* * *
Сунь Сыюань помолчал пару секунд. Окинув взглядом четверых малышей, усердно зажимавших уши, он попытался ралковать им простую логику:
— Вы же боитесь стука топора, так? Но сейчас никто дрова не колет. Можете опустить ручки, а?
Фу Сяосяо повернул к нему мордашку и с честным видом заявил:
— Я уши зажал, так что ничего не слышу!
Сунь Сыюань онемел. Ну точно... Взывать к разуму этой мелюзги — дело заведомо безнадёжное.
Не желая больше участвовать в столь глупом фарсе, он убрал руки от ушей мальчика и вознамерился вернуться к полену.
Но Сяосяо тут же возмщённо вытаращился:
— Брат Сунь, ты чего бросил? Я же услышу, как деревяшки бабахают!
Стоило ему это выдать, как остальные трое мелких хитрецов, до этого изображавших глухоту, дружно уставились на Сыюаня. Восемь блюдечек чистых, влажных от обиды глаз смотрели с такой мольбой, что ни один смертный не выдержал бы подобной пытки.
Даже огромный чёрный пёс повернул к нему лобастую голову.
Вообще-то Сунь Сыюань привык делать только то, что вздумается, и ни перед кем не прогибался. Однако под перекрёстным обстрелом пяти невинных взглядов у него мороз пошёл по коже. Его упрямства хватило ровно на секунду, после чего он ретиво вернулся на исходную и снова заткнул уши Сяосяо.
Будучи куда выше малыша, Сыюаню пришлось расставиться в полушпагате, оттопырив зад и застыв в этой дикой позе. Спустя буквально две минуты мышцы рук и ног налились свинцовой тяжестью.
Тяжело вздохнув, он сдался на милость маленьким мучителям и с мольбой в голосе предложил:
— Слушайте, а может, вы в дом пойдёте? Там стука вообще не слышно, и уши зажимать не придётся.
Затаив дыхание, он с надеждой ждал вердикта, мечтая лишь об одном — вырваться из этого ада.
Фу Сяосяо неторопливо обернулся. На его мордашке застыла недетская скорбь.
— Я же тебе сто раз повторял, — вздохнул карапуз. — Когда уши зажаты, ничего не слышно! А ещё песеля в дом нельзя: его не мыли, на нём микробы.
Юй Сюаньсюань поддержал друга, серьёзно кивнув:
— Мама мне тоже так говорила! Брат Сунь, тебе надо получше следить за гигиеной.
Цзи Юэюэ скромно подала голос:
— А можно я помогу собачку помыть?
Сунь Сыюань обомлел.
«Да вы же всё прекрасно слышите, малолетние мерзавцы! — взвыл он про себя. — Какая, к чёрту, собака?! Какие микробы?! Почему вы тупо проигнорировали главное?! Мне вас за чистоплотность похвалить да по грамоте вручить?! А-а-а-а-а!!!»
Сыюаня от этой мелкой банды едва не разорвало на части. От яростного внутреннего ора он чуть не задохнулся.
Глядя, как лицо парня переливается всеми цветами радуги, четверо малышей сжались в кучку. Выглядел он настолько свирепо, что, казалось, протяни руку — отхватит по самый локоть.
Чёрный пёс тоже уловил исходившую от него угрозу. Посмотрев на Сыюаня как на соплеменника, зашедшего на чужую территорию, он закрыл собой детей и сдавленно зарычал, готовый меряться клыками.
Прожевав про себя миллион проклятий, Сыюань слегка выпустил пар и хищно воззрился на честную компанию.
Дети сжались ещё сильнее:
«Мамочки, как страшно! Брат Сунь сейчас сам как собака залайкает!»
С самым зверским видом Сыюань решительно шагнул к ним, нагнулся, замахнулся руками... и сгреб пса в охапку.
Не обращая внимания на грязь, он широкими шагами потащил лохматую тушу к деревянному помосту.
Расчёт сработал идеальнейшим образом: шпана ахнула и на своих коротеньких ножках приплелась следом. Малыши подпрыгивали, пытались отбить пса, но разница в росте была катастрофической — они даже до хвоста не доставали.
— Брат Сунь, ты куда его потащил?!
— Пожалуйста-а-а, не обижай пёсика! Хнык...
— Пёсик ни в чём не виноват! Если хочешь кого-то побить, побей моего отчима!
