«Я тебе сейчас так сыграю, костей не соберешь!»
Дундунциан:
«Не буду я играть».
Если он сейчас зайдет с Цзян Сяо в сеть, придется включать голосовой чат, а слушать очередные двусмысленные подколы Линь Дуну совершенно не хотелось.
Впрочем, когда он умылся и улегся в постель, часы не показывали и десяти.
Обычно в это время он вовсю сражался в Ущелье в паре с Цзян Сяо. Внезапно образовавшийся свободный вечер, без выгула собак и привычных баталий, казался непривычно пустым и скучным.
«Ладно тебе, сам же сказал, что не будешь играть».
Линь Дун покрутился с боку на бок минут пять, после чего со вздохом сбросил одеяло, включил ночник и решительно зашел в «Честь королей».
В конце концов, кто сказал, что он не может сыграть в одиночку?
Раньше он только так и поднимал ранг. Иногда полезно вспомнить старые добрые времена одиночного рейтинга.
В списке друзей горели значки Оуян Хао и остальных ребят — они уже пребывали в бою. Зато иконка Цзян Сяо оставалась темной.
Линь Дун едва заметно перевел дух. Он всерьез опасался попасться Цзян Сяо на глаза сразу после того, как заявил, что ложится спать. Это было бы донельзя неловко.
Сейчас его ранг составлял чуть больше двадцати звезд уровня «Владыка». Помедлив секунду, Линь Дун нажал кнопку поиска рейтингового матча.
Подбор сработал мгновенно. Вот только за долгие дни игры в паре одиночный режим казался непривычным и чужим.
Линь Дун оказался на первой позиции, а значит, выбирал первым. Когда фаза бана завершилась, настала его очередь.
— Дундун, сынок, помоги дедушке с пультом разобраться! — в дверь постучал дед, заметивший свет в комнате.
— Иду! — Линь Дун спрыгнул с кровати и выбежал в коридор.
Настройка телевизора заняла буквально минуту, но когда он вернулся в комнату и взял смартфон, таймер выбора истек, и система автоматически выдала ему персонажа.
К счастью, он был на первой позиции, так что союзники успевали подстроиться под пик.
Вот только из-за того, что в последнее время он слишком часто играл на Яо, система без лишних раздумий подсунула ему именно этого персонажа поддержки.
Линь Дун бегло глянул в чат — напарники молчали. Порадовавшись, что его не начали поносить с первых секунд, он всё же почувствовал легкий мандраж. Играть на Яо без знакомого «короля джунглей» в паре — затея рискованная. Вряд ли случайные игроки станут подстраиваться под него или спасать в критический момент. А значит, удержать позицию будет вдвойне сложнее.
Как назло, предчувствия его не подвели. Их лесничий совершенно не умел задавать темп игры, а стрелка с магом вражеская команда безнаказанно уничтожала по всей карте. Линь Дун раз за разом слетал с голов союзников и бессильно погибал после окончания пассивного щита. Иной раз, оставаясь с мизерным запасом здоровья, он просил напарника замереть хоть на секунду, чтобы прыгнуть на него и вместе уйти от погони, но союзники дёргались быстрее ошпаренных зайцев, бросая Яо на расправу.
Линь Дун даже не удержался и набрал в чате:
Дундунциан:
«Подождите меня! Я сяду вам на голову, и мы оба выживем!»
Но его призыв моментально утонул в потоке взаимной ругани стрелка и лесника, обильно прикрытой звездочками цензуры.
Линь Дун сокрушенно вздохнул, наблюдая, как враги сносят последнюю башню на базе.
Первый матч закончился разгромным поражением всего за одиннадцать минут. И стрелок, и лесник получили от системы блокировку чата за неадекватное поведение, а сам Линь Дун со звоном лишился заветной звезды.
Линь Дун на собственной шкуре ощутил, каково это — с небес на землю. Раньше подобные игры были для него привычным делом, и он относился к ним философски. Но вкусив безупречного контроля, легких побед и полного взаимопонимания в команде, выносить подобный хаос и брань стало физически больно.
Хотелось всё бросить, но досадный проигрыш сидел лучиной в горле. Он не собирался брать Яо — в одиночном поиске этот выбор слишком нестабилен.
Немного переведя дух, Линь Дун запустил второй поиск, так и не заметив, как в списке друзей вспыхнул знакомый ярлык.
