Су Хуаймин играл в баскетбол три дня подряд.
Было очевидно, что Фу Цзинфань искренне печётся о его здоровье: нанятый консультант лез из кожи вон, измышляя всё новые способы увлечь подопечного, подбодрить его и превратить нагрузки в увлекательное состязание. С ним возились, точно с капризным ребёнком.
Хуаймин лишь бессильно вздыхал.
Спортивными талантами он отродясь не отличался, а уж сознательно изнурять себя физическими упражнениями для него было хуже каторги.
И тут, будто по волшебству, пришло приглашение на съёмки музыкального шоу талантов. Су Хуаймину предлагали роль приглашённой звезды всего на четыре дня.
Его глаза вспыхнули. Он не раздумывая согласился.
Съёмки в реалити — это естественное движение с утра до вечера, за которое к тому же отлично платят. Ну не идеальный ли расклад?
И вовсе он не пытался сбежать от ежедневных тренировок. Кхм-кхм.
Никто его не упрекал, но Хуаймин почему-то чувствовал себя неловко, а потому не стал ничего говорить Фу Цзинфаню, рассчитывая тихо ускользнуть, когда придёт время.
Фу Цзинфань ни о чём не подозревал и в это самое время обсуждал с консультантом новый график. Умеренная активность действительно шла на пользу, но она не должна была превращаться в обузу — это противоречило первоначальной задумке. Специалист вовремя уловил настроение подопечного и предложил гибкий план: не стоит ограничиваться рамками строго отведённых часов, лучше действовать исподволь.
Фу Цзинфань вспомнил, как искренне Су Хуаймин рвался за ночными шашлычками. Он не только вышел из дома раньше времени, но и сделал приличный крюк по улицам, чтобы отыскать неприметную лавочку. И пусть его целью был вовсе не спорт, необходимую норму движения в тот вечер он выполнил с лихвой.
Это подало отличную идею.
Ночной бег — далеко не единственный способ держать себя в форме. Пешая прогулка за поздним перекусом — тоже нагрузка, причём такая, которую Хуаймин примет без сопротивления.
Консультант тут же перекроил программу. Тренировки перестали быть навязчивыми, их количество в неделю сократилось. Расчёт строился на том, чтобы постепенно и без нажима сформировать полезную привычку.
Едва проект был готов, Фу Цзинфань вернулся домой, намереваясь обсудить детали с супругом, однако его встретила звенящая тишина пустой спальни.
Дворецкий приблизился осторожным шагом. Его лицо скорбно сморщилось, он с опаской поглядывал на хозяина, явно не решаясь заговорить.
Фу Цзинфань слегка нахмурился:
— Где Су Хуаймин?
— Господин Су... — Дворецкий тяжело вздохнул. — Уехал на съёмки музыкального шоу.
— Шоу?
Фу Цзинфань слышал об этом впервые.
Управляющий и сам пребывал в растерянности: он узнал всё лишь полчаса назад, когда увидел Хуаймина с чемоданом у дверей.
— Насколько он уехал? — не меняя тона, уточнил Фу Цзинфань.
— На четыре дня. Вернётся в воскресенье, ближе к вечеру.
Фу Цзинфань лишь кивнул. Когда за управляющим закрылась дверь, в комнате стемнело.
Даже если приглашение было срочным, о нём становилось известно хотя бы за пару дней. У Хуаймина имелось более чем достаточно времени предупредить его, но он предпочёл молча исчезнуть. Возможно, просто забыл. Но куда вероятнее — сознательно скрыл.
Фу Цзинфань размышлял не дольше трёх секунд, после чего тихо усмехнулся.
Надо же: чтобы вильнуть от тренировок, Хуаймин решился на тайный побег.
Фу Цзинфань скользнул взглядом по вещам, оставленным супругом. В его тёмных, точно ночной океан, глазах закипела глухая, тяжёлая волна. Пальцы самопроизвольно сжались в кулаки так, что на тыльной стороне ладоней натянулись вены. Он подавлял рвущийся наружу порыв.
Дворецкий, стоявший чуть позади, не видел выражения его лица, но почувствовал странную паузу:
— Господин Фу? Господин Фу?
Фу Цзинфань резко обернулся. Ему потребовалась всего секунда, чтобы взять эмоции под контроль.
— Что бы вы хотели на ужин? — поинтересовался управляющий, так ничего и не заметив.
