Су Хуаймин добавил Чжоу Ханьяня по QR-коду ещё вчера и совсем забыл переименовать контакт. А тот успел сменить аватарку с ником и прислал сообщение в абсолютно чуждой ему манере — сплошной фальшиво-слащавый лепет. Неудивительно, что Хуаймин его не узнал.
У него в контактах хватало старых знакомых прежнего владельца тела: большинство из них в своё время всадили ему нож в спину, а с остальными он едва поддерживал связь. Хуаймин решил, что это очередной недоброжелатель, и без колебаний отправил собеседника в чёрный список — к чему засорять телефон?
К ужину, закончив с багажом, все вышли из своих комнат. Съёмочная группа приготовила хот-пот. Учитывая нежные животики малышей, бульон подали в двух вариантах: острый и мягкий прозрачный, а соусы сделали не слишком пряными, чтобы каждый мог выбрать по вкусу.
Усаживаясь за стол, Фу Сяосяо уставился на бурлящий алый бульон. Глазёнки его загорелись, и он принялся настойчиво требовать кусочек на пробу.
Су Хуаймин спорить не стал. Он невозмутимо выудил из острого котла ломтик мяса, положил его мальчику на тарелку и спокойно произнёс:
— Ну, пробуй.
Сяосяо радостно сграбастал мясо палочками, отправил в рот и принялся аппетитно жевать. В первую секунду на его рожице читалось лишь детское любопытство, но спустя три мгновения он замер как вкопанный.
Хуаймин предугадал этот исход: заблаговременно приготовив салфетку, он помог пасынку выплюнуть жгучий кусок и подал стакан воды.
Сяосяо вцепился в него пухлыми ручонками и стал жадно пить. Белоснежные щёчки пылали румянцем — казалось, изо рта вот-вот вырвется пламя. Опустошив стакан, малыш высунул розоватый язычок и непрерывно задышал, пытаясь остудить жжение.
— Ещё хочешь? — поинтересовался Су Хуаймин.
Сяосяо боязливо косился на красную кипящую массу. Его личико сморщилось в один сплошной комок, а сам он замахал головой так, что едва не отвалилась:
— Не-е-ет, больше не буду!
Получив желаемый ответ, Хуаймин удовлетворенно кивнул и переложил ему в тарелку сочную говядину из прозрачного бульона.
Сяосяо был хоть и мал, но отличался упрямым нравом. Пытаться переубедить его словами — всё равно что катить камень в гору. Лучший способ обуздать такой характер — дать набить собственную шишку. Обжёгшись один раз, он уже не лез напролом.
Ощутив всю разрушительную силу острого бульона на масле, Фу Сяосяо сделался шёлковым. Он с аппетитом уплетал мясо и овощи из мягкого и томатного котлов, так усердно уткнувшись носом в пиалу, что измазался, словно чумазый котёнок.
* * *
Покончив с трапезой, малыши сбились в кучку и увлеклись своими играми. Цзи Минчжэ поначалу порывался присмотреть за ними, но быстро понял, что в их компании он лишний — без взрослого надзора дети ладили даже лучше. С чувством облегчения и лёгкой досадой он уселся на диван к Су Хуаймину и остальным.
Пятеро взрослых какое-то время смотрели телевизор, пока не заскучали. Уходить по комнатам так рано казалось неловко, поэтому каждый уткнулся в свой телефон.
Совершенно случайно Су Хуаймин и Сунь Сыюань одновременно запустили одну и ту же мобильную игру. Из динамиков синхронно раздались знакомые фанфары.
Переглянувшись, они мгновенно поняли друг друга без слов.
— Партийку?
— А давай.
Юй Жуйчэн помедлил секунду и вставил:
— Меня возьмите.
Су Хуаймин кивнул и, видя, что собирается уже троица, обернулся к старшему коллеге:
— Брат Цзи, с нами?
Цзи Минчжэ, казавшийся солидным и серьёзным мужчиной, вовсе не производил впечатления геймера. Однако он без колебаний кивнул, и в его глазах, прикованных к экрану, вспыхнул азартный огонёк.
Оставался только новый участник — Чжоу Ханьянь. Оставить его за бортом значило намекнуть на изолированность новенького. Понимая это, Цзи Минчжэ проявил такт:
— Ханьянь, сыграешь с нами?
Ханьянь игры не жаловал и уже собирался отказаться, но вспомнил, как Хуаймин удалил его из друзей. В груди вспыхнула обида, и он вопреки здравому смыслу кивнул:
— С удовольствием. Правда, я в неё ни разу не играл.
