Чжоу Ханьянь, хоть и не питал к подобным тварям лютой ненависти, от одного их вида покрывался мурашками. Если такой непрошеный гость забирался в дом, Ханьянь либо уничтожал его на месте, либо выставлял вон. Так что, судя по степени всеобщей нелюбви, их тандем был парочкой истинных изгоев.
А вот Су Хуаймин преспокойно об этом говорил, ни капли не смущаясь своей роли таракана. Любой нормальный человек поморщился бы от отвращения, но Хуаймина, похоже, вообще ничего не смущало. Поразительная, просто дикая адаптивность!
Чжоу Ханьянь от чистого сердца восхитился чудовищной выдержкой спутника. Эмоции парень выказывать не умел совершенно: его лицо то бледнело, то заливалось краской, пока не стало землисто-серым, а губы мелковато задрожали.
Заметив это, Су Хуаймин поразмыслил о сказанном и, пытаясь успокоить занервничавшего Чжоу Ханьяня, ласково, как ребёнка, проговорил:
— Не принимай близко к сердцу, я же просто пошутил.
Ханьянь кивнул, и его дыхание постепенно выровнялось. У Хуаймина часто падал уровень сахара в крови, поэтому он всегда носил в карманах конфеты и шоколад. Полез в карман, он выудил оттуда пару фруктовых леденцов и протянул собеседнику.
Погружённый в свои переживания Чжоу Ханьянь, не задумываясь, отправил все угощения в рот сразу — щёки его тут же смешно раздулись.
Тем временем Цзи Минчжэ и Сунь Сыюань продолжали терпеть муки от детской братии. С лицами цвета сырой земли и опущенными плечами они являли собой зрелище глубочайшего отчаяния: непомерная тяжесть бытия окончательно их сломила.
Сыюань то и дело оглядывался на закрытую дверь, с надеждой ждя спасения от Су Хуаймина. Но та оставалась глуха, и чем занималась внутри эта парочка, оставалось загадкой.
Наконец не выдержав, Сунь Сыюань хладнокровно бросил Цзи Минчжэ на съедение детям и, воспользовавшись тем, что Фу Сяосяо и остальные отвлеклись, прошмыгнул в комнату.
Он-то полагал, будто Хуаймин с Ханьянем заняты чем-то чрезвычайно важным, однако, шагнув за порог, онемел. Эти двое уселись на полу за шкафом и вовсю уплетали конфеты, с головой выдавая в себе пятилетних малышей.
Сунь Сыюань лишился дара речи.
На лбу у него вздулась жилка. Посмотрев на укрывшихся за шкафом сокрушённым и полным обиды взглядом, он рявкнул:
— Вы двое чем тут занимаетесь?!
Су Хуаймин поднял голову и абсолютно спокойно ответил:
— Вживаемся в роли животных.
— Да какие ещё животные так себя ведут?! — выпалил Сыюань, даже не задумавшись.
Чжоу Ханьянь сгорел бы от стыда, промолви он хоть слово, а потому просто прикрыл лицо рукой.
— Разве тараканам и крысам не полагается прятаться в тёмных углах и делать запасы провизии? — невозмутимо пояснил Хуаймин.
С этими словами он продемонстрировал Сыюаню зажатые в ладони фантики.
«Логично, чёрт возьми... Логично, ага, как бы не так!»
Сыюань поперхнулся собственным возмущением. Слова Хуаймина звучали как дичайшая ахинея, но возразить было решительно нечего. Губы словно склеились, не желая издавать ни звука.
Смеривая невинного Су Хуаймина свирепым взглядом, он пару секунд помедлил, а затем... протиснулся к нему и уселся на пол, скрестив ноги.
???
Тесный уголок теперь штурмовали сразу трое взрослых мужчин, и зажатому посредине Хуаймину стало невмоготу дышать.
Не успел Су Хуаймин выразить своё недоумение, как Сыюань пригнулся и понизил голос, словно опасаясь слежки:
— Если явится Сяосяо с бандой, ты обязан меня спасти!
Едва он договорил, как дверь со скрипом распахнулась. На пороге вразвалочку появился Фу Сяосяо в пижаме-кигуруми в виде динозавра. Уперев руки в бока, он встал перед троицей с важным видом настоящего вожака:
— Вы чего тут уселись?
