Дорога вытрясла из Су Хуаймина все силы за четыре с лишним часа. Автомобиль съёмочной группы уезжал всё глубже в глушь: людские поселения сменились непрерывным лесом, а ровный асфальт — ухабистой грунтовкой.
Фу Сяосяо, минут пять тихо липнувший к окну, резко повернулся к Су Хуаймину:
— Мы что, едем бить гималайского медведя?
Су Хуаймин лишился дара речи.
«А малыш-то подкованный, знает, кто такой "черный слепец"».
— Вряд ли, — отмахнулся Хуаймин. — С твоей-то комплекцией только на медведей и ходить.
Сяосяо был парнем гордым. Задевшее его за живое пренебрежение отчима заставило мальчишку запыхтеть. Он задрал рукав, продемонстрировал пухлую, нежную, точно булочка, ручонку с ямочками на локте и, намеренно понизив голос, басовито заявил:
— Я вообще-то очень сильный!
Будь на месте Хуаймина любой другой взрослый, он бы подыграл, посмеялся и погладил ребенка по головке. Но Су Хуаймин поступил вопреки ожиданиям. Он чуть вскинул бровь, и хотя тон его оставался невозмутимым, в нем проскользнула откровенная провокация:
— Ну ладно. Давай на руках. Посмотрим, кто кого, тогда и поговорим.
Зрители прямого эфира и съёмочная группа замерли, наблюдая, как двое — взрослый и ребенок — устроились в неуклюжей позе на автомобильных креслах, намереваясь сойтись в армрестлинге.
Ручонка Сяосяо была настолько крошечной, что даже растопырив пальчики, он едва сумел обхватить ладонь Су Хуаймина. Локоть малыша завис в воздухе — опереться было совершенно не на что.
Хуаймин и не думал поддаваться:
— На счет «три» давим. Раз, два, три.
Сяосяо замер, дикими глазами уставившись на свою ручонку, моментально уложенную на лопатки. Он даже сообразить не успел, что произошло.
— Я... я просто еще не старался! — Малыш надул щеки, точно спелая булочка, и потребовал: — Давай переигрывать!
— Ладно, — сжалился Хуаймин. — Только последний раз.
Сяосяо решительно кивнул, свято веря, что уж на этот раз точно уложит отчима.
Финал оказался идентичным.
Мальчик окончательно опешил. Он сидел со стеклянным взглядом, не в силах переварить этот жестокий удар судьбы.
Су Хуаймина же в подобных глупых мелочах охватывал азарт:
— Ну что, теперь признаешь, что я сильнее?
Сяосяо скрестил руки на груди и капризно фыркнул:
— Я сегодня вечером съем три пиалы риса, а завтра точно тебя победю!
Хуаймин изогнул бровь:
— Да ты хоть весь мировой урожай срямкай — всё равно меня не одолеешь!
— Ты... да ты!.. — Куда трехлетке тягаться в словесных баталиях со взрослым? Не найдя аргументов, Сяосяо превратился в ходячий комок гнева и запыхтел как паровоз.
Чат трансляции на мгновение выпал в осадок, а затем взорвался:
«Даже не знаю, как это прокомментировать... Уступаю очередь вам!»
«Я в шоке. Кто из них ребёнок-то?!»
«Серьёзно соревноваться в силе с трёхлетним малышом... Как Су Хуаймин делает это с таким невозмутимым видом?!»
«Ха-ха-ха, жёнушка такая лапочка!»
«Ты кого жёнушкой назвал?! Господин Фу, я вовсе не имел в виду ничего такого... Просто Хуаймин милашка, хотя я прекрасно понимаю, что он не мой... Но позвольте хотя бы помечтать! Эх, кайф!»
* * *
Поперекидывавшись колкостями, Су Хуаймин и Фу Сяосяо тряслись в машине ещё полчаса, пока экипаж наконец не прибыл к месту назначения.
Цзи Минчжэ с маленькой Юэюэ и Юй Жуйчэн с Сюаньсюанем уже были в сборе.
Сяосяо, только что дувшийся на отчима так, будто прирос к сиденью навсегда, при виде друзей моментально забыл обиды. Он выпорхнул из салона и помчался к малышам. Юэюэ и Сюаньсюань встретили его радостным писком. Троица немедленно сбилась в кучку и защебетала на своём непостижимом детском языке.
После съёмок первого выпуска взрослые успели сработаться. Они непринужденно перекинулись парой фраз — без тени неловкости, точно были знакомы сто лет.
Минут через десять с опозданием подгреб Сунь Сыюань.