Сунь Сыюань тут же вскинул брови и открыл рот, чтобы высказать своё «фи», но Цзи Минчжэ опередил его:
— Ничего страшного, мы тебя научим.
Ханьянь быстро скачал приложение. Сыюань, поймав предупреждающие взгляды Минчжэ и Хуаймина, с трудом проглотил готовые сорваться колкости.
Под чутким руководством Минчжэ Чжоу Ханьянь стремительно прошёл обучение и присоединился к общей комнате. Учитывая отсутствие опыта, ему предложили роль поддержки и подобрали наиболее простого персонажа. Остальные разобрали оставшиеся четыре позиции.
Игра началась.
— Иди на нижнюю линию, помогай стрелку, — инструктировал Минчжэ.
Ханьянь растерянно поднял голову:
— А кто у нас стрелок?
Минчжэ на мгновение лишился дара речи.
Поняв, что перед ним абсолютный новичок, он со вздохом улыбнулся:
— Тот, кто стоит внизу.
Ханьянь прищурился, уткнувшись носом в экран, и разглядел розовую воительницу, прыгавшую на нижней линии. Открыв вкладку со статистикой, он увидел ник игрока... Сунь Сыюань.
Если бы не работающие камеры, Ханьянь закатил бы глаза прямо до потолка.
Однако у него имелись свои соображения, а истинный стратегический замысел требовал терпения. Стиснув зубы, он сжал волю в кулак и направил своего персонажа вниз.
Сыюань и Ханьянь были заядлыми врагами. Оказавшись в одной команде, они жаждали не победы, а возможности придушить друг друга с помощью игровых заклинаний. Забыв о вражеском стрелке, они принялись взаимно осыпать друг друга упрёками.
— Ну и позиционирование! Если хочешь сдохнуть — помирай один, меня за собой не тяни!
— Чья бы корова мычала! Полчаса лупишь, а у противника ни царапины! Даже «мазать» надо уметь профессиональнее!
— Посмотри, как играет чужой саппорт! А ты даже кнопки нажимать не научился!
— А ты взгляни на вражеского стрелка! Ты уже трижды отправился на респаун!
Под этот аккомпанемент ругани первая башня на их линии благополучно рухнула. Ханьянь худо-бедно освоил клавиши щита и теперь безвольно набрасывал его на Сыюаня. Сам он двигаться не умел, поэтому с тупым выражением лица наблюдал за действиями своего напарника.
Сыюань, видя, как над его героем висит полупрозрачный силуэт саппорта, ощущал лишь тяжесть на шее, отчего язвил ещё яростнее.
Впрочем, остальная троица — Хуаймин, Минчжэ и Жуйчэн — играла превосходно, удерживая преимущество по всей карте.
Противники быстро раскусили, где у команды слабое звено, и решили устроить засаду на нижней линии.
Стоило Сыюаню неосмотрительно шагнуть в кусты, как на него с небес обрушилась вся пятёрка врагов. Не успел он даже сообразить, что произошло, как его герой уже уткнулся лицом в землю. Экран потемнел.
Сыюань бессильно откинулся на диван.
Чудом избежавший первой волны Ханьянь с ничтожным остатком здоровья пустился в бегство. За ним попятам гналась разгорячённая толпа. Впервые столкнувшись с подобным прессингом, он от ужаса едва не раздавил экран, судорожно вжимая пальцы в стекло. В какой-то момент ему показалось, будто он сам бежит по полю боя, а за спиной щёлкают челюсти смерти.
— Спасите! Помогите! Спасите-е-е! — в панике заорал он на всю комнату.
И тут раздался спокойный, чистый и невероятно собранный голос Су Хуаймина:
— Цепляйся.
В глазах Ханьяня всё мелькнуло. Не успев разглядеть, кто подоспел на выручку, он на автомате задействовал ультимативную способность и «завис» на герое Хуаймина.
Он ничего не смыслил в механике игры, но спецэффекты, развернувшиеся на экране, заставили его затаить дыхание. Стремительный, неостановимый вихрь ударов буквально расщеплял противников! Их полоски здоровья таяли на глазах.
В какой-то момент Ханьяня снова сбросили, но враги были так увлечены Хуаймином, что новичок чудом выскочил из эпицентра.
Переведя дух, Ханьянь взглянул на Хуаймина: тот оказался в окружении троих выживших врагов, а у его собственного героя оставалась лишь узкая полоска ХП — на один укол.