Сунь Сыюань замешкался и с мольбой уставился на Су Хуаймина. Вспыльчивый взгляд его сейчас выражал лишь кроткую надежду.
Хуаймину почему-то показалось, что Сыюань смахивает на брошенного пса: вид жалкий, а зубы оскалены — не поможешь, того и гляди, цапнет за руку.
Внутренне вздохнув, Су Хуаймин повернулся к малышу:
— Он — наш неприкосновенный запас.
— Неприкосновенный запас? — Сяосяо озадаченно склонил головку. Новое слово явно не входило в его лексикон.
— Скоро зима, — продолжил забивать ему голову Хуаймин. — Нам нельзя выходить на поиски пропитания, иначе замерзнем. Чтобы не умереть с голоду, нужно копить еду. Вот кролик и стал нашей провизией.
Сяосяо порассуждал пару секунд и решил, что в словах отчима есть зерно истины. Помявшись, он сменил гнев на милость.
Но едва Хуаймин собрался перевести дух, как встретился взглядом с Цзи Минчжэ.
Обычно элегантный Киноимператор Цзи сейчас выглядел так, будто прошел сквозь мясорубку, а на голове его красовалось воронье гнездо. Сжалившись, Су Хуаймин взял грех на душу и добавил:
— Зима длинная, одного кролика маловато. Нам бы еще запасов.
Уловив намек, Цзи Минчжэ моментально протиснулся в угол и с силой умостился рядом с Хуаймином.
Су Хуаймин: «...»
Спасите, его сейчас плющат в блин!
Четверо взрослых мужиков, втиснутых в угол, со страхом и надеждой снизу вверх взирали на карапуза. Картина выходила до абсурда комичной.
«А-ха-ха-ха, я вообще не понимаю, что смотрю!»
«Это не шоу о воспитании детей, это реалити-шоу о перевоспитании родителей!»
«Мужики, у вас хоть капля взрослого достоинства осталась?! Вы нас позорите! [смеющийся пес.jpg]»
«Умереть не встать! Единственный, кто держит удар с начала и до конца — это Су Хуаймин!»
«А Чжоу Ханьянь оказался самым шустрым: вовремя прибился к Су Хуаймину, а не то б его тоже заездили!»
«... Да хватит вам угарать, спасите кто-нибудь Юй Жуйчэна на диване!»
Юй Жуйчэн, хоть и взялся за роль «дохлой рыбы», пощады от четырёх сердобольных малышей не дождался. Дети обставили его со всех сторон стаканами с водой, надеясь испарениями вернуть «рыбку» к жизни.
Замысел был трогательным, вот только любое движение Жуйчэна грозило опрокинуть стаканы и привлечь внимание детворы. В результате он замлел на диване в совершенно неестественной позе, боясь даже вздохнуть.
Несчастный надеялся отлежаться в стороне, но судьба рассудила иначе. Устрой сейчас конкурс на самое жалкое существо, Жуйчэн легко поборолся бы за первое место с Цзи Минчжэ и Сунь Сыюанем.
Тем временем Фу Сяосяо продолжал ожесточённо обдумывать слова отчима. Забавно надув щёки и насупив бровки, он смутно ощущал подвох, но сформулировать претензию не мог. Пришлось обращаться за помощью к своему «заместителю»:
— А-у-у-у, а-у-у!
Юй Сюаньсюань ответил с тем же энтузиазмом:
— А-у-у-у!
— А-у-у?
— А-у-у!
— Да говори ты нормально, я же ничего не понимаю! — вспылил Сяосяо.
Су Хуаймин: «...»
Наигрался, значит?
Сюаньсюань снизошел до человеческой речи:
— Я смотрел передачу про животных. Зимой очень холодно, звери не могут выходить и запасают еду заранее. Так что братик Су прав!
Пожевав губы, Фу Сяосяо неохотно оставил троицу в покое.
Минчжэ и Сыюань перевели дух, словно получив помилование, и мысленно вознесли хвалу небесам.
Сяосяо быстро выбросил взрослые глупости из головы. Без надоедливых опекунов дети взялись носиться по дому с удвоенным азартом.
Опасаясь вновь привлечь внимание маленького тирана, четверо отцов продолжали сидеть в углу, пока у них окончательно не затекли ноги.
Видя, как скучают остальные, Хуаймин достал телефон:
— Может, катку сыграем?
