Малыш Фу Сяосяо спал безмятежным сном, совершенно не подозревая, что успел натворить. Впрочем, двое других детей отключились не менее крепко — из машины их пришлось нести на руках.
Троица проспала до самого ужина. Когда карапузов наконец разбудили и усадили за стол, они спросонья лишь клевали носами, но, едва почувствовав аппетитный аромат еды, мгновенно проснулись. Насытившись, малыши снова зарядились энергией и дружно увлеклись играми: их звонкий, несмолкающий лепет и хохот были слышны даже из дальних комнат.
Четверо взрослых тем временем восстанавливали силы на диване. В отличие от детей, взрослым требовалось куда больше времени на отдых — как физический, так и моральный. Особенно это касалось Цзи Минчжэ, который был старше остальных.
В своё время он ушёл за кулисы на самом пике популярности не только из личных предпочтений: слишком уж отчаянно он выкладывался на съёмках в молодые годы. Старые травмы и застарелые болячки просто не позволяли ему выдерживать прежние сумасшедшие нагрузки.
Цзи Минчжэ перевёл взгляд на сидевшего неподалёку Су Хуаймина. Несколько секунд поколебавшись, он пересел ближе и тихо спросил:
— У тебя не осталось сборов для ножных ванн?
Су Хуаймин ничуть не удивился.
— Травы есть, но специальная ванночка у меня всего одна.
— Ничего страшного, мне хватит и трав.
Кивнув, Су Хуаймин поднялся к себе в комнату и вскоре вернулся с пакетиками сбора и своей ванночкой. Минчжэ же, за неимением специальной емкости, просто одолжил у съёмочной группы чистый таз.
Под прицелом телекамер оба действовали без тени смущения — слаженно, отточенно, словно проводили давно отрепетированный ритуал: налить воду, бросить травяной пакетик, подкатать штанины, погрузить ноги, откинуться на спинку дивана и издать блаженный вздох.
Юй Жуйчэн обомлел:
«...»
Зрители в трансляции замерли точно так же:
«...»
Атмосфера вокруг Су Хуаймина и Цзи Минчжэ резко диссонировала с окружающим миром. Время для них словно замедлило ход, а в воздухе, казалось, зазвучали неспешные мотивы Пекинской оперы. Даже через экраны смартфонов ощущалась эта невероятная нега и абсолютный покой.
У Юй Жуйчэна нервно дёрнулся уголок губ, и он молча отодвинулся на противоположный край дивана.
Заметив это движение, Цзи Минчжэ повернулся к нему:
— Тоже хочешь погреть ноги?
— Я слышал, ты много танцуешь, — подхватил Су Хуаймин. — Травяные ванночки после тренировок отлично снимают усталость, разгоняют кровь и расслабляют мышцы. Наутро будешь как огурчик.
Слова Хуаймина попали в цель. Поколебавшись пару секунд, Жуйчэн сдержанно кивнул.
Персонал раздобыл для него глубокое ведро, и парень в точности повторил всю процедуру. В итоге трое молодых людей развалились на диване в истинно дедушкиных позах. Разношерстные емкости всех цветов радуги — дешёвые и аляповатые — стояли вплотную друг к другу. Этот зрелищный контраст между блёклыми тазами и утонченной, привлекательной внешностью мужчин производил на редкость неизгладимое впечатление.
Уткнувшись в телефон, к ним подошёл Сунь Сыюань. Споткнувшись взглядом о странную троицу, он от неожиданности выдохнул «Ого!» и аж отшатнулся на пару шагов.
— Вы чем тут занимаетесь?! — на его лице читалась смесь глубокого изумления и брезгливости.
Су Хуаймин, уже погружавшийся в сладкую дремоту, приоткрыл один глаз:
— Ноги парим.
Сыюань лишился дара речи:
«Я не слепой, прекрасно вижу! Я спрашиваю, с какого перепугу вас всех одновременно переклинило?!»
Добродушный Цзи Минчжэ не обратил внимания на его скепсис и миролюбиво предложил:
— Это очень приятно. Присоединяйся, а?