— Всё равно, — бросил Фу Цзинфань.
Поклонившись, дворецкий удалился.
Фу Цзинфань опустился на край кровати, уперевшись локтями в колени и сцепив пальцы. Когда дверь затворилась, комната погрузилась в мрак. Его тень казалась огромной и тяжёлой.
Он привык контролировать всё. Его воля была абсолютной, а любые отклонения от намеченного курса пресекались на корню. Всё, что он желал, должно было принадлежать ему без остатка.
Су Хуаймин долгое время оставался за пределами этой системы координат. Но его внезапный побег разбудил дремавший доселе инстинкт властвования, едва не сметший все барьеры.
Фу Цзинфань привык властвовать над всем — включая собственную природу. Он не мог позволить себе потерять лицо или стать рабом собственных страстей.
Он просидел в темноте около четверти часа, прежде чем медленно поднял голову. Его взгляд, лишённый малейшего проблика, напоминал мёртвое море.
Опустившись ниже, он зацепился за книгу, лежащую на ночном столике. В памяти мгновенно всплыл образ Хуаймина — расслабленного, свернувшегося на постели с этим самым томиком в руках.
Длинные пальцы протянулись к обложке, подушечки ощутили текстуру бумаги. Ледяное отчуждение в груди чуть отступило, уступив место крошечной искре тепла.
Фу Цзинфань перебирал книгу в руках и тихо вздохнул, ощущая, как к нему возвращается самообладание.
Прежде, желая заполучить человека или вещь, он действовал максимально эффективно, безжалостно забирая нужное себе. Су Хуаймин же был подобен ветру — свободному, неуловимому, готовому умчаться в любую секунду.
Но и у ветра есть слабость: у Хуаймина не было твёрдых привязанностей или амбиций, а значит, у него отсутствовали причины для сопротивления. Он мог обжиться в любой среде. Так почему бы не сделать этой средой золотую клетку, выстроенную специально для него?
Если бы Фу Цзинфань захотел, он бы с лёгкостью осуществил этот замысел.
Он мог дать Хуаймину всё, что тот пожелает. Мог надеть любую маску, усыпить бдительность, стать незаменимым, а затем сжать ладонь. Но вместо этого он тратил силы на составление графиков тренировок, с трудом подавляя тёмные порывы и в итоге просто спугнув свою птицу.
Фу Цзинфань не любил признавать собственные промахи или неловкость, но факт оставался фактом.
Рядом с Су Хуаймином его легендарный самоконтроль давал трещину за трещиной. Он не мог этому помешать. Более того — осознав это, он ощутил странное, темное удовольствие, будто сознательно шагал в пропасть.
Пальцы, сжимавшие книгу, натянулись. Фу Цзинфань запрокинул голову, всматриваясь в непроницаемый мрак потолка, и тяжело нахмурился.
«Что со мной происходит?»
* * *
Покинув квартиру, Су Хуаймин отправлялся в аэропорт. Съёмочная группа уже взяла на себя все организационные хлопоты.
Сразу после посадки его должны были доставить в тренировочный лагерь. Предстоящие четыре дня обещали быть крайне насыщенными.
Организаторы не стали разглашать имя приглашённой звезды. На просторах сети не появилось ни единого намека, да и сами участники вместе с наставниками пребывали в полном неведении. Внезапное появление Хуаймина прямо во время эфира должно было произвести эффект разорвавшейся бомбы.
Именно на этот ажиотаж и рассчитывал продюсер. Одно лишь присутствие Су Хуаймина гарантировало бешеные охваты, а его взаимодействие с конкурсантами и жюри сулило массу интригующих инфоповодов.
К моменту его прибытия в тренировочный лагерь съёмки уже шли полным ходом.
Неделю назад состоялось распределение по группам для первого отборочного тура. Каждый из ребят горел желанием вырваться в лидеры, а потому выкладывался на максимум, надеясь запомниться зрителям и завоевать драгоценные голоса.
Окна репетиционных классов светились до глубокой ночи. А поскольку утром предстоял просмотр, на котором наставникам надлежало оценить первые результаты, большинство участников вообще не смыкали глаз, отрабатывая движения до самого рассвета.
Съёмка начиналась в девять утра. Парням пришлось встать за два часа до этого, чтобы навести глянец. И хотя сейчас они выглядели безупречно — от кончиков волос до шнурков на кроссовках, — в их глазах читалась беспредельная усталость.