На нем были солнцезащитные очки и шелковая рубашка с вычурным юго-восточным принтом, расстёгнутая на груди чуть ли не до пупка. Никакого намека на скромность.
Су Хуаймин оглядел этот курортный лук с искренним любопытством:
— А здесь что, где-то рядом море?
Сунь Сыюань поперхнулся воздухом.
Юй Жуйчэн — парень прямой и честный — с абсолютной серьезностью добавил:
— Нет, мы в глубине континента, откуда тут морю взяться?
Хуаймин недоуменно нахмурился, переведя взгляд на Сыюаня:
— И зачем ты тогда нарядился так, будто собрался на пляж?
* * *
У Сыюаня зазвенело в ушах, а в висках застучала кровь.
«Да, я решил выпендриться и замутить стильный образ, и что с того?!»
Болезненное нарциссическое эго Сыюаня обычно не прощало подколок: на месте любого другого артиста он бы уже разразился тирадой. Но наткнувшись на невинный, чистый ангельский взор Су Хуаймина, он резко сдулся.
«Осторожнее. Су Хуаймин — мастер подстав».
Пользуясь тем, что глаза скрыты за тёмными стеклами, Сыюань закатил их погуще, схватил чемодан и молча встал в сторонке. Вся его спина буквально вопила: «Я обиделся!».
Тем не менее, в адрес Хуаймина он не выронил ни единого резкого слова, предпочтя молча проглотить обиду.
«Простите, но я не могу не шипперить их!»
«За одну эту сцену я в голове уже целую дораму прокрутил!»
«Боже, какая забота и снисходительность со стороны Сунь Сыюаня! Даже если это не любовь, Су Хуаймин для него явно особенный. Только Хуаймин может так легко приручить этого строптивого павлина. Какая парочка!»
«...»
«...»
«Смотрите, тут у нас честный человек объявился!»
Все семь участников были в сборе, но режиссёр не спешил объявлять тему и правила выпуска, всем видом показывая, что ждёт кого-то ещё.
Жуйчэн и Минчжэ, люди бывалые, сразу догадались: сейчас появится секретный гость.
Выдержав паузу для пущего эффекта, на площадку наконец вступил последний участник.
Наряд Нинь Лэя казался простым лишь на первый взгляд — брендовые вещи от спонсоров выдавали продуманность каждой детали. Натянув доброжелательную улыбку, он вел за руку маленького мальчика и с порога осыпал всех радушными приветствиями.
Цзи Минчжэ, будучи человеком светским и гибким, охотно поддержал разговор, чем слегка ошеломил Нинь Лэя — тот явно не ожидал столь теплого приема.
У Юй Жуйчэна, напротив, обострилась социофобия. Глядя на чересчур активного гостя, он не знал, куда девать руки и ноги, а из-за его сурового лица создалось впечатление, будто он питает к Нинь Лэю лютую антипатию.
Впрочем, Нинь Лэй держался безупречно. Лишь отворачиваясь от камер, он мельком демонстрировал едва уловимую, хорошо отрепетированную печаль. Точный, выверенный штрих, дающий зрителям богатую пищу для фантазий.
Сунь Сыюань, известный своей барской заносчивостью, ни с кем не церемонился. Нинь Лэй перекинулся с ним дежурными фразами, но обиженного вида корчить не стал.
Наконец Нинь Лэй остановился перед Су Хуаймином.
Их взгляды встретились. Они были похожи и ростом, и типом внешности, вот только Су Хуаймин выглядел как премиальная, идеальная версия.
И хотя игра в молчанку длилась пару секунд, чат трансляции уже заходился в экстазе.
«Драка! Драка!»
«Кто бы мог подумать! Всего пару дней назад они сцепились за рекламный контракт, а теперь столкнулись на шоу! Вот это конфуз!»
«Ха-ха-ха, конфуз у них, а веселье у нас!»
«Обожаю такое! Если они сейчас не вцепятся друг другу в патлы, я разочаруюсь в этом мире!»
Нинь Лэй ждал, когда Хуаймин заговорит первым, но тот проявил ангельское спокойствие и явно не собирался открывать рот.
Опасность затянувшейся паузы вынудила Нинь Лэя взять инициативу в свои руки. Он мягко улыбнулся:
— Я смотрел прошлый выпуск, вы с сыном мне очень понравились! А Джамиль так хотел поиграть с Сяосяо... Рад наконец познакомиться лично.
Су Хуаймин вежливо кивнул, соблюдая правила этикета:
— Я тоже ждал нашей встречи.
Улыбка на губах Нинь Лэя на мгновение окаменела.