Все трое с готовностью подхватили идею — кто-то реально хотел сыграть, а кто-то мечтательно цеплялся за любой повод выйти из неловкого положения. Со стороны это выглядело как соревнование на скорость вытаскивания смартфонов.
Фортуна решила сжалиться над мучениками: первые три раунда прошли на ура. Даже Чжоу Ханьянь прыгнул выше головы, выдав три фрага подряд.
Запуская следующий матч, Су Хуаймин вдруг нахмурился:
— Слушайте... мы ничего не забыли?
Ханьянь, подхваченный азартом, отмахнулся:
— Да ну тебя, жми старт!
Мысль вильнула и пропала. Хуаймин снова ушел в игру.
Тем временем Юй Жуйчэн, застывший деревянной статуей на диване:
«...»
«У меня уже пальцы на ногах сводит! Спасите кто-нибудь, а?!»
Но четверо «верных товарищей» безжалостно бросили его на произвол судьбы, полностью погрузившись в виртуальные баталии.
Зрители на трансляции изощрялись в язве:
«Катка важнее! Кого волнует твоя жизнь?»
«Вот тут-то и проявляется настоящая дружба... Эх, пластиковые у вас узы, пацаны!»
«А-ха-ха, Жуйчэна жалко, но я ржу не могу!»
«Клянусь, я только что видел, как у Жуйчэна от злости жилка на виске вздулась! Директору шоу стоит оформить страховку и не ходить по темным переулкам — а то еще прибьет!»
Едва режиссер объявил о завершении этапа, съемочная группа бросилась убирать стаканы, вызволяя заложника из водяного плена.
Лежать, кажется, не трудно, но замереть без движения на несколько часов — сущий ад. У Жуйчэна ломило поясницу, суставы одеревенели. Держась одной рукой за диван, а другой за поясницу, он со скрипом поднялся.
Только он вознамерился уйти к себе, как дверь комнаты распахнулась. Оттуда бодрым шагом вышли окрыленные игрой приятели. Чжоу Ханьянь и Сунь Сыюань до красноты спорили, из-за чьего косяка сорвался последний замес.
Контраст получился поистине жуткий.
Жуйчэн ничего не сказал. Сжав губы, он медленно поплелся в свою комнату. Выглядела его спина невероятно одиноко и сиротливо.
Хуаймин и компания застыли, будто их поставили на паузу. На лицах — полнейшая пустота, спины вытянулись струной. До них с опозданием дошло, о ком они так опрометчиво забыли.
Муки совести взыграли во всех, но никто не знал, как загладить вину. Несмотря на то что Цзи Минчжэ был самым старшим и искушенным в дипломатии, даже он обратил умоляющий взгляд на Су Хуаймина, подталкивая того принести извинения от всего коллектива.
Су Хуаймин: «...»
Он и сообразить не успел, с какого перепугу эта миссия свалилась на него, как Сыюань подтолкнул его в спину, заставив сделать шаг вперед.
Тяжело вздохнув, Хуаймин нагнал Жуйчэна.
Заметив приближение Хуаймина, Жуйчэн выпрямился, пытаясь изобразить непринужденность.
— Я все это время просидел в комнате и понятия не имел, что тут происходит, — честно признался Су Хуаймин. — А Сыюань с парнями не обмолвились и словом. Мы правда не со зла закрутились и забыли.
Жуйчэн посмотрел на него с коктейлем из обиды, досады и легкой грусти. Прищурившись, он буркнул:
— Хуаймин, ты уж держи меня в голове в следующий раз, ладно? Не забывай.
— Договорились. Больше никогда о тебе не забуду, — заверил тот.
Выражение лица Жуйчэна смягчилось, но тут ему на ум пришло что-то ещё. Он едва заметно фыркнул и с бухты-барахты добавил:
— Даже если забудешь про Сунь Сыюаня, обо мне помни!
Су Хуаймин:???
«О-о-о! Что за атмосфера?!»
«И при чем тут вообще Сунь Сыюань?! Так-так, кто-то приревновал, а кто — не скажем!»
«Черт, а эта парочка тоже ничего так смотрится!»
«Юй Жуйчэн... Сердце кровью обливается! Хуаймин, оглядывайся на него почаще!»