В окне выбора персонажей двое игроков, зашедших в паре, сразу начали перекличку:
«Баньте Ли Бо, задолбал уже, в каждой игре раскатывает».
«Не надо! Я сам на нем умею, сейчас покажу класс!»
Послушав их, команда решила оставить Ли Бо открытым.
Линь Дун извлек урок из предыдущего боя и вместо поддержки забрал себе роль стрелка, выбрав Юй Цзи. Её второй навык давал временную физическую неприкосновенность, что сильно повышало шансы на выживание.
Однако сыграть на Ли Бо его союзнику так и не удалось — враг на первой же позиции перехватил этого героя.
В чате тут же поднялся гвалт:
«Всё, хана! Так быстро забрали, точно профи сидит».
«Да не факт, может, нуб какой-то».
«Не каркай раньше времени!»
Линь Дун рассудил, что паниковать рановато. Играя за Юй Цзи, достаточно вовремя прожимать защитный навык, и тогда никакой Ли Бо ему не страшен. Если сыграть тонко, можно даже перехватить инициативу и свалить противника.
Завершился отсчет, и экран переключился на стадию загрузки.
Десять аватарок выстроились друг напротив друга.
Линь Дун бросил беглый взгляд на иконки и убедился, что двое шустрых парней из чата действительно играли в дуэте.
Он уже собирался отвести глаза, как вдруг взгляд зацепился за верхний ряд вражеской команды. Линь Дун замер.
Зрение сфокусировалось на аватарке вражеского Ли Бо.
На герое красовался редчайший облик «Феникс ищет феникса», а рядом сиял значок V8. Впрочем, привлекал внимание вовсе не дорогой скин и не статус — Линь Дуна бросило в пот от имени игрока.
Клубничный торт.
А рядом с ником горело алое сердечко, образуя парную метку с точно таким же красным символом над Юй Цзи самого Линь Дуна.
В душе вспыхнула слабая надежда. Линь Дун ткнул пальцем в иконку со значком связи, рассчитывая, что перед ним просто похожий никнейм случайного прохожего, а метка — совпадение.
Но реальность оказалась суровой.
Стоило касанию задеть значок, как над Ли Бо всплыла чёткая системная плашка:
«Возлюбленный пользователя Дундунциан»
Линь Дуна словно обухом по голове оглушили.
Он понимал, что будет неловко, если Цзян Сяо засечет его в сети после отказа от совместной игры. Но попасться ему в случайном подборе из миллиона игроков, да еще и оказаться по разные стороны баррикад...
Никто не знал силу этого Ли Бо лучше самого Линь Дуна. Если Цзян Сяо задастся целью забрать его жизнь, Линь Дун может хоть до дыр протереть кнопку защиты на Юй Цзи — его всё равно сметут в мгновение ока.
Впервые в жизни Линь Дун молился, чтобы загрузка игры длилась как можно дольше — хотя бы пока он не придумает план спасения.
Однако полоса прогресса заполнилась, и пять фигур одновременно выпрыгнули на платформу возрождения. Линь Дуну ничего не оставалось, кроме как направить Юй Цзи на верхнюю линию.
Союзники и враги, разумеется, сразу заметили парный значок связи между Ли Бо и Юй Цзи. Чат мгновенно взорвался смехом.
Любитель зрелищ номер один (Сунь Укун):
«Ахахаха, Юй Цзи, это твой благоверный напротив?»
Любитель зрелищ номер два (Чжугэ Лян):
«Ахаха, Юй Цзи! Сказала бы, насколько хорош твой парень, а то нам к вражескому Ли Бо готовиться надо!»
Линь Дун мог лишь тяжело вздохнуть.
Вражеская команда откровенно зубоскалила, шутя, что после этого матча парочка обязательно распадется.
Цзян Сяо молчал.
Линь Дун, снедаемый чувством вины, тоже предпочитал не подавать голоса.
На линии против него вышел Лу Бань Номер Семь. Коротышка вел себя крайне нагло: пользуясь преимуществом пассивного навыка на первом уровне и уклонившись от первой атаки Линь Дуна, он зажал Юй Цзи под самой башней.
В любой другой ситуации Линь Дун принялся бы азартно отстреливаться, но сейчас решил играть максимально осторожно и сидеть в обороне.