До этого момента Су Хуаймин не мог знать, кто станет новым участником. Эта фраза прозвучала как изощренная издевка и демонстрация превосходства.
Нинь Лэй не ожидал от оппонента такой глубокой игры. В его взгляде проскользнула настороженность.
— Надеюсь, эту неделю мы проведем дружно, — произнес он тонкой интонацией заботливого старшего брата. — Если возникнут трудности — обращайся, я обязательно помогу!
Хуаймин лишь кивнул и не стал развивать тему.
Нинь Лэй, проявив чутье, отступил в сторону, не навязываясь.
Зрители в чате замерли:
«И это всё?!»
Убедившись, что все в сборе, режиссёр взял слово:
— Ближайшие семь дней мы проведем здесь. Надеюсь, и родители, и дети смогут стать ближе к природе и обрести душевный покой.
Фу Сяосяо не понял ни слова. Он задрал голову к отчиму:
— А что такое "душевный покой"?
— Ну... — Хуаймин запнулся. Встретив непонимающий взор малыша, он просто вытащил смартфон и зачитал первую попавшуюся строчку: — Покой — это психоэмоциональное состояние, характеризующееся отсутствием тревоги и неконструктивных раздражителей.
Присутствующие опешили.
«Он что, реально зачитал определение из энциклопедии?!»
Ребенок трех лет заведомо не мог переварить подобную тарабарщину, однако Сяосяо с важным видом кивнул:
— А-а, вот оно что. Теперь понял.
Зрителям нестерпимо хотелось уточнить у Сяосяо, что именно он понял.
Юй Жуйчэн озвучил общий вопрос:
— Сяосяо, и что же такое покой?
Малыш с абсолютной серьезностью отчеканил:
— Покой — это то, что нельзя съесть!
Чат трансляции окончательно выпал в осадок.
Впрочем, для детей аргумент звучал железно. Сюаньсюань и Юэюэ глубокомысленно кивнули и тут же потеряли всякий интерес к теме. Судя по всему, в их картине мира все вещи делились строго на две категории: съедобное и несъедобное.
Минчжэ и Жуйчэн посчитали, что просвещать малышей пока рановато, и решили сохранить их детскую наивность, молча поддержав «кулинарную» версию.
Видя, что вопросов больше нет, режиссёр отправил съёмочную группу сопровождать гостей к жилью.
Неподалеку виднелась деревня, однако сотрудники повели группу в гору. Спустя пятнадцать минут подъема перед ними выросло двухэтажное деревянное строение.
Дом дышал изысканной стариной, но главное внимание привлекала смотровая терраса, выдвинутая на два метра над обрывом. Её украшали полупрозрачные белые полога. Сидеть там, поджав ноги, попивать чай и созерцать горные пейзажи можно было целыми днями напролёт.
Благодаря уникальному стилю и расположению зрители мгновенно узнали локацию:
«Ого, съёмочная группа превзошла себя! Они притащили их в знаменитый горный приют!»
«Боже, это же дом моей мечты! Просыпаться каждое утро, потягиваться с видом на туманные вершины... Чувствуешь себя небожителем!»
«Дайте адрес! Срочно! Я еду туда в отпуск!»
* * *
В отличие от ликующего чата, атмосфера на площадке отдавала прохладой.
Сяосяо обежал деревянную обитель, скривил губы в капризной дуге и прибежал к Су Хуаймину, заявляя во всеуслышание:
— Я не хочу тут жить! Мне тут не нравится!
Хуаймин вскинул бровь:
— А где бы ты хотел?
— Я хочу... — Сяосяо не нашёлся, что ответить, но упрямо выпятил подбородок: — Хочу в большой дом, как у нас!
Хуаймин равнодушно отозвался:
— Ну так иди.
Сяосяо обомлел. На осознание того, что отчим его просто отшил, ушло секунд пять. Разъярённый малыш набрал в грудь воздуха, собираясь устроить полноценный скандал.
Но Хуаймин сбил его настрой одной небрежной фразой:
— Твой папа сказал, что будет смотреть прямой эфир. Возможно, он прямо сейчас наблюдает за тобой.
Сяосяо вытаращил глаза, испуганно кинулся искать объектив камеры, и на его рожице отобразилось глубочайшее раскаяние.
Быстро потерев щёчки, он моментально преобразился в сущего ангелочка. Схватив Хуаймина за руку, он подвёл его к дивану и залебезил:
— Папочка, ты, наверное, устал! Садись скорее, отдохни!
Хуаймин не ожидал от крохи таких актерских задатков, но с удовольствием развалился на мягких подушках, принимая из рук Сяосяо стакан воды.