У противников тоже оставалось немного здоровья, но числом они превосходили его. Любое случайное попадание — и Хуаймин мёртв.
Ханьянь заворожённо следил за игрой, позабыв, что считает Хуаймина врагом. Ему до боли хотелось помочь, но он понимал собственную бесполезность.
«Убегать или умирать вместе?» — промелькнуло в голове. И тут Хуаймин активировал пассивный навык. Словно порыв ветра, он проскользнул сквозь строй троих врагов, на грани возможного увернувшись от всех атак!
Он мог легко уйти. Но вместо этого сделал петлю и потратил бесценные секунды, чтобы вернуться к Ханьяню.
Без единого слова всё стало понятно. Ханьянь мгновенно применил навык и снова «налип» на героя Хуаймина.
Скорость движения спала, враги настигали, их навыки откатывались. До безопасной зоны под башней оставался один шаг. Сердце Ханьяня колотилось где-то в горле. Он стиснул телефон так, что побелели костяшки.
И вот — они под башней!
Ханьянь только выдохнул, решив, что спасение состоялось, как герой Хуаймина резко развернулся и рванул обратно в бой!
— А-а-а?! — Ханьянь окончательно потерял контроль над собой. Он стал беспорядочно тыкать во все светящиеся кнопки подряд, надеясь хоть чем-то помочь.
Враги тоже ошеломлённо замерли, не ожидая такой дерзости. Но Хуаймин не дал им времени прийти в себя.
Две секунды. Ровно две секунды понадобились ему, чтобы уложить всю троицу.
Звуковые эффекты игры не успевали за молниеносными действиями. Когда последний враг рухнул на землю, поверх экрана вспыхнула багровая надпись:
[Penta Kill!]
К несчастью, перед смертью один из врагов успел выпустить заклинание. Ханьянь в панике метался из стороны в сторону и случайно сбил позицию, из-за чего смертоносный сгусток магии задел героя Хуаймина. Тот безвольно осел на землю.
В его падении чувствовалось нечто величественное.
Ханьянь застыл. С капелькой здоровья его персонаж одиноко стоял среди пяти вражеских трупов.
Его должны были убить. Но его спасли... вытащили из безнадёжной ситуации и подарили триумфальную победу!
Глаза Ханьяня расширились, зрачки задрожали. Сердце заколотилось с бешеной скоростью, а по венам разлился жар. Он впервые ощутил настоящий азарт и магию видеоигр.
Сунь Сыюань взревел во весь голос. Он едва не зашвырнул телефон и чуть не прыгнул на Су Хуаймина с обнимашками:
— Хуаймин, ты просто монстр! У меня аж мурашки по коже от этого мува!
Цзи Минчжэ, спешивший на помощь, но не успевший к раздаче, от восторга трижды развернулся на месте. Ему безумно захотелось научиться так же виртуозно управлять этим персонажем.
Зрители в прямом эфире, думавшие, что участники просто коротают время, онемели от изумления.
[А-а-а-а, это было невероятно! Я впервые смотрю, как кто-то играет, и у меня щёки горят!]
[Вот это батя в здании! Су Хуаймин — настоящий король леса!]
[Я играю на этом герое и у меня даже ранг есть, но сделать такое... Да никогда!]
[Точно говорят: на этом персонаже либо творят историю, либо позорят всё поколение.]
[Су Хуаймин, дай контактик! Хочу катать в пати с таким папой!]
[Спасение на грани — это невероятно сексуально. Я бы на месте новичка точно влюбился!]
[Поддерживаю! Классический сюжет «герой спасает красавицу» работает во все времена!]
Внешне Ханьянь старался сохранять хладнокровие, хотя внутри у него бушевал ураган. Нажав кнопку телепортации на базу, он не отрывал взгляда от лежащего на земле героя, а чьё-то спасение до сих пор отзывалось глухим стуком в груди.
Понимая, что игровой персонаж и реальный человек — разные вещи, он всё же не удержался и бросил взгляд на Су Хуаймина.
Тот без всякого пафоса свернулся калачиком в углу дивана. На голове растрепалось настоящее воронье гнездо, за щекой торчала палочка от леденца со вкусом клубничного молока, а щёки округлились. От него буквально веяло домашним уютом.
Ничего общего с загадочным «героем». И ни малейшего намёка на осознание собственной неотразимости.
Контраст между воображением и реальностью оказался настолько разительным, что у Ханьяня дёрнулся уголок губ. Он с каменным лицом отвёл взгляд и принялся ожесточённо тыкать пальцем в экран, заставляя своего героя атаковать воздух на базе.