«Вы о чем вообще? Жуйчэн все правильно делает. Остальных папы заездили насмерть, один Су Хуаймин держит удар. Понятно, почему Жуйчэн к нему липнет!»
«... Вверху сидит слишком наивный человек.»
«Не берите в голову, мы просто шипперим все, что движется!»
* * *
После ужина детвора на полной мощности носилась по гостиной. Взрослые — кроме Су Хуаймина — мечтали лишь об одном: рухнуть в кровать. Чжоу Ханьянь вынужденно поставил свою карьеру антифаната на паузу.
На следующее утро, переведя дух, отцы почувствовали себя посвежевшими, но при виде ласкового солнца у них все равно потемнело в глазах. Хотелось намертво врасти в матрас.
Предстояла жеребьевка нового «детского исследовательского проекта». Неуемная фантазия малышей требовала бережного отношения, но для взрослых это означало очередную каторгу.
Под гробовым взглядом участников режиссер упрямо провел процедуру. На этот раз выпал шарик желтой стороной вверх.
Он просиял и многозначительно мигнул папашам.
Нажав кнопку воспроизведения, он пустил запись. Из динамика раздался нежный голосок Цзи Юэюэ:
«Раньше я ходила в парк развлечений с папой и мамой, и это было здорово! Интересно, а если мы пойдём туда все вместе, будет ещё веселее?»
Мужчины обомлели, едва не пустив слезу от умиления.
«Представил себя на месте отцов — Юэюэ просто ангел!»
«Какая милая малышка!»
«Опять хочу дочку!»
Смотря на взрослых чистыми, ясными глазами, Юэюэ одарила всех лучезарной улыбкой:
— Мы поедем?
— Конечно, милая! — Цзи Минчжэ погладил дочку по шелковистым волосам, радуясь, какая же она у него ласковая.
Трое мальчишек, услышав про парк развлечений, тоже пришли в неописуемый восторг. Впервые желания детей и взрослых совпали. В приподнятом настроении компания отправилась в путь, единодушно решив продлить этот исследовательский день до самого вечера.
В парке Фу Сяосяо вырвался на свободу, словно птенчик из клетки, и со щебетом припустил вперед. Благо Су Хуаймин заранее угадал этот порыв и вовремя сцапал его за капюшон.
Хуаймин иногда сам задумывался: кого он вообще воспитывает — ребенка или гиперактивного щенка, готового сбежать при первом удобном случае?
Большинство аттракционов имело строгие возрастные ограничения, так что экстремальные развлечения малышам не светили.
Поразмыслив, Цзи Минчжэ первым делом повел компанию к карусели с лошадками.
Чжоу Ханьянь стоял неподалеку, и в глазах его вспыхнул странный огонек.
В детстве родители были вечно заняты и привели его в парк всего однажды. Маленькому Ханьяню до безумия хотелось прокатиться на карусели, но из-за спешки пришлось отказаться от мечты.
Время пролетело мгновенно, а когда он вырос, карусель казалась уже не по возрасту. Сегодня же под предлогом заботы о детях выпал шанс исполнить детское желание.
Не то чтобы он так уж рвался на лошадок — скорее закрывал давний гештальт.
Едва Чжоу Ханьянь собрался подать голос, как Джамиль вприпрыжку вскинул руку:
— Я большой, мне взрослые не нужны! Я сам прокачусь!
Фу Сяосяо, считавший себя не по годам взрослым, скрестил ручонки и важно кивнул:
— Я тоже сам.
— Тогда давай вдвоем!
— Давай!
Юэюэ была совсем крохой, и Цзи Минчжэ, боясь, как бы дочка не упала, решил сесть рядом.
Сюаньсюаню тоже требовался сопровождающий, но Жуйчэну карусель была до лампочки. Тогда Су Хуаймин предложил:
— А пусть Чжоу Ханьянь прокатится с Сюаньсюанем.
От этих слов Юй Жуйчэн и Чжоу Ханьянь одновременно просияли.
Сюаньсюань вовсе не лип к старшему брату, а потому со смехом взял Ханьяня за руку.
Получив желаемое, Ханьянь сложным взглядом посмотрел на Су Хуаймина.
Он же словом не обмолвился! Как Хуаймин догадался о его тайной мечте?
Ханьяню стало не по себе. Восхищение перемешалось с искренней признательностью, замешанной на легком шоке. Быть простым хейтером становилось катастрофически трудно.