Малыш прижался к нему и пролепетал:
— Папочка, правда ведь Сяосяо такой послушный и хорошенький?
— Угу, само совершенство, — кивнул Хуаймин. Однако, слушая этот чересчур сиропный лепет, он не выдержал: — Знаешь, тебе вовсе не обязательно сюсюкать и так пищать.
Сяосяо замер:
—???
«Чего?! Сюсюкать?!»
«Он только что капризничал ультразвуком, а тут резко перешёл на сироп... Реально звучит как наигранный писк!»
«Ахахаха, если взглянуть под этим углом, развитие событий заигрывает новыми красками!»
«В своем репертуаре! Су Хуаймину пора издать сборник цитат, он станет бестселлером!»
— А что значит "сюсюкать"? — растерялся Сяосяо, выпав из образа идеального ребёнка. Голос его оставался детским и звонким, но звучал куда естественнее.
Хуаймин пожал плечами:
— Забей. Говори, как говоришь.
Сяосяо кивнул и не стал допытываться.
Стоило успокоить маленького капризулю, как взбунтовался большой.
Сунь Сыюань, привыкший к роскоши и изыскам, с детства не знал ни в чём отказа. В поездках он всегда доплачивал из своего кармана за лучший сервис и лучшие отели.
Домик от организаторов был хорош, но горная специфика накладывала ограничения — до уровня пятизвёздочного отеля он явно не дотягивал.
— И где мы будем закупаться?! Сюда даже доставку еды не вызовешь! — Мысль о том, что придется питаться подножным кормом без любимой жареной курочки, окончательно вывела Сыюаня из себя. Он подхватил чемодан и решительно направился к выходу.
Цзи Минчжэ как самый старший и рассудительный тут же преградил ему путь, принявшись уговаривать, а Юй Жуйчэн мертвой хваткой вцепился в ручку чемодана.
Нинь Лэй, как новичок, предпочёл скромно отсидеться в сторонке, дабы не лезть на рожон.
— Это всего на неделю, потерпи, — увещевал Минчжэ. — Посмотри, какая вокруг красота! Очищает разум! Люди бешеные деньги платят, чтобы пожить в таком месте.
Жуйчэн топорно добавил:
— Идёт прямой эфир. Тебя же зрители сожрут.
Сыюань фыркнул:
— Да клал я на их мнение! Пусть попробуют, я даже брошью не поведу!
Видя, что парень встал в позу и вот-вот взорвётся, Минчжэ метнул отчаянный взгляд на Су Хуаймина:
— Хуаймин, ну хоть ты скажи ему!
Жуйчэн тоже уставился на него с надеждой.
Трое малышей скопировали взрослых: Сюаньсюань даже умоляюще сложил ручки.
Су Хуаймин вздохнул.
«Что вы на меня-то уставились? Он же меня одним ударом уложит, как я его остановлю?!»
Влезать не хотелось, но под давящими взглядами коллег пришлось действовать.
— Сунь Сыюань, замри.
Сыюань уже занёс ногу для скандальной тирады, но услышав голос Хуаймина, подавился словами и буркнул:
— Чё надо?
Хуаймин поднялся, с загадочным видом обошёл Сыюаня по кругу и с чувством произнёс:
— Великолепно.
Сыюань мгновенно заглотил наживку:
— Что великолепно?
— Я вдруг понял, как идеально ты вписываешься в этот пейзаж, — с абсолютным серьёзом заявил Хуаймин. — Поставь тебя к окну — и готовая обложка для глянца.
Сыюань помедлил, недоверчиво косясь на окно:
— Серьёзно?
— Абсолютно. Ты бессменный визуальный лидер нашей группы, — Хуаймин драматично вздохнул. — Жаль только, что тебе не хватает уверенности в себе.
Задетый за живое, Сыюань вытаращился на него:
— Ты сдурел?! У меня — и нет уверенности?!
— Ну ты же сбегаешь, — пожал плечами Хуаймин.
— Да я не поэтому!.. — Сыюань запнулся, осознав, что любая причина сейчас выглядит как банальное бегство.
Он со стуком бросил чемодан на пол:
— Я — лицо этого шоу! И никуда я не пойду! Не дождутся мои хейтеры, чтобы я сбежал! А то развоются опять, что я урод!
Вспомнив прошлые обиды, Сыюань в сердцах грохнулся на диван, живописно раскинув руки по спинке в вальяжной позе.
Минчжэ вовремя подхватил волну и добавил пару комплиментов, окончательно закрепив результат.