Игнорируя эти бредни (пока они не договорились до чего-нибудь совсем криминального), Сыюань сгрузил пса на платформу.
— Всё. Играйте здесь, — отрезанно выкинул он и дал дёру, пока окончательно не выдал себя.
Вернувшись к чурбану, он принялся нарезать круги, не зная, куда девать клокочущее раздражение.
Зрители на стриме ни капли ему не сочувствовали — чат буквально взрывался от хохота.
【Ха-ха-ха-ха! Выходит, кроме Су Хуаймина, главные враги Сыюаня — мелкие дети!】
【Смотреть, как он бесится, — отдельный вид искусства, лол】
【Шедевр: «Я зажал уши и ничего не слышу, но на вопрос отвечу!»】
【С взрослыми Сыюань выглядит как инородное тело, зато с дошколятами — полное погружение!】
【Жиза, вписался как родной!】
【Съёмочная группа совсем совесть потеряла! Как можно отпускать 26-летнего ребёнка на шоу одного?! Срочно приставьте к нему опекуна!】
【Зачем искать? Пусть Су Хуаймин им займётся!】
【Жестокие вы люди! Зачем Хуаймину второй гиперактивный спиногрыз, он же сдохнет!】
【Хуаймин хоть и слабый физически, зато языком чешет — только держись!】
【Про язык +100500!】
【Факты!】
* * *
Намотав с десяток кругов на одном месте, Сыюань понял, что неуёмная энергия всё ещё требует выхода. С налитыми кровью глазами он уставился на топор и принялся крошить дрова с какой-то яростной ожесточённостью.
Рубил он наотмашь, с оглушительным треском.
Находившиеся в доме переполошились и высунулись наружу проведать, что за погром происходит во дворе.
Увидев взбешённого Сыюаня, взрослые предпочли тихонечко задвинуться обратно.
Спустя минут пятнадцать Цзи Минчжэ не выдержал. Он порывался утихомирить парня сам, но вовремя вспомнил, что тот его и в грош не ставит. Поразмыслив, он решил обратиться к Су Хуаймину.
Хуаймин как раз плотно поужинал и не прочь был размяться, поэтому легко согласился.
Выйдя во двор и подойдя поближе, он окликнул буйного дровосека.
Сыюань всё ещё остервенело всаживал лезвие в чурбаки, вкладывая в каждый замах весь свой вес. Услышав голос Су Хуаймина, он вознамерился обернуться — и тут случилась катастрофа.
Вложив слишком много силы, он расколол полено, но обух мёртвой хваткой увяз в одном обрубке, а второй от удара снарядом взмыл в воздух.
Мало того: из-за неверного угла рывка расшатавшееся топорище выскочило из ушка, выскользнуло из вспотевших ладоней и тоже отправилось в свободный полёт!
И летело всё это добро прямиком в...
Су Хуаймина!!
Под полным ужаса взглядом Сыюаня время замедлило свой ход. Кусок дерева и увесистое топорище неслись дуэтом, практически не оставляя жертве шансов на спасение.
Хуаймин толком и понять ничего не успел — лишь увидел, как на него несутся две тёмные тушки. Слегка нахмурившись, он грациозно качнул корпусом влево, с непринуждённой лёгкостью уклоняясь от снарядов.
За спиной раздался оглушительный глухой стук. Обернувшись и разглядев валяющиеся на земле предметы, Хуаймин одарил парня недоуменным взглядом.
«Чё за?.. Меня что, заказать решили?!»
Сунь Сыюань окончательно потерял дар речи. Прокручивая в голове эту сцену, он всерьёз заподозрил, что Хуаймин — тайный мастер восточных единоборств.
Чат прямой трансляции выпал в осадок.
【Офигеть! Су Хуаймин реально увернулся?!】
【Нифига себе пластика! Если бы не прямой эфир, решил бы, что это постанова съёмочной группы!】
【Зовите иностранцев, тут таинственное восточное кунг-фу показывают!】
【А-а-а, как же сексуально жёнушка изогнулся!..】
【Какая талия, мамочки (хотя ой, я молчу)!】
【Красота! А можно ещё пару раз так вильнуть?】
【Так, стоп, народ, вы там что, уже трусы сбросить успели?!】
【А ну наденьте обратно, озабоченные!】
Опомнившись, Хуаймин перевёл на Сыюаня весьма подозрительный взгляд.