Юй Жуйчэн с неизменно холодным и дерзким выражением лица ровным, безэмоциональным тоном отрезал:
— И впрямь кайф.
Сыюань смотрел на них, как на сумасшедших. Обойдя диван по дуге, он уселся подальше и категорично заявил:
— Ну уж нет, терпеть не могу эти дедушкины процедуры.
Настаивать никто не стал. Сыюань ушел в онлайн, а троица продолжила тихо кайфовать. Вроде бы идиллия... пока Су Хуаймин сладко и протяжно не вздохнул.
Пальцы Сыюаня замерли над экраном. Он решил проигнорировать, но блаженные вздохи оказались заразными — следом точно так же глубоко и удовлетворенно выдохнули Цзи Минчжэ и Юй Жуйчэн.
Жилка на виске Сыюаня отчаянно запульсировала. Он вскинул голову.
Троица откинулась на подушки, смежив веки и полностью расслабившись. Особый контраст являл собой Су Хуаймин: его обычно бледные, бескровные щеки тронул мягкий румянец, а уголки губ чуть приподнялись. Вид у него был такой, будто он от счастья вознёсся на седьмое небо.
Когда Хуаймин приготовился выдохнуть снова, Сыюань не выдержал:
— Тебе не кажется, что это уже перебор?!
От звука его голоса ресницы Хуаймина дрогнули, и он смутно переспросил:
— Тоже хочешь погреть ноги?
Сыюань процедил сквозь зубы:
— Я. Сказал. НЕТ!
Спустя пять минут:
На диване кое-как уплотнились четверо. Сыюань опустил ноги в ядовито-зелёное ведро, откинул голову на спинку и с самым отвращённым видом... невольно издал долгий, упоительный выдох.
Зрители прямого эфира сползали под стол от смеха:
— У Сыюаня во всем теле самое твердое — это его язык!
— Полный абсурд! Эти четверо окончательно перешли на пенсионный ритм жизни.
— Черт, после этого стрима я откопала папин массажер для ног. Это реально божественно!!
— Кто бы мог подумать, что на детском шоу нам продадут идею парить ноги?
— Су Хуаймин точно верховный жрец Культа Горячей Ванночки. За пару дней завербовал троих последователей!
— Поднимаю руку, я тоже хочу в ваш культ!!
Прогретое тело отозвалось глубоким, полноценным сном. На следующее утро вся четвёрка поднялась бодрой и отдохнувшей.
Пока никто не видел, Сыюань подал Хуаймину знак глазами: мол, вечером обязательно позови меня снова.
Не мог же он, в самом деле, после всех своих громких заявлений перед камерой сам напроситься! Он, между прочим, человек гордый, лицо беречь надо. А вот если Су Хуаймин настоятельно пригласит — тут уж ладно, так и быть, сделает одолжение, попарит ноги ещё разок.
Хуаймин лишь нахмурился, совершенно не разгадав эти сложные маневры.
Сыюань взволновался, замигал ещё интенсивнее и выразительно повел подбородком в сторону дивана.
Су Хуаймин молча разглядывал его секунды три, а затем с искренней тревогой спросил:
— У тебя что, лицевой нерв защемило? Может, в больницу съездим?
Сыюань:
«...»
Фыркнув от ярости, он демонстративно поднялся и удалился, а вся его спина буквами вопила: «Я обиделся!».
Хуаймин недоуменно пожал плечами и, не став забивать себе голову, вернулся к завтраку.
* * *
Завершив трапезу, съёмочная группа повезла участников на новую локацию.
На этот раз взрослым предстояло облачиться в ростовые куклы и вместе с детьми раздать прохожим листовки. Награда полагалась только в том случае, если флаеры разойдутся до последнего листка.
Су Хуаймин наобум выбрал костюм и нарядился прямо в гримёрке.
Всё совпало идеально: трое остальных тоже закончили переодеваться. Когда четыре плюшевых гиганта одновременно столкнулись в коридоре у дверей, получилась эпичная картина.
— Хоть костюмы и милые, аура у парней просто бешеная. Будто сходка криминальных боссов!
— Съёмочная группа гениальна. Собрали вместе четвёрку главных мультяшных гигантов.