Убедившись, что бунт подавлен, Минчжэ и Жуйчэн незаметно показали Хуаймину «класс».
Су Хуаймин лишь скромно улыбнулся.
Сяосяо дорожит репутацией — и Сыюань дорожит.
Сяосяо ведётся на слабо — и Сыюань ведётся.
Укрощение капризных детей — это просто вопрос практики.
«Сунь Сыюань — реально просто переросший капризный ребёнок!»
«Су Хуаймин: профессиональный укротитель малых и больших избалованцев».
«Ха-ха-ха, Хуаймин отрабатывает за двоих, режиссёр обязан доплатить!»
«Со мной что-то не так... Почему Сыюань кажется мне милым?!»
«Напоминаю себе: не шипперить женатых!»
* * *
После того как буря улеглась, все разошлись по комнатам разбирать вещи.
Участники, успевшие сработаться за прошлую неделю, общались легко и непринужденно. И хотя они не пытались сознательно игнорировать Нинь Лэя, некое отчуждение всё же ощущалось.
Нинь Лэй понимал: серость убивает охваты. Если он упустит этот шанс, другого не будет. Стиснув зубы, он решился на крайние меры.
Зная, чего жаждет публика, он пошел на риск ради хайпа.
С виноватым видом подойдя к Су Хуаймину, он тихо проговорил:
— Хуаймин... Как бы то ни было, я перехватил тот рекламный контракт. Я должен извиниться. Надеюсь, ты дашь мне шанс загладить вину.
Су Хуаймин недоуменно вскинул голову:
— Контракт?
Затем его лицо озарилось:
— А-а! Так это был ты?
Нинь Лэй замер.
Зрители трансляции замерли тоже.
«Ты серьёзно?! Ты только сейчас узнал?!»
Нинь Лэй не поверил своим ушам, посчитав, что Хуаймин просто разыгрывает сцену, дабы выставить его идиотом.
Но Хуаймин был предельно искренен.
Разорвал ли бренд договор в одностороннем порядке или передал контракт другому — результат-то один.
В те дни дворецкий строго запретил Хуаймину заходить в социальные сети, оберегая его нервы. А сам Су Хуаймин посчитал тему закрытой и не стал тратить время на сплетни. Он действительно понятия не имел, кому досталась роль амбассадора.
Нинь Лэй же решил, что перед ним мастер высшего пилотажа. Насторожившись еще сильнее, он решил перехватить инициативу:
— Я понимаю, ты злишься. Но я правда не хотел... Меня заставили, у меня не было выбора...
Сделав паузу, он прикусил губу и изобразил глубокое раскаяние и незащищенность.
Су Хуаймин спокойно выслушал его и удивленно спросил:
— Если ты не хотел, зачем тогда согласился?
Нинь Лэй поперхнулся.
Зрители выпали в осадок.
«Нинь Лэй вам не кажется чересчур... двуличным?»
«Раньше не замечал, но на фоне непробиваемого Хуаймина он реально выглядит как чайный гриб!»
«Вот это убойная прямота! Хуаймин — просто легенда!»
«Ха-ха-ха, лучшая расправа над "зелёным чаем", что я видел!»
«Су Хуаймину пора застраховать свой язык — это же оружие массового поражения!»
Нинь Лэй опешил. Он не ожидал, что Хуаймин сбросит маски прямо перед камерами.
Оказавшись в тупике, он был вынужден импровизировать:
— Были обстоятельства... Нажим со стороны... Это было не моё решение.
Хуаймин на мгновение задумался, а затем его осенило.
Прежний владелец этого тела тоже попал на реалити-шоу против воли. Судя по всему, с Нинь Лэем произошла похожая история.
Сочувственно вздохнув, Хуаймин произнёс абсолютно искренне:
— Тебя заставило агентство? Ничего страшного. Сделай как я: подай на них в суд и защити свои права.
Нинь Лэй:
* * *
Нинь Лэй:
* * *
Нинь Лэй:
* * *
За годы вращения в шоу-бизнесе он видовал разных манипуляторов, но с таким столкнулся впервые.
Это что еще за тип?.. "Искренний зелёный чай"?!
Не только Нинь Лэй, но и Цзи Минчжэ с Юй Жуйчэном уставились на Хуаймина со сложной гаммой чувств, с трудом сдерживая нервный смех.
Су Хуаймин, не понимая реакции окружающих, перевёл взгляд с одного на другого и вдруг осознал...
Посмотрев в объектив, он прикрыл лицо ладонью и понизил голос:
— Э-э... А это вообще можно было говорить в эфире?