Отойдя на пару шагов, Ханьянь заметил, что Хуаймин следует за ним.
— Сяосяо же решил сидеть с Джамилем, — удивлено пробормотал Чжоу Ханьянь.
— Знаю, — невозмутимо отозвался Хуаймин. — Посему я оседлаю отдельную лошадку.
Су Хуаймин с самого детства был прикован к постели и из всех развлечений опробовал разве что колесо обозрения. Карусель с лошадками казалась ему неизведанным миром.
Получив второй шанс на жизнь, он твердо решил восполнить все упущенное. А мнения окружающих его ничуть не волновали. В конце концов, человеку, перешагнувшему порог смерти, нечего стесняться.
Под опешившим взглядом Чжоу Ханьяня Су Хуаймин взгромоздился на самую большую расписную лошадь, аккурат под боком у Сяосяо.
Окружающие ничуть не удивились. Напротив, все естественным образом приняли его порыв, любоваясь изящным силуэтом.
Покачиваясь на деревянной спинке, Чжоу Ханьянь гипнотизировал взглядом спину Хуаймина, чувствуя, как в душе прорастает нечто новое.
Сойдя с аттракциона, кавалькада двинулась дальше.
Съемочная группа заботливо подготовила красочную карту с отметками доступных детям локаций. Огромная территория парка с волшебными замками и мультяшными декорациями сулила гору развлечений.
Сяосяо фонтанировал энергией: он скакал вокруг, болтал с Сюаньсюанем и Джамилем, восторженно ахал при виде любой мелочи, и улыбка не сходила с его личика.
Спустя два часа Юэюэ выдохлась и попросилась к папе на ручки. Мальчишки усталости не показывали, но Хуаймин, опасаясь переутомления, предложил сделать перерыв и перекусить.
Сяосяо мгновенно срисовал ситуацию и скорчил хитрую рожицу:
— А мороженое можно?!
Глядя на сияющего ребенка, Су Хуаймин не стал портить праздник:
— Можно.
Детвора радостно завопила и принялась водить хоровод вокруг Хуаймина.
Хуаймин отправился за лакомством, оставив остальные семьи присматривать за гурьбой.
Носилась внушительная толпа из четырех семейств и съемочной группы. Все следили за неугомонными малышами, и пропажи одного взрослого никто не заметил.
Чжоу Ханьянь заприметил декорацию из любимого фильма и отошел сделать пару кадров. А когда вознамерился вернуться, с ужасом осознал, что заплутал.
Он намотал несколько кругов, истер ноги до мозолей, но знакомые ориентиры не появлялись. Напротив, тропинка уводила его в какие-то глухие аллеи.
Ханьянь признал поражение. Он потянулся за телефоном, чтобы вызвать съемочную группу, но экран встретил его мрачной тьмой — батарея села.
Черт! Что делать?!
Будучи здесь впервые, он совершенно не представлял планировки. В ушах зазвенело от накатившей паники.
Метаться вспугнутой птицей бессмысленно — уклонишься только дальше. А если одолжить у кого-то смартфон, он все равно не помнит ни одного номера наизусть!
Пока Ханьянь метался в лихорадочных поисках выхода, тыльную сторону его ладони обдало прохладой. Обернувшись, он обомлел: перед ним стоял Су Хуаймин.
— Ты чего тут застрял? — непонимающе нахмурился Хуаймин.
Комок в груди Ханьяня мгновенно рассосался. Страх испарился, уступив место невероятному облегчению и волне щемящей благодарности.
Хуаймин заметил его исчезновение и пришел на помощь... Неужели из-за переживаний за него?
В представлении Ханьяня Хуаймин был эгоистичным и заносчивым типом, готовым шагать по головам и унижать Сяо Кайчэна. Но поведение Су Хуаймина на проекте полностью противоречило тому образу.
«Где-то кроется ошибка!»
Ханьянь открыл рот, желая выплеснуть вертящиеся на языке вопросы, но под ясным взглядом Хуаймина слова застряли в горле.
Это был уже третий раз, когда парень откровенно зависал на ровном месте. Хуаймин вздохнул и помахал ладонью перед его носом.
Когда к Ханьяню вернулась осмысленность, Хуаймин поинтересовался:
— Ты меня искать пошел?
Сжав губы, тот выдавил:
— Нет.