— Обожаю этого Дерзкого Мишку! У него такой упругий животик, так и хочется в него врезаться, эх!
Костюм Сыюаня оказался самым миловидным из всех: гигантские блестящие глаза и яркий румянец смущения на щеках.
Сыюань посчитал, что это наносит сокрушительный удар по его крутому имиджу. Находясь в отвратительном расположении духа, он не желал оставаться здесь ни секундой дольше и первым рванул к лифту.
Двери распахнулись, Сыюань попытался боком проскользнуть внутрь, но застрял: необъятный плюшевый живот намертво заклинило в проёме.
Сыюань:
«...»
Сжав зубы, чтобы не сорваться на крик, он глубоко вдохнул и попытался втиснуться силой, но ростовая кукла не поддалась ни на миллиметр.
Лишь тогда до него дошло, в чем глупость ситуации: застрял-то не его собственный живот, а поролоновое брюхо костюма!
Заметив его бедствие, Юй Жуйчэн ледяным тоном предложил:
— Я помогу.
Он замахнулся ногой, намереваясь буквально впихнуть Сыюаня внутрь, но не учел одной детали: у ростовой куклы, в отличие от него самого, туловище было длинным, а ножки — крошечными и короткими.
Колено Жуйчэна зацепилось за край плюшевого костюма. Потеряв равновесие, он грохнулся задом прямо на пол.
Его нога при этом вытянулась в идеальном подкате и подтолкнула Сыюаня аккурат под зад, отправив его вперед.
От неожиданного удара Сыюань качнулся: вся тяжесть ростовой куклы пришлась на верхнюю часть тела, и парень полетел вверх тормашками.
Мягкий наполнитель спас от травм, но позор был катастрофическим.
Озверев от досады, Сыюань попытался тут же подняться, но коротенькие плюшевые лапки не доставали до пола, а ноги застряли внутри корпуса. В итоге он лишь беспомощно барахтался, перекатываясь с боку на бок, точь-в-точь как беспомощная черепаха, выпавшая на панцирь.
Два милых плюшевых монстра валялись на полу — хаос достиг апогея.
Сотрудники съёмочной группы бросились на помощь и кое-как подняли незадачливых участников на ноги.
Контраст между миловидными ростовыми куклами и сидевшими внутри хмурыми, высокомерными парнями вызвал у зрителей дикий восторг.
Извлекши урок из конфуза коллег, Цзи Минчжэ смог зайти в лифт без происшествий — естественно, не без помощи персонала.
Когда сотрудники уже направились к Су Хуаймину, тот жестом показал, что справится сам.
И съёмочная группа, и зрители трансляции замерли от изумления.
Костюм Хуаймина был ещё более пухлым и круглым, чем у Сыюаня! Если даже тот застрял, то как пролезет Хуаймин?!
Под заинтригованными взглядами Су Хуаймин отступил на пару шагов назад и неожиданно побежал вперед весьма специфической, виляющей походкой.
Мягкое поролоновое брюхо при каждом шаге раскачивалось из стороны в сторону, перекатываясь мягкими волнами. К моменту, когда Хуаймин подлетел к проёму, его округлый животик как раз находился в стадии максимального сжатия по бокам, что позволило ему виртуозно проскочить сквозь узкие двери лифта.
Находившиеся рядом люди и миллионы зрителей затаили дыхание.
— А-а-а-а, какой же этот костюм мягкий, я хочу в него уткнуться! (￣︶￣)*
— Вот это да! Требую замедленный повтор! Как он вообще это проделал?!
— Дело раскрыто: оказывается, этот Дерзкий Мишка владеет китайским кунг-фу!
— Только представьте, с каким серьезным лицом Су Хуаймин бежал этой виляющей походкой внутри куклы! Это же милота высшего уровня!
— Ха-ха-ха, четыре гигантские туши намертво забили кабину лифта! Бедный оператор, зажатый посередине, вызвал у меня слезы жалости.
— Мечтаю оказаться в окружении этих пушистиков! Смените меня с оператором!
— +1 к желанию получить такую сладостную пытку!