К счастью, с приходом первой волны миньонов шуточки в чате затихли.
Расправившись с первой пачкой слуг, Линь Дун активировал второй навык, защищающий от физических атак, и выдал пару точных выстрелов по коротышке. Лу Бань быстро осознал ошибку и с писком удрал под защиту башни.
Линь Дун подался было вперед, чтобы добавить наглецу, как из прибрежных кустов выскользнула белая тень. В золотом сиянии перед ним предстал Ли Бо.
Обычно этот герой служил для Линь Дуна гарантией безопасности, но сейчас ситуация кардинально изменилась. Линь Дун вздрогнул и дал дёру.
Ли Бо не стал его преследовать. Вместо этого он вальяжно принялся зачищать нейтрального речного краба.
Ободренный присутствием лесника, Лу Бань тут же семенил обратно, намереваясь забрать добычу вместе.
Расправившись с крабом, Ли Бо не ушел. Он активировал первый навык, метнувшись прямо к Юй Цзи. Линь Дун от испуга тут же вжал клавишу защиты, но Ли Бо лишь мелькнул перед его носом, мгновенно вернулся на исходную позицию с помощью второго навыка и с абсолютным спокойствием ушел в свой лес.
Линь Дун смахнул выступивший на лбу пот. Придется собрать всю концентрацию в кулак.
Игра набирала обороты, но на линии стрелков царил непривычный мир: стороны сосредоточенно фармили, избегая рискованных стычек.
А вот на остальных линиях дела у союзников Линь Дуна шли из рук вон плохо. Ли Бо больше не устраивал показательных демонстраций — его вылазки неизменно заканчивались смертельным исходом для противников.
Не успел Линь Дун добить очередного миньона, как над картой раздался оглушительный системный глас, оповещающий о серии убийств Ли Бо.
Рука Линь Дуна, ровно добивавшая крипов, нервно дрогнула.
Шесть минут от начала игры — а у Ли Бо уже статус «Божество»!
Союзников разнесли в пух и прах. Разница в классе оказалась настолько подавляющей, что у команды Линь Дуна даже не осталось сил на злость. Они смирились и вполне добродушно переговаривались в чате во время воскрешения.
Любитель зрелищ номер один (Сунь Укун):
«Юй Цзи, а муж-то у тебя жесткий...»
Любитель зрелищ номер два (Чжугэ Лян):
«Юй Цзи, может, попросишь у него прощения? Вернемся в лобби, вместе на победах прокатимся...»
Дундунциан (Юй Цзи):
«...»
Линь Дун предпочёл промолчать.
После той истории с речным крабом Цзян Сяо больше не появлялся на его линии, и Линь Дун оставался единственным в команде, кто ни разу не погиб. Впрочем, его скромный счет «ноль-ноль-ноль» тоже выглядел так себе.
Враги вскоре заметили, что Ли Бо обходит Юй Цзи стороной, и начали писать в общий чат.
Любитель зрелищ номер три (Лу Бань Номер Семь):
«Ли Бо, ты чего Юй Цзи не трогаешь? Рука на жену не поднимается?»
Линь Дун взглянул на счетчик золота: Ли Бо опережал его на три тысячи монет. Учитывая филигранный контроль Цзян Сяо, реши тот напасть — и Юй Цзи не спасли бы даже десять защитных навыков подряд.
Но понимая, что сам виноват, отказав Цзян Сяо и тайком уйдя в одиночный поиск, Линь Дун заранее смирился. Если тот убьет его пару раз — что ж, заслуженно.
Замечание Лу Баня, похоже, подтолкнуло Цзян Сяо к действиям. Ли Бо стал завидной регулярностью выныривать из красного леса, проносясь перед самым носом Юй Цзи. Он то крутил ультимативный навык на нейтральном крабе, то шинковал миньонов, но саму Юй Цзи пальцем не трогал.
Нападать он не нападал, однако психологическое давление оказывал колоссальное.
Вскоре враги, снеся остальные башни, переместились на линию Линь Дуна и зажали его под второй башней.
Все внешние укрепления пали, вражеские лесники хозяйничали в их лесу, и Цзян Сяо стал наведываться к Линь Дуну как к себе домой. Он раз за разом крутил комбинации перед лицом Юй Цзи, отчего у Линь Дуна выработался рефлекс: едва завидя Ли Бо, он на автомате прожимал защиту.