Сонливость, точно заразный туман, окутала зал. У ребят не оставалось сил даже на пустые разговоры. Наставники обратили на это внимание и сочувственно вздохнули.
— Похоже, наши конкурсанты выложились без остатка, — с мягкой улыбкой заметила женщина-наставница.
Сяо Кайчэн понимающе кивнул. Сам выходец из подобного шоу, он мгновенно ухватился за удачный поворот темы, чтобы добавить очков к собственному имиджу:
— Помню, на моём проекте всё было точно так же. Нам досталась невероятно сложная композиция, в команде возникли разногласия, порядок перекраивали раз за разом... Я тогда буквально жил в репетиционной: падал без сил прямо на пол, засыпал на час и снова вставал. Состояние было даже хуже, чем у них сейчас. Но мы справились!
Кайчэн произнёс это с безупречно выверенной скромностью. Прочие наставники, опытные волки шоу-бизнеса, тут же подхватили реплику, рассыпавшись в похвалах его трудолюбию.
Сяо Кайчэн изобразил смущение, хотя в душе торжествовал: эффектная байка неизбежно вызовет отклик у публики.
И действительно, чат трансляции взорвался эмоциональными сообщениями:
«Кайчэн просто невероятный трудяга! Я влюбилась в него ещё во время того реалити, у него потрясающая пластика и голос!»
«Опять скромничает! С такой внешностью, талантом и упорством ты просто обязан был победить!»
«Эх, вспомнила прошлый сезон... Сборка участников тогда реально была мощная».
«Не скажи, были там и откровенные паршивые овцы».
«Это ты про того самого Су? Он тогда все нервы Кайчэну вымотал! Сам палец о палец не ударил, а вся команда под него подстраивалась. До сих пор обидно за Кайчэна!»
«Так уже давно доказали, что Су Хуаймина подставило его же агентство! Все его косяки были прописаны в контракте!»
«Контракт контрактом, а доказательств того, что его заставляли вести себя как свинья, никто так и не привёл. Может, он сам пробивал себе дорогу через скандалы?»
«Да даже если так! У него же ни слуха, ни пластики! Занимать чужое место — это просто неуважение к другим ребятам!»
В прошлом сезоне большинство участников действительно обладали яркой индивидуальностью и хорошей подготовкой, а продюсеры не гнушались жесткими приемами для подогрева интереса. Прежний Су Хуаймин идеально подошел на роль козла отпущения: его паршивые выступления вызывали шквал негатива. И хотя позже всплыла правда о кабальном контракте, часть зрителей осталась в рядах его убеждённых хейтеров, продолжая изливать желчь при каждом удобном случае.
Нынешний сезон реалити делали другие люди. Они сделали ставку на классную подготовку участников, однако шоу явно не хватало остроты. После долгих раздумий продюсер пошёл на риск: пригласил Су Хуаймина в качестве гостя, зная, что в кресле наставника сидит Сяо Кайчэн — его давний оппонент. Столкновение двух старых знакомых обещало быть жарким.
Узнав о решении руководства, Сяо Кайчэн пришёл в ярость: его превращали в слепое орудие. Популярность Хуаймина жгла его изнутри. Разум твердил, что связываться с нынешним Су Хуаймином опасно, но уязвленное тщеславие требовало отмщения.
Кайчэн прекрасно знал, что Хуаймин вот-вот появится на сцене, и сознательно запустил волну негативных воспоминаний, рассчитывая испортить ему триумфальный выход.
Режиссёр в аппаратной беспрестанно утирал пот, опасаясь, что Хуаймин затаит обиду за эту выходку.
Момент для появления был далеко не самым удачным, но отступать поздно.
В зале неожиданно погасли все софиты.
Погружённые в полусон конкурсанты встрепенулись, испуганно озираясь и шепчась.
Спустя три секунды яркий луч света прорезал темноту, выхватив фигуру в самом центре сцены.
Этот ход заставил всех присутствующих ахнуть.
— Это же Су Хуаймин!
— Ничего себе продюсер у нас даёт! Сам Су Хуаймин приехал!
— Мамочки, я вижу Учителя Су вживую!
Су Хуаймин держался безупречно ровно и естественно. Улыбнувшись, он помахал рукой самым громким парням и неторопливо направился к стойке с музыкальными инструментами.