«Это всё его коварный замысел!» — убеждал он себя.
Су Хуаймин пожалел, что удалил его из друзей, и теперь пытался загладить вину! Спасение в игре — всего лишь дешёвый трюк, чтобы восстановить репутацию и подлизаться к нему.
«Каков хитрец! Тщеславный интриган...» — Ханьянь, поддавшись роли хейтера, выстроил у себя в голове целую теорию заговора. Это самовнушение помогало заглушить недавний всплеск восторга.
Вражеская команда была в полном восторге от мастерства Хуаймина. Они вовсе не обиделись за разгром, а принялись наперебой проситься к нему в пати на следующую игру.
Су Хуаймин с неизменной палочкой от леденца во рту и безучастным выражением миловидного лица вежливо отклонил их предложения.
Благодаря его игре, даже несмотря на полный провал Сыюаня и Ханьяня, команда легко одержала победу.
— Погнали ещё одну! — вошёл во вкус Сунь Сыюань.
Остальные охотно согласились. Цзи Минчжэ, бывший создателем комнаты, отлучился в уборную и попросил Хуаймина пригласить Ханьяня.
Хуаймин долго листал список игроков, но так и не нашёл нужного ника. Он слегка нахмурился.
Юй Жуйчэн приметил его замешательство:
— Пригласи его через список друзей WeChat.
— Так его там нет, — растерялся Хуаймин.
— Как это нет? — небрежно отозвался Жуйчэн. — У него ник «Милый Зайка». Ты же сам его сегодня добавил!
При этих словах и Су Хуаймин, и Чжоу Ханьянь одновременно замерли.
Ханьяню хотелось провалиться сквозь землю. Этот слюняво-милый ник уничтожал весь его мужественный образ, а Жуйчэн ляпнул о нём прямо на камеру!
А Су Хуаймин, вспомнив утренний разговор в мессенджере, взглянул на Ханьяня с непередаваемым выражением и произнёс с особым подтекстом:
— Так «Милый Зайка» — это ты?..
* * *
Лицо Ханьяня вспыхнуло, но он сжал кулаки и попытался сделать вид, что всё под контролем:
— Ну я. И что с того?
Хуаймин не ожидал от сурового с виду парня такой девичьей тонкости душевной организации. Постаравшись сохранить бесстрастие, он сухо выдавил:
— Да ничего... Очень мило.
Зрители в трансляции заходились от хохота:
[Ха-ха-ха-ха! Чжоу Ханьянь, кто бы мог подумать!]
[У парня ник милее и девичье, чем у меня... Мне даже как-то не по себе...]
[Жуйчэн ещё сказал, что у него на аватарке розовый кролик! Он что, действительно такой милашка?]
[Мужчинам тоже могут нравиться зайчики, ничего странного!]
Су Хуаймин на глазах у Ханьяня молча зашёл в WeChat и восстановил его из чёрного списка.
Уши Ханьяня пылали от стыда. Ему безумно хотелось прямо сейчас сменить аватарку и имя, но, вспомнив, сколько усилий было вложено в образ «зелёного чая», он решил стоять на своём.
Однако пытка на этом не закончилась.
Сунь Сыюань, оторвавшись от экрана, наконец осознал суть происходящего. Взглянув на ник и аватарку Ханьяня, он скривился с таким отвращением, будто его вот-вот тошнит:
— Ты за раз уминаешь по пять острых кроличьих голов, и после этого смеешь зваться «Милым Зайкой»?! Не боишься, что убиенные кролики придут к тебе ночью выстраиваться в очередь у кровати?!
* * *
— Я... я просто люблю кроликов! При чём тут еда?! — залился краской Ханьянь, окончательно потеряв способность соображать.
Сыюань посмотрел на него как на сумасшедшего:
— А-а-а, так это из серии «люблю — значит сдам в утиль и съем»?! Вот уж действительно извращение. Хочется полицию вызвать!
В голове у Ханьяня будто взрыв прогремел, мысли окончательно путались.
Вернувшийся из уборной Цзи Минчжэ застал эту картину и обеспокоенно замер:
— Ханьянь, ты в порядке? Почему ты такой красный? — Заметив, что парень тяжело дышит, Минчжэ искренне посоветовал: — Тебе не плохо? Может, врача вызвать?
«Убейте меня кто-нибудь...» — мысленно вопил Ханьянь.
Видя, что Ханьянь готов сквозь землю провалиться, Су Хуаймин решил разрядить обстановку:
— Всё в порядке, Брат Цзи вернулся, давайте запускать.