В конце концов нервы Линь Дуна не выдержали. Он решился и набрал сообщение в общий чат.
[Все] Дундунциан (Юй Цзи):
«Ещё раз подойдёшь — прибью».
Поскольку враги толпились у башни всей оравой, его угроза выглядела неопределенно, и в чате тут же заухмылялись.
[Все] Любитель зрелищ номер три (Лу Бань Номер Семь):
«Это ты мне, что ли?»
[Все] Любитель зрелищ номер четыре (Куан Те):
«Или мне?»
Чтобы избежать путаницы, Линь Дун пояснил:
[Все] Дундунциан (Юй Цзи):
«Да не вам. Я Ли Бо говорю».
Будь силы равны, эта фраза звучала бы грозно. Но при текущем раскладе, когда Ли Бо имел счет 12-0-5, а Юй Цзи печальные 0-2-1, заявление выглядело комично.
[Все] Любитель зрелищ номер три (Лу Бань Номер Семь):
«Ахахаха! Ты на свое золото посмотри, ты и меня-то едва убьешь. Хватит витать в облаках!»
Лу Бань действительно обогнал Линь Дуна на две тысячи монет.
[Все] Любитель зрелищ номер четыре (Куан Те):
«Думаю, исполнить обещание будет сложновато».
Линь Дун и сам понимал, что шансов нет. Он написал это лишь для того, чтобы Цзян Сяо перестал маячить у него перед глазами.
Но предупреждение не сработало. Не успели враги дохохотать, как из кустов выскочил Ли Бо и встал прямо перед Юй Цзи.
«Смерть так с честью!»
Линь Дун сжал зубы, активировал ультимативную способность, оглушив Ли Бо, прожимая защиту, и приготовился отступать. Однако Ли Бо не применил ни единого навыка — он просто замер на месте.
«Зависло?» — промелькнула мысль. Но отступать было поздно: Линь Дун уже пообещал прибить его, а в игре сплошные неудачи раз за разом доводили до белого каления.
Юй Цзи принялась методично расстреливать застывшего мечника. Несмотря на разницу в золоте, Ли Бо оставался крайне уязвимым персонажем. К моменту, когда вражеские союзники подоспели на помощь, над картой грохнуло системное оповещение:
«Прервано!»
За ликвидацию главного врага Линь Дуну отвалили целых пятьсот монет. Он аж рот открыл от неожиданности.
Союзники в чате восторженно зааплодировали:
Смотритель зрелищ номер один (Сунь Укун):
«Красава! Ли Бо наконец-то свалили! Нас еще есть шанс!»
Линь Дун отступил на базу восстановить здоровье, все еще не веря в произошедшее.
Впрочем, ликование Сунь Укуна оказалось преждевременным. Воскресший Ли Бо тут же устроил им кровавую баню в Драконьей яме, оформив четыре убийства подряд.
Хотя враги тоже потеряли троих, Ли Бо и Лу Бань выжили и подвели волну миньонов к самым воротам их базы. Матч неумолимо близился к концу.
Линь Дун метался по базе, расчищая завалы миньонов. Ему не хватало буквально трехсот монет до ключевого предмета — «Меча крушения».
И тут из леса снова выскочил Ли Бо. Простая комбинация навыков легко добила бы израненную Юй Цзи. Но, подскочив вплотную, Ли Бо опять замер, не выпустив ни единого заклинания. Линь Дун, панически суча пальцами по экрану, застрелил его прямо под башней.
Снова системный глас:
«Прервано!»
На полученное золото Линь Дун мгновенно докупил долгожданный «Меч крушения».
В первый раз Ли Бо умер в стороне от чужих глаз, и никто не понял, как это вышло. Но сейчас за его гибелью наблюдали четыре трупа и опешивший Лу Бань.
[Все] Любитель зрелищ номер три (Лу Бань Номер Семь):
«?»
И тут Ли Бо, молчавший с самого начала игры, впервые подал голос в общедоступном чате.
[Все] Клубничный торт (Ли Бо):
«Теперь у тебя хватит золота на него. Пойди и покажи ему, кто тут витает в облаках».
[Все] Любитель зрелищ номер три (Лу Бань Номер Семь):
«????»