Ребята замерли.
Изначально они полагали, что весь этот арсенал выставлен для них — для какого-нибудь импровизированного испытания. Теперь стало ясно: инструменты предназначались для гостя.
Су Хуаймин замер перед стойкой, приглядываясь.
Ассортимент впечатлял: от классических рояля и скрипки до традиционных китайских гуциня и эрху. Были даже редкие экзотические образцы.
Хуаймин не спеша прошёл вдоль ряда, замедлил шаг и протянул руку.
Все решили, что он выберет благородный гуцинь, но его ладонь в последний момент вильнула влево и подхватила лежавший неподалёку инструмент.
Сона?!
Над головами присутствующих словно зависли огромные вопросительные знаки. На лицах читалось абсолютное изумление:
«Сона на айдол-сцене?! Серьёзно?!»
«Взять царя всех инструментов — это же чистой воды читерство!»
«Эта штука вообще способна издавать современную музыку?!»
Все решили, что Хуаймин задумал какой-то эксцентричный перфоманс, и воззрились на него во все глаза.
Су Хуаймин с абсолютно непроницаемым видом поднял сона к губам, глубоко вдохнул и прикрыл глаза.
Изобретать велосипед он не стал. Зачем мудрить, если есть проверенная классика? Он просто врезал оглушительный свадебный наигрыш.
Пронзительный, заливистый голос сона — инструмента, способного перекрыть целый оркестр, — смерчем ворвался в пространство. Это был мощнейший разряд, действующий лучше любого кофеина.
Участники сидели с открытыми ртами, чувствуя, как дерзкий, пронзительный звук выжигает из мозгов последние остатки дремоты.
Отгремел финальный аккорд. Су Хуаймин с безупречной грацией поклонился публике. Этот изысканный жест комично контрастировал с только что отгремевшим мотивом.
— Здравствуйте, я Су Хуаймин. Рад быть вашим приглашённым гостем. — Он окинул взглядом ошеломлённую аудиторию и едва заметно улыбнулся: — Я заметил, что вы немного клевали носом, поэтому решил взбодрить вас. Теперь, когда сон как рукой сняло, вы покажете отличный результат на просмотре!
Парни наконец пришли в себя, осознав, что утомление улетучилось без следа.
— Вот это да! Спасибо, Учитель Су!
— Сона звучала просто огонь! Давай ещё одну!
— Учитель Су, ты мой единственный братан! Слышишь, единственный!
Ребята были молоды и горячи. Атмосфера мгновенно накалилась: юноши наперебой кричали, сбрасывая остатки напряжения.
Поняв, что цель достигнута, Су Хуаймин скромно отошёл в тень, уступая сцену конкурсантам.
Сяо Кайчэн наблюдавший за этим из кресла, едва не скрипел зубами.
Широкий жест, призванный сбить спесь с Хуаймина, провалился: тот за пару минут не просто разрядил обстановку, но и влюбил в себя всю аудиторию!
«Откуда в нём взялась такая хватка?!»
Кайчэн помнил его совсем другим — трусливым и бестолковым. Он сжал кулаки, не сводя с Су Хуаймина исполненного желчи взгляда.
Однако стоило объективу камеры скользнуть в его сторону, как на лице Сяо Кайчэна тотчас заиграла безупречная, солнечная улыбка.
Начались промежуточные просмотры. Су Хуаймин с интересом наблюдал за выступлениями и слушал профессиональные замечания коллег.
Когда все группы показали свои номера, наставники удалились на совещание для выставления оценок.
Баллы определяли статус каждого коллектива. Успешные команды могли перевести дух, а вот аутсайдерам предстояли тяжёлые дни: им нужно было исправлять ошибки в кратчайшие сроки.
Напряжение в зале достигло пика. Ребята с замиранием сердца ждали вердикта.
Сяо Кайчэн, обожавший быть в центре внимания, охотно взял на себя роль глашатая.
Четыре группы получили ранги от A до D. Результаты совпали с ожиданиями Хуаймина: один из составов выступил объективно слабее прочих и получил наинизшую категорию D.
Когда формальности завершились, на сцену вышел ведущий:
— Для первого отборочного тура каждой команде положен наставник. В их роли выступят трое наших постоянных экспертов и наш приглашённый гость. Сейчас наставники и участники сделают свой выбор, зафиксировав его на досках. Если желания сторон совпадут, мы получим готовые тандемы. Если же возникнет расхождение, вам придётся провести переговоры и прийти к компромиссу.