Встретившись с ним глазами, Сыюань струхнул и зачастил:
— Это случайность! Я правда не специально! Сам в шоке, как они вылетели... Выбей меня гром, я не хотел! Прости!
Голос его угасал с каждым словом, пока парень и вовсе не уткнулся взглядом в землю.
— Ну и ну, — Хуаймин с запоздалым испугом погладил себя по груди. — Хорошо, что успел уклониться, а то проломил бы мне череп.
Лицо Сыюаня пошло серо-бурыми пятнами.
— Ага... — пробормотал он. — Я уже четвёртый раз в жизни был в шаге от тюрьмы.
Слух у Хуаймина был отменный, так что он чётко уловил эти слова:
— Четвёртый? А первые три когда успел?
Опомнившись, Сыюань сипло закашлялся:
— Да так, глупости! Извини, что напугал. Мой косяк. Присядь, отдохни!
Раньше Сыюань во всеуслышание заявлял, будто в его словаре нет слова «простите». Однако после знакомства с Су Хуаймином парень усвоил золотое правило: чуть что — сразу кайся.
Он подошёл, поднял топорище и краем глаза продолжал коситься на Хуаймина — а ну как тот сейчас грохнется в обморок от перенесённого стресса.
Но тот держался огурцом и шагал даже бодрее самого Сыюаня, так что виновник переполоха смог перевести дух.
Глядя на обух, мёртвой хваткой засевший в чурбане, Хуаймин с досадой вздохнул:
— И как мы его оттуда выколупаем?
Желая загладить вину, Сыюань пылко ударил себя в грудь:
— Ерунда! Оставь мне, сейчас всё сделаю!
Вытащить лезвие вручную не представлялось возможным, поэтому парень решил вставить топорище обратно и сработать им как рычагом.
Наблюдая за его суетливыми движениями, Хуаймин почувствовал недоброе.
— Поосторожнее там, — предостерегал он. — То, что я сейчас увернулся, — чистая удача. Второго раза мой ангел-хранитель не выдержит.
— Не бзди, братуха, второго раз... — сквозь сжатые зубы прохрипел Сыюань, налегая всем весом.
И ровно на этом слове руки его неожиданно потеряли опору.
Ощутив зловещую лёгкость в пустых ладонях, Сыюань всё понял.
Чёртово топорище.
Опять.
Улетело.
«Спа-а-асите!..»
Парень судорожно глотнул воздух, и время снова затормозило свой ход.
Деревяшка летела по той же траектории, вот только на пути её стоял Юй Жуйчэн, увлечённо уткнувшийся в телефон. А мишень, которую выбрал деревянный снаряд... отличалась редкой подлостью.
В общем, пахло это фатальным лишением мужского достоинства и вечным пресечением рода Юй.
«Заранее больно!..»
Сам Жуйчэн ни о чём не подозревал, всё его внимание было поглощено экраном.
Сыюань в ужасе наблюдал, как снаряд стремительно приближается к заветному паху жертвы. В эту секунду перед глазами несчастного пронеслась вся его жизнь, а лицо приобрело землистый оттенок.
Дай ему кто второй шанс — он бы в жизни не подошёл к этому проклятому топору!..
И в этот критический миг во дворе прозвенел голос Су Хуаймина:
— Бедром вильни, задницу выше!
Юй Жуйчэн обожал танцы: занимался с трёх лет и отдавал им всё свободное время, так что рефлексы были въеданы прямо в его ДНК.
Фраза про бедро ещё не отзвучала, а тело танцора уже среагировало.
Совершив молниеносный финт бёдрами, Жуйчэн крутанулся на триста шестьдесят градусов и безупречно впечатался в землю — чётко, грациозно, с ледяным, отработанным взглядом истинного профессионала!
Так и не поняв, в чём дело, он услышал продолжение команды ( «задницу выше!») и изо всех сил постарался оттопырить ягодицы под самым соблазнительным углом.
Лишь закончив этот пассаж, Жуйчэн опомнился и уставился на застывшую пару.
Но не успел парень сгореть со стыда, как заметил, что Сыюань, белый как полотно, с подкосившимися ногами рухнул прямиком на землю.
Юй Жуйчэн: «???»
«Неужели мой танец... настолько убийственен?!»