Сыюань мгновенно переключился:
— Давай, я в этой мид заберу.
— Тогда я пойду на нижнюю, — отозвался Минчжэ.
Когда внимание переключилось на игру, Ханьянь выдохнул с огромным облегчением и бросил на Хуаймина сложный, переполненный эмоциями взгляд.
За один вечер Су Хуаймин выручил его дважды. Сердце Ханьяня не было каменным, но его искажённое восприятие снова сыграло с ним злую шутку: он решил, что Хуаймин действует с дальним умыслом, пытаясь усыпить его бдительность.
«Какая тонкая игра! Какое коварство!» — Ханьянь лишь крепче забаррикадировался в своей подозрительности, дабы не поддаться на сладостные уловки.
* * *
Сыграв ещё пару партий, взрослые разошлись — подошло время укладывать детей.
Вернувшись в комнату, Ханьянь вспомнил о своей главной миссии — разоблачить Хуаймина. Но, взглянув на экран чата с ником «Милый Зайка», замер в оцепенении. Поколебавшись пару секунд, он отложил телефон.
Ладно. Напишу в другой раз.
Завтра. Точно завтра.
* * *
На следующее утро режиссёр объявил новое задание:
— Нам нужен один отважный малыш, который отправится на поиски секретного информатора и заберёт у него улику. Это очень важная миссия! Кто хочет попробовать?
Фу Сяосяо подпрыгнул на месте, высоко вскинув ручонку:
— Я! Я хочу!
Остальные дети проявили уступчивость и не стали соревноваться с гиперактивным Сяосяо.
Режиссёр окинул всех взглядом и кивнул:
— Что ж, тогда на задание отправляются Сяосяо и Су Хуаймин.
Хуаймин возражать не стал. Взяв пасынка за руку, он сверился с картой и отправился на поиски.
Первые пятнадцать минут Сяосяо буквально лучился энтузиазмом. Он крутил головой по сторонам, рассчитывая вот-вот наткнуться на информатора. Но постепенно пыл угас. Малыш надулся, насупился и сжал кулачки.
Скучно! Намного интереснее играть с Сюаньсюанем и смотреть мультики!
Пожалев о своём решении, Сяосяо потянул Хуаймина за край одежды и капризно заявил:
— Я больше не хочу никуда идти! Пойдём назад!
Су Хуаймин на уступки не пошёл:
— Ты сам вызвался. Взялся за дело — доводи до конца.
— Но я устал! — упёрся Сяосяо. — Я хочу играть с Сюаньсюанем и смотреть мультфильмы!
— Вот выполним задание, тогда и посмотришь.
Сяосяо проявил неожиданную осведомлённость о расписании:
— Когда мы вернёмся, мультик уже закончится! — Он сердито топнул ножкой, будто его кто-то обидел. — Почему мне нельзя смотреть мультики?!
— А почему ты не подумал об этом, когда давал обещание дяде-режиссёру? — спокойно парировал Хуаймин. — Нужно держать слово. Если мы не добудем улику, следующий этап сорвётся, и Сюаньсюань с остальными очень расстроятся.
Сяосяо не умел мыслить сложно, но подсознательно почувствовал груз ответственности. Вместо того чтобы задуматься, он проявил детскую упрямость с ещё большей силой. Задрал подбородок и закричал:
— А я всё равно хочу назад! Я ничего плохого не сделал!
— Сами по себе твои желания не плохи, — нахмурился Хуаймин. — Ошибка в том, что ты пообещал, не подумав. А теперь идти на попятную поздно.
Сяосяо, привыкший, что вокруг него все пляшут, впал в крайность. Потопав ногами, он просто бухнулся прямо на землю, решив взять взрослого измором.
Хуаймин едва не ухмыльнулся. При первой их встрече Сяосяо уже пытался провернуть этот трюк, но, будучи проигнорированным, быстро завязал. И надо же — снова разлёгся прямо посреди улицы!
Что ж, раз уроки не усвоены, придётся закрепить материал.
Хуаймин сохранял полное олимпийское спокойствие, чего нельзя было сказать о съёмочной группе. Операторы и ассистенты перепугались, опасаясь скандала в эфире, но вмешиваться в воспитательный процесс не отважились.
Сяосяо лежал на земле, надувшись. Силы его бунта подтаяли, он исподлобья посматривал на Хуаймина.
Не дав пасынку ни малейшего шанса, Хуаймин попросил сотрудников присмотреть за ребёнком, развернулся и неторопливо шагнул прочь.