— А зачем тогда?
— Я... я... — Глядя в прозрачные глаза Су Хуаймина, Ханьянь не смог солгать: — Я заблудился.
«...»
Су Хуаймин на мгновение опешил. На его лице отразилось искреннее недоумение, он даже огляделся по сторонам:
— Ты... заблудился?!
Ханьянь с серьезным видом кивнул:
— Спасибо, что разыскал меня.
Проглотив рвавшиеся наружу комментарии, Хуаймин сунул ему под нос зажатый в руке рожок:
— Будешь?
Приняв мороженое, Чжоу Ханьянь посчитал это жестом поддержки и с благодарностью взялся за угощение.
Они уселись на скамейку и молча съели свои рожки, наблюдая за пестрой толпой.
Ханьянь лихорадочно соображал, о чем бы заговорить, но Хуаймин уже вытер пальцы салфеткой и поднялся:
— Пошли.
Ханьянь зашагал следом и застыл у ларька: Су Хуаймин без колебаний заказал сразу восемь рожков.
— Это и для Цзи Минчжэ с остальными? — уточнил Чжоу Ханьянь.
— Минчжэ не будет, — качнул головой Хуаймин.
— А зачем тогда восемь штучных?
Су Хуаймин посмотрел на него с еще большим изумлением:
— Нас девятеро. Минус Цзи Минчжэ — получается восемь. Всё сходится.
— Но мы-то двое уже съели по одному! — напомнил Ханьянь.
— И что с того? — Хуаймин расплатился и пожал плечами. — Я хочу два мороженых. Но если съем второе при Сяосяо, он закатит истерику и потребует еще. А так я уплету его втихаря, и ребенок ничего не узнает.
«...»
Это вообще легально?!
У Чжоу Ханьяня в голове сложился пазл, и он с трудом выговорил:
— То есть ты вызвался покупать мороженое только ради того, чтобы потрескать втайне?!
— Какое же это «втайне»? — Хуаймин состряпал невиннейшую мину. — Я с самого начала планировал съесть две порции.
От такой железобетонной логики у Ханьяня задергался глаз:
— И Сяосяо теперь должен благодарить тебя за чуткость?
— Родительский долг требует жертв, — скромно принял «похвалу» Су Хуаймин.
Чжоу Ханьянь: «...»
Какие, к черту, жертвы?! Ты сожрал двойную порцию!
Ханьянь отродясь не встречал подобных «заботливых отцов» и потерял дар речи от шока.
Забрав пакет со сливочным лакомством, они отправились к группе. Стоял жаркий день, и Ханьянь переживал, как бы мороженое не превратилось в суп.
Он собрался предупредить Хуаймина, как вдруг выхватил взглядом силуэты Минчжэ и детей.
???
Плутая, он накрутил километры, а сейчас... от лавочки до площадки оказалось буквально пару десятков метров!
Чжоу Ханьянь остолбенел. Оглядевшись, он с ужасом осознал: они находились по разные стороны небольшого круглого цветника! Дистанция — три шага по прямой, а он умудрился устроить из этого марафонскую дистанцию с заблуждением!
Ему мгновенно вспомнился тот странный взгляд Хуаймина, когда он объявил о своей «потере».
Кровь хлынула к лицу Чжоу Ханьяня. От адского стыда у него закружилась голова. Готовый провалиться сквозь землю, он уткнулся взглядом в асфальт, боясь пренебрежительной ухмылки Хуаймина и молясь, чтобы тот не пустил его позор в эфир.
Су Хуаймин сделал вид, будто ничего не произошло, однако зрители на стриме проявить милосердие не пожелали.
«А-ха-ха! Заблудился в двухстах метрах от группы!»
«Чжоу Ханьяню пора издать книгу: "Как вежливо заблудиться в трех соснах"!»
«Проявите уважение, господа! Не каждому дано обладать таким топографическим кретинизмом! [смеющийся пес.jpg]»
«Я так орал, что соседский пёс прибежал проверять, жив ли я!»
Не успел Хуаймин подойти, как четверо карапузов с радостным писком устремились навстречу, норовя вырвать пакет из рук.
— В очередь, — изогнул бровь Хуаймин. — Выдам только тем, кто умеет стоять ровно.