Для участников эта новость стала сюрпризом, а вот наставники лишь кивнули — их предупредили заранее.
Все четверо быстро записали свои предпочтения. Конкурсанты же сбились в кучки, бурно обсуждая кандидатуры.
До выступления оставалось всего четыре дня. Наставник должен был органично вписаться в номер и усилить его. Если же пригласить человека без опыта или нужных навыков, шоу превратится в катастрофу.
Сяо Кайчэн прекрасно это понимал и злорадно поглядывал на Хуаймина.
Плевать, что там говорят про его прошлые выкрутасы! В индустрии все знают: Су Хуаймин не умеет ни петь, ни танцевать. Ни один нормальный человек не станет рисковать своей карьерой ради него.
Пусть Хуаймин сейчас на коне, но остаться без единого выбора на глазах у всей страны — это станет отличным щелчком по носу!
Спустя несколько минут ведущий вернулся в центр сцены, чтобы объявить результаты.
— Давайте узнаем, кого выбрала группа A, — заинтриговал он публику и сорвал защитную ленту. — Группа A отдала предпочтение Сяо Кайчэну! А теперь посмотрим, какой выбор сделал сам Учитель Сяо!
Кайчэн сохранял внешнее спокойствие, хотя внутри всё пело от гордости. Парни из группы A молитвенно сложили ладони, накликав удачу.
— Выбор Сяо Кайчэна — группа A! — торжественно провозгласил ведущий. — Вы словно созданы друг для друга! Ждём потрясающего выступления!
Под громкие аплодисменты Кайчэн подошёл к своей команде. Ребята встретили его с восторгом. Наслаждаясь моментом, он бросил быстрый взгляд на Хуаймина, рассчитывая увидеть на его лице зависть. Однако тот со спокойным видом разглядывал декорации, абсолютно равнодушный к чужому триумфу.
«Изображает из себя непонятно кого!» — процедил про себя Кайчэн, с трудом подавив раздражение.
Группы B и C также успешно совпали со своими кураторами. В остатке числились только коллектив D и Су Хуаймин.
Финал казался очевидным, и разглашение деталей могло показаться бессмысленным. Ведущий уже собирался замять этот момент по знаку режиссёра, как вдруг один из парней группы A выкрикнул:
— А нам интересно, кого выбрали Учитель Су и группа D!
Остальные участники группы A подхватили почин. Парни заискивали перед Кайчэном: они знали, что тот не недолюбливает Хуаймина, и пытались угодить своему наставнику.
Ведущий оказался в неловком положении. Он осторожно взглянул на Су Хуаймина, опасаясь вспышки недовольства.
Не заметив на лице гостя ни тени раздражения, ведущий вздохнул с облегчением и подошёл к доске группы D.
— Группа D выбрала... Су Хуаймина! — ахнул ведущий. Такого поворота никто не ожидал.
Зал замер. Все взгляды скрестились на Су Хуаймине.
Сяо Кайчэн мысленно ликовал.
Он не сомневался, что Хуаймин замахнулся на фаворитов — команду A. Но те предпочли его, Кайчэна! Теперь сеть утопит Су Хуаймина в насмешках за гордыню и профнепригодность!
Под напряжёнными взглядами ведущий наконец снял покров с карточки Су Хуаймина.
На белом поле красовалась единственная, отчётливо выведенная буква: D.
Полное совпадение!
Зал взорвался через три секунды.
— Невероятно! — выдохнул ведущий. — Учитель Су и группа D выбрали друг друга! Поздравляем, это абсолютная взаимность!
Парни из группы D сорвались с мест и всей ватагой налетели на Су Хуаймина. Тот едва успевал отвечать на объятия, когда его подхватила настоящая волна из радостных юношей. К ним присоединились и другие участники, увлечённые общим ликованием.
Возле Сяо Кайчэна почти никого не осталось — его подопечные тоже унеслись в общую кучу.
Кайчэн стоял посреди сцены с открытым ртом, слушая, как вдребезги рушатся его злорадные надежды.
Вместо вселенского позора Су Хуаймин получил идеальный сюжетный поворот с взаимным выбором.
«Да как так-то?!»