Зрители в прямом эфире принялись бурно обсуждать происходящее:
[Ха-ха-ха! Красавец! Су Хуаймин сделал то, о чём я мечтал годами!]
[О да, знакомая картина! Мой сын тоже чуть что — валится на пол в магазине.]
[Ну ребёнок же капризничает, зачем бросать его прямо на дороге?]
[Взрослый человек должен уметь контролировать эмоции, а он из-за пустяка сбежал. Как он собирается воспитывать ребёнка?]
[Вы всё ещё верите, что отчим может любить чужого ребёнка как своего? Не верьте этой показухе, ему плевать на Сяосяо!]
Сотрудники съёмочной группы, предвидя волну негатива в сети, в панике метались из стороны в сторону, не зная, бежать ли за Хуаймином.
Сяосяо всё так же лежал в пыли. Поначалу ему было стыдно, но когда ассистенты начали ласково упрашивать его подняться, малыш мигом сообразил, что этими взрослыми можно вертеть как угодно, и уселся на землю ещё прочнее.
Вот побегают вокруг него, согласятся на все условия — тогда он, так и быть, подумает.
Минут через пятнадцать в конце улицы наконец показалась фигура Су Хуаймина.
Работяги перекрестились от радости, но, когда он подошёл ближе, их челюсти дружно отвисли. В руках Хуаймина красовались увесистые пакеты, а следом за ним шёл курьер из кондитерской с коробками сладостей.
С улыбкой на лице и абсолютным спокойствием в глазах Хуаймин подошёл к опешившей группе и принялся щедро раздавать всем молочный чай и свежайшие пирожные.
Проходя по этой улице ранее, он уловил восхитительный аромат выпечки. Воспользовавшись тем, что Сяосяо решил устроить забастовку, Хуаймин просто отправился в кондитерскую и закупился на всю компанию.
Держа в руках стаканчики и коробки, сотрудники застыли по стойке «смирно», не понимая, как реагировать.
Хуаймин сделал глоток чая с тапиокой, сощурился от удовольствия и похлопал по скамейке:
— Ну что вы стоите? Присаживайтесь, перекусите! Вы же устали за нами ходить.
Переглянувшись, сотрудники не смогли устоять перед обаянием Хуаймина и ароматом свежих десертов. Один за другим они с удовольствием уселись рядышком.
Лежащий на земле Сяосяо:
* * *
Наблюдая, как папа и дяди с тётями с аппетитом уплетают лакомства, пока он вынужден моститься на холодной дороге, малыш судорожно сглотнул слюну.
— Я тоже хочу! — вполне требовательно заявил он.
Хуаймин отправил в рот кусочек бисквита и небрежно бросил:
— А тебе не положено. Ты же любишь лежать на земле — вот и лежи дальше.
Видя, что отчим и не думает его укачивать, Сяосяо обиженно отвернулся. Но запахи выпечки не давали покоя.
Он и так чувствовал себя неловко, а тут ещё такой соблазн! Пухлые ножки сами собой поджались, капризный настрой улетучился.
Но как подняться самому, без уговоров? Это же ударит по его детскому авторитету!
Сяосяо мучился: то надует губы, то снова облизнется, еле сдерживая слюнки.
А Су Хуаймин тем временем спокойно наслаждался чаем и даже вытащил телефон, чтобы запустить игру.
Пусть себе лежит. Земля-то холодная не под Хуаймином. В кои-то веки выдалась минутка попить чаю и погонять в игрушку!
В этой молчаливой дуэли нервы Сяосяо сдали первыми. Не выдержав, он сам опираясь ручонками о пыльный асфальт, поднялся на ноги.
В этот момент до него дошло с абсолютной ясностью: этот трюк больше не работает. Единственный, кто страдает от барахтанья в пыли — он сам. Теперь, даже если он разозлится до каления, на землю он больше не ляжет.
Земля жёсткая, холодная и вообще фу-у-у! Ы-ы-ы... o(╥﹏╥)o
Сбросив спесь, Сяосяо несмело подошёл к Хуаймину и тихонечко пробормотал:
— Я больше не буду лежать... Пошли.
Облизнувшись, он не стал канючить прямо, а вежливо поинтересовался:
— Если я выполню задание, ты купишь мне пирожное?
Хуаймин, погружённый в разгар игровой баталии, даже головой не повеёл:
— Погоди немного, у меня тут важный замес. Поди ещё на земле полежи.
Сяосяо:
* * *