Сяосяо давно усвоил: капризы с отчимом не прокатывают. Желаемое можно получить только послушанием. Малыш тут же состряпал серьезную мину и выстроился первым, усердно работая попой, чтобы отпихнуть Джамиля.
Сюаньсюань проявил смекалку и встал вслед за ним. Джамиль, поняв, что остался за бортом, секунду тупил, а потом ринулся отвоёвывать позицию.
Юэюэ, опасаясь застрять в эпицентре мальчишеской потасовки, тихонько встала в самом конце.
Сяосяо отчаянно барахтался, пытаясь удержать лидерство, но, оглянувшись на кроткую Юэюэ, моргнул и уступил ей место, переместившись назад.
Сюаньсюань с Джамилем, заметив маневр товарища, дружно устремились за ним. В миг Юэюэ оказалась первой в шеренге.
Увидев этот джентльменский жест, Су Хуаймин тепло улыбнулся и вручил малышке рожок.
Юэюэ не ожидала такой удачи. Обхватив лакомство пухлыми ручками, она просияла:
— Спасибо, братик Су!
Раздав порции остальным мальчишкам, Хуаймин не удержался и взъерошил шевелюру Сяосяо за проявленное благородство.
Сяосяо мотнул головой, измазав уголок рта кремом, и сердито буркнул что-то отчиму, но тут же уткнулся обратно в мороженое.
Угостив взрослых, Су Хуаймин уселся рядом с пасынком и с нескрываемым удовольствием умял свой второй рожок.
Пополнив запасы энергии, группа отправилась к следующим аттракционам. Однако тут Фу Сяосяо и Юй Сюаньсюань вошли в клинч.
— В Дом динозавров! Там круче всего!
— Нет, в Океан кукол! Мы там с братом были, ему тоже очень понравилось!
— А я хочу к динозаврам!
— Нельзя! Мы идем в Океан кукол!
Мальчишки уперлись лбами, точно два упрямых бычка. Один сопел, уперев руки в бока, другой сжимал кулачки — уступать никто не намеревался.
Юй Жуйчэн в вопросах детской дипломатии был полным нулем и, дабы не усугубить конфликт, беспомощно взглянул на Хуаймина.
Поняв, что компромиссом тут не пахнет, Су Хуаймин вынес вердикт:
— Разделимся. Я отведу Сяосяо к динозаврам, а вы идите в Океан кукол.
Цзи Минчжэ посомневался, но признал идею разумной:
— Хорошо, тогда условимся о месте встречи.
Договорившись встретиться через час, группы разошлись. Чжоу Ханьянь помедлил секунду и, поддавшись непонятному порыву, ляпнул:
— Я пойду с Хуаймином.
Из-за того что Ханьянь последние дни хвостом ходил за Хуаймином, никому и в голову не приходило, что он хейтер.
Пожалев о ляпнутом в ту же секунду, Ханьянь вынужден был плестись за Хуаймином с крайне неловким видом.
Су Хуаймин с Сяосяо прибыли в Дом динозавров.
Локация с фигурами ящеров и интерактивными зонами предназначалась исключительно для малышей ростом до ста двадцати сантиметров, поэтому взрослым оставалось лишь подпирать стенку.
Чжоу Ханьянь от смущения уставился в потолок, боясь выдать свою кашу в голове.
Су Хуаймин же был полностью поглощен картой. Впервые попав в столь гигантский парк, он жаждал выжать из посещения максимум.
Под руководством Цзи Минчжэ они выбирали только детские зоны. Но Хуаймин не собирался ущемлять себя ради прихотей карапузов.
До встречи оставался целый час — вполне достаточно, чтобы обкатать пару взрослых горок.
— Хочешь на тот аттракцион? — Хуаймин ткнул пальцем в дух захватывающую конструкцию неподалеку.
Чжоу Ханьянь проследил за его рукой, и глаза его загорелись:
— Выглядит круто! Я бы прокатился!
— А вот этот?
— Тоже хочу! — по-детски выпалил Ханьянь.
— Отлично, берем оба.
Ханьянь мысленно вздохнул: они с Су Хуаймином умудрялись находить общий язык буквально во всем. Эх, если бы не статус хейтера...
Вдруг его осенило:
— Постой, а если Сяосяо заартачится?
Хуаймина этот вопрос вообще не волновал.
Заметив уверенность спутника, Ханьянь выдохнул: в его глазах Су Хуаймин был способен укротить любого монстра.
Вскоре из игрового павильона вылетел счастливый Фу Сяосяо. В руках он сжимал «динозавровое яйцо», выданное аниматорами, а брови от гордости едва не подпирали челку.
— Можно еще разочек?! — Сяосяо подпрыгивал, точно мячик.
Хуаймин на удивление легко уступил:
— Иди.
Пройдя круг вторично, малыш снова появился на выходе. Но не успел он и рта раскрыть, как отчим взял инициативу в свои руки:
— Мы с дядей Ханьянем пойдем на тот аттракцион. Ты слушайся сотрудника и жди нас здесь.
Сяосяо надул губы:
— А меня почему не берете?!
— Ты еще слишком маленький. Вот вырастешь — тогда пожалуйста.
— Не хочу просто так сидеть! Это скучно! — замотал головой карапуз.
Помня капризный нрав мальчугана, Чжоу Ханьянь боязливо взглянул на Хуаймина.
Тот же оставался сфинксом:
— Когда ты развлекался в Доме динозавров, мы с дядей ждали тебя на улице?
Сяосяо почесал затылок:
— Ждали...
— Значит, ты должен нам за два захода?
Не желая оставаться в должниках у отчима, Сяосяо закивал головой:
— Должен!
— Так ты теперь обязан подождать нас?
Запутанный безупречной логикой малыш кротко согласился:
— Обязан...
— Два раза?
— Да!
Сдержанно улыбнувшись, Су Хуаймин подмигнул Ханьяню, и, пока мелкий не опомнился, двое взрослых устремились к горкам.
Аттракцион пользовался бешеной популярностью, поэтому даже по VIP-пропуску пришлось немного постоять в очереди.
На пятой минуте ожидания Сяосяо начал проявлять нетерпение. Сопровождающий сотрудник съемочной группы облился холодным потом, опасаясь детского бунта.
Однако свято хранящий данное слово Сяосяо молчал.
Спустя какое-то время ребенок снизу вверх посмотрел на сопровождающего:
— Дяденька, я проголодался. Купи мне перекусить, а отчим потом вернет тебе деньги.
Мужчина с радостью согласился и повел его к ларькам.
Но бедолага недооценил детскую хитрость и прожорливость! Умяв первую порцию, Сяосяо затребовал добавки. Отказать малышу сопровождающий не решился.
Продегустировав пол-улицы сладостей, Сяосяо с чувством выполненного долга погладил надувшийся животик и уселся отдышаться на лавочку.
Вспомнив о хронометраже, сотрудник забеспокоился:
— Пойдем скорее назад!
— Сяосяо устал! Сяосяо хочет еще отдохнуть! — болтал ножкой капризный карапуз.
— Но папа тебя потеряет и будет волноваться.
Улышав это, Сяосяо с запозданием вскинул головку и покрутил по сторонам. Не заприметив знакомой фигуры, он замер.
Заметив, как затрепетали пушистые реснички и как поселилось смятение на детском личике, мужчина похолодел. До него дошло:
Ребенок-то еще совсем кроха! Без родителей рядом он испугается!
А заходясь в истерике, Фу Сяосяо становился неуправляемым, и унять его мог лишь Су Хуаймин!
Паника сжала сердце бедного сотрудника: разразись тут скандал с рыдающим наследником богатого семейства — прямая угроза карьере!
Когда душа бедолаги окончательно ушла в пятки, Сяосяо моргнул, закусил губку, и в его глазенках блеснул испуг.
Внутренне сжавшись, сотрудник уже приготовился утешать малыша, как вдруг Сяосяо вскочил и, подскочив к нему с недетской тревогой на лице, драматично выкрикнул:
— Что делать?! Мой отчим потерялся!
Сотрудник: «????»
Что, простите?! Кто потерялся?!
Не дождавшись ответа, Сяосяо тяжело, сочно вздохнул, топнул ножкой с досадой и с совершенно обвинительной миной пробурчал:
— Это всё отчим! Вечно убегает куда попало! Я теперь его найти не могу!
Су Хуаймин каким-то образом умудрился запечатлеться в сознании пасынка совершенно беспомощным созданием. Зажав пухлые щечки ручками, Сяосяо трагично прошептал:
— Он же сейчас испугается и расплачется! Что же делать-то?!